Моя любимая жена

      Солнце стояло высоко над горизонтом. На небе не виднелось ни облачка, что давало дневному светилу карт-бланш на освещение даже самых потаённых участков земли. С улицы раздавался звук музыки ветра. Колокольчики нежно напевали убаюкивающую мелодию, согревая одинокое опечаленное сердце, запертое внутри имений семьи Ивасаки. Мира сидела в небольшой укромной коморке на тонком старом футоне. Размеры помещения были столь мал, что здесь нашлось место лишь для постели и небольшой тумбочки. Сегодня Мире исполнялось восемнадцать лет. А это означало, что в скором времени её выдадут замуж.       Мира никогда не пользовалась особой любовью в семье. Не обладая отличительными внешними данными и тем более способностями, она считалась прислугой в своей же семье. Даже в свой день рождения она сидела в своей маленькой тёмной комнатке, больше похожей на чулан, и смотрела в пустоту, страшась завтрашнего дня. Никто её не поздравил, как всегда.       Проблема была не только в её бездарности и непутёвой внешности, но ещё и в том, что её не интересовали мужчины. Когда родители узнали об этом в первый раз, они нещадно избили её. Хлестали плетью до кровавых ран, оставив на спине шрамы на всю жизнь, чтобы было неповадно впредь говорить чепуху. А потом она несколько ночей не могла спать, мучаясь от невыносимой боли. Но влечение к женщинам так и не пропало…       Наутро после восемнадцатого дня рождения Миры отец позвал её в свой кабинет. Девушка надела своё старое, истёртое до дыр кимоно, убрала в пучок свои волосы цвета фиолетового крокуса и обула единственные сандалии. Сиреневые радужки глаз засияли на свету, когда Мира вышла в коридор из узкой темницы. Она тяжёлой поступью прокладывала маршрут в обитель отца, медленно идя меж бамбуковых стен её жилища. Ей было страшно. Она знала, о чём пойдёт речь, и она совсем не хотела выходить замуж за незнакомца, тем более по расчёту, тем более мужчину. — Разрешите войти, — попросилась Мира перед закрытыми раздвижными дверьми, выполненными из прочных стеблей бамбука и тонкой однотонной ткани цвета морской ракушки. — Входи, — раздался изнутри холодный голос отца.       Мира отодвинула дверцу вбок и на секунду замерла, увидев в комнате не только отца, но и сестру с матерью. — Чё встала? — поддела улыбающаяся сестрёнка. — Заходи.       Мира послушно вошла и, закрыв за собой дверную створку, присела на свободное место перед родителями. Санка, её сестра, была лучше Миры во всём. Блондинка с зелёными глазами, обладающая сильной магией. Мечта, а не девушка. Да и любит мужчин, а не женщин… Такую бы любая семья приняла в свои ряды. Мира чувствовала себя пустым местом рядом с ней. Мать с гордостью смотрела на Санку, любуясь своей красавицей, а затем глянула на старшую дочь, и сразу взор её поменялся. На лбу появились морщинки, а уголки рта опустились. Отец смотрел на Миру таким же холодным взглядом. — Дочки, сегодня я провозглашу имена ваших супругов. Уверен, вам они понравятся, — отец сделал странное лицо, будто усмехнулся. — Моя любимая Санка, пусть до совершеннолетия тебе ждать ещё год, но, как и ожидалось от столь красивой и талантливой девушки, у тебя уже появились поклонники. Как ты и хотела, ты отправишься в семью Саютиро. Их сын обладает невероятной силой, и они не против связать себя с нами. — Спасибо, папочка! — взвизгнула Санка, и улыбка озарила её лицо. — Я об этом и мечтала! — Как я рада за тебя, солнышко, — миротворно прощебетала мать. — Ты будешь самой счастливой невестой на свете, мы спланируем тебе идеальную свадьбу! — Да, матушка! Купим мне самое лучшее кимоно и пригласим всех-всех родственников, чтобы обзавидовались!       