#TotoHorner
17 февраля 2026 г., 18:08
Кристиан Хорнер имеет репутацию амбициозного и тщеславного человека. Создав и видя с нуля ставшую одной из лучших команд в Формуле 1, "Ред Булл", он мотал нервы всем на протяжении последних лет. Своим характером, поступками и взаимоотношениями с людьми усложняя ситуацию. Он был живым воплощением "неправильного" лидера. Инцидент с харассментом в 2024 году, скандальный суд и попытки оправдаться, подыгрывание единственному пилоту, не замечая второго. Он позволяет себе слишком много. И как же ему нравится, что ему это позволяют. Быть лучшим, быть триумфатором, чувствовать свой гений, даже вне трассы доставляет не меньшее удовольствие, чем Кубок конструктора.
Фанаты обожают "Ред Булл", создают столько уникального контента, что его можно листать бесконечно. Твиттер, Инстаграм, ТикТок. Еще пару лет назад до бума соцсетей ты мог увидеть себя только в телевизоре или в газетных заголовках, а теперь в любой момент в своем телефоне. Кристиану вовсе не интересны мнения фанатов о новых двигателях или пилотах команды. Тем более что часто люди оказываются недовольны, например, тем, что внимание в команде уделяется единственному и лучшему пилоту -Максу Ферстаппену, пуская в расход Даниэля Риккардо, Серхио Переса, Лиама Лоусона, Юки Цуноду. Намного приятнее почитать воодушевленные комментарии о себе самом.
Иногда, когда текст Твиттера перестает давать эмоции, Хорнер листает ленту Инстаграма. По хештегу своего имени он находит много замечательных, а иногда забавных постов. Лежа на диване в гостиной отеля Сингапура вечером перед Гран-при, он, закинув руку за голову, ловил себя на мысли, что становится зависимым от повторения видео с нарезкой его фраз. Особенно долго он пересматривает видео, где его колкие фразы и умные слова задевают Тото Вульфа с заезженной фразой "Change your fucking car", сделавшаяся визитной карточкой их отношений. Тото не должен его любить, но обязан уважать. Слаще любой победы видеть, как его слова оказывают давление на соперника и его мысли.
Соперничество длится годами, но Кристиана не задевает ненависть. Наоборот. Равнодушие и пустота вот что самое страшное в его душе. Злость же разжигает эмоции и ярость доказать, кто лучший. Для него главное надрать зад Тото. Никому не позволено доминировать столько лет в Формуле-1, когда есть "Ред Булл" и Кристиан Хорнер во главе. Нарезка повторяется и повторяется, пока Хорнер задумавшись смотрел сквозь телефон.
Он кликает на хештег уже с именем Тото и видит обработку, где они вдвоем сидят у машины в гангстерских цепях. Он секунду смотрит на экран, узнавая знакомые черты, и фыркает. Кристиан открывает комментарии и видит пару сообщений о том, что они выглядят с Тото как хорошая команда и что в Формуле-1 не осталось бы конкурентов, если бы два сильнейших объединились. Ему понравилась эта мысль, и он поставил лайк. Вовсе не потому, что хотел поблагодарить фаната, сделавшего эту обработку, а потому что на ней Хорнер играет роль "плохого парня".
Выйдя обратно с поста, он видит ленту с видеонарезками. Кликает на одну из них, узнавая момент с обложки. 2021 год. Макс Ферстаппен обогнал Льюиса Хэмилтона на последнем круге гонки «Гран-при Абу-Даби». Первый чемпионский титул в карьере пилота. Кристиану понравилось короткое видео, и он захотел посмотреть еще похожие. Посты сменяли друг друга, но все они были о "Ред Булл" или о Максе. Единственное видео, относящееся к нему, было о его словах о Тото. Кристиан открыл хештег и увидел новый. #ТотоХорнер. Его позабавило, как интересно фанаты зачем-то соединили две фамилии.
Открывшаяся страничка удивила его. На ней было намного больше видео лично с ним. И с Тото. На каждом видео чувствуется напряжение между ними двумя. На одном из видео подпись: "Are they lovers? Worse". В комментариях фанаты делают акцент, как Тото смотрит на Кристиана во время интервью. Мужчина возвращается к видео и несколько раз пересматривает, с каждым разом ловя себя на мысли, что да. Тото действительно смотрит. Теребит складку на рукаве рубашки. Поправляет волосы. Он листает к следующему видео. Тут уже Тото и Кристиан сидят на онлайн-конференции, после фразы Хорнера Вольф улыбается и ведет челюстью. Кристиан листает к следующему видео. На нем Кристиан говорит, что у них с Тото нет никаких взаимоотношений, а Тото бросает на него взгляд и приподнимает брови.
