Преступление

      Чжан Цзяхao застонал, зажимая рот тыльной стороной ладони, отчаянно пытаясь заглушить звуки, пока ласкал себя. Его муж тихо посапывал рядом, уже удовлетворённый после их недавнего секса, но скучной миссионерской позы, которую всегда хотел Джунсо, было даже близко недостаточно, чтобы Цзяхao кончил. Он раздраженно простонал, возбуждённый и полный желания, но разрядка, которой он жаждал, казалась недосягаемой. Он отпустил свой полувялый член с разочарованным стоном, быстро сдаваясь, когда понял, что его усилия тщетны. Он уставился в темноту на потолок, его грудь всё ещё вздымалась. Похоже, предстояла очередная ночь засыпания с полувялым членом и неутоленной пульсирующей потребностью в жилах.       Цзяхao любит своего мужа. Правда любит. Они были женаты уже почти год, и ему всё ещё не надоел этот мужчина. Каждый раз, когда Джунсо ему улыбался, Цзяхao чувствовал в груди то знакомое трепетное тепло, что и в самом начале их отношений.       Чжан повернулся на бок, вглядываясь в мягкие черты лица спящего Джунсо, наполовину скрытого в темноте их спальни. В нем была особая, неброская красота – совсем не тот тип, который обычно привлекал Цзяхао, но искренние настойчивые ухаживания старшего сделали свое дело, и Хао сам не заметил, как влюбился в ответ.       Ким Джунсо был замечательным человеком и просто идеальным мужем. С утра до вечера он корпел в офисе, чтобы обеспечить их двоих, каждый вечер встречал Цзяхао поцелуями и никогда не скупился на похвалу его стряпне – даже когда Цзяхао безнадежно портил новое блюдо. А ночью Джунсо укладывал его в постель, не торопясь подготавливал к близости, целовал до головокружения и занимался любовью так нежно и горячо. Таким был его муж – чутким, ласковым и бесконечно заботливым. И вот именно это и было проблемой Цзяхао. Его предпочтения в постели всегда были несколько… необычными.       Однажды он уже пробовал заикнуться об этом Джунсо, примерно через месяц после начала их отношений, когда Хао только начал понимать, насколько сильно влюблён. До этого их секс был исключительно ванильным, и Чжан уже начинал испытывать беспокойство. Пора было затронуть эту тему со старшим.       — Джунсо… — начал он, устраиваясь у него на коленях. Старший поднял глаза от телефона, и Цзяхао нервно прочистил горло. Ким тут же отложил телефон на диван и мягко обвил руками его талию, ласково улыбнувшись.       — Что такое, малыш? — спросил Джунсо, крепче сжимая младшего в объятиях. Цзяхао не мог встретиться взглядом со старшим, кусая губу и ёрзая у него на бедрах.       — Я тут подумал… — начал он, откашлявшись. — Как ты отнесешься к тому, чтобы.. ну, немного поэкспериментировать в постели? — Брови Кима нахмурились, а улыбка слегка померкла.       — Оу… я что-то делаю не так? — Джунсо выглядел немного расстроенным. Цзяхао почти видел, как у него опустились щенячьи ушки.— А я-то думал, тебе тоже хорошо со мной…       — Мне правда хорошо! — быстро сказал младший, вцепившись в рубашку Джунсо, чтобы скрыть, как он нервничает. — Мне всё нравится, просто… ты можешь быть не готов к такому… — Ким хмыкнул, откинулся чуть назад, изучая лицо Цзяхао.       — Ты пытаешься спросить, можно ли тебе быть сверху?       Чжан поморщился. В любой другой момент он бы рассмеялся от такой нелепости, но сейчас он слишком нервничал.       — Нет! Нет, не в этом дело, скорее… — Цзяхао сглотнул. — Кое-что пожестче. — Теперь пришла очередь Джунсо морщиться.       — Типа плёток и цепей? Что-то в этом роде? — Ким уставился на младшего в полном недоумении, будто у того внезапно выросла вторая голова. Цзяхао попытался рассмеяться, но вышло скорее сдавленное покашливание.       — Не совсем… Я думал скорее о… может, ты мог бы шлёпать меня? Или называть как-нибудь? Или, может, душить меня? — Надежда на лице Цзяхао померкла, когда лицо Джунсо напряглось от неловкости. Ответ был уже ясен ещё до того, как он заговорил.       — Я не знаю, Хао, — мягко сказал старший, нежно проведя тыльной стороной ладони по щеке Цзяхао. — Ты же знаешь, я сделаю для тебя что угодно, но… я не думаю, что смогу причинить тебе боль. Мне правда очень жаль, малыш.       — Всё хорошо, — выдохнул Чжан, стараясь, чтобы голос звучал легко, хотя во рту было горько. — Мне на самом деле всё это не так уж и нужно. Просто Аньсинь хвастался, что они с девушкой вытворяют, ну я и подумал – а почему бы нет? Но я не хочу, чтобы ты из-за меня чувствовал себя неловко, милый.       И на этом всё закончилось.       Они так и остались в объятиях друг друга, согреваясь теплом тел, пока Джунсо мягко не взял Цзяхао за подбородок и не наклонил его лицо вниз, потянувшись к нему за сладким, медленным поцелуем. Хао не мог не растаять в нём, обвивая руками шею парня, даже несмотря на то, что в груди разрасталась пустота – часть его жаждала чего-то большего.       Сейчас, глядя на мужа в темноте и вспоминая тот разговор, Цзяхао думал: а не ошибся ли он, выйдя за него? Может, он слишком поспешил, не осознав до конца, от сколького ему придется отказаться. Он ведь был уверен, что той любви, которую Ким дарит ему каждый день, будет вполне достаточно для счастья – ее просто обязано было хватить.       Но Цзяхао, как ни старался, никак не мог насытиться – ему постоянно хотелось большего.