Отец утвердительно кивнул и провёл рукой по своей короткой бородке. — Всё для любимой дочери, — он улыбнулся ей, а затем хмуро глянул на Миру. — Ну а ты… Мы с супругой долго искали ухожора для тебя, но ты никому не сдалась… К счастью, можешь выдыхать, мы нашли тебе жену. — Жену? — Мира удивлённо вскинула голову.       Мир перед ней покачнулся, время замерло. Как так? Неужели… нашлась женщина, любящая женщин? Да ещё и согласившаяся приютить у себя такую, как она. — Да, но не обольщайся. Её клан претерпел много невзгод, поэтому они вынуждены обзавестись хоть какими-то связями. Взамен мы получим дополнительные магические барьеры, — отец взял в руки какие-то листы и осмотрел их. — Мы ничего не теряем, а ты, как и хотела, получишь себе немужчину, — он отложил листы обратно на пол. — Вот только… Это госпожа Коикэ. — Коикэ? — сестра засмеялась. — О, сестрёнка, не завидую я тебе. Об этой семейке столько слухов ходит. Говорят, они там с демонами повязаны. — Да, Санка права, — кивнул отец. — Хорошей репутацией их семья не славится. Они якшаются с демонами, поэтому их исключили из магического совета. Госпожа Коикэ никогда не выходит в свет, так что мы не знаем ни её внешности, ни имени, единственное, что известно, так это то, что она та ещё садистка и извращенка. Но ты ведь хотела себе женщину, так что, — отец ухмыльнулся, — получай. Благо хотя бы магических сил у них поубавилось, а с приобретением тебя их и не прибавится, так что нам нечего бояться.       Мира снова склонила голову, дослушав речь отца. Её обрадовавшееся сердечко вновь потеряло всякий интерес к жизни. Садистка в виде женщины ничем не лучше садиста мужчины. — Что нужно сказать, Мира? — строго спросила мать, издевательски ухмыляясь. — Спасибо, — прошептала Мира.       С её глаз капнули слёзы. Сменить одну садистскую семью на другую — значит, ничего не поменять. — Ну что же ты, сестрёнка, — притворно нежно заговорила Санка. — Твоя мечта исполнилась, ты должна радоваться. — Я рада, — покорно зашептала Мира.       Отец, мать и сестра откровенно радовались её нелёгкой судьбе, насмехались над её нелепым положением, и девушка готова была разрыдаться прямо здесь, если бы с ней вновь не заговорили: — Мира, — окликнул отец, — собирайся. Ты отправляешься завтра на рассвете. — Завтра? Так скоро? — Да. И без возражений, его тон был непоколебим и бесстрастен. — Слушаюсь, отец, — Мира поклонилась. — Разрешите идти. — Иди.       Девушка отправилась в свою коморку собирать немногочисленные вещи. У неё было всего два кимоно, подходящих ей по размеру, одна пара тапочек, гребень для волос, да нижнее бельё. Обычно все её дни проходили одинаково: она работала по дому или сидела в своей комнате, смотря в стену, поэтому у неё было совсем немного личных вещей.       Всю ночь Мира не могла сомкнуть глаз, предвкушая предстоящую поездку, а утром отец проводил её за порог и закрыл за ней врата. В свете рассветных лучей её подёрнутые слезами глаза светились яркими розовыми огоньками. Мира в последний раз посмотрела на отчий дом и ощутила глубокую пустоту внутри. — Спасибо за всё, — прошептала она, поклонилась и отправилась в путь, неся с собой лишь небольшую котомку вещей.       Путь был неблизкий, ехать предстояло весь день. Маршрут проходил через леса да поля, через равнины и горы.       Мира впервые путешествовала так далеко, и впервые в поезде. Она смотрела в окно на то прекрасное далёко, что лучезарным маревом и сверкающими речушками лежало на зелёном полотне и раскидывалось вплоть до линии горизонта. Никогда ещё Мира не видела такой красоты.       