0. Своим чередом

Уиллоу всматривалась в этикетку на стеклянном флакончике. Текст на человеческом языке, который по какой-то причине почти полностью совпадал с языком ведьм, состоял из абсолютно незнакомых или бессмысленных слов. Ацетат? Кислота? Отдельно от текста цифры и значки в виде кролика, медали и какой-то банки. Как, Титан побери, с лаком для ногтей связан кролик? На донышке цифра 570. Очень загадочно. Ведьма задалась вопросом, нет ли в этом наборе слов человеческой магии? Может для Луз это настолько в порядке вещей, что она не считает это магией, и человеческие заклинания для покраски ногтей всё-таки существуют? В виде текста на этикетке, ага. Отринув сомнения, ведьма открутила колпачок. Она уже видела, как Луз и Эмити красили друг другу ногти, и была уверена, что сможет повторить самостоятельно. Она уже успела накрасить три пальца с переменным успехом, когда услышала шаги на лестнице. На стул напротив плюхнулся Гас и ойкнул, увидев, чем она занимается. — Прости-прости, я не задел стол? — Не переживай, у меня твердая рука, — улыбнулась другу.       Гас немного повертелся на месте, прислушиваясь к тому, чем заняты другие жильцы дома. Хантер вызвался помочь Камилле закупить запас продуктов на их теперь увеличившуюся семью, и они уехали полчаса назад. На верхнем этаже было слышно приглушенное шебуршение и девичье хихиканье. Эти, пожалуй, наслаждаются уединением и не спустятся в ближайшее время. Можно наконец выпустить свое жгучее любопытство, которое мучило его столько времени, и начать разговор. Когда Гас был помладше, его неукротимое любопытство причиняло ему немало проблем, вызывало нервный тик у его отца, и только Уиллоу реагировала на его не всегда уместный энтузиазм этой своей беззлобной принимающей улыбкой и щедро рассказывала ему все, что знала, и свои мысли об этом впридачу. С тех пор Гас, как он надеялся, немного повзрослел и перенял самообладание подруги и теперь заслуженно гордился своей выдержкой. Ведь вопросы возникли целых четыре дня назад! Не все конечно, кое-на-какие он и сам мог ответить — младший в компании, но не слепой. Гас мысленно вернулся в тот день, вспоминая, чем они занимались перед тем, как он увидел кое-что чрезмерно интересное.

***

— Владислав! Детка, не делай мне больно! Не делай мне больно, не надо! — пела Луз, размахивая полотенцем. — Что это, во имя Титана, должно означать? Я не Владислав! Ауч! — Хантер, сидящий перед сушильной машиной, зашипел и обернулся со злым лицом, получив жалящий удар свернутым полотенцем. Луз с невинным видом спряталась за младшего друга. — Она поет не "Владислав", — поднял палец Гас, — Это такая человеческая песня, я уже слышал. Называется "Что есть любовь". Я даже могу исполнить женскую часть припева, слушай: уоуоуоэуооохэй! — Уоуоуооуоуохэээй! Ууоооуу! — заблажили они хором с Луз, двигая бедрами и локтями, что должно было изображать танец команды поддержки товарища, ответственного сегодня за стирку. Хантер отвернулся обратно к Сушильной Машине и прижал уши, насколько позволяла физиология, но это не помогло. Кажется, они притащились в постирочную специально, чтобы побесить его. Нет, Гас бы так с ним не поступил, в отличие от новообретенной человеческой сестры, но он только что выпил поллитра сладкой газировки, и теперь просто фонтанировал энергией и был, кажется, не совсем адекватен. — Да мне все равно! — огрызнулся он, — И я попросил бы не обращаться ко мне "детка"! Ребята, вы вроде пришли помочь мне со стиркой? — сделал попытку образумить их парень. — Да! Мы поможем разложить сухие вещи по шкафам. И ещё Луз подала мне идею, как можно украсить одежду для мира людей, а я выбрал твою вещь для ее воплощения! — Гас сиял белозубой улыбкой. Сушилка издала незатейливую мелодию о готовности, Флэпджек вторил ей переливчатой трелью. — Открывай, чувак, там должно было получиться что-то крутое! — подростки предвкушающе переглянулись. Хантер открыл сушилку и начал доставать из нее вещи, сразу складывая по стопочкам и стараясь не обращать внимания на нетерпение друзей. На следующей вещи его движения замедлились. На лице проступило беспомощное недоумение, когда он расправлял что-то красное, шерстяное, и, пока что, бесформенное. Луз, занервничав, отвела взгляд. — Упс. Кажется, мы переборщили с длительностью обработки, — виновато прошептала она подельнику. Слишком громко. Лицо Гаса застыло. Хантер неверяще перевел на них взгляд, помолчал, опустил голову, продолжая мять пальцами плотное нагретое шерстяное полотно. — Я его еще ни разу не надел, — проговорил он свистящим шепотом. Приключенцы на ровном месте сделали аккуратный шаг к двери. — Его Камилла выбрала. С птичкой — как Флэпджек. Для меня, — медленно поднялся он, сверкнул глазом. Флэпджек укоризненно чирикнул. — Ох, ну ничего, теперь это как будто свитер для Флэпджека, да? Можно гнездо для палисманов сделать, правда же? Они будут рады! — зачастила Луз, незаметно подталкивая Гаса к выходу. — СТОЯТЬ! — рявкнул Хантер. — Бежим! — взвизгнула Луз.