˖ ⊹ °˖✧  𓆩ꨄ︎𓆪  ✧˖° ⊹ ˖

      Стояла глубокая ночь, но Лео всё ещё усердно работал, покачивая головой в ритм нового трека, который он сводил. Лео так увлечённо и сосредоточенно накладывал хай-хэты на басовую линию, что едва не пропустил тихие, робкие стуки в дверь студии.       — Войдите, — рассеянно бросил он, увеличивая громкость хай-хэтов, но тут же передумал и оставил их тихим фоновым инструменталом.       — Лео, — позвал тихий, знакомый голос. Лео наконец оторвался от клавиатуры и резко обернулся, услышав своё имя.       В дверях стоял Чжан Цзяхао – рука всё ещё лежала на дверной ручке, будто он сомневался, пустят ли его. Лео не видел его уже несколько месяцев – с того самого дня, как Хао ушёл из его квартиры со взлохмаченными волосами, наспех застегнутой рубашкой и строгим предупреждением, что это в последний раз, когда они переступают черту. Он даже зашёл так далеко, что заблокировал номер Лео.       И всё же он снова здесь – заявился без предупреждения к нему на работу и смотрит так, будто чего-то хочет. За эти месяцы Цзяхао стал ещё красивее – его скулы заострились, щёки порозовели, а вместо бордовых волос теперь была блондинистая копна.       «Похоже, семейная жизнь идёт ему на пользу», — язвительно подумал Лео.       В огромных мерцающих глазах Хао было что-то такое, от чего у Ли всегда перехватывало дух. Так было с самой первой встречи в университете, когда он впервые увидел этого очаровательного парня. Но сейчас в этих глазах читалась какая-то скрытая напряжённость, тревога, прячущаяся за блеском. Вид, к которому Лео понемногу привыкал.       — Могу я войти? — тихо спросил Цзяхао, всё ещё глядя на него тем странным блеском в глазах.       Лео окинул его суровым взглядом –половина его души хотела захлопнуть дверь и напомнить о черте, которую тот сам провёл между ними. Но где-то под этой обидой предательски трепетала радость: он снова здесь.       — Ну раз уж ты здесь, — сказал он, изображая безразличие и неопределённо махнув в сторону дивана в углу комнаты, — располагайся.       Цзяхао сел на самый краешек дивана – колени сведены, руки аккуратно сложены, будто он боялся занять лишнее пространство. Мягкий свет студии окутывал его тенями, а гул техники заполнял тягучую тишину между ними. Лео наблюдал из другого угла, скрестив руки. Он откинулся в кресле, лицо – невозмутимая маска, само спокойствие. Но в том, как его тёмные глаза впились в Цзяхао, спокойствия не было и в помине.       Молчание затянулось.       — Ты заблокировал меня, — наконец произнес Лео. Голос его звучал размеренно, почти буднично, хотя внутри он чувствовал что угодно, только не спокойствие. — Ты сказал, что больше никогда не хочешь меня видеть, а потом, блять, заблокировал. И теперь ты вот так заявляешься… — Он склонил голову набок, окидывая Цзяхао взглядом, от которого у того всё переворачивалось. — Не хочешь объясниться?       