Утонуть в тебе.

— Я, кажется, ошибся, предложив тебе оставаться у меня на ночь, — сонным, таким низким, в отличие от обычной будничной жизни, голосом произнес Антон, сильнее закутываясь в одеяло. — Почему же? — Спросил Попов, медленно забираясь на кровать и ложась поверх парня. — Вот поэтому, — слегка прикрикнув, ответил Антон, пытаясь скинуть тело парня с себя. — Сегодня выходной, а время десять утра. — Вот именно! — Серьёзно, либо ты сейчас спокойно дашь мне дальше спать, либо ты услышишь столько мата, сколько ещё не слышал, — сказал Антон, отворачиваясь от парня. Его тон менялся с каждым словом и Попову бы уже следовало понять, что Шастун здесь не шутки крутит, а действительно начинает злиться. — Думаю, я уже весь мат на этом свете услышал, — усмехнулся Арсений, укладываясь на бок за парнем, только продолжая злить его. — Попов, сука, — прорычал Антон, накрывая свою голову подушкой, чтобы больше не слышать паренька. Хоть это особо и не помогает. — Фу, не фамильничай. Мне конечно нравится моя фамилия, но… — Блять! — Шастун резко вылез из-под одеяла, перекатываясь ближе к парню, и схватил его за ворот футболки, притягивая к себе и сжимая ткань в руках всё сильнее. — Очень грустно, что ты не можешь меня послушать и выполнить одну простую просьбу: Оставить. Меня. В покое. Арсений усмехнулся, смотря в глаза парню. И вот пара голубых, абсолютно спокойных и безразличных встретилась с парой зеленых, разозленных, с увеличенными зрачками. Он облизнул губы и схватил Антона за ворот, повторяя его же действия. — Очень грустно, что ты пытаешься напугать меня применением силы и агрессией. Но вот что еще хуже: на мне это не работает, — он снова усмехнулся, увидев негодование в глазах Антона, явно не ожидающего таких действий от парня. Антон отпустил его, Попов повторил за ним и слез с кровати. Весело получилось: один больше не хочет спать, а другой больше не хочет внимания. Покусались и оба остались в минусе.       Антон не захотел вставать с кровати. Как минимум — было желание хотя бы просто поваляться в мягкой постельке, как максимум — не хотелось с таким количеством агрессии внутри сейчас видеть Попова. Хотя, через двадцать минут все проблемы были решены громким хлопком входной двери. Шастун ещё не знал, какой истеричкой и dramaqueen Арсений может быть. Да и предстоящая встреча с Матвиенко особой радости не приносила. Но вообще, все его прошлые отношения были примерно такими же, как и с Арсением: шумными, скандальными, страстными и всё в этом роде. Только одна проблема была в них: они все стали «прошлыми». А такими темпами и отношения с Арсением могут получить такой статус. Если они вообще обретали хоть какой-то. Для Антона не было важным как-то ограничивать этот эпизод, официально предлагать встречаться. Для него всё шло само собой. Как-то у него появлялись чувства к человеку, он переставал давать шансы другим, и всё шло само собой. Стоило бы написать Арсению, выяснить отношения, но всё не так легко. Они правда ни разу не списывались за всё время их знакомства. Они общаются только лично и это даже создаёт какой-то шарм. Антон просто знает, во сколько Попов заканчивает работать и приезжает за ним. Они видятся в баре, там договариваются о встречах и им этого хватает. По крайне мере, хватает Антону.       Шастун поднялся с кровати, привёл себя в порядок, даже, на удивление, позавтракал. Он никак не мог найти золотую середину в общении с людьми: ему либо хотелось общаться часами, выпивать, даже просто находиться в большой компании, либо сидеть в полном одиночестве дома. Хотя, когда ты взрослый работающий человек, становится трудно найти эту личную минутку. Поэтому отсутствие Арсения было даже к лучшему. Через пару часов Серёжа ждёт его у себя дома. Ехать не так далеко, но хочется просто прокатиться по городу. Кажется, Антон дорос до момента, когда мужчина в рандомный момент