Слишком рациональны, чтобы влюбляться

Глава 9. Натянутые нити.

Клиника при Оазисе.

Ларс

Hans Zimmer — 528491

      Вечер не заканчивается — он просто меняет форму. Я сижу в кресле напротив стеклянной перегородки, за которой Дарко дышит чуть тяжелее, чем должен, но уже ровно. Аппараты не раздражают. Наоборот — успокаивают. Значит, контроль есть. Значит, не потерял. Ветеринар что-то говорил про удачу, про траекторию удара, про то, что ещё пару сантиметров — и всё было бы иначе. Я кивнул тогда, но не вслушивался. Мне не нужны были объяснения. Мне нужен был результат. Он есть. Этого достаточно. Почти. Пальцы до сих пор помнят, как я держал его, когда кровь уже пропитала шерсть. Слишком быстро. Слишком резко. "Он не колебался". Мысль возвращается не в первый раз. Я прокручиваю момент снова. Не лицо. Его не было видно. Капюшон. Тень. Движение. Чёткое. Без лишнего. Он шёл на меня. Не на Дарко. Это важно. "Цель — я". Дарко просто оказался между. И среагировал быстрее, чем я. Как всегда. Я выдыхаю медленно, не отрывая взгляда от стекла. "Если бы не он…" Не заканчиваю. Не нужно. Это уже не про гипотезы. Это факт. Я чуть сильнее сжимаю пальцы. Внутри нет паники. И злости — тоже нет. Есть раздражающая пустота, в которой слишком мало данных. "Кто?" — первый вопрос. "Зачем?" — второй. И ни на один нет ответа. Не ограбление. Не случайность. Он не говорил. Не требовал. Не пытался забрать что-то. Просто шёл. И бил. Я вспоминаю укус. Резкий рывок Дарко. Секунда, в которой всё сместилось. Он отдёрнул руку. Не закричал. Не сорвался. Отступил. Чётко. Как будто принял решение за долю секунды. "Значит, умеет держать себя". Не новичок. Я провожу языком по внутренней стороне щеки, медленно. "И не псих в классическом смысле". Слишком собранный для этого. Слишком точный. Тогда что? Проверка? Ошибка? Или… Я обрываю мысль. Слишком рано строить версии. Слишком мало вводных. Дарко чуть шевелится за стеклом. Я сразу подаюсь вперёд. Ветеринар появляется почти сразу, как будто следил за каждым его движением. «Стабильно», — спокойно. — «Он сильный. И вам повезло». Я киваю. «Когда его можно будет забрать»? «Ночь пусть побудет под наблюдением. Утром посмотрим динамику». Я коротко выдыхаю. «Хорошо». Дверь за спиной открывается тихо. Я не оборачиваюсь сразу. По шагам понятно, кто это. Спокойные. Без суеты. Дэмиан останавливается рядом, не нарушая линию взгляда. «Как он»? Я чуть веду плечом. «Жив. Остальное — решаемо». Пауза. Он кивает. Этого достаточно. Несколько секунд молчания — не пустых. Он смотрит туда же, куда и я. «Ты»? Я коротко. «В порядке». Он не уточняет. Правильно делает. «Расскажешь»? Я не сразу отвечаю. Смотрю на стекло. Потом — коротко, по фактам. «Капюшон. Шёл прямо. Без слов. Без попыток что-то взять». Пауза. «Дистанцию держал до последнего. Потом резко сократил». Дэмиан слушает молча. Только плечи немного напряжены. «Нож». - Ещё пауза. - «Цель — я. Дарко влез раньше». - Я на секунду сжимаю челюсть. Не из-за себя. - «Укусил его. В руку». Дэмиан чуть прищуривается. «Он»? «Отступил». - Коротко. - «Без суеты. Как будто решил, что хватит». Тишина становится плотнее. Я добавляю уже тише. «Не паниковал». Дэмиан медленно кивает. «Значит, не случайный». Я не отвечаю сразу. «Нет». - Пауза. - «И не законченный идиот». Я провожу взглядом по перевязанному боку Дарко. «Если бы хотел — довёл бы». Дэмиан не спорит. «Но не довёл». - Тишина. - «Странно». Я выдыхаю медленно. «Не странно. Неполно. И Дарко его укусил». Он переводит взгляд на меня. «Думаешь, это не всё»? Я снова смотрю вперёд. «Думаю, это начало». Дарко за стеклом чуть меняет положение. Я автоматически подаюсь вперёд. Дэмиан отступает на полшага, давая пространство. Правильно. Всё остальное — потом. Сейчас — он.

Кларенс

Ólafur Arnalds — Near Light

      Я замечаю свет раньше, чем вывеску. Слишком яркий для такого времени. Слишком чистый. Как будто здесь не лечат — контролируют. Я паркуюсь ближе, чем обычно. Без комментариев. Хлоэ рядом молчит. И это не тишина из пустоты. Это тишина, в которой каждый уже на своём месте. Мы выходим одновременно. Дверь открывается без усилия. Внутри — стерильность, стекло, мягкий свет и ощущение, что всё под наблюдением. Я прохожу первым на полшага. Не чтобы вести. Чтобы проверить. Ресепшен реагирует сразу, но без лишнего интереса. Значит, уже в курсе. Хорошо, меньше шума. Я не задерживаюсь. Взглядом цепляю пространство — выходы, коридоры, камеры. Привычка. Потом вижу их. Ларс сидит спиной к залу, чуть наклонившись вперёд. Весь в одной точке — за стеклом. Дэмиан рядом. Не вмешивается, просто присутствует. Я останавливаюсь на секунду. Фиксирую. Ларс не оборачивается сразу. Но знает, что мы вошли. По плечам видно. Собран, не развален. Значит, держит. Хорошо. Мы подходим ближе. Хлоэ чуть ускоряет шаг. Я — нет. Дистанция остаётся под контролем. Дэмиан переводит на нас взгляд первым. Короткий кивок. Я отвечаю тем же. Без слов. Ларс поворачивается только когда мы уже рядом. Взгляд — прямой. Без лишнего. Проверяет. Не нас — ситуацию. Я принимаю это спокойно. «Как он»? Коротко. По делу. «Жив». Ответ такой же. Я киваю. Этого достаточно. Взгляд уходит за стекло. Крупный пёс. Перевязка. Дыхание ровное. Значит, действительно вытащили. Хорошо. Рядом Хлоэ не говорит ничего — просто делает шаг ближе к Ларсу и кладёт руку ему на плечо. Без давления. Без демонстрации. Он не вздрагивает. Не оборачивается. Но плечо под её ладонью чуть отпускает. Этого хватает. Я возвращаю внимание на него. Теперь уже не на состояние — на детали. Он не выглядит человеком, который только что пережил случайность. Он выглядит человеком, который уже начал складывать картину. «Расскажешь»? Без давления. Без приказа. Он не отвечает сразу. Секунда. Потом — чётко. Факты. Капюшон, дистанция, движение, нож. Я слушаю, не перебивая. Важно не то, что он говорит. Важно — как. Он не преувеличивает. Не смягчает. Значит, можно опираться. «Дистанцию держал до последнего», — говорит он. Я отмечаю. «Потом резко сократил». - Логично. - «Без слов. Без требований». Я чуть сужаю взгляд. «Цель — ты»? Он кивает. «Да». Коротко. Без сомнений. Я задерживаюсь на этом дольше, чем на остальном. Это совпадает. Слишком хорошо совпадает. «Он пытался добить»? «Нет». - Я перевариваю. - «Отступил», — добавляет Ларс. — «Как будто решил, что хватит. Плюс ранение». Я выдыхаю медленно. Вот это — ключ. Не импульс. Контроль. Сценарий. Я чуть смещаюсь, опираясь плечом о стекло. Смотрю на собаку. Потом обратно на него. «Он ранен»? «Рука», — коротко. — «Дарко успел». Я киваю. Это хорошо. Это даёт шанс. Пауза. Несколько секунд никто не говорит. Я собираю в голове линии. Грег, рана, парковка, а теперь — это. Слишком ровно, чтобы игнорировать. Я перевожу взгляд на Ларса. «Мне жаль пса». - Фраза выходит чуть жёстче, чем должна. Я не сглаживаю. - «И хорошо, что вы оба целы». Тишина. Он смотрит на меня секунду дольше. Не благодарит. Не отмахивается. Просто принимает. И этого достаточно. Сбоку Хлоэ едва заметно выдыхает. Я наконец перевожу на неё взгляд. И делаю то, что не просчитываю. Просто тяну её к себе. Коротко, но крепко. Без оглядки на остальных. Губами касаюсь её макушки — почти незаметно, но не скрывая. Она не удивляется. Только на секунду прижимается ближе, и потом так же спокойно возвращается на место. Никаких слов. И это… работает. Я отпускаю её, и на выходе из этого движения ловлю взгляд Дэмиана. Короткий. Без улыбки, но с пониманием. Он ничего не говорит. Но там читается простое: «нормально». Я отвечаю тем же. Привычный диалог с другом, не требующий слов. Я снова смотрю на Ларса. «Он не новичок», — говорю спокойно. — «И не случайный». - Пауза. - «Если появится что-то ещё — любое, даже незначительное — сразу говори». Без приказа. Но с весом. Он кивает. «Скажу». Коротко. Чётко. Я отступаю на полшага. Не потому что разговор закончен. Потому что сейчас важнее не давить. Он и так держит слишком много. Взгляд снова уходит за стекло. Пёс дышит ровнее. Значит, ночь переживёт. Хорошо. Но это уже не главное.

