Раны

Горячие источники, спрятанные в скалах на окраине Нижнего мира, были настоящей редкостью. Место, где можно было смыть с себя не только грязь, но и на время — напряжение постоянной борьбы. Именно сюда, за облаком пара и запахом серы, привел Занка своего вечного спутника по жизни и боли. Джабер, чьи дреды сегодня были украшены новыми, слегка ржавыми заклёпками, уже порывался нырнуть в ближайший и самый горячий бассейн с криком «Давай, залезай!», но Занка спокойно, почти лениво выставил вперёд свою палку, блокируя ему путь. — Не спеши, дурак. Сначала проверь температуру. Не хочу потом вытаскивать тебя, сваренного, как ракообразное. Хотя... звучит забавно, — его голос был ровным, но в уголках рта играла едва заметная усмешка садиста, наблюдающего за потенциальным дискомфортом. — О, да ты же просто хочешь, чтобы я помучился от ожидания! — Джабер громко рассмеялся, и его глаза, полные азарта, блеснули. Он шлёпнул ладонью по поверхности воды, обдавая себя и Занку брызгами. — Горячо! Идеально! Как раз чтобы жжение от новых царапин усилилось! — Несчастный идиот, — пробормотал Занка, но убрал палку, позволяя Джаберу с грохотом и плеском погрузиться в воду. Сам Занка раздевался медленно и аккуратно, складывая свою простую одежду. Его спокойные движения контрастировали с буйством Джабера, который уже вовсю барахтался, расплёскивая воду и стону от удовольствия, когда горячая вода щипала его многочисленные свежие синяки и ссадины. Когда Занка, наконец, скользнул в воду напротив, его лицо оставалось невозмутимым, но расслабленные плечи выдавали удовольствие. Он наблюдал, как Джабер, захлёбываясь от восторга, показывает ему свежий шрам на боку. — Дурацкая удача, — отозвался Занка, откидываясь на камни. — У гениев раны всегда выглядят... предсказуемо. А у таких, как ты — дурацко и заметно. — Ха! Да признай тебе же нравятся то как они выглядят.— Джабер подплыл ближе, его брызги долетели до лица Занки. Вместо того чтобы отстраниться, Занка медленно поднял руку и... ткнул пальцем прямо в свежую рану. Джабер аж подпрыгнул от неожиданности, и по его лицу пробежала судорога — смесь острой боли и чистого, немыслимого наслаждения. Он закусил губу, чтобы не застонать слишком громко. — Больно? — спросил Занка своим ровным, бесстрастным голосом, не убирая палец. — Не-а, — выдохнул Джабер, и его широкая, безумная улыбка была искренней. — Ещё чуть-чуть. Занка наконец убрал руку, и в его глазах, обычно таких холодных, мелькнуло что-то тёплое, почти нежное. Он отвернулся, делая вид, что смотрит на пар, но его плечо слегка касалось плеча Джабера под водой. — Дурак. Только ты можешь получать кайф от того, что тебе тыкают в открытую рану. — А только ты можешь это делать так... аккуратно, — парировал Джабер, уже не крича, а говоря чуть тише. Он тоже откинулся рядом, и их руки под водой случайно соприкоснулись. Никто не отодвинулся. Они сидели так молча, позволяя теплу проникать в самые закоулки уставших душ. Громкий мазохист и спокойный садист. Два осколка бритвы, которые идеально подходили друг другу, потому что только они понимали природу ран друг друга. — Эй, Занка, — нарушил тишину Джабер, уже без привычного буйства. — А ведь классно тут. Тишина. Только ты, я и горячая вода, которая жжёт все больные места. Занка ничего не ответил. Он просто медленно, почти невесомо, опустил свою руку под воду и накрыл ею руку Джабера. Не как садист, причиняющий боль. А как тот, кто понимает эту боль лучше всех на свете и потому может позволить себе такую редкую, почти запретную нежность. Джабер замер. Его весёлая маска на миг спала, и в глазах осталась только глубокая, шокированная преданность. Он переплел свои пальцы с пальцами Занки, крепко, будто в бою. — Да, — наконец тихо сказал Занка, глядя прямо перед собой. — Классно. Только не обольщайся. Завтра снова будем бить морды идиотам. — О, я уже жду не дождусь! — громко рассмеялся Джабер, и его смех, на этот раз, звучал по-домашнему счастливо. Он снова стал самим собой, но его рука под водой так и не выпустила руку Занки. А вокруг них вился пар, скрывая от всего мира эту маленькую, искажённую, но такую прочную идиллию среди горячих камней.