Младший сглотнул. Пальцы его сжались сильнее, костяшки побелели. — Я знаю, — сказал он. — Меня здесь не должно быть. И всё же…       Цзяхао выдохнул дрожаще, опустил глаза в пол, а потом снова поднял, встретив тяжёлый взгляд Лео. — Я пытался не думать, — признался он. — О тебе. Об… этом. — Он сжал губы, словно сдерживая что-то. — Правда пытался.       Он видел, как взгляд Лео скользит по нему – тёмный, пристальный, собственнический. Он был в ловушке.       — А твой муж? Как же Джунсо? — спросил Лео с выражением лица, которое невозможно было прочесть.       По телу Цзяхао пробежала едва уловимая дрожь.       — Я люблю его. И он любит меня, — торопливо, с жаром заговорил Чжан, нервно крутя обручальное кольцо. — Он замечательный. Просто он… — Голос прервался. Он мотнул головой, и сквозь вину прорвалась горечь. — Он не может дать мне этого.       Лео оттолкнулся от стола и медленно, как хищник, двинулся к дивану. Цзяхао сжался, понимая, что деваться некуда. Лео приближался, с каждым шагом съедая пространство, пока не навис над ним чёрной скалой, заслонив собой весь свет. Он был так близко, что младший чувствовал его всей кожей – тяжёлое, тёплое присутствие, проникающее до самых костей.       — Этого, — тихо повторил Ли. Вопрос, который он не задал, читался в самом его тоне.       Цзяхао кивнул. Опустил глаза, и ресницы его затрепетали, словно одно это движение далось ему с трудом. — Мне это необходимо, — выдохнул он. — Мне нужно, чтобы ты… — Голос оборвался, дыхание спёрло, плечи застыли в напряжении, будто он ждал удара.       Лео молчал долгую минуту, а затем, словно нарочно, протянул руку. Длинный, мозолистый палец скользнул под подбородок младшего, приподнимая его лицо, заставляя встретиться взглядом.       — Ты сам всё закончил между нами, — отрезал Лео, и голос его сочился ледяным презрением. — Ты не можешь просто впорхнуть сюда и делать вид, что этого не было, Хао.       — Нет, — быстро выдохнул Цзяхао. Голос предательски дрожал, но глаза смотрели прямо. — Я тебя умоляю. Пожалуйста, Лео, мне так жаль…       Что-то тёмное промелькнуло в глазах старшего. Рука упала, но напряжение осталось – ужасно вязкое, невыносимое.       — Если ты останешься, — медленно произнёс Лео, — условия диктовать буду я. Ты же понимаешь это, да?       Ответ Цзяхао не заставил себя ждать. Руки замерли на коленях, голова склонилась. Полная покорность и смирение. Лео выдохнул сквозь зубы, беря себя в руки. А когда его взгляд снова упал на красивого парня перед ним, в нём зажглось что-то тёмное, голодное, неутолимое. — На колени, шлюха. И сними это чёртово кольцо.