жизни одевается, садится в машину и в полной тишине едет в неизвестном направлении. — Не расскажешь о своих неожиданно появившихся отношениях? — Спросил Матвиенко, заваривая обоим чай. Хозяин был из него хороший. — Да нет у меня никаких отношений, — ответил Антон, затягиваясь одноразкой. — Вот, этого я и боялся, — грустно усмехнулся Сережа и сел за стол напротив парня, протягивая ему кружку с чаем. — В смысле? — Спросил Антон, делая первый глоток. — Если бы ты сказал, что да, вы вместе, рассказал бы, как вы вообще сошлись и всё такое — я был бы рад. Но я ведь знаю, что между вами что-то есть, все это знают, а вы очень доступно это показываете. Но ты не хочешь признавать эти отношения. И всё будет как обычно. Вы опять будете сотню раз сходиться и расставаться, всё будет то хорошо, то плохо. И ты в очередной раз кинешь огромный хуй на работу, отвлекаясь на своё «развлечение». — На работу? — Повторил Антон, смотря куда-то в сторону. — То есть ты позвал меня поговорить не как с другом, а как с коллегой? Ну да, стоило догадаться. — Ты не прав, — ответил Сергей. — Почему? Тебе рассказать всю историю? Ну сначала я начал забирать его с работы, везде за ним возиться, сам не понимаю почему. Потом он захотел меня поцеловать, я его отшил, через день вернулся, потому что понял, что сделал хуйню, мы поцеловались… — Ты вернулся и поцеловал его из жалости? — Что? — Спросил Антон, замирая на одном месте. — Ты поцеловал его просто потому что не хотел обижать? — Не надо переворачивать мои слова, — ответил Антон, снова затягиваясь. — Я сказал как есть, — ответил Матвиенко, допивая чай. — Я и забыл, какой ты чертила, — усмехнулся Антон. И как бы ни был Сережа не прав — Шастун не будет обижаться. Он привык к характеру Матвиенко за столько лет дружбы и работы. — Я думал, что у нас с ним правда будет что-то нормальное. — Ладно, может и будет у вас что-то нормальное. Но я всё равно с тебя в ахуе, Шастун, — ответил Матвиенко. Они ещё какое-то время поговорили, обсудили некоторые дела по работе. — А Юлька где? — Спросил Антон, разочарованно смотря на моргающий индикатор одноразки, сообщающий о том, что она окончательно умерла. — У подруги осталась, завёз её вчера к ней. — Игорь ничего не говорил? — А должен был? — Спросил Матвиенко, бросая на кровать «никотиновую игрушку», которую Антон когда-то оставил у него. Радости у «мальчика» не было предела. — А, ты про Арса. Ну… Нет. Скажем так, если захочет что-то сказать — скажет тебе лично. — Значит, говорил, — вздохнул Антон и сделал очередную затяжку. — Почему у меня не может быть всё спокойно? — Потому что ты — Антон Шастун. Это твоя карма на всю жизнь, дорогой, — усмехнулся Серёжа и потрепал друга по голове. — Всё у тебя будет хорошо, просто дай этому время. — Может снова напиться? — Спросил Антон, смотря на удивлённое лицо Матвиенко. — Второй день подряд пить? Деточка, да ты влюбился. — Пусть будет так, — Антон взял в руки телефон и написал сообщение в общий с друзьями чат. В нём, если честно, помимо сообщений “Бухнём?” больше ничего и не было. — Что ж, сегодня в шесть продолжаем вчерашний день. — Нам опять придётся наблюдать за сношением дуэта Тофифи и Ферреро? — Ой, да тебя вчера даже с нами рядом не было, — Ответил Антон, закатывая глаза. — Вы вчера тоже... Блять, да я же по приколу сказал, — мужчина ударил себя ладонью по лбу и тяжело вздохнул. — А Арсу типа похуй на это? — Ну, во-первых, похуй ему или нет — его проблемы, а во-вторых, мы с Игорем просто угараем и хорошо проводим время как друзья, в чём проблема? — Ладно, хрен с тобой, — ответил Матвиенко и зашёл в чат в телеграме, чтобы узнать, кто в итоге придёт на очередную “пьянку”. — Шаст, блять. Может стоило сначала спросить меня? — Чего? А-а, ну я решил, что твоя квартира прекрасно подойдёт для такого мероприятия, — усмехнулся Антон и слез с дивана. — Дурень ты, Шастун, дурень.

