В рай не пускают с травмами

Джемма резко проснулась. Пустая квартира, глубокая ночь, звук дождя за окном. Тук. Тук. Тук. Это был чёртов сон. Слишком реальный для того, чтобы быть обычным. Поиски Мэйси так и не завершились. Она словно испарилась. Та больница сгорела, а все записи обрываются за пару дней до той злосчастной даты. Как будто кто-то специально не даёт Роген добраться до сути. Мы не в прошлом веке. Где, в конце концов, электронные архивы? Где записи о пациентах? Мейси не было в списках погибших. О Мейси Роген не удалось найти ни единого упоминания. Нигде. Уж поверьте, Джемма подняла на уши всех, кого только могла. Но факт остаётся фактом. Ни Мэйси, ни Максин, ни Макс Роген нигде не значилась. Словно и не существовала. Но Джемма не сдавалась. Рывком встав, она подошла к плите и поставила чайник. Что не так с этим чёртовым сном? Что-то в нём было неправильным. Слишком идеальным. Слишком.. Желанным? Такие сны... И тут Джемму осенило. Купер! Да, она знала, что он не оправился после Ирландии. Но так же знала, что никакого сурового наказания бюро ему не вынесло. Айк узнал, что он временно взял отпуск и продал дом. У Роген был его личный номер, но она решила дать Тео время прийти в себя. Что ж, времени больше нет. Выпив горячий кофе, Джемма залезла в интернет, чтобы найти ближайший рейс. — Ну что, Тедди. Я иду.

***

Приземлившись в Бостоне, Джемма сразу набрала нужный номер. Гудок. Ещё гудок. И ещё. — Ну давай же, Купер. Снова гудки. И вот из динамика послышался уставший, но такой знакомый голос: — Теодор Купер. — Что-то ты не торопишься, Купер. — Джемма?