˖ ⊹ °˖✧  𓆩ꨄ︎𓆪  ✧˖° ⊹ ˖

      Цзяхао застонал, ничуть не сдерживаясь, и его горло издало неприличный влажный звук, когда он заглотил член Лео до самого основания. Он глубоко вдохнул носом, слюна капала на пол, когда он заставлял себя насаживаться всё ниже и ниже по внушительному стволу.       — Чёрт, только посмотри на себя. Такая грязная шлюха, — выплюнул Лео с жестокой улыбкой, грубо врываясь в рот Цзяхао. Парень закашлялся, когда Лео заставлял себя войти ещё глубже, толкался до предела. Младший изо всех сил старался держать голову неподвижно, впиваясь пальцами в твёрдые мышцы бёдер Лео, сосредоточившись на глубоком дыхании через нос.       — Интересно, твой драгоценный муж всё ещё любил бы тебя, если бы увидел, как ты давишься моим членом, стоя на коленях?       Цзяхао застонал в ответ, звук получился неразборчивым из-за члена во рту. Он посмотрел на Лео снизу вверх, в его больших глазах выступили слезы, стыд и похоть смешались в этих влажных глубинах.

Он выглядел как побитый щенок.

Возбуждённый побитый щенок.

Этот грёбаный маленький извращенец.

      Живот Лео сжался от пульсирующего возбуждения. Пальцы, сжимающие блондинистые пряди, стали жестче. Он резко выдернул член изо рта Цзяхао, давая тому откашляться. Хао хватал ртом воздух, тяжело дыша, его щёки горели лихорадочным румянцем, а глаза опасно сверкали.       — Ммм… Х-хозяин…       — А тебе нравится, да, шлюха? — усмехнулся старший, сжимая в кулаке влажный от слюны член и шлёпая им блондина по щеке. Тот жалобно заскулил, поднимая на Лео умоляющий взгляд.       — Хозяин, п-пожалуйста, — всхлипнул парень, сжимая бёдра.       Лео усмехнулся про себя, отпуская волосы Цзяхао. Он будет великодушен и отпустит Хао, если тот попросит его остановиться. В конце концов, Лео был просто удивительно мягким и добросердечным человеком. Но младший и не думал останавливаться. Влажный, твердый член Лео замер в всего в паре сантиметров от его лица, и юноша с кошачьими чертами, облизнувшись, уставился на него с голодным интересом.       — М-можешь трахнуть меня в глотку?       Только Чжан Цзяхао мог произнести такую непристойность с такой очаровательной невинностью, его большие кошачьи глаза блестели, когда он с надеждой смотрел на Лео снизу вверх. Старший выругался сквозь зубы, когда Цзяхао подался вперёд и по-кошачьи лизнул его головку, проводя языком по выступающей вене на нижней стороне члена, всё ещё глядя на него снизу вверх с этим кокетливым, голодным выражением.       — Ну пожалуйста-пожалуйста?       — Ну какая же ты жалкая шлюха, — с приторной нежностью протянул Лео, запуская пальцы в шёлковые волосы блондина, а потом резко сжал обе горсти светлых прядей, заставив младшего тихо всхлипнуть.       Цзяхао послушно открыл рот, вытянув розовый язычок и спрятав зубы за пухлыми губами. Лео вошёл в него до упора, глухо застонав от обжигающей влажной тесноты. Его член дёрнулся во рту китайца, выдавая нетерпение. Лео начал двигать бёдрами – сначала лениво, но быстро набирая темп под влажные звуки, которые издавал Хао.       Вот где место Цзяхао. У ног Лео, с членом во рту, будто это единственное его предназначение. Старшего передёрнуло от мысли, что можно запереть Цзяхао здесь, трахать его день и ночь, давая то, в чём он так нуждается. В отличие от его жалкого муженька, который сейчас сидит дома сложа руки, и ни о чём не догадывается.

Только Лео. И никого больше.