Хлоэ

London Grammar — Hey Now

      Я вижу Ларса чуть в стороне, как он снова автоматически держит дистанцию со всеми, будто это единственный способ не дать миру добраться до него глубже, чем он позволяет. Подхожу спокойно, без спешки, не ломая его пространство. "Сейчас важно не давить". «Ларс». Он реагирует не сразу, сначала телом — едва заметное напряжение, потом взгляд. Я выдерживаю паузу, давая ему самому выбрать момент включиться в разговор. «Нам нужно серьёзно поговорить». Я не уточняю, о чём именно и не делаю из этого драму — ему сейчас это не нужно, только ясность. «Когда будешь готов». Он смотрит на меня чуть дольше обычного, оценивает, насколько это требование, а насколько возможность. "Мне его по-человечески жаль. Не как слабого — как человека, которого слишком часто заставляли справляться одному". Он просто кивнул. Коротко. Ровно. Без лишнего сопротивления, но и без приглашения идти глубже прямо сейчас. Я принимаю это без давления, потому что сейчас важнее сохранить контакт, чем продавить разговор. Я чуть киваю Вьера-младшему и отступаю, не задерживаясь рядом дольше, чем нужно, оставляя ему воздух и выбор, когда именно он захочет вернуться к этому разговору. А ещё, я замечаю, как Кларенс сегодня ведёт себя. "Его порыв, его вопросы, даже эта неловкая честность про собаку — это не идеально, но это живо. И это уже движение в нужную сторону. Он рядом. И я ему доверяю больше, чем сама ожидала вначале. Это странно спокойное чувство — будто опора появилась там, где раньше был только расчёт. И да, мне приятно, что он здесь не просто как функция. Он включён. Он пытается. Кларенс не идеален — и в этом, пожалуй, его единственная честная черта сейчас. Он не прячет неловкость, не делает вид, что ему всё безразлично. Он задаёт вопросы, даже если не уверен, что имеет на это право. И это странным образом правильно". Я ловлю себя на том, что мне это нравится больше, чем безупречная холодная компетентность, которую он мог бы демонстрировать. Которую я сама являла миру, как своё истинное лицо. Потому что здесь есть риск. Есть человеческое участие. "Он не отстраняется. Он остаётся рядом, даже когда не знает, как себя вести". Я краем глаза отмечаю, как он смотрит на Ларса — без давления, скорее с осторожной попыткой понять, где граница. И в этом есть уважение, пусть ещё не оформленное, но уже присутствующее. "Если он продолжит так — не идеально, но честно — он станет частью системы, на которую можно опереться. Не как винтик. Как человек" И неожиданно для себя, я фиксирую простую мысль: "Мне спокойнее, когда он рядом. Я слишком долго жила в режиме, где любые чувства — это слабость, которую нужно либо прятать, либо использовать". Сейчас я впервые осознаю, что не хочу ни того, ни другого. Кларенс не вытаскивает это из меня специально. Он вообще ничего не вытаскивает. Он просто… есть. Рядом. Живой, неидеальный, местами неудобный — но настоящий. "И на его фоне я начинаю замечать, сколько во мне самой было выключено". Это не резкий сдвиг. Не озарение. Скорее тихое возвращение того, что когда-то пришлось убрать, чтобы выжить. Я смотрю на него чуть дольше, чем нужно. "С ним я позволяю себе чувствовать больше, чем планировала". И это не похоже на потерю контроля. Скорее на что-то, что делает сам контроль… менее необходимым.