***

— Планов на сегодня больше нет? — Спросила Юля, заглядывая в телефон. — Не-а, — ответил Попов, допивая кофе. Очень странно находиться на работе в свой выходной. Да ещё и заказывать тут что-то. — Значит, идём к нам домой к шести, — улыбнувшись, ответила девушка и убрала телефон. — Зачем? — Антон решил, что нам нужен второй день пьянки, — усмехнулась Юля, но, не заметив улыбки на лице Попова, продолжила. — Арс, ну это ж прекрасный повод поговорить вам. Если не захочешь — просто потусим с тобой, пообщаемся. — Ну да, он же не поймёт, почему я там, — ответил Арсений и развалился на диване. — Ало, я существую, если ты забыл. И я тоже могу позвать тебя потусить. Поэтому ты идёшь туда не ради него, — сказала девушка, щёлкая пальцами перед лицом Попова. Если бы Арсений был честен с собой, то давно бы понял, что зависим от Антона. Зависим от нахождения с ним рядом. Но пока что пытается доказать себе, что ему абсолютно плевать на этого светловолосого паренька с зелёными глазами. — Сейчас можем тут ещё посидеть минуток двадцать, а там уже и выезжать. И, видимо, на такси, а то в этот раз вряд ли твой бойфренд за тобой приедет, — усмехнулась девушка, вызывая официанта, чтобы заказать им чего-то выпить. Хотя приходить на сие мероприятие уже выпившим — идея не лучшая. — Такая богатая, чтобы на такси ездить? — Спросил парень, рассматривая выученное от и до меню. Ну, на картинки то он редко смотрит. — Я нет, а вот мой парень — да. — Прекрасная фраза, — усмехнулся Попов. — Ну-у, хочу сказать, что ты ей тоже можешь активно пользоваться. — Да, буду активно пользоваться ей, пока кое-кто другой будет активно пользоваться мной, — ответил Арсений, вновь опуская взгляд в меню. — Как вообще тебя Шастун терпел всё это время, бог ты мой.., — усмехнулась девушка и тоже перешла к выбору алкоголя. Через обещанные двадцать минут из бара они не вышли. Да и через сорок, если честно, тоже. Опомнились друзья только к моменту, когда на часах было уже шесть, а на столе ещё парочка недопитых коктейлей. Но не пропадать же им. Хотя за бурной беседой счёт выпитого алкоголя они и вовсе потеряли.

***

— Ты уверен, что это виски с колой? — Спросил Игорь, немного отпивая из стакана Шастуна. Антон в ответ удовлетворительно кивнул. — По вкусу кажется, что просто кто-то выпил вискарь, а ты потом в этот стакан грязный налил колы. — Ой, иди нахуй, друг, — ответил Шастун и забрал свой стакан из рук друга. — Да ладно, иди сюда, — Игорь, как и всегда, усадил Антона на коленки и достал телефон, чтобы записать очередное видоесообщение в телеграм. — Я вам принёс очередную порцию кудряшек, друзья. В комплекте сразу идёт вискарь и тощая жопа, которая отдавливает мне ноги. — Он меня сам попросил сесть, а теперь жалуется. Вот знайте, что я у него не всегда на коленках сижу, это он специально для кадра меня зовёт, — пожаловался Антон, смотря в камеру телефона, но продолжая всё так же сидеть на парне. — Ты сейчас для людей разрушил картинку наших прекрасных отношений! И вообще, он мне изменяет, чертила, — обиженно завопил Игорь, переключая камеру на Матвиенко. — А это грозный дядя Серёжа, он вас всех найдёт и съест. — По-моему пришло время напиться, чтобы забыть всю эту картину и больше не вспоминать, — ответил Серёжа, закатывая глаза и уходя на кухню. Границы между Антоном и Игорем обычно создавала трезвость последнего. Он выпивал, но чаще всего очень мало. Однако, наверняка к чьему-то сожалению, не сегодня. Игорь приехал домой к Матвиенко уже достаточно выпившим. А где он пил — останется загадкой для всех. И останавливаться он точно не планировал, поскольку с порога сразу же рванул к алкоголю, рассматривая все бутылки с разноцветной (и бесцветной) жидкостью. — Покрутись, да покрутись ты, — говорит Игорь Антону, снимая