Конечно, Кристиан знал, что фанаты любят их соперничество, но почему это выглядит так по-новому? Так пугающе непонятно? С каких пор между двумя мужчинами в возрасте за 50 видят не только рабочие, но и личные отношения. Кристиан откладывает телефон и на секунду задумывается, а как их вообще видят? Вечными соперниками, ненавистными врагами или приятелями? Как в их паре видят именно его самого? Идеального стратега, заносчивого эгоиста или редкого таланта? А как Тото видит его?
Кристиан сжимает виски и скидывает пару подушек на пол. Для него Тото идеальный зритель. Он не аплодирует, не восхищается, не поддается на провокации открыто. Да он вообще выделяет его среди остальных? Есть Фред, есть Зак, но никто и близко не стоял рядом с Кристианом. Так ведь, Тото?
Тото сидит в тишине своего кабинета поздно ночью. Перед ним стопка отчетов, но он смотрит в одну точку. Упрямо и долго он пытается представить завтрашнее Гран-при. Подготовка, гонка, подиум. Он закрывает глаза и начинает видеть счастливые лица Льюиса и Джорджа. Вот Льюис на первом месте, а Джордж на втором. Можно и наоборот, но все-таки в голове мысль, что Хэмилтон на первом. А на третьем кто? Конечно, Макс. Тот своего не упустит. И даже если гонка пойдет не по плану, все равно будет на подиуме.
Следующая картинка. Тото стоит внизу с командой и поднимает сжатый кулак в небо, высоко над людьми, поддерживая пилотов. Льюис кивает, а Джордж машет рукой в ответ. Тото улыбается про себя, это ему по душе. Вот рядом слышатся чьи-то крики и хлопки. Чьи они? Тото поворачивает голову и видит команду «Ред Булл» и Кристиана, улыбающегося и смотрящего вверх. Тото хмурится и ведет бровью. Эта беспорядочная и дерзкая команда пихается и пытается выдавить его людей подальше от подиума.
Тото открывает глаза, не желая дальше представлять, как подошел бы к Кристиану и встряхнул бы его пару раз, чтобы он привел своих в чувства. Тото оглядывает стол, заполненный бумагами, и одним движением сдвигает аккуратно на край. Откидываясь в кресле, он напряженно думает. Завтра снова новый день. Еще один день, когда он самый “взрослый”, самый надежный, самый ответственный. Он тот, кто решает проблемы, не позволяет себе слабостей. Тото привык, что мир делится на решаемые задачи. Есть только одна, что выбивается из общего фона.
Он прикрывает глаза и снова видит картину, где он стоит внизу подиума, а рядом с ним Кристиан. Снова. И снова. И снова. Кристиан живое доказательство того, что не всё в этом мире подчиняется логике. Тото может улучшить машину, переманить инженера, выиграть гонку. Но Кристиан просто существует, улыбается, говорит гадости и побеждает. Тото бесится, потому что не понимает как? Как этот человек, который изменял жене, который носит дурацкую рыжую бороду, который позволяет себе слишком много, как он остается неуязвимым? Он мотает ему нервы одним только своим видом. Ему даже говорить ничего не нужно, чтобы у Тото между бровей появилась лишняя морщина от напряжения.
Победить «Ред Булл», забрать Кубок конструкторов, привести пилотов к чемпионству. Тото просто одержим победой над «Ред Булл». В Формуле-1 помнят только последнюю гонку, и она должна быть за «Мерседес». Даже если Кристиану придется сгрызть медаль за третье место, даже если Кристиан попадет в скандал, даже если Кристиана отстранят. Тото сжимает глаза, но не открывает. Снова Хорнер. Его нельзя купить, переманить, перехитрить до конца. Он единственная проблема, которая не поддается контролю.
Тото хочет заставить его уважать себя, признать поражение или хотя бы заткнуться. Чтобы он видел, кто последние годы на вершине успеха. Хорнер из помехи стал навязчивой идеей. Сколько бесчисленных раз их сталкивали лбами. Не то чтобы они были против, но напряжение между ними росло и обычное спокойствие нарушалось. Тото пытается вообразить, что бы он сказал Кристиану, если бы не надо было держать лицо. Тото не знает ответов. Он вообще не знает, существует ли Кристиан вне «Ред Булл».