Кларенс

The xx — Intro

Мы выезжаем на дорогу. Несколько минут — только движение и редкие огни впереди. «Ты веришь ей»? Её голос спокойный. Без давления. Я не отвечаю сразу. "Верю — не та категория, с которой это стоит рассматривать" «Я думаю, она сказала то, что считает правдой» - Пауза. - «Но это не значит, что так и есть». Она кивает. «Нам нужны доказательства» «Факты», — уточняю я. — «Такие, которые можно проверить». Пауза. «ДНК», — говорит она. Я качаю головой. «Нет» - Коротко. Без сомнений. - «Грег мёртв. Прямой путь закрыт». Тишина становится плотнее. Она не спорит — сразу перестраивается. "Хорошо. Быстро адаптируется" «Тогда косвенно», — говорит она. Я киваю. «Медицинские архивы. Старые обследования. Любые данные, где может быть зафиксирована биология». «Оазис», — добавляет она. - «Туда же всё сходится». Я бросаю на неё короткий взгляд. «Если он проходил через них — записи есть». «И просто так их никто не отдаст» - добавляет Хлоэ. «Не отдаст», — соглашаюсь я. - «Но они где-то хранятся». Я чуть замедляю скорость, заходя в поворот. «Значит, нам нужен доступ». «Или человек, у которого он уже есть». Мы замолкаем. "И это уже не гипотеза" «И ещё», — добавляю я через пару секунд. — «Если он отец Ларса, это могло где-то всплыть. Неофициально. Документы, переводы, страховые, любые пересечения». Она поворачивается ко мне. «Следы». «Да. Такие вещи редко проходят полностью чисто» - Я задумался на мгновение. - «Их просто нужно правильно искать». Остальное время мы молчали. Остановившись на очередном светофоре, я повернул голову, и увидел, что моя снежная королева уснула. "Какая из тебя снежная королева? Такая умиротворённая, нежная. Не королева пиара, а… просто… моя Хлоэ". Невольно оставшись наедине с собой, я прокручивал в голове событие за событием. Нападения на звёзд. Убийства. Взлёт Оазиса. Нападение на Дэмиана. Тишина. Анонимное сообщение. Приложение. Хлоэ. Парковка. Грег. Ларс.       Я отвожу взгляд обратно на дорогу. Свет меняется на зелёный, машина трогается плавно, без рывка. "Слишком много точек. И ни одна пока не соединена до конца". Я не ускоряюсь. Не сейчас. Не с ней в машине. "Спешка здесь — это ошибки". Я снова прокручиваю цепочку. Уже медленнее. Отбрасывая лишнее. Нападения на звёзд. Убийства. Оазис. Слишком чистый рост. Слишком вовремя. "И всё это держится на контроле информации" Пальцы чуть крепче сжимают руль. "Значит, бить нужно туда же". Я коротко перевожу взгляд на Хлоэ. Она спит спокойно. Не напряжённо, как обычно. Не «в режиме». "Редко вижу её такой". И это выбивает из мысли сильнее, чем любая несостыковка. "Она доверяет. Иначе бы не позволила себе выключиться рядом. До сих пор не верится, что я везу в своей машине женщину. Ещё и свою. И такую прекрасную. Ох… Кларенс. Ну и вляпался же ты. Но хотя бы в своих мыслях я готов признаться: Хлоэ нужна мне. Она меня оживила. Напомнила, что я это я – не функция, не агент до мозга костей, не хладнокровный аналитик. Просто Кларенс". Я чуть сбрасываю скорость перед поворотом, аккуратно, чтобы не разбудить. "И это… ответственность". Не та, к которой привык. Не рабочая. Не расчётная. Другая. "Чёрт… а мне даже нравится". Мы подъезжаем к дому. Я глушу двигатель не сразу — сначала убеждаюсь, что она не проснулась от остановки. Пауза. Тишина. Потом выхожу, обхожу машину и открываю её дверь. Осторожно. «Хлоэ». Тихо. Почти шёпотом. Она реагирует не сразу. Медленно возвращается. Без резкого движения. Я подаю ей руку. Она принимает. И этого достаточно, чтобы не говорить больше ничего. Я вспомнил, что у Хлоэ нет с собой сменной одежды. "Отличный повод натянуть на неё свою футболку. Или рубашку. Нет, пусть ходит голая. Этой бестии с ореховыми глазищами всё к лицу, даже нагота. Особенно нагота". При этих мыслях тело отозвалось знакомым ощущением. Не вовремя. Мы поднимаемся в квартиру без лишних слов. Дверь закрывается за спиной глухо. Я бросаю ключи на тумбу, автоматически, не глядя. Хлоэ проходит дальше, медленно, как будто всё ещё не до конца здесь. "Она не здесь". Я снимаю куртку, наблюдая за ней. Движения есть, но в них нет фокуса. Она где-то в мыслях. Слишком глубоко. Грег. Ларс. Нападение. Оазис. "Она не отпустила". Я подхожу ближе, не сразу касаясь. Сначала просто встаю рядом, чуть сбоку, чтобы видеть лицо. Она смотрит в одну точку. Слишком долго. "Перегруз". Я легко касаюсь её запястья. Без давления. Проверка контакта. Она переводит взгляд на меня не сразу. «Ты всё ещё там». — говорю тихо. Не вопрос. Факт. Пауза. Она не отрицает. "Значит, попал". Я чуть наклоняю голову, изучая её. «Хватит на сегодня». Спокойно. Без приказа, но с весом. Она выдыхает, почти незаметно. «Не сейчас…», — добавляю тише. — «… не в таком состоянии». Я провожу большим пальцем по внутренней стороне её запястья. Медленно. Возвращая внимание в тело, а не в голову. Она реагирует. Лёгкое движение. Почти незаметное, но есть. "Вот так". Я делаю шаг ближе. «Пойдём». Коротко. Она смотрит на меня секунду дольше. Как будто проверяет — зачем. Я не объясняю. Просто беру её за руку. И веду.       Ванная встречает тишиной и мягким светом. Я включаю воду, не глядя — сначала холодную, потом добавляю горячую. Пар поднимается постепенно. "Сначала — тепло. Потом — всё остальное". Я оборачиваюсь к ней. Она уже здесь. Но всё ещё не до конца. Подхожу ближе. На этот раз без паузы. Руки ложатся на её плечи, медленно, уверенно. Я чуть сжимаю — не чтобы удержать, а чтобы она почувствовала границы. «Выключи». Тихо. Почти шёпотом. Не приказ. Разрешение. Я наклоняюсь ближе, касаясь её лба своим. Пауза. Даю ей секунду. "Выбор за ней". Она не отстраняется. Я скольжу руками вниз по её рукам, переплетаю пальцы с её. Тепло воды уже слышно за спиной. Я смотрю ей в глаза. И на этот раз не думаю. Просто остаюсь рядом.

Massive Attack — Paradise Circus (На повтор, мои хорошие)