его на камеру и слегка шлёпая по заднице, чтобы тот наконец-то показал свой сегодняшний образ. — Вот такой малыш Тофифи вырос. — Это я малыш? — Удивился Антон, шлёпая ладонью по лбу друга. — Тихо, пиздюк. — Антош, как с тобой до сих пор люди общаются? — Спрашивает Джабраилов, сидя на кресле и снизу вверх смотря на парня, стоящего почти вплотную. Картинка в глазах безумно плыла, но позволяла увидеть ехидную улыбку на лице Шастуна. — Я таким же вопрос задаюсь, — раздался голос человека, стоящего в дверном проёме. Попов. — Блять, — вдохнул Игорь и уткнулся темечком в живот Антона. — Я так напился, что даже понятия не имею, кто это.       Антон повернулся на знакомый голос, одновременно слегка поглаживая волосы Игоря. И он даже не дёрнулся. Не отпрыгнул от Игоря, боясь, что об этом подумает Арсений. Не попытался придумать какие-то глупые отговорки тому, почему они снова так близко, в буквальном смысле слова, общаются одни в пустой комнате. Ничего. Для Антона все казалось настолько обыденным, что подобные вещи не вызывали никаких вопросов в голове. У Шастуна. У Попова же этих вопросы было достаточно. Юля лишь быстренько заглянула в комнату, вкидывая брови и слегка наклоняясь, чтобы увидеть достоверную картину происходящего. Потому что со стороны Антон, держащий голову Игоря на уровне своего паха, выглядит немного странно и неожиданно. Девушка кратко улыбнулась, кивнула в знак приветствия и убежала на кухню. — Если вам нужно поговорить — говорите, я всё равно это забуду. Да и может вырублюсь в такой позе, — промычал Игорь, слегка дёргая головой, чтобы Антон продолжил своеобразный «массаж». — А что, нам есть о чём разговаривать? Или вы вдвоём все наши проблемы уже обсудили? — Спросил Попов, облокачиваясь на стену. Последние шоты были, кажется, лишними. — Ты уже пьяный? — Успел спросить Антон, перед тем как Джабраилов встал с кресла и подошёл к брюнету. — Во-первых, я всё так же не имею понятия, кто ты, но, судя по твоему внешнему виду, могу безоговорочно называть тебя шлюшкой. Во-вторых, если уж и решил говорить о чём-то с моим другом — говори нормально, — сказал Игорь и вышел из комнаты, специально ударяя парня плечом. То ли он выпил и правда много, то ли ударился где-то головой, но, кажется, действительно не совсем понимал, кто перед ним стоит. И так смешно теперь звучит его вчерашняя фраза о «новом друге». Что же ты за тип, Джабраилов? — А тебе, наверное, обидно, да? — Спросил Арсений, оборачиваясь и смотря вслед уходящему парню. — Ты так вокруг него бегаешь, как собачка, а трахаюсь с ним почему-то я, — ответил Попов, улыбаясь одним уголком губ. — Попов! — Крикнул Антон и силой затянул его в комнату, подходя к выходу и останавливая надвигающееся тело Джабраилова. Шастун понимал, на что тот может быть способен. Да и по габаритам Игорь был куда больше. — Не парься, окей? Я поговорю с ним. — Советую просидеть в этой комнате до конца дня, потому что я въебу тебе, как только ты выйдешь за её пределы, — сказал Игорь, заглядывая за плечо Антона. На крик прибежал Матвиенко и оттащил парня в зал, к остальным гостям. Они оба были уже далеко не трезвыми, но голова у обоих работа как надо. Только эмоции словно усилены вдвое. Антон закрыл дверь и встал напротив Арсения, облокотившегося спиной на стену. — Ты хотел о чём-то поговорить? — Спросил Антон, допивая свой виски, и поставил пустой стакан на ближайшую поверхность. — А ты не хотел? — Удивился Попов, с интересом наблюдая за каждый движением парня. — Ладно, я начну. Если ты рассчитывал приехать сюда и выслушивать от меня извинения, то, к сожалению, ты прогадал. И от тебя извинения мне тоже не нужны. Просто если ты планируешь продолжать так же бурно реагировать на любое плохое слово вылетевшее из моего рта в твою