***

— Стукни аккуратно об край миски, дорогая, у тебя получится поперечная трещина. Теперь слегка наклони и выпусти белок в миску, удерживая желток в скорлупе. Если в белок попадет хотя бы капелька желтка, или если ёмкость будет недостаточно отмыта, то белок не... Лекция Камиллы была прервана топотом и гиканьем со второго этажа. С лестницы, взбудораженные, хохоча, вывалились Гас и Луз. За ними мощным прыжком с верхней ступеньки приземлился разозленный Золотой Страж. На золотом страже имелись только растянутые пижамные штаны с арбузами, что несколько смазало устрашающий эффект. Провинившаяся парочка бросилась врассыпную. Луз перепрыгнула через диван и метнула в Хантера подушку, попытавшись отвлечь его от своего бегства к двери на задний двор. Гас начертил колдовской кружок, и по комнате разбежались несколько копий подростков, размахивая руками и вопя от притворного ужаса. Хантер увернулся от подушки и безошибочно настиг оригинал друга. Быстрая подсечка уронила паренька почти плашмя на пол, затылком в подставленную руку, так что со стороны казалось, будто Хантер почти ласково уложил его слитным движением. Далее следовал нечеловеческий прыжок к двери, которую выбрала Луз. Она сообразила, что путь к выходу отрезан, и приготовилась оказать яростное сопротивление, но после позорно непродолжительной борьбы Хантер сократил дистанцию, хитрым захватом перекинул девичье тело через себя и с высоты роста уронил на диван. Это вышибло из неё дух, нарушительница была нейтрализована. Хантер, фыркнув, выпрямился и набрал воздуха для уничижительной отповеди, но был прерван жужжанием миксера. Он обернулся и досадливо поморщился, кинув взгляд на перекошенное лицо Эмити, держащей миксер венчиками вверх, как орудие отмщения. Она нажала на кнопку еще пару раз, прежде чем позволила ему что-то сказать. Камилла прикрыла рот рукой, и пока что, кажется, не могла подобрать слов, блестя глазами. Хантер примиряюще вытянул ладонь в сторону Эмити: — Э-э нет! Ты не можешь, они первые начали, я в своем праве, и я был с ними нежен! — О, mijo! — всплеснула руками Камилла, — Ты как настоящий спецагент, такого даже по телевизору не увидишь! Как ты так быстро двигаешься? — Мам! — возмущенный возглас Луз с дивана. — Ты на чьей стороне? — На стороне справедливости, детка. — просияла материнской улыбкой Камилла. — Шмяк. — из расколотого яйца в руке Уиллоу вытек желток и приземлился в миску для белков. Она не двигалась все это время. Хантер перевел на неё взгляд и вспыхнул румянцем от шеи вверх и вниз, обхватил себя за плечи, пытаясь прикрыть то ли шрамы, то ли наготу. Не в силах отвести взгляд от замершего капитана, бочком медленно придвинулся к дивану и сдернул из-под Луз покрывало так, что она с воплем перевернулась на месте, укутался в него с головой и ретировался из комнаты. — Здесь очень жарко, пойду проветрюсь. — Уиллоу исчезла за дверью на задний двор. — Охохонюшки, — протянул Гас, тем временем расположившийся на полу со всем удобством, запустив руки в кудрявые волосы. — Пойду отдам ему свой любимый худи в качестве извинений, — со вздохом поднялась Луз с дивана. Эмити с Камиллой только покачали головами, переглянувшись. — Я дома! Что за сложные лица у вас, ребята? — поприветствовала их Ви, снимая с головы наушники.