Хлоэ закрыла глаза, глубоко вдохнула, выдохнула. Высвободив руки, она положила их на мою грудь. Открыла, посмотрела в мои… Зрачки расширены, дыхание едва заметно сбилось, пальцы подрагивают. «Поцелуешь меня, Хлоэ»? – спросил я чуть хрипло. Я начинал возбуждаться. Стремительно. Под её взглядом контроль ускользал из моих рук как песок сквозь пальцы. Как будто это не я пытался сейчас вернуть её в реальный мир, а наоборот. «Поцелую. Обнимешь»? – её взгляд стал испытующим. Я не стал отвечать. Не хотелось играть сегодня. Я хотел её. До дрожи. До искр из глаз. Пошло. Чтобы даже в чёртовом Оазисе слышали, чья она. Я обвил её талию руками и прижал к себе без лишней аккуратности. Хлоэ в ответ скользнула ладонями к моей шее и притянула к себе, впиваясь в мои губы своими. Язык нагло проник в рот, зацепился за мой. Зубы слегка прикусили мою нижнюю губу. Из груди вырвался короткий стон. "Ты это чего пиарщица? Быстро включилась". Ванная комната наполнилась звуками пошлых поцелуев и коротких стонов. Я на секунду прервал поцелуй, прижал Хлоэ крепче к себе и прошептал на ухо. «В душ. Быстро». «Приказываешь мне, де-тек-тив»? – её глаза снова опустились на мои губы. «Я у себя дома, пиарщица. Хочу и командую». – я повторил её же слова. - «В душ. Или я затащу тебя в кабинку прямо в одежде». «Тогда раздень меня сначала». – голос срывался на шёпот. - «Пожалуйста…» Я слегка умыльнулся. «Ну, если пожалуйста… Кто я такой, чтобы отказывать»? Ладони опустились на талию, проникая под одежду, подцепили края футболки и медленно потянули вверх. Руки скользили по изгибам. Хлоэ прикрыла глаза, дыхание участилось. Она подняла свои руки, и я стянул с неё верх. Остался лифчик. Чёрный, прозрачный, легкое кружево – ничего лишнего. Одной рукой расстегнул, снял бретели. Хлоэ стояла молча и смотрела на меня. Глаза горят, губы приоткрыты, щёки украсил лёгкий румянец. Возбуждённая она ещё прекраснее. Я смотрел на неё в ответ, а пальцы уже добрались до её джинсов. Медленно стянул вместе с бельём. Не разрывая зрительный контакт, опустился на колено, и помог ей выбраться из штанин. Теперь она была полностью обнажённой передо мной. "И ни капли пошлости. Ты чудесная Хлоэ Бёрнс. И, кажется, я никому тебя не отдам. Никогда". Вслух не стал ничего говорить. Я стоял на одном колене перед женщиной, которая переворачивала моё сознание каждым своим появлением, каждым нахальным и надменным взглядом, каждый раз, когда она включала разум вместо эмоций. "Такая же, как я". Мне было сложно поверить, что можно влюбиться в кого-то так быстро. Но факт в том, что я же сам и попался на этот крючок. И не ошибся. Я поднялся на ноги, пройдясь ладонью по внутренней стороне бедра, и возвышаясь над Хлоэ. «Твои предпочтения? Чего ты хочешь сегодня»? – прошептал я. Хлоэ открыла глаза, посмотрела на меня мутным взглядом и сказала то, что я никак не ожидал услышать. «Грязно. Пошло. С тобой». – прошептала она. "Она не просит. Выбирает. И мне это нравится больше, чем должно". «Фильмов…» «Насмотрелась? Да… Снимай штаны детектив». – перебила меня Хлоэ командным тоном. «Сама снимай, начальница». - усмешка коснулась моих губ. "Когда мы перешли от усталости и нежности к такой игривости? Но стоит признать, что и сам хотел того же". Хлоэ быстро избавилась от моей футболки, и потянулась к ремню. Справившись с ним и брюками, поднялась. "Опять всё сразу стянула. Нетерпеливая. "Она не подчиняется. Она играет. И я уже не уверен, кто из нас ведёт". Я взял её за руку и молча повёл в душевую кабинку. Пар уже успел заполнить помещение, создавая интимную атмосферу. Дверца закрылась, и я резко подхватил Хлоэ на руки. Ладони на ягодицах, губы на шее. Я прижал её к стенке, отчего она резко и шумно вдохнула. Стал покрывать поцелуями шею, скулы, грудь, губы – всё до чего мог добраться. Сжал ладонями её ягодицы. Слегка грубо, но её стоны в ответ давали зелёный свет для дальнейших действий. Хватка усилилась, поцелуи перерастали в укусы, стоны наполняли душевую. Я медленно опустил Хлоэ на пол, не прекращая прижимать её тело к кафелю. Рука опустилась между бёдер, оглаживая нежную кожу с внутренней стороны. Затем я коснулся её. Горячая, влажная, скользкая. Провёл пальцем вдоль промежности. Хлоэ вздрогнула. Её пальцы вцепились в мои волосы и сжали. «Ммм… Хлоэ…» - я не сдержался - «Руки…» Я оторвался от неё и взял обе кисти, поднял над головой и зафиксировал одной рукой. Вторую вернул к клитору. Чуть надавил. Хлоэ выгнулась сильнее. Я стал поглаживать её медленно, мучительно, каждый раз возвращаясь к клитору, делал круг. Она дёргалась, извивалась, пыталась высвободить руки, но я держал крепко, не позволяя ей делать лишние движения. «Кларенс… Да… О боже…» - Сквозь стоны. Я остановился. Убрал руку, отпустив запястья. Не дав ей опомниться, опустился на колени и припал к возбуждённой плоти языком. Резко. Без предисловий. Руки снова легли на ягодицы, фиксируя на одном месте. Хлоэ почти дрожала в моих руках, задыхаясь от стонов. Её пальцы снова нашли мои волосы. Но в этот раз она не искала опору. Направляла. Прижимала к себе. Отдалялась. Я послушно следовал этому направлению и ритму, которые она задавала. По тому, как дыхание ускорилось, как хватка в моих волосах стала крепче, я понял – она близко. Немного ослабил напор и оторвался от неё. «Хочешь кончить, солнышко»? «Если продолжишь так же, то выбора у меня не останется». – ответила немного запыхавшись. Я встал на ноги, провёл пальцем по её нижней губе, и вновь врезался в неё с новым поцелуем. Взял одной рукой за подбородок, чуть сжимая. Её рука опустилась на мой член, который уже стоял и требовал внимания. Ладонь Хлоэ слегка сжала его, а по моему телу побежали мурашки. И она начала двигаться. И в её движениях не было ни грамма нежности. «Ах…! Чёрт, Хлоэ. Остановись… Я хочу тебя…» - пара вдохов - «Развернись». – она развернулась - «Выгнись немного». – послушалась. "Моя хорошая". Я отступил на шаг, чтобы посмотреть на это прекрасное зрелище. Подошёл обратно, огладил ягодицу. Размах. Шлепок. Хлоэ вскрикнула от неожиданности. А я приложил ладонь к месту удара. Нагнулся и хрипло прошептал прямо на ухо. «Достаточно пошло? Или ещё»? «Кларенс… Я… хочу твой член… Сейчас». Я ответил не отстраняясь. «Тогда получай, мисс Бёрнс». – и резко вошёл. Протяжный стон сорвался у обоих. Не стал медлить. Начал вбиваться в её тело быстро, отрывисто, без жалости. Адреналин зашкаливал. Сердце стучало загнанной птицей в груди. Пульс отбивал неистовый ритм. Хотелось закрыть глаза и сосредоточится на ощущениях, но я не смог. Вид Хлоэ передо мной, мокрой, голой, разгорячённой, стонущей почти жалостно, не позволял отводить взгляд. И снова этот порыв – взять её за волосы, сжать до сладостной боли, увидеть это прекрасное лицо в состоянии наслаждения. Я не стал противиться. Отстранился, возвращаясь в вертикальное положение. Опустил глаза. "Вот же… чёрт… я готов кончить прямо сейчас". Мокрые круглые ягодицы, моя ладонь на одной, место соединения наших тел… Член, между её припухших возбуждённых половых губ, блестел от влажности. Кровь шумит в ушах, взгляд затуманен. Рука сама потянулась к длинным тёмным волосам, кончиками пальцев проводя дорожку по позвоночнику. Собрал волосы с одной стороны, со второй… в хвост. Намотал на кулак. Рывок. Не сильный, но ощутимый. Натянул, и повернул немного голову, открывая шею для поцелуев. Впился в неё, провёл короткую дорожку языком, прикусил. Звуки мокрых шлепков смешивались со стонами и нашим прерывистым дыханием. Я практически прорычал ей на ухо. «Ты так меня бесила, мисс Бёрнс, знаешь»? – Пауза. Новый поцелуй, граничащий с укусом. - «Своей невозмутимостью. Гордой походкой. Притворством, будто ты не мечтала обо мне, как я о тебе». – вторая рука сжала её грудь - «И… Этими… Горящими… Глазищами… Когда я трахал тебя». - Я начинал терять самообладание, грубости сами срывались с языка, но Хлоэ кажется не против. Толчки ускорились. Я выходил почти полностью и вколачивался в Хлоэ снова и снова. Разум покинул меня окончательно. Ладонь сжала грудь, пропуская сосок между пальцев. Кончик языка зацепил мочку уха, и я зажал её губами. Хлоэ застонала так громко, что я на мгновение подумал, что перегнул. Но следом, я понял, что всё идёт как надо. Она выгнулась сильнее и подалась чуть назад. Стоны прерывались, дыхание сбилось окончательно. Она сжала меня своими мышцами. «Ну же... Кончай моя девочка. Давай…»! Я ещё чуть ускорился. Ноги Хлоэ задрожали, мышцы обхватили член ещё крепче, отчего застонал уже я. Я почувствовал, что она едва держится, и сместил руку с груди, и подхватил её за талию. «Кларенс… Да… А-а-а-ах! Чёрт-чёрт-чёрт… Сука…! Да-а-а»!!! "Боги. Это просто превосходно. Я сдаюсь тебе, женщина… ". Мы замерли. Стояли около минуты, пока мелкие судороги не отпустили её тело. «Стоишь»? – поинтересовался я. «Стою… Отпускай». – я аккуратно отпустил её. Она повернулась ко мне. Красная, мокрая, громко дышащая. Глаза полуприкрытые излучали чистую концентрированную похоть. Она молча опустилась на колени. Посмотрела на меня снизу вверх. Рука обхватила ствол. Горячие губы коснулись головки. Я чуть дёрнулся. Чувствительность на грани. Язык прошёлся от самого основания, до конца, вокруг головки. Я тихо выругался, и невольно толкнулся навстречу. Хлоэ подхватила и взяла глубже, ускорилась. Глаза в глаза. Руки сместились на бёдра. Она уже не замедлялась. Узел внизу живота затягивался, напряжение становилось невыносимым, разрядка приближалась. «Я сейчас… Хлоэ…» - я решил предупредить. Она выпустила член изо рта, глядя на меня хитрыми глазами, но руку не убрала. Я понял, чего она хотела. Рука на затылок и снова её волосы зажаты между моих пальцев. Вторая рука легла на член, и я начал двигаться. Хотелось растянуть процесс и наслаждать этой картиной вечно, но… Через полминуты, оргазм снёс остатки самообладания. Хлоэ приоткрыла рот, и… чёрт возьми,… высунула язык. Это стало последней каплей. Горячие струи вырвались из члена, попадая на лицо, подбородок, волосы, язык. Не было сил контролировать себя, и я издал короткий, но громкий стон. Одна капля задержалась на конце. Хлоэ открыла глаза шире, зрачки выдавали ещё не утихнувшее возбуждение. Она облизнула губы, затем приблизилась и забрала последнюю каплю кончиком языка. Я вздрогнул и разжал руку в её волосах. Мы молчали и смотрели друг на друга, приводя в порядок дыхание. Хлоэ заговорила первой. «Это было… Великолепно». «Не то слово…» - Согласился я. - «Ты умеешь сносить крышу». Я провёл ладонью по её щеке, убирая влажную прядь волос. Дыхание всё ещё тяжёлое, но уже ровнее. Вода стекала по её плечам, по ключицам, по груди — и я ловил себя на том, что смотрю дольше, чем нужно. "И не устаю". Она поднялась, не отводя взгляда. Без смущения. Без попытки закрыться. Ровно так, как и должна. "Моя". Мы стояли близко. Слишком близко, чтобы снова начать думать. Но на этот раз я не спешил. Ладонь скользнула по её спине, медленно, почти лениво. Не требуя — чувствуя. Она чуть наклонила голову, подставляясь под касание. "Теперь — не побег. Выбор". Я наклонился, коснулся её губ коротко. Без жадности, которая была раньше. И это почему-то ощущалось сильнее. «Полегчало»? — тихо спросил я. Она усмехнулась едва заметно. «Ненадолго». Я кивнул. «Хватит» - Пауза. - «Значит, сработало». Она сделала шаг ближе, почти касаясь меня снова. «Это не лечение, Кларенс» «Я и не врач», — спокойно. На секунду тишина снова стала плотной. Но уже другой. Не напряжённой. Собранной. Я потянулся за полотенцем, протянул ей. Она не сразу взяла — сначала ещё раз посмотрела на меня. Внимательно. Как будто запоминая. "И я понимаю, что она вернётся к мыслям. Но уже не так". Я провёл рукой по её затылку. «Отдохни немного». Тихо. Без давления. Она не спорит. И это, пожалуй, важнее всего. Мы выходим из душевой без спешки. Пар остаётся позади, вместе с шумом воды и тем, что только что было между нами. Я накидываю на неё полотенце, сам беру другое, быстро вытираюсь. Хлоэ молчит. Но это уже не та тишина, что была раньше. "Она вернулась". Я прохожу на кухню первым, открываю холодильник, не особо выбирая. Что-то простое. Быстрое. Не для вкуса — для восстановления. «Есть будешь»? Она появляется в дверном проёме, опирается плечом о косяк. «Да» Коротко. Спокойно. Я киваю, ставлю сковороду, включаю плиту. Движения чёткие, привычные. Режу, раскладываю, слежу за огнём. "Руки заняты — голова тоже собирается". Она садится за стол, подтягивает к себе ноги, наблюдает. Не отвлекая. Не вмешиваясь. «Ты всегда так переключаешься»? — спрашивает она. Я не оборачиваюсь. «Работает». - Пауза. - «А ты»? Она чуть усмехается. «Учусь». Я киваю сам себе. "Хороший ответ". Через несколько минут ставлю перед ней тарелку. Сажусь напротив. Едим без спешки. Без лишних разговоров. Но уже вместе. Иногда взгляд цепляется за неё — мокрые волосы, расслабленные плечи, спокойное лицо. Моя футболка. "И этого достаточно". Когда тарелки пустеют, я убираю их в сторону, не задерживаясь. «Спать». — Говорю просто. Хлоэ встаёт, не споря. Проходит мимо, касаясь меня плечом. Лёгкое, но намеренное прикосновение. "Контакт сохранён". В спальне темно. Только мягкий свет с улицы ложится полосами на стены. Я ложусь первым, она — следом, ближе, чем обычно. Не прижимается сразу. Пауза. Потом — сама сокращает расстояние. Я обнимаю её, не сжимая. Просто фиксируя рядом. "Вот так". Её дыхание постепенно выравнивается. Моё — тоже. Но сон приходит не сразу. Слишком много нитей. Слишком много незаконченного. Я смотрю в потолок, чувствуя её рядом. "Завтра продолжим". И на этот раз — не только работу.