А что, если бы все было по-другому, Кристиан?
Гран-при Сингапура всё.
Первое место Ландо Норрис. Второе Макс Ферстаппен. Третье Льюис Хэмилтон.
Кристиан в номере отеля стягивает с себя мокрую рубашку команды, пропитанную шампанским. Кидает её в корзину для белья и разваливается на диване, выдыхая. Он широко улыбается, вспоминая свою фразу, сказанную Тото после подиума: «Ну что, старик, догоняй!»
Тото был недоволен. Ведь хочет большего. Хочет всегда быть выше меня. А сегодня я выше. Хотя формально второе место, но всё равно выше.
Кристиану плевать на Зака. Плевать, что тот выиграл гонку, стратегию или бой. Проблема в другом. Зак отнял у Кристиана его главную роль главного раздражителя Тото.
Кристиан скидывает туфли и достает телефон из кармана. На экране блокировки куча сообщений из разных чатов и контактов. Он пролистывает, читая имена, и открывает список номеров. “Toto Wolff” светится черными буквами на белом фоне. Он жмет на иконку чата и видит, что последний раз они переписывались почти три месяца назад.
Кристиан печатает:
Кристиан: ну что, Тото, Зак сегодня обоих уделал. Неприятно, да? Хотя тебе теперь проще у тебя новый главный враг, можешь меня в покое оставить.
Отправляет и перечитывает, ухмыляясь. А ведь всё равно он выше.
Тото едет в машине в аэропорт сразу после гонки у него вылет на конференцию. Он раздосадованный и переутомленный после бешеной субботы и воскресенья. В целом уикенд получился удовлетворяющим надежды. Третье место для Льюиса и четвертое для Джорджа. Только вот второе место для Ферстаппена не радует. Стремление победить у «Мерседеса» в этой гонке было достаточным, но взять реванш не удалось.
Тото бросает взгляд в окно, видя свое слабое отражение в стекле. Следы усталости на лице в виде борозд растянулись от носа к губам.
«Ну что, старик, догоняй!»
Тото хмурится и дергает челюстью. «Старик». Да, Кристиан всего на год его младше. Или... или это у них, у англичан, так принято общаться?
Телефон вибрирует в руке, и он опускает глаза. Видит контакт, читает и думает, что лучше бы не смотрел. Снова Кристиан. Даже сейчас, после гонки, он не может оставить его в покое, дать передышку. Хочет позлорадствовать или посмеяться.
Прочитав сообщение, он, слабо цокнув, начинает печатать ответ:
Тото: да, Зак молодец. В этой игре нельзя выигрывать всегда. Даже нам с тобой.
Перечитывает и отправляет.
Кристиан не выключает чат и сразу ловит сообщение, довольно улыбаясь, ловя намек.
Кристиан пишет: значит, остальным можно проигрывать, а друг другу нет? Жесткие у нас правила.
Тото качает головой и печатает: мы оба знаем, что Зак не наш уровень. В следующий раз будьте готовы. Мы надерем тебе зад.
Кристиан перечитывает последнее предложение и в голове мелькает видео с взглядом Тото на него. Он отмахивается, но шутить в ответ получается неловко и странно. Не так, как раньше, когда взаимные подколы были основой.
Кристиан: мечтать не вредно.
Он отправляет и откидывает телефон на диван подальше.
Да. Определенно что-то стало другим. Только вот что?
Один день бывает дерьмовым, ну второй. Но черт, неделя, за которую тебя уничтожают, не снилась даже Хорнеру. Новые обвинения и слитые переписки распространяются по паддоку, как пожар в лесу. Кристиан пытается справиться с этим, разобраться как можно быстрее, чтобы на него не косились. Особенно сегодня на вечеринке FIA, когда вокруг сотни камер направлены на него.
Он стоит в номере отеля, глядя на свое небритое, уставшее лицо. В голове проносится мысль, он как загнанный зверь. Хотя почему «как будто»? Сейчас он в положении хуже губернаторского. Он включает воду и проводит мокрыми, холодными руками по лицу. Пресса будет писать о нем, как и всегда. Кристиан справится.
