На другом конце провода

Они знали друг друга дольше, чем помнили себя по отдельности. С детского сада, если быть точнее, когда Наруто впервые потянул за рукав молчаливого мальчика с тёмными глазами, решив, что тот обязан стать его другом. Потом были младшие классы, где они сидели за одной партой; средняя школа с общими драками и тайнами; старшая — с долгими вечерами на крышах и взглядами, которые уже не походили на дружеские. Они всегда были лучшими друзьями. Но где-то глубоко внутри оба слишком рано поняли: между ними что-то сильнее, чем дружба. Просто никто не решался назвать это вслух. В университете всё сломалось окончательно — или наоборот, встало на место. Одно признание, сказанное поздним вечером между конспектами и кофе, изменило всё. Они начали встречаться, будто это было самым естественным продолжением их истории. Их первый секс был немного странным — у обоих это был первый опыт. Неловко двигались, много смеялись, но всё казалось таким правильным и естественным. Спустя пару месяцев сняли квартиру, живя вместе, и со временем в их арсенале появились всякие секс-игрушки, большие запасы смазки и тяга к новым экспериментам и позам. Через несколько лет устроились работать в один офис — в разные отделы, но всё равно вместе. А в этом году купили небольшой уютный дом, где каждое утро начиналось одинаково: с сонного взгляда напротив и привычного ощущения «я — дома». Сколько бы ни прошло времени, они всё ещё сходили друг по другу с ума и не ревновали, потому что никому из них даже не хотелось смотреть в сторону. Они жили в своём маленьком мирке, где были лишь они вдвоём, и никто другой им был не нужен. Даже от предложений от общих приятелей посидеть вечером где-нибудь выпить или сходить в клуб они часто отказывались, предпочитая побыть наедине и насладиться друг другом. Из-за этого их друзья часто шутили: «Такими темпами вы скоро слипнитесь…» или «Вам бы только потрахаться, а на друзей вообще забили…» Трахались они каждый день по несколько раз и в разнообразных местах, не ограничиваясь только домашней спальней, и это им очень нравилось. Они занимались сексом в кладовке, в офисном туалете, в машине на берегу реки в лучах заката. Было дело даже в кабинке грязного клубного туалета. Но каждый раз был как последний в их жизни. Лишь взглянут они друг другу в глаза, их уже одолевала страсть. Поэтому внезапная командировка Саске стала почти катастрофой. Всего два дня разлуки — смешной срок для кого угодно. Но не для них. Они не привыкли быть порознь. Не умели. Для Наруто это была каторга в прямом смысле. Не видеть любимых чёрных глаз с самого утра и не думать о тёмной макушке и бледной коже было очень тяжело. В обед он не позвонил, потому что переживал, что может отвлечь от важной конференции. Весь рабочий день он не мог даже нормально сосредоточиться на отчётах, очень тоскуя по низкому бархатному голосу. Выйдя из офиса, он сел в машину и тут же закурил, поспешно открывая окно. Наруто выдыхал дым слишком медленно, словно мыслями был в другом месте. Возможно, быть настолько привязанным к человеку — ненормально и неестественно. Но он был полностью убежден, что их случай особенный. Не видя смысла и дальше бороться с собой, он наконец набрал заветный номер, скрещивая пальцы на удачу, чтобы Саске оказался свободен. — Ты быстро сдался, — хмыкнул Саске, принимая звонок. — Я не сдавался. Я сорвался. — И в чем разница? — судя по его высокомерному голосу Наруто понял, что Саске закатил глаза. — В том, что я сейчас сижу в машине после тяжёлого рабочего дня и вспоминаю, как на прошлой неделе на заднем сиденье ты отменно брал у меня в рот, — сказал он, ухмыляясь. — Ох, — стушевался Саске. — Ты просто невозможен. У тебя вместо мозгов сперма. Ты зависим. — От тебя — да, — слова прозвучали слишком честно. — И я знаю, это взаимно. Тихий выдох в трубке стал глубже. — Неужели ты за день так сильно успел соскучиться по моей заднице? — У меня уже от твоего голоса член, словно камень, — сказал Наруто, опёршись локтём о руль. Голос стал ниже: — Скажи честно… у тебя ведь то же? — Т-ц, возможно, — не хотел так просто сдаваться Саске. — Ох, обожаю, когда ты стесняешься. Твои бледные щеки так мило розовеют. Помнишь, как я кончил тебе на лицо позавчера? — М-м… Наруто, остановись, — сказал Саске слегка хриплым от возбуждения голосом. — Где ты сейчас? — проигнорировал просьбу Наруто, даже не собираясь останавливать воображение. — Дай, угадаю. Ты пришёл после совещания, злой и раздраженный, в номер гостиницы, принял душ, надел только нижнее белье и лежа на кровати читаешь. — Хм, — оценил Учиха. — Ты слишком хорошо меня знаешь. Это было несложно. — А знаешь, что действительно сложно? — томно спросил Узумаки и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Знать, что ты лежишь полуголый и возбужденный, не имея возможности тебя коснуться. — Ох, нужно потерпеть всего несколько дней. Это ведь не конец света, — Саске хотел приободрить, но Наруто уже не мог так просто закончить. — Оближи палец, — командовал Наруто, точно зная, что Саске