Оазис. Апартаменты Ларса.

Ларс

Я не спал. Слишком тихо. Не потому что ночь — потому что пусто. Дарко не здесь. Нет привычного фона, за который можно зацепиться. "Стабильно". Сообщение от клиники короткое. Без динамики. Без сюрпризов. Этого достаточно, чтобы не ехать обратно. Но недостаточно, чтобы отключиться. Я поднимаюсь. Иду к лифту без света. Кнопку семидесятого нажимаю автоматически. "Кажется, именно в этой из комнат Винстон хранит виски". Створки закрываются мягко. Спуск короткий. Остановка. Коридор пуст. Камеры — на местах. Их не видно, но они есть. Я прохожу до нужной секции, останавливаюсь у нужной двери. Ручка тихо щёлкнула. Как всегда открыто. И к счастью, пусто. Мне было пятнадцать. Первую такую комнату я нашёл тогда. Случайно. Остальные — уже целенаправленно. Слепых зон в собственной башне быть не должно. Я захожу внутрь, закрываю за собой. Вместо окна — аквариум. Он проходит сквозь Вьера-Тауэр, как вены через тело. Глубокий, тёмный, с медленным движением воды. Свет мягкий, искажённый. А внутри, плавает этот чёртов крокодил отца… Белый. Жуткий. С мёртвым взглядом. По другую сторону – гостиная. Не знаю, как эти комнаты спроектированы, но слышимость прекрасная. Я открыл отсек журнального столика, достал бутылку и стакан. Налил. Виски оседает теплом внутри. Не расслабляет. Просто убирает лишнее. Я не спешу. Ставлю стакан на край стола, ближе к себе, и перевожу взгляд через стекло. Гостиная пустая. Несколько секунд — ничего. Потом движение. Винстон. Он появляется без спешки, как будто всё это время уже был здесь. Останавливается у дивана, поправляет манжет. Спокойный. Ровный. "Как всегда". Через пару секунд — Сьюзен. Она входит быстрее, чем обычно. Дверь закрывает неаккуратно. Плечи напряжены, дыхание чуть сбито. "Выбита". Я беру стакан, но не пью. Просто держу. «Несколько дней назад в OasisOne был сбой», — начинает она сразу, без подводки. — «Во время синхронизации». Винстон молчит. Смотрит. Ждёт. «Две минуты архив был без защиты». Пауза. Слова повисают в воздухе. Я чуть сжимаю стакан. "Продолжай". Сьюзен делает вдох. «Это значит, что доступ… мог быть открыт. Для резидентов. Для кого угодно, кто оказался в системе в этот момент». Она говорит быстрее. Почти спешит. «Если кто-то видел содержимое… если хоть часть…». Она не заканчивает. Но и не нужно. "Пробой". Винстон не меняется. Ни в лице. Ни в позе. «И»? — спокойно. Сьюзен моргает, будто не ожидала такой реакции. «И это риск», — жёстче. — «Серьёзный. Если информация выйдет за пределы Оазиса — у нас будут проблемы». Тишина. Он делает шаг ближе. Медленно. Контролируя расстояние. «Не будет». Ровно. Без акцента. Сьюзен качает головой. «Вы не можете быть уверены. Мы не знаем, кто был подключён в этот момент». Винстон смотрит на неё чуть дольше. «Кто угодно мог увидеть — не значит, что кто-то осмелится использовать». - Пауза. - «Игра против Вьера — это не импульс. Это выбор». - Он чуть наклоняет голову. - «Который делают немногие». Сьюзен сжимает губы. Не согласна. Но спорить дальше не решается. Несколько секунд тишины. Потом — тише. Осторожнее. «Основной блок всё равно нужно проверить». Винстон не отвечает сразу. Ждёт. «Восемьдесят шестой этаж», — добавляет она. — «Камеры и архив сходятся туда. Если был сбой — он фиксировался там. И система выдаст пользователя». Я замираю. "86". Винстон кивает. Медленно. "Знал". «Проверьте». — коротко. Без интереса. Как формальность. Для него это уже закрытый вопрос. Для неё — нет. Для меня — тем более. Я делаю глоток. В этот раз вкус почти не чувствуется. "Две минуты. Архив. 86 этаж". Точки складываются. Пока без линий. Но уже достаточно. Я ставлю стакан, достаю телефон. Набираю сразу. Гудки. Ответ. «Да» Голос ровный. Собранный. "Не спит". «Нужно поговорить» Пауза. «Сейчас»? «Нет». - Коротко. - «Про режиссёра». Тишина. Понимание приходит быстро. «Приезжай раньше» Без объяснений. Пауза. «Хорошо» Связь обрывается. Я убираю телефон, перевожу взгляд обратно на стекло. Вода за спиной движется медленно. Почти незаметно. "Но этого достаточно". Теперь у меня есть не просто направление. У меня есть уязвимость. 86 этаж.

