Сладкая страсть украденного сердца

Воровство… Не способ сбежать от реальности, от обязанностей… это удовольствие. Риское избавление от скуки. По крайней мере, если ты разбираешься в своём деле достаточно хорошо, чтобы твоё прекрасное хобби с первых секунд не превратилось в тюремные нары и не разочаровало тебя. Для некоторых это не просто увлечение. А работа, то, чем они занимались всю жизнь, с самого рождения. Не сказала бы так про себя, но я слишком тесно верчусь в преступных кругах с детства… благодаря отцу. Самому талантливому из воров. Я не поздно начала своё дело. Вовремя. Достаточно для того, чтобы стать лучшей. Искусство кражи манит своей сложностью и наживой, но главное — голос, который трубит по всей стране о том, что ты, именно ты смог сделать то, что никто не осмелился. Это интимно, это пускает по венам неземной кайф. Я лучшая. И сегодня я в очередной раз сделаю небольшое, но важное ограбление в Центральном Банке. Почти как сходить за кофе. Я пробежалась по крыше, бесшумно, мягким шорохом, потом перемахнула на крышу банка. Предварительно пришлось обезвредить замыканием камеры с помощью пары бьющих током заклёпок. Слишком просто… но не менее интересно, особенно то, что будет внутри… Я хотела скользнуть дальше, но остановилась, покачиваясь на носках, чтобы не спугнуть момент, мгновение, когда я заметила его. Сначала сощурилась, чтобы прояснить себе, точно ли я не ошиблась. — Паук?.. Нет, больше. Он выглядел массивнее Питера, шире плечами. Но, как и следовало ожидать, лица я не разглядела несмотря на нежданно доставшееся ночное зрение. Конкурент носил сплошной чёрный костюм, облепивший его мышцы так, словно он его и не надевал, балаклаву, пояс с кармашками и квадратный отсек на спине, как бы вшитый в одежду. Практично, весьма. Глаза закрывали тёмные пилотные очки на плотной резинке, а лицо — не вычурная маска. Парень явно не из тех, кто хорохорится. Значит, он не развлекается, как я. А работает на заказчика. Интересный феномен, что мы сошлись с ним на одной крыше. Он встал с корточек, оторвавшись от того, что сосредоточенно откручивал болты люка. Он залез с другой стороны и наверняка тоже вырубил там камеры, поэтому всё делал тщательно и бессуетно. — Ох, нет, кажется, мы обознались, малыш. Голос, негромкий через маску, на самом деле казался довольно сильным, глубоким баритоном, от которого у девушек всё внутри в истоме сводило, но я пока не настолько доверяла ему, чтоб испытать восторг. Сейчас мы враги, раз столкнулись с одной целью на одном и том же месте. У мужчины прослеживался какой-то странный британский акцент, хотя точно понять я не смогла. — О, я тебе не «малыш», котик, — парировала я с саркастично вежливой улыбкой. Фамильярность в данной ситуации немного бесила, нежели завлекала. — Не советую тут задерживаться. Тебе лучше не знать, что я делаю с теми, кто пытается мне мешать. — Оу, тише, я не собираюсь красть твоих мышек, — он поднял руки в перчатках с обрезанными пальцами в жесте регулирования конфликта, хотя голос звучал с долей мягкой насмешки, как над ребёнком, — у меня своя работа здесь. Можем разве что… посоревноваться. — Ты? Со мной? Не много ли на себя берёшь? — я искренне удивилась такому предложению. Он не то что пытался меня обойти начисто (учитывая то, что у него вряд ли выйдет), а предлагал спор. Мол, кто быстрей того и тапки. — Поверь, я ещё успею тебя удивить, — он почти прошелестел это с вызовом и нырнул в люк, который распахнул одной рукой. Я оперативно сползла за ним следом, как только плавно приземлилась на лестницу услышала снизу отчётливо возню и дикие звуки ударов. Как только высунула нос из коридора — увидела его, со скучающим видом вертящего в руках длинную тонкую трубу. Посох. Более того, боевой, складной. А на полу — пара бессознательных охранников. Мне пришлось признать, что это… довольно ловко. Хотя я бы справилась чуть тише. — Идёшь?.. — он спросил, без издёвки, просто как факт. Словно мы не соревнуемся в воровских навыках, а вместе лезем одно дупло. Я осторожно прошла вперёд по коридору, рассматривая камеры наблюдения, но они все уже были обезврежены… какими-то кусками бумаги, застрявшими в проводах крепления. Карты?.. Что за смех?.. Но они каким-то образом отключили камеры, и я даже чувствовала лёгкий