послушает его. — М-м, зачем? — тихо спросил он. — Проведи по соску и немного потереби его. Я знаю, тебе это нравится. Даже если меня рядом нет, ты все равно моя шлюха, Саске. Ты меня слышишь? — Да, — ответил Саске с придыханием. — Ты уже трогаешь себя? — усмехнулся Узумаки, отмечая слабые отголоски шорохов на другом конце провода. — Ах, да, — простонал Учиха, и Наруто, наплевав на все нормы приличия, расстегнул ширинку, освобождая наконец немалое достоинство, сжимая его у основания. Понизив голос ещё сильнее — так, будто говорил прямо ему в кожу, он сказал: — Теперь проведи по животу. Боже, если бы ты знал, как я обожаю твои кубики пресса. А сколько раз я кончал на них? Несчетное количество раз. Но больше всего мне нравится размазывать по нему наше семя, соединяя и смешивая вкусы. — Черт! Я… — Да, Саске, снимай трусы. Сделаем это вместе, — удобно обхватив член и размеренно двигая рукой, он глубоко вздохнул и продолжил говорить: — Обожаю твою попку, особенно, когда я вколачиваюсь в неё сзади так быстро, что она трясётся как долбанное желе. — М-м, да! Я тоже. Обожаю сосать твой большой член, языком лаская каждую венку. А когда ты сжимаешь бёдра в нетерпении или хватаешь меня за волосы, я почти рычу от удовольствия. Я возбудился уже просто представив, как тебе хорошо. — С-саске! Ты просто невероятный! — дышал в трубку Наруто, не переставая двигать рукой. — Ч-чёрт! Лишь от звука твоего дыхания уже хочется кончить себе на живот и размазать так, как ты говорил, — Саске сжал член у основания чтобы сдержать подступающий оргазм. — Как же я хотел бы это видеть! Когда ты закатываешь глаза и выгибаешься дугой, теряясь в наслаждении, у меня просто крышу сносит к чертям от твоего развратного вида… — скулил Наруто, ускоряя движения рукой. — Но ты… м-м-ф-ф… н-никогда не останавливаешься… б-будто пытаешься вытрахать из меня душу… и я это обожаю, — сказал Саске прерывисто тяжело дыша, чувствуя, что долго не протянет. — Всегда знал, что ты такой же извращенец, как и я, — одобрительно хмыкнул Наруто. Член в руке уже начал пульсировать. — Да! Я редко это говорю, но… Обожаю, когда ты меня хвалишь. — Я знаю, детка! Боже, мне так хорошо, словно ты здесь, рядом со мной, — еле говорил Наруто из-за подступающего оргазма. М-м-х-х-х… — простонал Саске и в следующее мгновение излился себе на живот. — На-руто! — Да! С—Саске-е! — услышав этот сладкий стон, Наруто не смог больше терпеть и последовал за ним в пучину удовольствия, кончая себе в кулак. Слегка отдышавшись, блондин достал чистой рукой салфетки из бардачка, вытерев руку и пару попавших на одежду капель. Затем он опустил водительское окно, достал новую сигарету и опять закурил. — Даже на расстоянии заставляешь меня сходить с ума по тебе, — сказал Саске, когда дыхание немного восстановилось. — Когда вернёшься… повторишь это мне в лицо. — Если смогу говорить. — Точно, я займу твой рот чем-нибудь поинтересней, — тихо ответил он, выпуская очередное кольцо дыма. Блондин сделал последнюю затяжку, медленно выпустил дым сквозь приоткрытые губы и кинул окурок на асфальт через окно. — Саске, выходи за меня, а? — внезапно выдал Наруто. Тишина на другом конце провода была пугающей. Узумаки уж было подумал, что поспешил, все-таки такие вещи должны происходить в более романтичной обстановке, а не по телефону. Но для него это было так просто и естественно, что слова сами вырвались. К тому же учитывая, в каком бешеном темпе они живут, никогда не найдётся подходящий момент. — Наконец-то! Конечно, да! — возглас Саске позволил Наруто с облегчением выдохнуть. — Тебе не кажется, что я слишком долго ждал? — теперь возмущался он, когда первые всплески радости прошли. — Чтоб ты знал, я уже хотел сам сделать тебе предложение на нашу следующую годовщину! Но тебе было бы стыдно, потому что… — Саске, — вдруг тихо позвал его Наруто. — М-м, — лениво ответил он. — Я люблю тебя. — Да, я тоже тебя люблю, — ласково ответил он, и Наруто впитывал в себя этот голос, потому что от него редко это услышишь, отчего каждый раз хотелось дорожить такими моментами. — И кстати, мне кажется, мы уже можем себе позволить взять к нам кого-нибудь третьего, — с намёком продолжил он. — Эй! Я свой член хочу совать только в твою задницу! Или это была проверка на верность? Как жестоко… — Нет, идиот! Я говорил про питомца! — А-а! — протянул Наруто, выдыхая. — Тогда… — Кошка, — предложил Саске. — Собака, — сказал Наруто одновременно с ним. Посмеявшись, они ещё долго спорили, кого же выбрать. Каждый приводил аргументы в пользу то одного животного, то другого. Наруто успел уже доехать до дома и залить рамен кипятком, а разговор по телефону все не заканчивался. Варианты кличек тоже были представлены в различных вариациях. Саске предлагал кота назвать Председатель Мяу. Наруто хотел собаку с именем Курама — первое, что в голову пришло. Спорили они до глубокой ночи, не желая уступать. Но на следующий день Саске уже выбирал на сайте золотистого ретривера — для Наруто. Тот, в свою очередь, подыскивал кота, обязательно черного — для Саске.