С поезда она сошла уже к вечеру на довольно людном вокзале. Она без промедлений села в нужный ей трамвайный вагон и теперь могла наблюдать за синими горными хребтами, вдоль которых пролегал её путь.       Вышла она вблизи тёмных лесов почти на окраине мира. Сердце пропустило в груди удар от осознания, что ей придётся в одиночку идти по узким тропкам меж череды устрашающих деревьев. Здесь было тихо. Где-то ухнула сова, скрипнуло деверо. Мира боялась, но героически шла вперёд.       Вскоре показалась озарённая ярким светом арка, а следом за ней укромное и приветливое тихое место. За невысоким бамбуковым забором, заботливо укутанным побегами диких растений, виднелись крыши невысоких зданий. — Это и есть имения госпожи Коикэ?       Мире казалось, что госпожа живёт менее скромно. Она покрепче ухатилась за котомку и подошла к калитке, собираясь её приоткрыть. — Стой, кто идёт?! — раздалось шипение.       Мира испуганно отдёрнула руку и увидела ползущую по решётке калитки чёрно-жёлтую кобру. — Ну? Кто ты такая? — снова зашипела она совсем по-человечески, распуская свой зловещий капюшон.       Глаза-бусинки немигающе уставились на незнакомку, а Мира тем временем пыталась заставить себя не сбежать. — Й-я Ивасаки Мира… — пролепетала она. — Я будущая невеста госпожи Коикэ… — Проходи.       Кобра спрятала свой капюшон, всунула раздвоенный язык обратно в рот и уползла куда-то в дебри растений. Калитка сама отворилась, впуская девушку внутрь. Мира прошла на территорию семьи Коикэ. Здесь всё было усеяно разными цветами, деревьями и дикими растениями. Их было столь много, что небольшие домики почти не были заметны в зелёном саду. Мира подошла к самому первому и по совместительству самому большому из домиков. Она робко постучала в дверь. — Иду, — раздалось из-за неё.       Дверь открыла взволнованная и слегка удивлённая женщина пожилого возраста. Её волос уже коснулась седина, но оставались ещё участки коричневых прядок. Лицо её покрывали морщинки, а на теле было надето красивое серое кимоно, повязанное красным поясом. — Здравствуйте. Я Ивасаки Мира, — полушёпотом поздоровалась девушка. — Госпожа Ивасаки! — лицо старушки приобрело невероятно радостный вид. — Как долго мы вас ждали! — Д-да? Правда? — Мира удивлённо хлопнула глазами. — Конечно, — закивала старушка. — Меня зовут Лия, я работаю на госпожу Коикэ. Идёмте скорее, я отведу вас к ней, она очень хочет на вас взглянуть.       Мира послушно закивала, сняла обвуь на пороге и поспешила вслед за женщиной. Так страшно ей не было даже во время похода через лес. И даже та кобра, встретившая её у имения, не внушала такого страха, как невиданная никем госпожа.       Затравленно войдя в покои будущей жены, Мира опустила голову в пол и села на колени, готовясь к худшему. — Госпожа Ивасаки прибыла, — тихо доложила Лия.       Повисла пауза, в которой было слышно лишь пение птиц. — Знаю, кобра мне уже доложила, — послышался чарующий женский глас, спокойный и уверенный, но бархатный, словно поверхность лепестка дикой розы. — Ивасаки Мира, подними голову. — Да, госпожа, — прошептала девушка.       