Следующее утро.

Я слышу её шаги раньше, чем стук в дверь. Ровные. Без спешки. "Вовремя". Я не двигаюсь сразу. Даю ей секунду. Потом открываю. Хлоэ стоит спокойно. Собранная. Взгляд прямой. Без лишних вопросов. Правильно. Я отступаю, пропуская внутрь. Она проходит, оглядывается коротко — не из любопытства, из привычки фиксировать пространство. Дверь закрывается. Тишина. Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. "Готова". Я киваю на диван. Она не садится. Остаётся стоять. "Значит, сначала — дело". Я принимаю. «Ночью я кое-что услышал». Коротко. Без вступления. Она не перебивает. Только взгляд становится чуть внимательнее. «Отец говорил со Сьюзен». - Пауза. - «Они знают о сбое в OasisOne. О том самом, который я заметил». Её лицо не меняется. Но я вижу — зафиксировала. «Во время синхронизации архив на две минуты остался без защиты». Тишина. Она медленно выдыхает. «Доступ»? — уточняет. «Мог быть открыт». - Я смотрю на неё чуть дольше. - «Для резидентов». Пауза становится плотнее. "Понимает масштаб". Она кивает едва заметно. «Если кто-то видел…». Не заканчивает. И не нужно. Я продолжаю. «Основной блок — выше». - Короткая пауза. Я смотрю прямо. - «Восемьдесят шестой этаж». Тишина. Она не реагирует сразу. Секунда. Вторая. Потом — взгляд становится острее. «Ты уверен»? «Да» Без деталей. Без источника. Она это отмечает. Я вижу. Но не спрашивает. Правильно. "Работает". Она делает шаг в сторону, проходится по комнате, не теряя нити мысли. «Централизация… камеры, архив… значит, там ядро». Я молчу. Смотрю. Проверяю, куда она идёт. Она останавливается, поворачивается ко мне. «И туда просто так не попасть». «Нет». Коротко. Факт. Пауза. Несколько секунд тишины. Она собирает картину. Я — наблюдаю. «Ты поэтому позвал меня раньше». Не вопрос. Констатация. «Да». Она кивает. Принимает. Без лишних эмоций. Но внутри — уже движение. Я вижу. «Нам нужен доступ». — говорит она. - «Или способ его обойти». Я чуть веду плечом. «Обход — быстрее». Пауза. Она смотрит на меня внимательнее. Чуть дольше, чем нужно. "Чувствует, что не всё сказал". Правильно чувствует. Но не лезет. И это — причина, по которой я продолжаю говорить. «Сбой был в воскресенье вечером. В твой первый день в Оазисе». - Добавляю спокойно. - «Если кто-то что-то увидел — он уже думает, что с этим делать». Тишина. Она сжимает губы. Лёгкое движение. «Значит, мы не единственные, кто может пойти туда». «Нет». Коротко. Теперь она подходит ближе. Останавливается напротив. «И времени у нас меньше, чем кажется». Я смотрю на неё. Прямо. "Она права". «Да» Пауза. Короткая. Достаточная. Решение уже сформировано. Она выдыхает. «Кларенс с Дэмианом сейчас». Я киваю. «Хорошо. Соберёмся вместе». Она делает шаг назад. Но не уходит сразу. Секунда. Взгляд задерживается. "Хочет спросить". Не спрашивает. Я не помогаю. Не сейчас. Она кивает коротко. Разворачивается к выходу. Я не останавливаю. Дверь открывается. Закрывается. Тишина возвращается. Я остаюсь стоять. Несколько секунд. Потом перевожу взгляд на окно. "86 этаж". Теперь это не просто точка. Это следующий шаг. Процесс уже запущен. Теперь – только дальше.

Кларенс

Дэмиан открывает не сразу. Пара секунд — и дверь всё-таки щёлкает. Он стоит в проёме, оценивает меня взглядом сверху вниз. Без удивления. "Ждал". Я прохожу внутрь без приглашения. Он закрывает дверь за спиной. Тишина. Я отмечаю пространство автоматически — чисто, сдержанно, без лишнего. Всё на своих местах. Как у человека привыкшего к чужим взглядам и при этом держать границы. Дэмиан не торопится. Смотрит. Ждёт. Я не спешу заполнять паузу. «Ларс выходил на связь»? — спрашиваю первым. «Нет» Коротко. Пауза. Он чуть прищуривается. «А с Хлоэ ты уже виделся»? Вопрос звучит ровно. Но слишком рано. Я перевожу на него взгляд. "Не про работу". «Нет» Он кивает. Секунда тишины. Потом — чуть мягче. «Зато я видел, как вы уехали». Я не отвечаю сразу. Смотрю. Он чуть усмехается. Не давит. Но и не отпускает. «Так…»? — коротко. Я выдыхаю медленно. "Ладно". «Мы вместе». Без пафоса. Без пояснений. Факт. Дэмиан смотрит на меня секунду дольше. Оценивает. Потом кивает. «Ясно». Без лишних эмоций. Просто принял. «Ты уверен»? — добавляет он. Я чуть веду плечом. «Да» Коротко. Он проходит вглубь комнаты, останавливается у окна. Несколько секунд молчит. Потом — спокойнее. Пауза. Он оборачивается. Смотрит чуть внимательнее. Но уже без жёсткости. «С ней… интересно, да»? Я усмехаюсь. «Более чем». Он коротко кивает. В уголках губ появляется тень улыбки. «Ну…» — пауза. — «Наконец-то». Я приподнимаю бровь. «Что наконец-то»? Он чуть пожимает плечами. «Ты хоть на человека стал похож». Пауза. Я хмыкаю. «Сомнительный комплимент». «Как есть». Он смотрит ещё секунду. Уже без проверки. Просто — по-дружески. «Рад за тебя». Коротко. Без пафоса. Но честно. Я задерживаю взгляд на долю секунды дольше. "Принял". Киваю. «Спасибо». Пауза. И я сам перевожу разговор. «По делу». Он сразу собирается. Взгляд меняется. «Нападения, Оазис, рост — всё слишком чисто».       Стук в дверь. Дэмиан открывает. Я узнаю её шаги раньше, чем поворачиваюсь. Ровные. Спокойные. "Вовремя". Хлоэ входит, скользит взглядом по комнате — быстро, точно. Фиксирует меня, Дэмиана, расстояние между нами. Собрана. Но я вижу — не холодная. Она делает шаг ко мне. Останавливается близко. Без лишних слов поднимает руку, касается моей щеки кончиками пальцев. Лёгкое, почти невесомое движение. Но этого достаточно. Я накрываю её ладонь своей. На секунду. Чуть сжимаю. «Привет». — Тихо. «Привет». — Отвечает она так же спокойно. Пауза. Короткая. Она не отстраняется сразу. Смотрит в глаза. "Здесь". Я отпускаю её руку первым. Без резкости. Она переводит взгляд на Дэмиана. Лёгкий кивок. «Дэмиан». «Хлоэ». Он отвечает тем же. Спокойно. Но в голосе — тёплая нотка. «Хорошо выглядишь». Она чуть усмехается. «Ты тоже». Пауза. И всё. Без лишнего. Хлоэ делает полшага в сторону, становясь рядом со мной. Уже в деле. «Ларс рассказал». Коротко. Без вступления. Я киваю. «Сбой в OasisOne». - Она смотрит на нас обоих. - «Две минуты открытого доступа к архиву». Тишина становится плотнее. Дэмиан чуть меняется в лице. Едва заметно. «Это серьёзно». «Да». - Отвечает она. Спокойно. - «И есть ещё». Пауза. Я перевожу взгляд на неё. «Основной блок — на восемьдесят шестом». Она не уточняет источник. Не нужно. Дэмиан медленно выдыхает. «Высоко». Я усмехаюсь едва заметно. «И не просто так». Пауза. Хлоэ скрещивает руки на груди. Собирает картину. «Если доступ был открыт — кто-то мог увидеть больше, чем должен». «И уже думает, что с этим делать». — добавляю я. Она кивает. «Значит, мы можем быть не одни. Хотя… Это был день вечеринки, когда Дэм заехал в район. Вряд ли кого-то интересовал телефон. Ну, кроме Ларса». Тишина. Короткая. Рабочая. Дэмиан переводит взгляд с меня на неё. «И вы хотите туда попасть». Не вопрос. Факт. Я отвечаю первым. «Да». Хлоэ добавляет: «Нам нужен либо доступ… либо способ обойти систему». Пауза. Дэмиан чуть улыбается. Уже по-другому. «Звучит как плохая идея». Я смотрю на него. «Зато рабочая». Он хмыкает. «Ладно». Пауза. Короткая. Решение принято. «Тогда делаем это быстро». Хлоэ чуть поворачивает голову ко мне. На долю секунды. "Мы вместе". Я киваю едва заметно. "Да". И всё встаёт на свои места. Теперь это уже не просто теория. Телефон в её руке вибрирует коротко. Я замечаю это раньше, чем она поднимает взгляд. Не сам факт — реакцию. Пауза. Лишняя. Она читает. И на долю секунды уходит в себя глубже. "Важно". «Винстон». Коротко. Я смотрю на неё. «Что хочет»? Она поворачивает экран к нам. «Доброе утро, мисс Бёрнс. Есть разговор». Тишина в комнате меняется. Становится плотнее. Я не отвожу от неё взгляд. "Слишком вовремя". «Он не уточняет»? — спрашиваю. «Нет». Она убирает телефон. Но не сразу. Пальцы задерживаются. Думает. Я делаю шаг ближе. «Пойдёшь». Не вопрос. Она смотрит на меня. Спокойно. «Да». Коротко. Без колебаний. Пауза. Я киваю. "Логично". «Он не пишет просто так». Дэмиан тихо добавил. «Значит, что-то всплыло». Я перевожу взгляд на него, потом обратно на Хлоэ. «Либо всплыло… либо он проверяет, кто дёрнется». Она чуть щурится. Уже в процессе. Собирает. «Если это про сбой — он будет аккуратен». «Он всегда аккуратен». - Отвечаю. Пауза. Я выдыхаю. Решение формируется быстро. - «Слушай внимательно». Она не перебивает. «Не объясняй. Не заполняй паузы. Отвечай ровно на то, что он спросит». Короткая пауза. «И смотри больше, чем говоришь». Она выдерживает мой взгляд. Секунда. Кивает. «Поняла». Я добавляю тише: «Он будет давить через вежливость». Её губы едва заметно дёргаются. «Знаю». Пауза. Я смотрю ещё секунду. "Доверяет". И это не упрощает. Я чуть отступаю. Даю ей пространство. «Если почувствуешь, что он знает больше, чем должен — выходи». Она приподнимает бровь. «Вот так просто»? «Да». - Коротко. - «Мы догоним смысл позже». Тишина. Дэмиан молчит. Смотрит. Фиксирует. Хлоэ выдыхает медленно. Собирается. «Хорошо». Она разворачивается к двери. Делает шаг. Останавливается. На секунду. Поворачивает голову ко мне. «Я вернусь». Не вопрос. Я смотрю прямо. «Я знаю». Пауза. Она кивает. И выходит. Дверь закрывается мягко. Тишина остаётся. Я смотрю на дверь ещё секунду. "Началось". Дэмиан рядом. Молчит. Потом тихо говорит. «Ты спокоен». Я усмехаюсь без улыбки. «Нет». Пауза. Короткая. «Просто она справится». Тишина. Он ничего не говорит. И не нужно. Я перевожу взгляд на часы. Отсчитываю. Не время. Дистанцию. И то, сколько у нас есть, прежде чем игра станет открытой.

