Аюна

Не успели мы забрать Эву домой и обустроиться с моей названной сестричкой в моей комнате, как приехал её папа и повёл нас в бассейн на первое занятие. Я никогда не умел плавать и чувствовал себя сегодня очень волнительно. И вот мы в бассейне. Влажный воздух пах хлоркой и детским шампунем. Группа трёхлеток робко ждала начала занятия у бортика. И мы среди них. Подошла тренер и сразу же скомандовала: «Всем в воду!» Девочки спускались по лесенке. Аюна вошла уверенно, у меня же уверенности не было, я откровенно побаивался. — Давай, Анечка, вперёд, — шептала мне Аюна. — Сегодня мы поплывём с тобой! Но как только я оказался в воде, я застыл. Группа из шести девочек уже плескалась у бортика, выполняя первое упражнение — «поплавок». Аюна легко сгруппировалась, коснувшись подбородком коленей. Я же, пытаясь повторить, только беспомощно барахтался, даже хлебнув воды. Как же мне, с сознанием взрослого человека, было стыдно оказаться в таком положении. — Ну что ты как камень! — раздражённо сказала тренер, помогая мне выпрямиться. — Другие же могут! Рядом хихикнула рыжая девочка, самая бойкая в группе: — Смотрите, Аня как бегемотик барахтается! Несколько девочек прыснули смехом. Я, похоже, покраснел. Неприятно вот так вернуться в детство. — Она не бегемотик! — вдруг чётко сказала моя сестричка, обнимая меня за плечи. — Она просто ещё не научилась. А вы сами сразу умели? "Ну вот, меня ещё и защищать надо от мелких детишек", — подумал я, чувствуя, как щёки и уши горят ещё сильнее. - "Так скоро вода будет кипеть." Тренер удивлённо взглянула на Аюну и одернула группу: — Хватит! Приступим к скольжению. Именно здесь случилось то, что запомнилось всем. Задание было простым: оттолкнуться от бортика и проскользить к тренеру. Аюна выполнила его легко — стройное тело, как стрела, рассекало воду. Я же не представлял, как это сделать. — Я не могу, Юна, — прошептал я. — Видела, как я сделала, — сказала мне сестричка. — Оттолкнись и вытянись. Вода тебя подержит. Я прикрыл глаза, оттолкнулся… и вместо того чтобы скользить, плюхнулся на живот, подняв фонтан брызг. Но самое неприятное и стыдное: от неожиданности я нечаянно зацепил пальцами за плавки тренерши, стоявшей по пояс в воде, и чуть не сдёрнул их. Это был стыд и позор. Девочки опять смеялись, тренер тоже рассмеялась. Отсмеявшись она сказала: — Знаешь, что тебе поможет? Нарукавники. И специальный пояс. Давай попробуем с ними. Она помогла надеть яркие красные нарукавники и цветной пояс-поплавок. Я снова попытался сделать скольжение. На этот раз получилось лучше — тело, поддерживаемое поплавками, легло на воду. — Ура! — закричала Аюна, хлопая в ладоши прямо в воде. — Молодец, Аня! — присоединилась тренер. К концу занятия я уже мог скользить с поддержкой, а Аюна плавала рядом, как маленькая торпеда. В раздевалке, закутанные в полотенца, мы пили тёплый чай из термоса. — Тяжело было? — спросила Аюна, вытирая мою мокрую чёлку. — Сначала да. А потом… нет. Особенно когда ты рядом. Тренер, проходя мимо, положила нам на колени по маленькой шоколадной рыбке: — За дружбу и взаимовыручку. И, Аня, не волнуйся, к лету поплывёшь лучше всех. "Ну да, детский сад, штаны на лямках," — недовольно пробормотал я про себя. После занятия дома за чаем мы рассказывали про сегодняшнее приключение папе Аюны и моей маме. Папа был доволен своей дочкой. А мама посмеялась надо мной и сказала: — Я тоже так начинала, но научилась и стала даже лучше других плавать. И у тебя всё получится. Папа Аюны уехал домой, а мы остались. В этой квартире не было места для полноценных занятий, но энергия, бурлящая после бассейна, требовала выхода. Мы с сестричкой устроили возню, которая у нас шла как «борьба». На одной стене получилось повесить сложенную в несколько слоёв тряпку — не груша, но хоть что-то. Свои маленькие кулачки мы понабивали. Хоть как-то, но заниматься надо. Детское тело поражало: в нём было столько сил, столько готовности двигаться, жить. И, несмотря на весь стыд в бассейне, эта жизнь начинала нравиться.