я не собственность

Правая рука упала на пол. Почти тут же вспыхнула тупая боль на тыльной стороне ладони. Йеджи опустила взгляд. Вокруг запятья кожа была содрана. Скорее всего из-за того, что под веревкой она не дышала, кожа так и не восстановилась. Хван подняла глаза на человека стоящего перед ней, сщурившись.  — Что сидишь, вставай, — слегка раздраженно произнес он.  У Хван уже не была сил на то, чтобы спорить с ним. Ей хорошо было известно, что Пак добьется ее послушания, поэтому, она начала вставать. Это давалось ей с трудом. Тело отказывалось слушаться. Она уперлась рукой в стену, чтобы поймать равновесие. Шиын надменно смотрел на нее. Выдохнув, Йеджи попробовала сделать пойти, проделав несколько шагов, она перестала опираться. Секунду спустя, она попробовала ударить парня, чтобы успеть убежать, но тот быстро среагировал и тут же скрутил ее руки сзади.  — А ты вообще не меняешься, да? — хищно сказал он, прямо у ее уха. Пак быстро достал новую веревку и перевязал запятья девушки так, что небольшой кусок веревки остался, словно поводок. Взявшись за него, он направился к выходу из дома. Хван пришлось идти за ним.  На улице стоял автобус. Дойдя до него, Шиын притянул девушку к себе и толкнул в салон. Усадив ее на место, он привязал своеобразный поводок к нему, чтобы девушка ничего не створила. Йеджи, выдохнув, прикрыла глаза. Все это время она не спала нормально, а организм все продолжал требовать от ее отдыха. Ей спать не хотелось, но тело хотело, от чего ее постоянно вырубало на несколько минут или пару часов.  Открыла глаза Хван от того, что пару раз ударили по щеке пальцами рук. Опять она видит его. Раз за разом, Йеджи надеется проснутся и понять, что это лишь долгий и затянувшийся очередной кошмар. Шиын отвязал ее от места и поволок за собой в здание, напоминавшем театр. Они прошли в гримерную, теперь он привязал ее к прикрученной к полу ножке стола. Пак ушел, и девушка забралась под мебель. Там ей было комфортнее сейчас. Она прижала колени к себе и, положив на них подбородок, смотрела на других. Они смеялись, улыбались или просто сохраняли безразличие; ни один не хотел уйти. Через час Шиын вернулся с толпой визажистов. Пак тут же приказал Йеджи вылезти, она слегка выползла, но осталась сидеть на полу. Пак спросил у визажистки: «Будет ли ей удобно в таком положении?». Увидев кивок, он смерил Хван противным взглядом и вновь ушел.  Девушка, которая красила омегу, была очень милой, улыбалась и пыталась завести разговор. А Йеджи… Она вспоминала Рюджин. Омега помнила, как ее собирала Шин. Альфа аккуратно, еле касаясь притрагивалась к лицу девушки. А эта визажистка достаточно пренебрегает прикосновениями. Мерзко. Рюджин в самом деле была очень внимательна к ее словам, поведению и реакциям. Та как будто сразу прогадала подход к Йеджи, но не могла отказать себе в удовольствии слегка пораздражать ее.  По завершению девушка протянула зеркало Хван, чтобы та посмотрела. «Ужасно», — сразу подумалось ей. У Шин было гораздо лучше. Но она не стала ничего говорить, лишь кивнула головой.  Эта же девушка продолжила работу с ее волосами. Она просто привела из в порядок: выпрямила, прочесала и слегка уложила. В этот раз зеркало визажистка не дала, видимо поняла, что Хван это не особо волнует. На прощание она улыбнулась, пожелала удачи и быстрым шагом удалилась.  Пришел он. Снова. Йеджи следовала взглядом за ним, пока тот не оказался вплотную к ней.  — Только попробуй сейчас что-то выкинуть, тут же пожалеешь об этом, — прошипел он, развязывая ей руки. Когда конечности были свободны, он кинул в нее одежду. Хван посмотрела сначала на вещи, а потом на Шиына. Тот не уходил.  — Тебе не понятно, что с этим делать? — раздраженно повысил тон Пак. — Понятно, — сказала она, сжав губы. Он подождал еще пару секунд, Йеджи даже не двинулась.  — Не испытывай мое терпение, — медленно проговорил парень. Хван закусила губу. Ладно, уже насрать. Она стянула с себя футболку и натянула кофту, которую дал он. Она была черной, с открыми плечами, а так же укороченна. На низ были такого же цвета короткие шорты. Их девушка старалась переодеть как можно быстрее. Пак снова свел ее запястья сзади и связал их точно также, как и было. Йеджи снова залезла под стол и, стараясь уйти от мыслей, закрыла глаза. Разбудило ее ощущение, что ее кто-то тащит. И действительно, на ногу ее волок какой-то мужчина, доставая из под стола. Запястья все еще были связыны между собой, но не привязаны к чему-то. Как только ее вытащили, Хван почувствовала удар по губам, а после странное ощущение. Она не могла раскрыть рот. Девушка вытаращила глаза на Пака, снова стоявшего перед ней. — Это чтобы ты мне все представление своими криками не запоганила, — закатил глаза он. На нижней части лица красовался темносиний кусок скотча. Йеджи нахмурила брови и попыталась сказать что-то: все безуспешно, выходило лишь невнятное мычание.  — Не возмущайся, — хмыкнул он. Он взял в руки конец веревки и пошел к выдоху. Девушке пришлось быстро соориентироваться и поднятся на ноги.  Они вышли к кулисам. Работа здесь кипела. Работники бегали туда-сюда: проверяли аппаратуру, наводили порядок, обсуждали все детали с проводящими мероприятие. Сцена была достаточно большой.  Йеджи завели в угол, который был совсем рядом с первой кулисой, и Шиын подтолкнул ее к стене. Хван подняла на него взгляд. — Сиди тут и не рыпайся, пока не позовут, — кивнул он в сторону угла. Девушка уперлась спиной об стену и скатилась вниз. Она ненавистно посмотрела на Пака.  — Хорошая девочка, — обранил он, прежде чем уйти. Если бы у нее были развязаны руки, она бы не задумываясь врезала ему. Глаза забегали по площадке. К ней снова закралась мысль о побеге. Дверь ведущая к выходу из здания была на другом конце. Бегать быстро она умела. Все лисы бегают быстро. Единственное, что получалось муторным, это резко встать, без рук поднятся обратно намного сложнее. Но это не невозможно. Теперь осталось найти где Шиын. Если он близко, то смысла нет ровно никакого. Пошарив везде взглядом, она увидела его на сцене, вместе с какой-то девушкой. Они наматывали круги и обсуждали что-то. Впрочем неважно. Главное, что у нее есть шанс.  Подождав, пока он пойдет в самую дальнюю точку сцены, Йеджи собрала себя и, буквально вскочив, побежала к двери. Единственное, что она забыла, что ее нужно открыть. Рукой. Хван врезалась плечом в стеклянные панели и быстро соображала, что можно сделать. Она начала пробовать развернуться так, чтобы достать до ручки. У нее даже получилось. Но слишком поздно. Он резко схватил ее плечи и прижал к этой самой двери. Запятье девушки больно хрустнуло, предже чем она отпустила доступ к выходу. Йеджи сдавленно промычала, опустив голову. — До тебя плохо доходит? — зло выдохнул он, — На меня смотри. Хван, приподняв голову, из под лобья смотрела. Шиын тут же отвесил ей подщечину, от чего девушка уже была готова упать, но парень держал ее на ногах. Он выровнял ее тело и подозвал к себе одного из работников здания. Попросив его следить за омегой, Пак оттащил ее в угол и бросив туда, снова ушел. Йеджи слегка простонала от падения. Приподнявшись к стене, она уперлась виском в стену. Пыталась выровнять дыхание. Не плакать сейчас. Хван втянула воздух носом, на щеке почувствовала мокрый след. Прерывисто выдохнув, она сдалась. Плевать уже, пусть все видят ее эмоции. Сзади она отчаянно дергала руками пытаясь сорвать веревки.  Почти перед самым началом у ее лица снова появился Шиын.  — Ты, — он ткнул пальцем ей в лоб, — Самая дорогая среди всех их. Я не позволю тебе уйти. У меня на тебя самая большая ставка.  