Он берет пену для бритья и начинает быстрыми, резкими движениями убирать рыжие волоски. Проводя особенно глубоко у края скулы, думает, что не заслужил такого. Что теперь ему нужно выглядеть идеально, чтобы люди не думали, будто он сдал позиции. Он бросает бритву в раковину и идет надевать костюм. Тяжелый, дубовый шкаф возвышается над ним, он прислоняет ладонь к дереву чуть выше плеча, выдыхая.
Он надевает маску умного и жесткого лидера. Ни своей команде, ни соперникам, ни прессе он не покажет истинных чувств. Своего одиночества в номере отеля, когда он стоит один, не хотя ничего и никого. А он когда-то хотел?
Тото заходит в большой зал, освещенный прожекторами. Чуть ведет широкими плечами, чувствуя прохладу. Он пробегает взглядом по лицам гостей и замечает директора FIA. Тот стоит в компании Зака Брауна и сжимает его плечо. Тото оглядывается по сторонам и подходит к ним. Они приветствуют его, обсуждая сегодняшний вечер и большой фуршетный стол в малом зале. Вульф фыркает и улыбается, говоря, что Заку нужно больше заниматься спортом. Директор FIA бросает на Тото взгляд и спрашивает про последние Гран-при.
-Тото, как себя чувствует Кристиан? Думаю, он не успел насладиться вторым местом после этой недели.
-Что чувствует? -Тото переспрашивает, приподнимая бровь. -Я не общался с ним.
-Нет? -Зак удивляется. -Даже я написал ему. Хотя он проигнорировал мое сообщение, потому что все еще бесится, ведь я обошел его. -Зак хохотнул.
-Нет, я не писал ему. -Тото повторяет более резко.
Директор FIA пожимает плечами и отворачивается к другим гостям. Тото косится на Зака, но молчит. С чего они вообще взяли, что Тото напишет Кристиану? Потому что он хотел бы этого? Или потому, что ему это было нужно? Тото не успевает найти ответ, в зал входит Хорнер.
Он быстрым шагом направляется к бару, лишь бы смешаться с толпой. Вульф провожает его взглядом и чуть сжимает губы. Кристиан выглядит жалким, побитым и униженным. В глубине души Тото чувствует удовлетворение, мол, всё воздается по заслугам. Он ловит себя на этой мысли и раздражается. Тото не любит быть мелочным, хочет побеждать честно, на трассе, а не за счет чужого дерьма.
Вечер идет своим чередом. Речи, звяканье бокалов, потом снова речи и аплодисменты. Кристиан держится в стороне ото всех. Не потому, что не хочет внимания, а потому что не хочет такого внимания. Каждый считает, что может выносить обвинительный приговор для него.
Хорнер залпом допивает бокал и направляется подальше от душного зала. Выйдя на балкон, облокачивается на перила и чуть перегибается вперед. Он не хочет сейчас думать обо всем, что думают другие. Ему просто нужна хорошая разрядка, например, погонять на скорости или напиться в каком-нибудь убитом баре. А может, хорошенько подраться. Он улыбается своим мыслям и наклоняется вниз сильнее, чувствуя, как ноги отрываются от земли.
-Что ты делаешь? -позади раздается знакомый голос.
Кристиан не оборачивается, но начинает держаться за перила крепче.
-Вышел подышать воздухом.
Шаги разносятся по пустому балкону и останавливаются в паре метров позади.
-Не сорвись вниз.
На эту фразу Кристиан хмыкает и поворачивается, встречая глаза Тото.
-Я уже давно внизу. Так глубоко, что не выбраться.
-Перестань копать сам себе яму. -Тото облокачивается на перила рядом и смотрит вверх на ночные звезды.
Хорнер фыркает и сжимает губы. Вот чего Тото пришел? Увидел, что Кристиан один, и решил пожалеть? Черта с два, его кто-то будет жалеть!
-Что тебе нужно? -Кристиан не смотрит на Тото, но чувствует, как тот вздрогнул.
-Ты чуть не свалился с балкона. Не хотел, чтобы вечер был испорчен твоей смертью.
Кристиан рассмеялся и бросил взгляд на профиль Тото. Секунду глядел на его прямой нос в отблеске луны и пихнул его плечом. Тото улыбнулся краешком губ и качнулся в ответ.
-Что ты будешь делать дальше?
-Не знаю. -Кристиан честно отвечает и сжимает пальцы в замок. -Точно не сдамся. Не сейчас, когда нужен команде.