сырой запах дыма. Я вопросительно обернулась на незнакомца, но тот пожал плечами и никак это не прокомментировал. Ладно, у каждого свои тайны, может, эти карты работают по аналогии с моими заклёпками, хотя… для такой системы они тонковаты… Взлом пары замков я легко осилила, он даже не стал меня прерывать, но, как только мы достигли первых этажей, пришлось немного поработать над парой охранников моим хлыстом и руками. Выпад, скачок, взмах, хлопок, несколько коротких ударов — и оба на полу без сознания. Конкурент даже заапплодировал в качестве похвалы, всё же, хоть в чём-то он мне нравится. Уважительный. Без мальчишеских обиженок на женский успех. В конечном коридоре с лазерами стало не по себе. Я знала, что они там, слышала едва различимое гудение, но переключатель без кода разбудил бы сирену. И я в курсе, что код меняется каждый вечер, даже подсмотрела комбинацию, но… биометрия?.. Это не входило в план. Кажется, пока я готовилась днём, они успели внести изменения в протокол защиты. А у меня ни одного отпечатка с собой. — Незадача, — безэмоционально буркнул тот парень, стоя позади меня со скрещенными руками. — Знаешь, как пройти?.. — я спросила, надеясь хоть на какой-то ответ. Я не хотела верить, что весь этот путь сюда проделан зря и придётся возвращаться. Даже если способы и были у соперника, а не у меня самой. — Технология считывания лазеров не встроена в твои линзы?.. Придётся лезть дедовским способом, — он развёл руками, внимательно склонив голову к моей маске. Да, придётся, хотя я совершенно не хотела этого делать. Я нажала на небольшую кнопку, что запускала системную плату в боковине моей маски, выскользнули стёкла и подрубили режим обнаружения излучений. Вот они, красные линии, испещрили тёмный затхлый прохладой проход. — Есть. — Дамы вперёд, — он галантно повёл рукой, предлагая мне пойти первой. Мне уж очень хотелось поглядеть, как он будет тут корячиться сам, но сейчас… придётся немного пострадать, но зато… весело. Сердце замерло, когда я сделала первый шаг, капля уверенного, но всё же немного тревожного пота впиталась в волосы. Напряжение давило на виски, когда я изгибалась, проскальзывая между лазеров и вертя головой, как сова, чтобы ничего не задеть. Но, как я и предполагала, справилась, даже на отлично. — Шикарно двигаешься, — заметил мужчина, одобрительно показав мне два пальца вверх. — Пошёл ты, — фыркнула я, но беззлобно. Моё тело сводило с ума всех, и я не удивлена такому раскладу. Привыкла, надо сказать. К комплиментам, особенно когда они звучат так живо и искренне. — Посмотрим, как двигаешься ты, извращенец. В свою очередь он положил руку на стену. Я до конца не поняла, что произошло, но с тихим писком система лучей коротнула и вырубилась. Нечестно, и как он это сделал? Тайминг? Я чего-то не знаю?.. Оскорбительно то, что он заставил меня вертеться, как белка в ели, пока сам наплевательски прошёл мимо охранной зоны. Хотя, думаю, в этом и заключается соперничество, каждый делает то, что в его возможностях, чтобы выиграть. Пришлось проглотить гордость и возмущение, ибо сейчас это совершенно ни к чему. — Ты дерзкий, — я ткнула его когтем в грудь в качестве небольшого наказания и самоудовлетворения. Затем медленно провела рукой по углу его челюсти, импульсивный порыв, вызванный… заинтересованностью? Да, именно. Странный парень, который мешает наглость с нежностью. Он умильно усмехнулся на такой внезапный физический контакт и прошёл к главной двери сейфа. Код от него знали мы оба, так же как и имели при себе карточки сотрудников. Свою я достала ещё давно, когда грабила это место в прошлые разы. В качестве честной игры я ввела цифры, ориентируясь на свои записи, а он отсканировал штрих. Металлическая тяжёлая дверь неспешно, с грузным шипением уехала в сторону, открывая вид на полутёмное от резервного света хранилище, блестящие ячейки, ящики с деньгами. Отлично, дело сделано. Я открыла свой рюкзак и начала складывать туда пачки купюр, а тот парень спокойно открыл нужную ему ячейку качественным дубликатом ключа, достал оттуда заламинированные документы и спрятал в отсек на спине, у него чудесно гнулись руки для такого действия. — А деньги брать не будешь? Как презент, — я поинтересовалась невзначай, застёгивая набитый рюкзак. Я успела ещё