сторону, обиженно выбегать из моей квартиры, хлопая дверью, каждый раз напиваться из-за подобной херни и потом бежать ко мне — нам не по пути. Признаюсь, это моя ошибка, что я посчитал тебя совершенно другим человеком. На будущее посоветую пореже натягивать на себя маски, а то потом некому будет натягивать тебя, — сказал Антон буквально на одном вдохе, на что Попов лишь усмехнулся. — Знаешь, почему тебя так раздражает моё поведение? Потому что ты такой же. Ты прямо сейчас пьяный стоишь и орёшь на меня, просто потому что я ушёл из твоей квартиры. Я не выдвигал тебе никаких претензий, не ждал извинений. Но ты всё равно так бурно реагируешь на какие-то глупости и выплёскиваешь всю свою агрессию на меня, — ответил Попов, перебирая пальцами цепочку, висящую на шее Антона. — Зачем же ты тогда сюда приехал? — Спросил Антон, слегка отходя от парня. Ему не нравилось, что тот больше занят перебиранием цепочки, а не разговором. — Юля позвала, я и приехал. Или думаешь я тут только ради тебя? — Усмехнулся Попов, наконец-то переводя взгляд на лицо парня. — Я не думаю, я знаю. Вы с Юлей, как мне кажется, прекрасно провели время и вне этой квартиры, а особой нужды ехать сюда — нет. Ты даже не знаешь тут почти никого. Арс, всё это выглядит безумно жалко, серьёзно. — Это я ещё выгляжу жалко, — усмехнулся парень, направляясь к выходу и открывая дверь. — Захочешь потрахаться — напиши. — Ты думаешь, что мне от тебя нужен только секс? — Спросил Антон, не сдвигаясь с места. — Думаю? Я смотрю правде в глаза, милый, — ответил Попов и вышел из комнаты, закрывая за собой дверь. Хотя только секс, как будто, из них двоих был нужен именно Арсения. — Поговорили? — Спросила Юля, замечая проходящего мимо неё Арсения. — Я шлюха, — ответил Попов, садясь рядом с ней на диван. — Это он сказал? — Удивилась девушка, телом поворачиваясь к другу. — Нет, я сам. Ну и Игорь меня так назвал. Хотя, он ещё сказал, что разукрасит мне лицо, как только я выйду из комнаты. А так как я пока что живой — его словам особо не доверяю, — усмехнулся Арсений, доставая телефон. — Ты знаешь, я в ваши отношения лезть не буду. Ну, точнее уже немного залезла и, кажется, напортачила. Поэтому отнюдь я на нейтральной стороне. Просто обоих вас считаю ёбиками, — ответила девушка, поглаживая парня по волосам. — Мальчик мой сладкий, а ты чего не на своём месте? — Натянуто улыбнувшись спросил Игорь, подходя к этим двоим. — А вот теперь, пожалуй, я и пойду домой, — ответил Попов и, аккуратно обойдя Джабраилова, направился на выход из квартиры. Только вот до выхода не дошёл, а оказался затянутым в комнату допросов, ту самую, в которой сидел Антон. — Ой, ну хоть тут меня Феррерка твоя не убьёт. — Не паясничай, — сказал Антон и закрыл за парнем дверь. — Ну пап, не ругайся, — наигранно-обиженно произнёс Попов и сел на небольшой комод, заранее проверив его на прочность. — Блять, — Антон тяжело вздохнул, смотря куда-то в сторону и мотая головой. — Я даже не знаю что тебе сказать. И так происходит каждый раз. Каждый раз Антон что-то делает с этим парнем и для него, сам не осознавая этого, сам не понимая зачем. Уже давно стоило бы разобраться со своими чувствами, но он не мог. Или просто не хотел. — Можешь ничего не говорить, — ответил Попов, за край футболки подтягивая парня к себе, и положил руки ему на плечи. — Да что с тобой не так? — Возразил Антон, немного отходя от парня. — Сначала ты как истеричка психуешь, потому что я прошу тебя дать мне поспать, а когда я реально кричу и ругаюсь — тебе насрать и ты делаешь вид, словно ничего и не было. — Давай мы либо тихо потрахаемся в квартире твоего друга, либо я пойду домой, а то эти душевные разговоры мне сейчас нахуй не сдались, — ответил Попов и взял Антона за руку, нежно провёл по ней своими холодными