Хлоэ

Я не заставляю себя ждать. Дверь открывается почти сразу, будто он стоял за ней. Винстон встречает меня без улыбки, но и без холода — ровно настолько вежливо, насколько это требует статус, не больше. «Мисс Бёрнс». «Мистер Вьера». Я прохожу внутрь. Кабинет тот же — стекло, свет, город под ногами. Слишком открытое пространство для человека, который контролирует всё. "Или именно поэтому". Он не предлагает сесть сразу. И я не сажусь. Пауза повисает между нами — короткая, но выверенная. Он подходит к столу, касается панели. На мгновение в воздухе вспыхивает проекция. Я не двигаюсь, но фиксирую. Видео. Оазис. Холл. Вечеринка. Я. Секунда — и изображение сменяется. Парковка. Тень. Рывок. Силуэт. Ещё щелчок. Коридор. Ларс. Стоп. Экран гаснет. Тишина. Я не меняюсь в лице. Не двигаюсь. "Вот оно". Он оборачивается ко мне спокойно, будто мы только что обсудили погоду. «Оазис — сложная система». - Пауза. - «Она иногда… даёт сбои». Я молчу. Он смотрит прямо. «Но даже в моменты сбоев…» — лёгкое движение пальцев по поверхности стола, — «данные никуда не исчезают». Тишина становится плотнее. Я чувствую, как внутри всё собирается в одну точку. Не страх. Расчёт. "Он не спрашивает. Он показывает". Винстон возвращается к столу, как будто разговор уже закончен. Но это не так. «Вы были в нескольких… интересных местах за последние дни, мисс Бёрнс». Спокойно. Без нажима. Без обвинения. Факт. Я выдерживаю его взгляд. «Работа». Коротко. Он кивает. Будто именно этого ответа и ждал. «Разумеется». Пауза. Его пальцы едва заметно касаются клавиш на ноутбуке. В кабинете раздаются голоса. Шелл. Я. Её откровения. Тишина. "Холодно". Я не двигаюсь. Он не смотрит на меня сразу. Даёт время. Осознать. Потом спокойно говорит. «Разговоры бывают разными». - Пауза. - «Некоторые из них… лучше оставлять там, где они произошли». Я чувствую, как внутри всё собирается в одну точку. Не страх. Контроль. Я отвечаю так же ровно. «Вы подслушиваете только работников, мистер Вьера? Или весь Оазис»? Он чуть поворачивает голову. Не полностью. «Я защищаю свой бизнес». Пауза. И добавляет. «И свою семью». Вот теперь — прямо. Я молчу. Он продолжает. «Информация, которой с вами поделились…» — короткая пауза, — «не является тем, что должно становиться достоянием широкой аудитории». Тишина. Я смотрю прямо. «А если станет?» Он впервые за разговор смотрит на меня полностью. Спокойно. Без тени эмоций. «Тогда пострадают те, кто не имеет к этому никакого отношения». Пауза. И уже без намёков. «Например, ваша карьера». Тишина становится тяжёлой. Он не повышает голос. Не давит. Просто фиксирует реальность. «Оазис даёт очень много, мисс Бёрнс». Шаг ближе. Минимальный. Но ощутимый. «Но и забирает… без колебаний». Я не отвожу взгляд. "Угроза принята". Он чуть склоняет голову. «Ларс — мой сын». - Пауза. Жёсткая. - «И этим всё сказано». Тишина. "Не обсуждается. Не проверяется. Не существует альтернативы". Я медленно выдыхаю. «Вы хотите, чтобы я молчала». Не вопрос. Он кивает. «Я хочу, чтобы вы были… разумны». - Пауза. - «Вы производите впечатление человека, который умеет просчитывать последствия». Я держу его взгляд. Несколько секунд. Потом коротко. «Умею». Он кивает. «Вот и прекрасно». "Спросить? Я всё равно слишком глубоко увязла в этом. И Ларсу я всё расскажу, так или иначе. Пусть думает, что я любопытная дура. Пусть думает, что я сама лезу в петлю. Мне всего лишь нужно подтверждение слов Шелл. Сэкономит время и силы. Глупо рассчитывать на ключ от комнаты со всем содержимым компроматом, но минимум информации – уже не ноль". Слова вырвались из меня прежде, чем разум оформил их в предложение. «Как так вышло, что Ларс – не Ваш сын»? – Пауза. Я на секунду уставилась в пустоту. - «Кармен ему, хотя бы мать»? «Вы либо крайне любопытна, либо глупа, раз задаёте такие вопросы, мисс Бёрнс». – взгляд Вьера-старшего сузился. Внешне я выдержала давление, хотя внутри уже во всю расползался липкий страх. "Эта информация может очень дорого мне обойтись". Он помолчал некоторое время. Затем, слегка усмехнувшись, начал рассказ.