Лео озвучил эту мысль вслух, и Цзяхао застонал глубоко, гортанно – он уже едва мог разлепить глаза, пока старший безжалостно терзал его рот.       — Смотри на меня, — приказал Лео и хлестко ударил Цзяхао по щеке. Тот поперхнулся, закашлялся ртом, набитым членом, но быстро взял себя в руки. Он поднял на Лео огромные, влажные от слёз глаза – жалкие до невозможности, но при этом до дрожи сексуальные.       — Нравится быть моей маленькой шлюхой? А? Хао-я? Этого члена тебе точно было мало.       Цзяхао оставалось лишь беспомощно мычать с набитым ртом, пока яйца Лео похотливо хлопали по его мокрому от слюны подбородку. Старший грубо вбивался в тугую влажную дырочку его глотки снова и снова. Чжан заёрзал на полу, сжимая бёдра в поисках хоть какого-то облегчения в своих узких джинсах. Лео вытащил член с громким рычанием, давая младшему перевести дух и пытаясь не кончить слишком рано. Цзяхао жадно глотал воздух, кашляя и давясь слюной в отчаянной попытке вдохнуть.       — Хозяин… можно мне… потрогать себя? — выдохнул Цзяхао, опять сдвигая колени. Руки его дрожали от напряжения он изо всех сил сдерживался, чтобы не прижаться ладонью к своему пульсирующему члену, который так отчаянно требовал ласки. — У меня так стоит… п-пожалуйста… — простонал он жалобно, почти плача.       Лео недовольно нахмурился и сжал пальцы на горле Цзяхао, наклоняясь к самому лицу. Хао смотрел на него из-под полуопущенных ресниц, и когда хватка стала жёстче, он судорожно вздохнул – пульс бился прямо под пальцами Лео.       — Я, кажется, чётко сказал. Никаких. Прикосновений.       Лео сильнее сжал пальцы на тонкой шее, чувствуя, как под кожей пульсируют мышцы и сухожилия. Цзяхао хватал ртом воздух, глаза его закатились, когда кислород начал покидать его. Картинка поплыла, звуки превратились в далёкий гул, мысли таяли, пока в голове не осталась только сладкая, пьяная пустота.       — Ты настолько тупая шлюха, которая даже простые команды не понимает? Хочешь, чтобы я прекратил?       Когда Цзяхао не ответил, Лео влепил ему звонкую пощёчину. Хриплый вскрик сорвался с губ парня, и только стальная хватка на горле удержала его от падения. Холод в глазах Лео только распалял его, и Цзяхао, тяжело дыша, тёрся бёдрами друг о друга – самая настоящая тупая шлюха, которой Лео его и дразнил.       — Н-нет, пожалуйста, не останавливайся… П-прости меня, — жалко просипел он.       — Руки за спину. И даже не вздумай их убирать, пока я не разрешу, — приказал Лео, отпуская горло блондина.       — Д-да, хозяин… — выдохнул Цзяхао, судорожно и глубоко хватая ртом воздух, пока Лео тянулся к галстуку, перекинутому через спинку стоящего рядом стула – тому самому, который он сорвал с себя несколькими часами ранее. Он послушно завел руки за спину, его зрачки были настолько расширены, что глаза казались просто блестящим обсидианом. Лео грубо обмотал ткань вокруг его запястий и услышал, как у младшего перехватило дыхание, когда он затянул узел потуже. Лео сжал свой член у основания, проводя влажной головкой по пухлым губам Хао, а затем снова вошел в него, удерживая голову парня рукой в его волосах, пока не погрузился полностью в его глотку.       — Чёрт, Хао… — Лео был уже на грани, толкаясь бёдрами быстро и бездумно, чувствуя, как этот пьянящий жар разгорается всё сильнее у него в паху. — Боже, ты так чертовски хорош в этом, — простонал старший, откидывая голову назад от удовольствия. Глаза Цзяхао блестели, и он издал тихий приглушенный звук, его руки судорожно дернулись за спиной. — Ты строишь из себя такого недотрогу перед этим ублюдком Ким Джунсо, но на самом деле ты просто маленькая шлюха, которая готова принять член кого угодно, не так ли?       Чжан попытался отрицательно качнуть головой. Глупо, внезапно, но его захлестнуло острое желание возразить: он не шлюха, не ложится под каждого. Хотелось заверить Лео, что за таким он придет только к нему.       Но Лео не дал ему шанса ничего из этого сказать. Глаза Цзяхао резко закрылись, а из горла вырвался приглушенный вскрик, когда старший достиг точки в глубине глотки, от которой на глаза навернулись слезы, и он отчаянно попытался подавить рвотный рефлекс.       — Вот бы твой чертов идеальный муженек увидел тебя сейчас. Он бы и пальцем к тебе больше не прикоснулся, если бы знал, какая же ты на самом деле грязная тварь.       Руки Цзяхао дрожали за спиной, слезы уже лились ручьями, а член Лео безжалостно продолжал трахать его глотку. Лео хищно улыбнулся, в глазах полыхнул темный, садистский огонь, заставивший младшего вздрогнуть всем телом.       — Ты мой, Хао. Моя красивая маленькая шлюшка, которую я использую как захочу. Запомни это, сука, навсегда.       Цзяхао пылал, каждое слово Лео отдавалось пульсацией в члене. Бедра сами потянулись вверх, ища хоть какой-то возможности облегчить ноющую боль в паху. Старший издал низкий, дрожащий стон, всем телом прижимаясь к блондину, когда погрузился глубоко в глотку худого парня. Цзяхао понял, что Лео близко – член австралийца был горячим и подрагивал у него на языке. Он глубоко вздохнул носом, вдыхая отчетливый мускусный запах Лео.