-Ты создаешь слишком много шума. -Тото понижает голос. -Это мешает.
Кристиан бросает на Тото убийственный взгляд. Он что, угрожает ему?
-Заткнись, а. У меня и так была дерьмовая неделя. Еще и ты бесить будешь.
-В своих бедах виноват только ты сам. Прекрасно знаешь…
-Учить меня вздумал?! -Кристиан резко разворачивается к нему лицом. -Я знаю, что я делаю! Всегда знал!
-Тогда ты плохой стратег. -Тото ведет бровью и чуть поворачивается к нему в ответ.
Желваки сжимаются на скулах Кристиана, и он шипит:
-Проваливай, приятель. Пока я не сделал стратегическую ошибку в твой адрес.
-Я пришел сюда, потому что знаю, как тебе одиноко, -Тото вдруг тихо говорит и заглядывает в глаза Кристиана с высоты своего роста.
-Ты… Ты сейчас оскорблял меня!
-Да, но только чтобы ты понял, почему не прав. Ты напряжен, Кристиан.
Хорнер вдруг чувствует животную, необъяснимую химию к Тото. Ненависть, конкуренцию, усталость. Он чувствует, как теряет контроль с каждой секундой, и физическая сила вырывается из него ударом в грудь Тото. Тот отшатывается, но не делает выпада в ответ. Только смотрит и повторяет:
-Ты напряжен.
Кристиан резко делает шаг вперед и хватает Тото за плечо, сжимая до боли. Рука тянется слишком высоко из-за разницы в росте, и он злится еще сильнее. Тото думает, что понимает его. Что может понять. Но не он живет в аду последние недели, не он разгребает дерьмо за всеми.
-Ты бесишь меня больше всего на свете! -Хорнер шипит сквозь зубы и пытается продавить пиджак Тото пальцами.
-Потому что ты бесишься с меня. -Тото слабо хмыкает и перехватывает его под локоть, отводя руку.
Кристиан пытается вернуть ладонь на плечо и сопротивляется силе Тото. Они борются несколько секунд, и в конце концов Вульф движением вниз скидывает его руку. Кристиану нужна разрядка. Физическая, агрессивная разрядка, чтобы доказать, что он лучший. Он поднимает руку и накрывает брюки Тото, сжимая на паху.
Вульф дергается от этой прямой, наглой, сексуальной провокации. Тото перехватывает руку на запястье. Он чувствует быстрый пульс Кристиана.
-Что ты делаешь? -Тото повторяет этот вопрос за вечер второй раз.
Кристиан не знает, что ответить. Он не планировал этого. Ему просто нужно было понять, прав ли он. Тото действительно выделяет его? Бросает взгляды, говорит и делает вид для него одного? Он не хочет домогаться его в чистом виде, но, если у Тото будет реакция значит, всё это в голове не только у Кристиана. Тото не убирает его руку сразу, и Хорнер ухмыляется.
Кристиан думает, если Вульф сейчас заорет, ударит, вызовет охрану я труп. Моя карьера, семья, репутация всё к черту. Но Тото молчит.
-Почему? -Кристиан тяжело вздыхает.
-Что?
-Почему ты такой? Неужели тебе по-настоящему плевать? Даже сейчас?
Тото наконец убирает руку Кристиана со своих брюк и отпускает. Он смотрит на Кристиана долго, будто сможет найти, что сказать, если потянет время. Еще секунду подумать, еще секунду проанализировать.
-Плевать? Да я не знаю, что мы такое. Враги? Соперники? Два больных мужика, которые не могут друг без друга? Я хочу сломать тебя. Не просто победить, а стереть в порошок. Чтобы «Ред Булл» стал историей. Чтобы ты знал, я сделал это. Я лучше. Я хочу видеть твое лицо, когда ты проиграешь. Хочу наслаждаться этим моментом.
-Хочешь надрать зад моей команде? Или мой зад? -Кристиан хватает Тото за грудки и шипит в лицо. -Ты строишь из себя непонятого страдальца, а сам просто изголодавшийся мужик, который готов на всё, чтобы хоть раз в жизни почувствовать, чтобы доказать себе, что чего-то стоит!
-Ты думаешь, я хочу тебя? -Тото сжимает брови и ухмыляется. -Но это ты трогал меня. Это твоя рука была у меня на брюках. Кто из нас готов на всё, чтобы доказать себе, что он чего-то стоит?