Винстон. Флэшбек. 26 лет назад.

Яхта мерно покачивалась на лёгких волнах. Я просматривал документы, договора, проект Вьера-Тауэр – небоскрёба, который был стать олицетворение величия нашей семьи – моей семьи. Кармен, облокотившись о перила, стояла и смотрела на водную гладь. Рядом, как всегда ошивался Грег. Не знаю, что именно меня сподвигло остановиться, но я остался в тени каюты и просто смотрел на неё. Эта девушка была предназначена мне. Наши отцы заключили своего рода сделку. Семье Карм нужно было наше влияние, дабы восстановить имя семьи в высшем обществе. Мой отец лишь сделал ставку на их связи в шоу-бизнесе. И она сыграла. Браки по расчёту были обыкновением на таких кругах. И мы с Карм не стали исключением. Однако после личного знакомства, я полюбил её. Она была прекрасна, как ангел. Мне казалось, что это взаимно. Я наблюдал за братом и будущей женой с расстояния, покручивая рукой в кармане коробочку с кольцом. До меня донеслись лишь обрывки фраз «… мы теперь»? «Ты ведь понимаешь… продолжаться... нет выбора…». «Я понимаю,… мы не сможем…». «Почему ты не можешь…»? «Потому что… не позволят». Я не предал этому диалогу большого значения. Они никогда не скрывали, что ладят. Но зерно сомнения было посажено. Позже я уплыл на лодке, проверил рабочих на полуострове. Там уже тогда львиную долю организационных задач выполняла Сьюзен. Не смотря на беременность, она справлялась. Оставив указания, я покинул место, которое позже стало Оазисом, и вернулся на яхту. Сомнения возникли не зря. Я застал их. Кармен сверху на Греге. Они обсуждали меня… пока трахались. Грег говорил, что его карьера зависит от меня. Что сам жениться на ней не может. Кармен не спорила. Лишь застонала громче. Я заставил себя смотреть, запоминать. Каждое слово. Каждый стон. Каждое "Винс" из их ртов. Я был зол. Сильно. Не прервал их. Молча спустился в нижнюю каюту и продолжил заниматься делом. Лица брата и Карм были достойны кисти лучших художников, когда они увидели меня на борту. Я не кричал, не бросался обвинениями, не читал лекций о предательстве. Я понял одно – отныне только контроль. Я молча достал бархатную коробочку, которая теперь обжигала карман, небрежно кинул на стол, и таким же тоном произнёс. «Ты выйдешь за меня Кармен»? Они оба молчали. Я лениво поднял взгляд. Посмотрел на них слишком спокойно. «Не молчи, любовь моя. Грег этого всё равно не сделает». Грег вмешался. «Брат…» «Заткнись. Я только что сделал предложение СВОЕЙ девушке. Имей уважение. Если согласится, то отметите наверху. Не согласится – всё равно отмечайте. Только запритесь хотя бы». – Я перевёл взгляд на неё. - «Ну же… Что скажешь»? «Я…» - она посмотрела на Грега, потом снова на меня. - «Я согласна Винс». Она понимала, какой выбор стоял перед ней, и чем грозил отказ. «Чудно». – Я снова уткнулся в бумаги, игнорируя их присутствие. После того, как они ушли, я ещё долго думал о том, какие последствия их ждут. Что именно я готов сделать, ради мести. Спустя три месяца состоялась свадьба. Я, Грег и Кармен делали вид, что ничего не произошло между нами. Жизнь шла своим чередом. Затем Карм объявила о беременности. Разумеется я задал ей вопрос, чей ребёнок. Внятного ответа не услышал. Несмотря на горечь осознания, что они продолжили спать за моей спиной, я не терял надежды, что ребёнок мой. Даже начал искренне в это верить… на какое-то время. После рождения Ларса и теста ДНК, вся картинка, нарисованная остатками чувств к этой женщине, осыпалась, превратилась в пепел. Брат стоял на берегу и смотрел мне в глаза. Он боялся, что я разведусь с Кармен, и тогда уже её семья лишит их всего. И я мог это устроить одним единственным звонком. Но решил поступить хитрее. Хладнокровнее. Так как выгодно мне. «Ты можешь забрать их обоих и проваливать, забыв обо мне и деньгах. Или же… Я возьму на себя ответственность за Ларса. Он станет моим наследником. Не более». – Я отвёл взгляд от брата. - «Вы и ваши карьеры будут моими. Но ты… больше не приблизишься к МОЕЙ семье. Не сблизишься со своим отпрыском. Не приблизишься к моей жене. Будешь вести свой привычный образ жизни». Грег задумался. Я не знаю и сам, чего ждал от него. Я надеялся, что он поступит как мужчина, но так же и хотел видеть в нём истинного Вьера. Разумеется он выбрал себя. Ожидаемо. Мы скрепили сделку контрактом.

Настоящее время.

Хлоэ

Винстон стоял, облокотившись бедром о стол. Взгляд острый. Испытывающий. Кабинет превратился в комнату откровений. Я молчу несколько секунд. Собираю его историю. Раскладываю по полкам. "Контроль. Не месть. Уже давно не месть". Я делаю шаг к выходу. Останавливаюсь. Не оборачиваюсь сразу. Потом всё же поворачиваю голову. «Жёсткое решение». - Спокойно. Без осуждения в голосе. Но смысл — есть. Он не двигается. «Эффективное». - Коротко. Я выдерживаю паузу. "Разумеется. Для него — да". «Ларс не выбирал, кем родиться». Тишина. Это уже граница. Он смотрит на меня внимательнее. Чуть дольше. Но без раздражения. «Никто не выбирает». - Пауза. - «Важно, кем он становится». Я делаю ещё один шаг к двери. Рука ложится на ручку. «И всё же…» — короткая пауза, — «расплачиваться за чужие решения — сомнительная логика». Тишина. Он не отвечает сразу. Подходит ближе. Не резко. Но теперь между нами почти нет дистанции. «Вы сейчас говорите о морали, мисс Бёрнс». - Спокойно. - «А я — о системе». - Пауза. - «И в системе нет места… эмоциям». Я смотрю прямо. "Есть. Ты просто их закопал". Но вслух. «Разумеется». Коротко. Он фиксирует это. Но не верит. И правильно делает. Пауза. Его голос становится чуть тише. Но жёстче. «Вы умная женщина». - Пауза. - «Не делайте глупых вещей. Ваша коллега уже доверилась Грегу. И посмотрите, что с ней стало». Тишина. Я не двигаюсь. Жду продолжения. И оно есть. «Если эта информация выйдет за пределы этого кабинета…» - Пауза. Очень короткая. - «Вы потеряете не только доступ к Оазису». - Взгляд не отрывается. - «Вы потеряете всё, что сейчас строите». Тишина. Ни угрозы. Ни давления. Только факт. Я киваю. Едва заметно. «Понимаю». Пауза. Он смотрит ещё секунду. Проверяет. Достаточно ли. Потом отступает. «Вот и прекрасно». Разговор закончен. Я открываю дверь. Выходя, ловлю последнюю мысль. "Он не считает себя монстром. Он считает себя необходимостью". И это — намного опаснее. Перед самым выходом он добавляет. «И ещё, мисс Бёрнс». Я останавливаюсь. Не оборачиваясь. «Люди, которые пытаются разрушить систему изнутри…» — пауза, — «…обычно не успевают понять, в какой момент стали её частью». Тишина. Я выхожу. Спина прямая. Шаг ровный. Но теперь мысль — чёткая. "Это не просто контроль". Пауза. "Это поводок". Он уже у меня на шее. И я добровольно эту самую шею подставила.