Боже, как он скучал по этому запаху.

      Хао приглушенно застонал, не выпуская член Лео изо рта, когда тот придавил тяжелым ботинком его ноющий пах, вжимая подошву в промежность. Цзяхао с всхлипом выпустил член, заскулив от прострелившей позвоночник молнии. Он отчаянно насаживался на ботинок Лео в погоне за сладким кайфом. Он уже истекал и дрожал в своих тесных джинсах, был так близко, что ботинок Лео казался райским наслаждением для его изголодавшегося члена.       — Я сказал тебе переставать сосать? Какая же ты бесполезная сучка, — прорычал старший, вдавливая острый каблук своего черного ботинка в чувствительный член Цзяхао. Чжан взвизгнул от боли – его руки крепко сжались за спиной, когда он снова взял Лео в рот, но его старания вскоре стали небрежными, он застонал с полным ртом, пока Лео продолжал доставлять ему удовольствие ногой. — Такая похотливая маленькая шлюха, — прорычал Лео, его голос охрип, когда он приближался к своему оргазму. — Ты кончишь просто от моего ботинка?Гребаный извращенец.       Горло Цзяхао саднило от напряжения, по щекам катились слезы, вызванные жестокими словами Лео, а колени невыносимо ныли, вжимаясь в твердый пол. Лео все сильнее давил каблуком ему на пах, почти причиняя боль, и с каждым резким движением вбивался членом в самую глотку.       Тело ломило, воздуха не хватало, а член пылал, причиняя почти невыносимую боль. Цзяхао был на грани.       Одно особенно грубое движение ноги Лео заставило все тело младшего напрячься, прежде чем он содрогнулся в одном из самых сильных оргазмов за последнее время, член Лео выскользнул у него изо рта, пока он жалобно стонал сквозь пелену перед глазами. Его бедра дергались, словно одержимые, руки подергивались за спиной. Он чувствовал, как трусы насквозь пропитываются спермой. Хао тяжело, сбивчиво дышал, пытаясь прийти в себя после оргазма, но Лео думал иначе. Схватив его за волосы, он снова с силой вогнал свой пульсирующий член прямо в глотку Цзяхао.       — Что за непослушная шлюха, кончил без разрешения. Придется как следует вытрахать тебя, чтобы уважение появилось, — процедил старший сквозь зубы, изо всех сил стараясь скрыть, что сам уже на грани. Чжан со влажным хлюпаньем подавился его членом, но заставил себя расслабить горло и принять его глубже. Лео двигался все быстрее и беспорядочнее, яйца тяжело бились о подбородок Цзяхао, пока он трахал его рот. — Смотри на меня. Вот так, шлюха, — простонал Лео, наслаждаясь потерянным выражением на красивом, залитом слезами лице Цзяхао. Его кулаки сжались в светлых волосах, болезненно натягивая мягкие пряди. Глаза младшего вновь наполнились слезами, сдавленный всхлип вибрацией прошелся по члену Лео, но он замер и позволил Лео осквернять себя.       — Чёрт, Хао… Я сейчас кончу, малыш. — Бедра Лео дернулись, его член погрузился глубоко в глотку Цзяхао, тесный жар сжимал его как тиски. Он перехватил руку, скользнув ладонью вниз, чтобы сомкнуться на тонкой шее блондина – не душить, просто чувствовать под пальцами нежную кожу и ту неприличную выпуклость, где его толстый член растягивал горло красивого парня.       Цзяхао едва успел среагировать, как Лео резко вышел, сжимая член в кулаке, и кончил ему на раскрасневшееся лицо. Хао не смог сдержать глубокого стона, рвущегося из горла, когда горячие струи жидкости непристойно покрыли его лицо. Он моргнул, глядя на Лео сквозь пелену, слезы смешивались с липким беспорядком, и инстинктивно высунул язык, ловя каплю, стекавшую к приоткрытым губам. Солоноватый привкус взорвался на вкусовых рецепторах, вырывая еще один полный нужды всхлип.       — Какой же ты красивый, — прохрипел старший, сбивчиво дыша, и провел влажным членом по испачканному лицу Цзяхао, размазывая сперму по щекам. Он медленно двигал бедрами, скользя членом по острой скуле, терся головкой о родинку у глаза, пачкая идеальную кожу. — Ты создан для того, чтобы быть в моей сперме.       — Д-да? — невнятно пробормотал блондин, его голос звучал глухо и отстраненно, он потерялся в том туманном состоянии, где всё размыто. Его связанные руки слабо дернулись, мышцы напряглись, но тело подалось вперед, прижимаясь к влажному жару члена Лео, словно к спасательному кругу. Эти пухлые губы скользнули по стволу, язык высунулся, жадно облизывая головку, вылизывая последние капли мягкими, кошачьими движениями.       Улыбка Лео искривилась, острая и хищная, когда он снова запустил пальцы в волосы Хао, удерживая его на месте. — Что нужно сказать, шлюшка?       Связанные руки Цзяхао дрогнули за спиной, и он встретил взгляд старшего с той затуманенной преданностью и выдохнул, с трудом выговаривая слова.       — Спасибо, хозяин.