Внезапно он сморщился. — Ужасно, весь макияж растекся. Позовите визажиста сюда срочно. А ты следи за ней внимательно, если она хоть на метр сдвинется с места, я позабочусь о том, чтобы ты здесь больше не работал. Пак был ужасно зол. Йеджи нравилось выводить его из себя. Ее это слегка забавляло. Помогало ей уйти от мыслей про Рюджин.  Визажистка села перед лицом Хван с небольшой косметичкой. Она дала мужчина рядом небольшой фонарик и принялась за работу. Девушка смотрела на омегу с неким сожалением. Она в последний раз осмотрела лицо Йеджи на наличие каких-то недостатков и неожиданно слегка улыбнулась. — Постарайся больше не плакать, — с ноткой заботы сказала она, — Еще раз удачи тебе. Помахав на прощание, та удалилась. Хван растерянно смотрела ей в след. В последнее время девушка привыкла, что к ней абсолютно все относятся как к скоту. Визажистка пожалуй единственная, кто принимал ее за человека, пусть и Йеджи до этого приравнивала ее ко всем. Ей всего лишь не хватило больше узнать омегу, чтобы перестать вызывать у нее отвращение. Хван не хотела снова начинать верить в людей. Она верит только Рюджин.  Теперь Йеджи поняла, без рук ей не сбежать. Ей до последнего не хотелось оставлять надежды на возвращение к Шин. Она подергала руками, ощутив то, как веревка натирает руки, ставленно прошипела. Омега посмотрела через плечо на узел. Очень вряд-ли получится его развязать. Не смотря на это, все же попробовала дотянуться пальцами. Не получилось. Она слегка прикусила внутреннюю часть губы от досады. Йеджи еще раз сильно дернула рукой, жгучая боль растеклась по предплечью, от чего та резко выдохнула. Востанавливая дыхание, она запрокинула голову назад, ища другой способ выбраться. Рот заклеен, Хван даже не может попробовать уболтать ее надзирателя.  Слух разрезала, неожиданно включившаяся, музыка. Прожекторы осветили сцену и Пак вышел на нее. Полились громкие речи, от чего у Йеджи тут же закружилась голова. Она опустила голову на колено. Скорее бы уже все закончилось. Неосознанно девушка все еще дергала руками, пытаясь сбросить веревки.  Всех омег, кроме Хван, вывели на сцену в одну линию. По одной из выводили вперед, озвучивали начальную цену и начинали принимать ставки. Девушка иногда поглядывала в сторону сцены, но даже не прислушивалась к ценам. Ей было противно понимать, что кого-то оценивают больше, а кого-то меньше. Йеджи считала, что все люди одинаково бесценны. С каждым разом «товаров» оставалось все меньше, и девушка все больше чувствовала мандраж. Наконец последную омегу выкупили. Хван прислушалась к словам Пака. — И приятный конец для моих любимых гостей. Выведите, пожалуйста, последнюю омегу. Мужчина наклонился к девушке и помог ей встать на ноги. Крепко взяв ее поводок, он пошел в сторону сцены. Йеджи уперлась ногами в пол, она не хотела идти. Ее надзиратель резко дернул веревку на себя так, что Хван упала на пол. Он потянул вверх, намекая ей, что нужно встать. Сжав зубы, она все же вышла. Свет ударил в глаза, девушка прищурилась. Мужчина довел ее до Шиына и удалился. — Хван Йеджи, — он крепко схватил ее плечо, — Начальная ставка 5000$.  Пак надавил сверху и она упала на колени. Йеджи не поднимала взгляда на зал. Она не слышала быстро сменяющихся ставок. Хван застыла. Для нее это был конец. Она все еще пыталась порвать веревку. Мужчина стоит прямо над ней, пробовать встать нет никакого смысла.  Все стихло. Это означало, конечная ставка уже есть. Сейчас ее уведут и отдадут кому-то, кто точно не станет для Йеджи кем-то близким. Она уже приготовилась, что сейчас Пак возьмет ее и уволочит за кулисы. Хван была на грани, ей хотелось реветь, как маленький ребенок, потерявший маму. Омега глубоко вдохнула. Она почувствовала легкое и нежное прикосновение пальцев к щекам. Ей не было мерзко или противно от него. Сглотнув, девушка подняла взгляд.