пальцами и подтянул парня к себе. Кажется, количество алкоголя в крови всё же сказывалось на его состоянии. Потому что адекватный человек навряд ли смог бы нормально объяснять то, что вытворяет этот парень. — Я просто хочу узнать тебя. Настоящего тебя, — прошептал Антон, положив свою ладонь на щеку Попова. Пожалуй, про состояние Шастуна можно было бы сказать тоже самое. — А ты себя то настоящего знаешь? Какая из всех твоих личностей главная? Ты буквально пять минут назад меня убить хотел, а теперь уже хочешь узнать меня настоящего, — ответил Арсений, смотря в глаза парню. — Может правда лучше потрахаемся? — Нет, — сухо произнёс Антон, в ответ услышав жалобное «Почему?». — Потому что я зол на тебя. — Ну, так будет даже интереснее, — сказал Попов, спрыгивая с комода и ближе подходя к парню. — Вызови себе мальчишку на час, если так сильно хочешь, чтобы тебя опреходовали, — злобно ответил Шастун и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. — И нахуя меня сюда звал тогда? — Сам у себя спросил Арсений. Он подошёл к двери, но даже не успел прикоснуться к ручке, как в комнату влетел Шастун и моментально прижал парня к стене, ногой захлопывая дверь. Он закрыл ему рот своей ладонью, другой агрессивно сжимая ягодицы парня, начал целовать и кусать его шею со всей злостью, которая накопилась у него за день. Попов, как влюблённая нищенка, послушно терпел всю боль, которую Шастун ему приносил. И физическую, и моральную, если быть до конца честным. Он за подбородок поднял лицо Антона чуть выше, жалобно смотря в его глаза и пытаясь донести парню, что слишком хочет его поцеловать. Шастун убрал руку с его губ, сразу же накидываясь на них своими. Он продолжал грубо прижимать парня к себе, руками исследуя всё его тело, до которого мог добраться без раздеваний. Они целовались страстно, грубо, отчего даже воздуха не хватало и они переодически останавливались, чтобы сделать очередной вдох и продолжить. — Мальчишки! — С криком в комнату влетел уже развеселившийся Игорь. — Стоп ебаться! Антон отпрянул от парня и агрессивно, хоть и наигранно, посмотрел на друга, упавшего на кровать. — Ну что? Имейте совесть, друзья, — удивлённо ответил Джабраилов, подкладывая себе под голову подушку. — Мы уже стали друзьями? — Спросил Попов, выглядывая из-за плеча Шастуна. Складывалось впечатление, что не только алкоголь сейчас течет по крови Игоря, но и что-то куда более серьезное. Слишком уж сильными были его перепады настроения. — Ты вот блять вообще молчи, — перебил его Антон, быстро поцеловав того в губы. — Верно подмечено, Тофифи, — усмехнулся Игорь. — Бля, мне чтобы напиться, времени нужно больше, чем вам помириться. — Ну если ты себе бутылку в жопу засу… — Я тебе въебу щас, — прикрикнул Антон и слегка замахнулся рукой, чтобы стукнуть того по лбу, но почему-то остановился и просто обернулся к Игорю. — Ты надолго планируешь тут задержаться? — Я не дам вам осквернять квартиру Матвиенко! — Ответил Игорь, ложась «звёздочкой» на кровати. — Поверь, он за пять лет жизни тут осквернил всё пространство, — усмехнулся Антон и наконец отошёл от Арсения, который продолжал стоять у стенки неудовлетворённый ситуацией. Да и Антоном.       Эмоции проходят быстро, но не чувства. Вы можете заставить себя показывать то, что будет удобно вам или окружающим. Но так не получится сделать с чувствами. Арсений продолжал чувствовать обиду на Антона, хоть и не показывал это никому из присутствующих, да и себе пытался доказать обратное. Антон же Попова просто хотел размазать по стенке, потому что его поведение безумно выводило из себя. Они ещё пару часов продолжали делать вид, что никаких ссор и обид не было, что всё было в порядке. И люди вокруг правда верили этим двум актёрам. Только вот они друг другу — нет.