˖ ⊹ °˖✧  𓆩ꨄ︎𓆪  ✧˖° ⊹ ˖

      Примерно через час Цзяхао вернулся домой, бесшумно прикрыв за собой дверь. Он рассчитывал, что Джунсо уже спит, но мягкий свет в гостиной подсказывал, что удача сегодня не на его стороне. Блондин выпрямился, машинально теребя обручальное кольцо, и шагнул в гостиную. Джунсо свернулся на диване с книжкой и чашкой чая, на носу – очки в роговой оправе, которые Цзяхао любил больше всего. Вид мужа, который так преданно ждал его возвращения, пока он сам развлекался с любовником, ударил сильнее любых обвинений.       — О, Хао, ты вернулся! — сказал Джунсо, улыбаясь так, словно в мире не было ничего плохого. — Я не слышал, как ты вошел. — Он отложил книгу в сторону и раскрыл объятия, приглашая мужа подойти ближе.       Груз вины давил на грудь Цзяхао, но он все же подошел и сел на колени к Джунсо, изо всех сил стараясь не окаменеть в его родных, теплых объятиях. Старший тут же положил ладонь ему на спину и начал медленно, успокаивающе поглаживать.       — Как сходил к маме? — тихо поинтересовался Джунсо. — Ей лучше?       — Да, — ответил Хао, ложь сорвалась с губ слишком легко. Он заставил себя улыбнуться. — Чувствует себя намного лучше. Думаю, ей просто нужно было поесть горяченького супа и побыть с кем-то рядом.       На лице Джунсо расцвела улыбка. — Ты у меня такой чуткий, малыш. — Он потянулся к мужу и ласково коснулся его носа своим, словно в немом поцелуе.       Цзяхао закрыл глаза и позволил себе раствориться в объятиях. Руки Джунсо были все такими же надежными и любящими. И в этой тишине Хао вдруг понял с ледяной уверенностью: за его поступками нет прощения. И не будет.       Джунсо уже спал в их постели, когда Цзяхао в душе пытался отскрести себя дочиста, до красноты и жжения, стирая с себя каждую частичку того, что случилось днем. Вот только вина оставалась – она пропитала его насквозь, просочилась в каждую клетку, залегла там, куда воде не проникнуть.