***

В тот день младший и самый любопытный ведьмак так и не добился от подруги комментариев, но был настроен сделать это сейчас. — Ты ничего не собираешься делать с этим? — он сложил руки домиком. — С чем? — С Хантером. Уиллоу выпрямилась и устремила на него пристальный взгляд. — Будешь отрицать что залипла на него, когда он раскидал нас с Луз, весь такой с голым торсом? Я лежал там на полу и видел твое лицо, — захихикал Гас, прикрыв рот ладонью. Капля лака упала на поверхность стола с замершей кисти. Уиллоу засопела, доставая новый ватный диск и смачивая его Стирающей Лак Жижей. — Не буду. — Ну, так что? — Гас старался не позволить своей улыбке растянуться еще сильнее. Девушка аккуратно накрасила еще два пальца, обдумывая ответ. — Мои папы рассказывали мне, что юношеские чувства очень яркие и сильно отличаются от зрелых. И что такого в жизни может больше не повториться, даже если встретишь свою любовь только во взрослом возрасте. Это и хорошо, и плохо. Им повезло испытать оба этих чувства друг с другом. Уиллоу вздохнула, наблюдая за бликами тёмного лака на ногтях. — Я тоже хотела бы так. Но, в любом случае, я собираюсь насладиться этим чувством полностью и позволю всему идти своим чередом, не ускоряя события. К тому же, я беспокоюсь, что спровоцирую у него нервный срыв, если проявлю инициативу, — беззаботным голосом продолжила она, — Он и так натерпелся, а тут еще его капитан с поползновениями. Гас не обманулся этой легкой интонацией. Уиллоу хорошо умела держать лицо, закаленная буллингом от Боши, но ее друг, прошедший с ней через то же самое, знал, куда смотреть. Уголки губ, в которых обычно таилась маленькая обманчиво-кроткая улыбка, были опущены. — Хм-хм, и всё-таки, дорогая подруга. Я знаю тебя не первый год, и уж мне-то ты можешь рассказать, что именно тебя так смутило, а? — преувеличенно покровительственно провозгласил Гас, — Ни за что не поверю, что это были боевые навыки нашего друга или его шрамы — всё это ты уже видела или догадывалась, тут без сюрпризов. Колись, систр, что?! — он нетерпеливо заглянул ей в лицо, делая большие глаза. Уиллоу умиленно улыбнулась своему пышущему энтузиазмом другу. С него сталось бы воспроизвести ситуацию иллюзией в своем стремлении докопаться до сути. Она глубоко вздохнула, настраиваясь на откровенность. — Ладно, слушай. Это очень смущает. В комнату тогда светил яркий закатный свет. И я увидела, ох, — она закрыла лицо руками, — я увидела подсвеченные волоски. На пояснице и вокруг сосков. И на руках. Они почти светились. И он глубоко дышал. — глухо продолжила она, — О, Титан! Ты знаешь, что это не обязательно должно быть чем-то рациональным! — смущённо засмеялась. — О-о-о, — впечатленно протянул ее собеседник, — Волоски. — хмыкнул он и задумался, — Это имеет смысл. Оба замолкли. Уиллоу, убедившись, что друг не собирается ее поддразнивать, встряхнула головой, прогоняя непрошенный румянец, и, вернув себе утраченное равновесие, снова взялась за лак. Воцарилась уютная тишина, не считая шороха лопастей потолочного вентилятора. Лучи вечернего солнца крались по комнате, подсвечивая танец золотистых пылинок. — Скажи, а волоски вокруг мужских сосков это правда сексуально? Уиллоу вскинулась от неожиданности, округлив глаза, и залилась мелодичным смехом: — Гас! Это было сексуально потому, что на нём, а не волоски сами по себе! — она закрыла рот руками, пытаясь смеяться тише, — Ох, и я не прощу тебя, если ты расскажешь об этом даже маленькому палисманчику, даже Эммилин! — она попыталась сделать голос угрожающим, но беспомощная смешливая нотка все равно была слышна. Ей вторил теплый смех приятеля. — Уф. Я серьёзно. — продолжила она, сняв очки, чтобы протереть, — Ты был и остаёшься моим лучшим другом, Гас, и я счастлива, что вы с Хантером стали такими бро и поддерживаете друг друга. Но лучшее, что ты можешь для нас сделать, это не вмешиваться. — Ладно, проехали, — отсмеявшись, вытер глаза Гас, — Эх, хотел бы я, чтобы кто-то залипал на меня так же! — не уточнив, кто на кого именно, он мечтательно уставился на потолочный вентилятор, ленивыми взмахами перемешивающий уходящий вечерний зной. — Думаю, волоски всё-таки однажды пригодятся, — задумчиво выдал он, спровоцировав у подруги новый приступ хихиканья.