Душой и жизнью

      На Ист-сити опускалась тьма. Рабочий день двигался к завершению, люди спешили по домам. Военный штаб не был исключением: многие уже готовились к уходу, кто-то заканчивал последние поручения, некоторые и вовсе ушли пораньше.       В этот день все хотели уйти пораньше: завтра наступало четырнадцатое февраля. Мужчины бежали за цветами, девушки готовились к свиданиям. Именно поэтому за полчаса до официального окончания рабочего дня в штабе людей можно было по пальцам пересчитать.       Одним из ещё работающих отделов был офис полковника Мустанга. Дело в том, что, как всегда, его отдел сдавал все необходимые отчёты в последний момент. Вот и сейчас почти все участники команды Мустанга, за исключением Жана, свинтившего на свиданку, и, конечно, Эдварда, упорно работали, заполняя последние документы и отчёты. Больше всех, естественно, был расстроен Мустанг, хотя он сам и являлся главным виновником их задержки.       Все обязательные отчёты были готовы только за пять минут до окончания рабочего дня. Риза очень быстро принесла их в архив, чтобы хотя бы формально не задерживать документы, её там встретила девушка с очень хмурым выражением лица. Хоукай не обратила на это внимания, молча оставила документы и ушла.       Вернувшись в офис, она сообщила о том, что документы сданы вовремя.       — Вот и отлично! Господа, поздравляю, мы снова сдали всё вовремя. Теперь со спокойной душой можно идти домой, — Рой раскинул руки в сторону и обратился к своей команде.       — Слава богу, я думал, уже никогда не выйду отсюда, — произнёс Бреда, остальные согласно закивали и начали собираться по домам.       Мустанг начал собираться вместе с ними, но почувствовал руку на своём плече. Обернувшись, он увидел Хоукай, которая смотрела настолько стальным взглядом, что Рой быстро развернулся обратно и проговорил:       — Что же, я тут вспомнил, что, вообще-то, есть ещё много других дел, которые мне нужно сделать, чтобы потом не заморачиваться так, ха-ха.       Бреда усмехнулся:       — Конечно, полковник.       Уже через пару минут Бреда, Фарман и Фьюри ушли, попрощавшись напоследок. Мустанг посмотрел им вслед с улыбкой, а, как только дверь за ними закрылась, устало вздохнул, посмотрев на Ризу искоса:       — Знаешь, сегодня можно было бы пойти домой, не занимаясь всей этой необязательной бумажной волокитой.       Риза посмотрела на него в ответ:       — Сэр, эти бумаги вполне обязательные.       — Но можно же отложить их на потом...       — Полковник. — голос Хоукай наполнился сталью. — Вам напомнить, чем обычно заканчиваются такие суждения?       Мустанг поникнул и обречённо взял в руку ручку, начиная заполнять очередной документ, но всё же недовольно пробормотал в ответ:       — Вообще, хватит уже на Вы, я же всё сделаю.       Риза устало вздохнула, направляясь к своему рабочему месту, начиная одновременно что-то подписывать и читать какой-то отчёт.       — В любом случае, нам с тобой нужно сделать хотя бы стопку документов, иначе мы не успеем сдать все документы на следующей неделе. Работы очень много, по чьей-то вине, — она посмотрела на него с укором.       Мустанг в ответ лишь неоднозначно промычал.       После этого в офисе повисла тишина. Слышались лишь шелест бумаги и звук пишущей ручки. Примерно через час Мустанг отложил в сторону последний лист из своей стопки документов и устало откинулся на спинку стула. Он посмотрел на Ризу. Её волосы выбились из причёски, и пару прядок упало на глаза. Рой наблюдал за её чёткими и аккуратными движениями, за тем, как отражался свет лампы в её голубых глазах, за хмурящимися бровями.       