Мира подняла голову и увидела перед собой самое прекрасное создание на земле. В свете закатного марева, лившегося из открытых дверных створок на противоположной стене, сливаясь с солнцем, сидела она. Малиновые волосы нежно плыли по её тонким плечам, заканчиваясь где-то в районе груди. Она была одета в бордовое кимоно с розовыми лепестками на узких стебельках. А глаза её были чернее ночи, уходя тёмными отростками в кожу. Мира не ожидала увидеть такую девушку и слегка отпрянула назад. Коикэ тут же нахмурилась, пару раз моргнула, и глаза её приобрели нормальный людской вид и сделались голубыми, как ясный небосвод. — Это колдовство, — пояснила она уже более прохладным тоном. — Меня зовут Коикэ Сетра. Можешь звать меня госпожой Коикэ или просто Коикэ. В этом доме всё подчиняется моим правилам. Если с чем-то не согласна, то говори сразу. Саботаж мне не нужен. — Да, госпожа, — закивала Мира, кланясь в пол. — Когда говоришь со мной, не обязательно кланяться и прятать взгляд. — Да, госпожа. — И не обязательно называть меня госпожой в каждом своём ответе. — Да, госпо… Да. — Так-то лучше, — Сетра отвернулось в сторону улицы. — Иди за Лией, она всё тебе покажет. — Идёмте, госпожа Ивасаки, — тихо попросила Лия. — Госпоже Коикэ нужно медитировать. — Да.       Мира тихо следовала за Лией, рассматривая интерьер своего нового жилища. Здесь было меньше места, чем в её прежнем пристанище, но тут уют создавался многочисленными растениями и светлыми помещениями, совсем не подходящими для той семьи, что как-то была связана с демонами. — А это ваша комната, — сообщила Лия, подводя Миру к закрытой дверце.       Ивасаки со страхом отодвинула её в сторону и тут же обомлела, выронив котомку из рук. — Госпожа Ивасаки, вам не нравится? — испуганно спросила Лия. — Госпожа Коикэ старалась выбрать для вас самую светлую и просторную спальню, но если вас не устраивает, то мы всё поменяем. — Наоборот… — прошептала Мира сквозь слёзы. — Мне очень нравится.       Она вошла внутрь и оглядела просторную комнату с приоткрытыми дверьми, выходящими во внутренний дворик. На улице виднелась величественная сакура, чьи покрытые розовыми цветами веточки слегка касались дверных створок. Множество разноцветных покрытосемянных растений красовалось прямо за дверками, а в комнате стоял прекрасный цветочный аромат. Убранство было выполнено в розовато-бежевом оттенке, создавая гармонию и уют. На полу лежал мягкий новый футон с одеялом, украшенным красивым изображением веток дерева, рядом с футоном стояла тумбочка с большим зеркалом на нём. — Здесь очень красиво. — Я очень рада, что вам понравилось, госпожа Ивасаки, — облегчённо выдохнула Лия. — Вы, должно быть, очень устали после столь долгой дороги. Располагайтесь тут и чувствуйте себя как дома, а я приготовлю вам ужин. — Спасибо вам большое за вашу заботу, — плклонилась ей Мира. — Но я совсем не голодна. Могу ли я обойтись сегодня без ужина и просто остаться здесь? — Конечно. Если что, я буду на кухне.       Лия прикрыла входную дверцу и ушла готовить ужин для госпожи Коикэ, а Мира присела на пол, наблюдая за развевающимися на ветру ветками цветущей сакуры. В красоте этого дерева Мира видела красоту малиновых волос Сетры. Образ будущей жены засел у неё в голове. Девушка на фоне заката. Чёрные демонские глазницы. Чарующий прекрасный голос… — Такая красивая, — прошептла Мира.       Ей казалось, что и во всём мире не сыскать кого-то милее госпожи Коикэ. Но какая-то маленькая, размером с небольшую мышку мысль всё равно неприятно елозила на окраинах сознания Миры. Внешность могла быть обманчивой и скрывать за собой жестокий характер, коим славилась Сетра среди других семей.       Что же теперь ждёт Миру? Понравится ли ей здесь или же она захочет вернуться обратно в отчий дом? И примут ли её там или оставят жить на улице?       С такими тревожными мыслями Мира легла спать. И впервые сон пришёл к ней сразу. И сон этот был прекрасен.