-Ты мог ударить меня, мог уйти, мог вызвать охрану. Но ты стоял и смотрел. -Кристиан хочет доказать, что он прав. Что он не ошибался. Что Тото хочет его.
Кристиан ломается окончательно, через агрессию и доминирование, через внутреннюю борьбу. Он подтягивается на носочках и хватается за плечи Тото, вцепляясь в его губы. Тото не делает движения, не открывается навстречу, не кладет руки на бока Кристиана. Тот злится сильнее и хватает его за затылок, впиваясь в волосы. Кристиан кусает губу почти до крови. Отчаянно и горько, когда Тото не реагирует.
В голове проносится мысль: «Почему он не отвечает? Я проиграл? Он не двигается. Совсем. Как статуя. Я целую его, а он просто стоит. Блядь. Блядь. Блядь.»
Кристиан отрывается и делает шаг назад, утирая губы.
Тишина давит на уши. Холодный воздух теребит темные волосы Тото на фоне звездного неба.
-Скажи хоть что-нибудь…
Глаза Тото бегают по его лицу. Он не привык видеть его слабым. Что этот вечно насмешливый мудак вообще таким может быть. Тото вдруг испытывает такое всепоглощающее сострадание к своему врагу, что готов обнять этого идиота и начать утешать. Тото понимает, что не уйдет, точно не сейчас. Потому что уйти, значит убить что-то в Кристиане, а он не хочет этого даже для него. Ведь по-настоящему он хочет его побеждать. Живого, злого и сильного.
Кристиан заслужил хотя бы слово, после всего, что между ними было.
Перед тем как открыть рот, Тото чувствует только одно, какую-то вселенскую усталость.
-Мне жаль, Кристиан. Жаль, что ты сделал это. Жаль, что думал о чем-то неверном насчет нас. Это странно для меня, но я тебя не осуждаю. Просто…
-«Неверном насчет нас»? Каких нахрен «нас»? Нет никаких «нас»! Ты думаешь, я мечтал раздвинуть перед тобой ноги? Да ты охренел, Вольф! Ты реально думаешь, что я тебя хочу? Серьезно? После всего, что я говорил? Я ненавижу тебя. Ненавижу так, что готов убить.
-Ты идиот, Хорнер. Ты реально идиот. Ты можешь сколько угодно орать, что не хотел меня. Мне плевать. Факт в том, что ты это сделал. И теперь я должен жить с этим. Должен решать, что делать с этим знанием. Ты не имел права взваливать это на меня. Но ты это сделал, и я тебе этого не прощу.
Кристиан делает шаг назад и шепчет:
-Я знал, ты меня ненавидишь. Этого было бы достаточно, чтобы понимать я для тебя хоть что-то значу. Я хотел доказать, что важен для тебя. Что ты думаешь обо мне не только как о сопернике, а как о… не знаю. Не так, как ты думаешь о Фреде или Заке! А сейчас знаю, что я для тебя лишь инструмент.
-Ты думаешь, я ненавидел тебя просто так? Я ненавидел тебя, потому что ты был единственным, кто делал мои победы настоящими. Это ты сделал пустым меня! Потому что теперь, когда я выиграю, я не увижу твоей злости, не увижу, как ты бесишься.
Кристиан молча уходит. Его шаги затихают в коридоре. Сначала громкие, резкие он топает, как обиженный подросток, который хочет, чтобы его окликнули. Потом их перекрывает шум города внизу.
Тото стоит на балконе один. Холодно, ветрено. Тото обхватывает себя руками, но не чувствует холода. Не чувствует ничего.
Он подходит к перилам и перевешивается через них точно так же, как несколько десятков минут назад делал Кристиан. В голове ни одной мысли. Хотя нет, вру. Одна мысль.
«Что ты делаешь?»
Что ты делаешь, Тото? Что ты сделал? Что вы сделали друг с другом?
Тото закрывает глаза. Перед глазами Кристиан. Его лицо перед поцелуем. Его губы, когда он оторвался. Его взгляд, когда он понял, что ошибся.
Он снова смотрит вниз на перила. На то место, где только что облокачивался Кристиан.
«Что ты делаешь?»
-Не знаю, -шепчет он в пустоту. -Я правда ничего не знаю.
А Тото стоит на балконе один. И не знает, как ему теперь ненавидеть человека, которого он только что потерял. Не как врага. Как всё.