Мустанг поднялся со своего места и тихой поступью приблизился к столу Ризы, остановившись прямо перед ней. Девушка чуть удивлённо подняла голову, смотря прямо ему в глаза. Между ними сразу же возникла странная, загадочная атмосфера, заставляющая сердце замирать, а грудь наполнять теплом.       Риза вопросительно посмотрела на него.       — Ты такая красивая, — томно произнёс Мустанг, блестящими глазами смотря на девушку.       Риза слегка покраснела, а затем смешливо улыбнулась:       — Что, полковник Мустанг устал? Опять увиливаете от работы?       Рой пропустил колкость мимо ушей, наклоняясь ближе к Хоукай. Та перестала улыбаться, внимательно смотря прямо на него.       — Знаешь, — начал он шёпотом, — завтра же четырнадцатое февраля, да и выходной в придачу, мы можем поехать ко мне домой. Вдвоём.       — Хочу.       Она подалась вперёд, впиваясь своими губами в его губы, притягивая к себе. Рой сразу же ответил с удвоенной силой, проникая языком в её рот. Риза поступила так же, и их языки закружились в страстном танце. Наконец оторвавшись друг от друга, они, тяжело дыша, немного разошлись, продолжая прожигать друг друга глазами. У обоих во взгляде виднелся голод. Голод по друг другу, по теплу, по чувствам.       — К чёрту работу, — севшим голосом произнёс Мустанг, обходя стол и приближаясь вплотную к Ризе, беря её за руки, в упоении прижимая их к своей груди. — Я хочу тебя. Сегодня я хочу скрасить твой вечер, хочу, чтобы ты стонала от удовольствия, чтобы ты запомнила этот вечер, то утро, тот день, — он шептал и шептал прямо ей в ухо, чувствуя, как задыхается от любви к ней.       Риза прижалась к нему всем телом, целуя его в подбородок, скрывая покрасневший нос и щёки.       — Давай, я хочу этого, — в её голосе было полно желания, сдерживаемого на протяжении долгого времени.       От того, как звучал её голос, Мустангу вскружило голову. Он поднял Ризу на руки, посадив на стол, встал между подтянутыми бёдрами, скрытыми армейскими штанами, и увлёк в очередной страстный поцелуй.       — Я тебя люблю, боже, как я тебя люблю, — шептал он ей, лаская руками скрытое одеждой тело.       Хоукай вздрагивала в ответ на его действия, его слова, любовь, горящую в голосе, да от него самого. Потому что любила. Потому что хотела, так хотела коснуться обнажённой кожи, услышать родной голос, низко стонавший от её действий. Потому что, чёрт, как он хорош.       — Рой... — тихо простонала она, — Господи, я тоже чертовски тебя люблю.       Поцелуи. Кажется, тысяча поцелуев. В тёмном офисе, освещённом лишь парой настольных ламп, они, в непристойной позе, забыли обо всём в этом мире. Что мир, когда они есть друг у друга? Какая вообще разница?       Мустанг начал расстёгивать верхние пуговицы военного жилета, но Риза нетвёрдой рукой остановила его:       — Не здесь. Делать это в штабе слишком опасно, слишком рискованно.       Рой понимал логику Ризы — если кто-то увидит их, то разразится скандал, и их могли понизить или даже выпнуть из армии. Но затуманенный желанием мозг с трудом мог смириться с тем, что их бурный акт переносится до его дома. Тем удивительнее в его глазах становилась Риза: она даже сквозь похоть могла профессионально мыслить.       — Ты прекрасна.       Хоукай покраснела пуще прежнего, закрывая горящее лицо одной рукой, а второй начала пытаться привести свою одежду и причёску в порядок. Мустанг с обожанием смотрел на неё, сам поправляя свои волосы и форму.       Не сумев надолго удержаться на месте, он взял Ризу за руку, по дороге выключая свет:       — Что ж, тогда нам надо поторопиться, не так ли? — спросил полковник.       — Конечно, Рой.       Мустанг просветлел, мягко и нежно посмотрев на Ризу. Какая же необыкновенная девушка. И она его: душой, сердцем, жизнью.