Диагноз: грех, лечение: смерть

— Пятый раз, — устало вздохнула Селлина. — Я устала договариваться, чтобы твои попытки суицида не вносили в базу. Может, хватит уже? Касьян смотрел на неё в упор. Когда женщина посмотрела ему в глаза и вздрогнула, он усмехнулся. Желаемый эффект достигнут. Он надел свои затемнённые очки, чтобы не довести бедную начальницу до сердечного приступа. — Мне та-а-к тебя жаль, — язвительно протянул юноша, поднимаясь с кровати. В воздухе витал характерный для больницы запах медикаментов и антисептика, отчего тот поёжился. — Куда ты уже собрался? Подожди пару минут, я позову медсестру, чтобы она поставила тебе капельницу, и ты свободен. — Спасибо, обойдусь, — ответил он, покидая палату. Селлина сказала что-то вдогонку, но парень этого уже не услышал. Каждый раз, возвращаясь в свою маленькую комнатушку в общежитии после больницы, Касьян клянётся себе убираться почаще. И каждый раз вновь забивает. Захлопнув дверь, он подошёл к стулу, заваленному вещами, и, сняв с него красный вязаный кардиган, надел. Хоть и лето, но щеголять в одной футболке и джинсах не очень комфортно. Юноша вновь оглядел своё жилище и, забив на гору грязной посуды в раковине, сел на пол и начал собирать разбросанные таблетки по банкам. Стоило ему закончить, как на телефон тут же поступил звонок. Даже не глядя на экран, он мог сказать, от кого он. Конечно же, это — Селлина. — Слушаю. — Ты уже в общежитии? — Так точно. — Прекращай язвить, я тебе не подружка. Через двадцать минут чтобы был у меня в кабинете. Без опозданий. — Ок. И скинул. Ровно в назначенное время парень, не церемонясь, зашёл в кабинет без стука. Женщина посмотрела на него с укором, на что тот язвительно улыбнулся. — А вот и тот, о ком я говорила, — обратилась она к стоящей рядом девушке, которую Касьян сначала даже не заметил. Незнакомка развернулась, давая себя рассмотреть: невысокая, стройная девушка, бледная кожа и нос с горбинкой, пепельно-русые волосы стекают по спине, а светло-зелёные глаза в упор смотрят на него. Позволив взгляду задержаться дольше, чем положено, юноша скрестил руки на груди и ухмыльнулся. — С этого дня вы будете напарниками, — продолжила Селлина. — Вещи уже в твоей новой комнате. — Она окинула взглядом подчинённых и вернулась к бумагам. — На этом всё, свободны. Парень подошёл к девушке и протянул руку со словами: — Касьян, приятно познакомиться. — Нонна, взаимно. Надеюсь, сработаемся, — ответила та на рукопожатие, не снимая с руки перчатки. Как некультурно. Когда они оказались на расстоянии вытянутой руки, юноша замер. На груди у новой знакомой он заметил крест. Небольшой, на тоненькой серебряной цепочке. Глаз дёрнулся (благо из-за очков этого никто не заметил), в груди поднялся ком, и он тут же убрал руку. Стоило напарнице выйти, как парень подлетел к столу начальницы и зашипел: — Где ты её откопала?! Женщина медленно подняла глаза и посмотрела на него: — Тон. Я не собираюсь с тобой говорить, когда ты так неуважителен. Мне хватило вчерашней выходки. Касьян издал нервный смешок и ударил ладонями по столу. — Где. Ты. Её. Откопала. Селлина продолжила разбирать что-то в документах. На мгновение кабинет погрузился в удушающую тишину, пока тот не сказал: — Если ты мне не ответишь, то я не могу гарантировать, что «вчерашняя выходка» не повторится. Она замерла. На секунду ему показалось, что в глазах начальницы блеснула жалость и желание что-то сказать, что-то важное, но в итоге Селлина просто устало потёрла переносицу: — Успокойся. Нэо нашёл её в поезде, она откуда-то бежала. Поверь мне на слово: Нонна не за тобой. Прекрати вести себя как параноик. — Женщина тяжело вздохнула. — А теперь иди, проведи ей экскурсию, успокойся и не сходи с ума. Слова начальницы не то чтобы успокоили юношу, но всё-таки мелкая дрожь из рук ушла. Он улыбнулся и вышел из кабинета, не сказав ни слова. Девушка стояла у противоположной стены, скрестив руки на груди. Стоило ему закрыть за собой дверь, как она недовольно фыркнула: — Ну наконец-то. Что можно так долго обсуждать? Парень усмехнулся и подошёл ближе: — План по захвату мира. Пошли, устрою тебе увлека-а-ательную экскурсию. Не оборачиваясь на неё, он пошёл вдаль по коридору. Сзади послышался раздражённый вдох, какое-то бормотание, а вскоре и шаги. Экскурсия была напряжённая. Касьян сухо перечислял комнаты: столовая, прачечная, кабинеты, а Нонна просто молчала. За всё это время они не перекинулись ни одной фразой, иногда бросали друг на друга взгляды, но не более. — Я так понимаю, тебя в соседнюю со мной подселили? Нонна кивнула и хотела сказать что-то ещё, но не успела — Касьян уже зашёл к себе, захлопнув дверь у неё перед лицом. Юноша со злобой кинул очки на пол и сжал кулаки так сильно, что на ладонях остались красные следы от ногтей. Он прикусил нижнюю губу и вцепился в волосы, оттягивая их в разные стороны, пытаясь привести мысли в порядок. Поняв, что все попытки тщетны, парень выпил успокоительное (в этот раз нормальную дозу) и снотворное. Не сняв верхнюю одежду, он завалился на кровать и уставился в потолок. — Надеюсь, она хоть не молится перед едой, — сонно усмехнулся тот. Пятнадцать минут Касьян просто лежал, ничего не делая и слушал шебуршание за стенкой — видимо, новая соседка разбирала вещи. Он представил себе её комнату: крест над дверью, иконы в уголке, свечи... Юноша невольно поёжился и попытался прогнать мысли, но вышло слабо. Образ Нонны и крест на её груди слишком сильно врезались в память. Пальцы невольно сжались в кулаки, а дыхание стало неровным. Касьян всеми силами пытался себя убедить, что это просто совпадение, что все уже давно про него забыли и никому он не нужен, но он знал: совпадений не бывает. Пролежав ещё некоторое время, парень наконец-то уснул.