взломать парочку ячеек с дорогими драгоценностями вроде колье с крупными радужными камнями, что мне приглянулось. — Мне и так заплатят за информацию, немало, — он ответил просто, выходя из комнаты-сейфа. — Странный ты. — Я не целюсь на деньги и мелкие сошки, — незнакомец махнул рукой, уничижительно даже, — только если это не прописано у меня в индивидуальном заказе. Я блюжу репутацию, знаешь. — А ты прямо очень крутой, с репутацией, м?.. — я недоверчиво подняла бровь, закрывая дверь сейфа за собой кодом. Не ожидала под боком встреть кого-то известнее меня… — Просто люблю вещи поинтереснее и ненавижу афишироваться в грязных городских СМИ, — он с брезгливостью в голосе пояснил, поджидая меня у лестницы, периодически ловкими прыжками вынимая карты из поломанных камер, пока мы возвращались наверх, и почти профессионально играясь с ними в руках, как фокусник со стажем. — Хочешь сказать, я афишируюсь? — я подняла на него глаза с непониманием и угрозой. Ярость от его трактовки внутри меня разрывала, как дышащая жаром ядерная бомба. Глупое предположение! — Ты работаешь на широкую публику, чтоб тебя знали все, но ни один не мог поймать. Это кайф, да?.. — он усмехнулся и с усилием поднял люк над головой, с удовольствия вдыхая носом через маску свежий и текучий ночной воздух, пропахший электричеством и грехом. Я не знала, что ответить, впервые. Не могла ни флиртовать, ни спорить. Потому что он попал по больному. Слишком точно, так, что в сердце остался зудящий осколок, который не вынуть, если не принять это. А парень продолжил, разминаясь на крыше, как гимнаст перед прыжком в бездну железного города: — Я кайфую от факта кражи, а не от популярности, вот в чём дело. Мне не нужно становиться лучше, вылезать из кожи… Я стараюсь для себя. И никому ничего не доказываю. Последнее. Эта фраза. Будто я кому-то что-то доказываю… то есть… Я хотела стать лучшей воровкой. Как отец. В качестве мести этому миру за него. И… правота этого идиота меня душила, как змея, впившаяся ядовитыми клыками в шею. Я правда существую ради того, чтобы стать неуловимой. Показать миру, как он ошибался, отняв у меня самое дорогое. А сейчас встретила парня, который не стал меня обгонять ради призрачной победы, смеяться надо мной, принижать, просто… работал на равных. Он не вор, пытающийся стать великим, всего лишь человек… или не человек, которому не нужно ничего этого. Странный. Но… интуитивно словно понятный. И как он отключил лазеры?.. Кто это вообще такой?.. Почему карты?.. Я вышла вслед за ним, и мы в две руки закрыли люк и прикрепили болты обратно. После этого незнакомец откланялся, протянув мне руку. Я давно не встречала подобного жеста среди своего круга, разве что на знатных приёмах. Воспитанный, не иначе. Поэтому без вопросов подала ему ладонь, которую он мягко сжал. — Спасибо за сотрудничество, — он аккуратно коснулся маской моих пальцев, и я сквозь перчатку ощутила его горячее дыхание. — Ещё увидимся. — Надеюсь на это, чудак, — я улыбнулась сомнительно, но приветливо, и провела рукой по его бедру на прощание. Я любила смотреть, как от этого тают мужчины, как по мне, лучшая из моих способностей. Чтоб не расслаблялся, и так себе уже слишком много позволил. В глубине души я надеялась на реванш. Реальное соревнование… хотя, имело ли оно смысл вместе с ним?.. — Прощай, Чёрная Кошка, — он шутливо отдал мне честь и спрыгнул с другой стороны крыши, предварительно своим посохом повыбивав карты из камер наблюдения на столбах. Осмотрительный, это достойно восхищения. Растаял он или нет я так и не поняла, но в себе не сомневалась. Просто быстро спустилась со своей стороны крыши и бодро пошла к тому месту, где припарковала мотоцикл. Пока ехала, огибая небольшую пробку, мысли зашкаливали, будто дрожь в мозге поселилась в каждой клеточке моего существа, меня пропитало любопытство, даже беспокойный и светлый ночной Нью-Йорк казался размытыми бестелесными пятнами, движения чувствовались бесполезным и неважными в сравнении с тем, что занимало мою голову. Сквозь драматичный надоедливый шум проезжей части и людей, приторно сладкие выхлопы в воздухе, маячившие перед глазами припадочно мигающие огни вывесок и экраны пробивалось одно. Кто он?.. Я знаю, что любопытство убивает кошек. Но я это выясню, как смогу.