Сомнабулизм

В «Лисьей норе» стоял привычный хаос. Лисы решили устроить вечер кино, что само по себе было сомнительной затеей. Кевин ныл, что нужно смотреть записи игр, Сет советовал ему засунуть эти записи себе в задницу, а Элисон пыталась заставить всех выбрать что-то, где актеры не выглядят как куски дерьма. В итоге все свалились в кучу в гостиной. К середине второго фильма половина команды уже отрубилась. Тишину нарушил странный звук. Ритмичный глухой стук. Бум. Бум. Бум. — Какого хера? — прошипел Сет, отрываясь от телефона. Все обернулись. Аарон, который пять минут назад мирно сопел в кресле, стоял у стены. Его глаза были открыты, но взгляд был абсолютно стеклянным, направленным в никуда. Он методично прикладывался лбом о бетонную стену. — Аарон? — Мэтт приподнялся. — Чувак, ты че, ебанулся? — Никки, твой кузен сломался, почини его! — крикнул Кевин, не отрываясь от экрана. — Заткнитесь все! — Элисон вскочила, когда после очередного удара по стене на обоях остался кровавый след. — У него кровь! Аарон! Она рванулась к нему, но Рене перехватила её за руку. — Нельзя, — тихо, но твердо сказала она. — Он лунатик. Если резко разбудишь — у него будет шок или он набросится на тебя. Нужно действовать очень аккуратно. — Да в пизду аккуратность, он себе сейчас череп вскроет! — Сет уже был рядом. Его обычно агрессивное лицо сейчас выражало какую-то странную, почти болезненную тревогу. Аарон замер, прижавшись лбом к холодной поверхности. По его лицу текла тонкая струйка крови. Он пробормотал что-то невнятное. — Че он несет? — прошептал Дэн, прижимаясь к Мэтту. — «Гематома субдурального пространства требует немедленной декомпрессионной трепанации…» — четко, бесцветным голосом произнес Аарон. — Блять, он даже во сне гребаный задрот-медик, — выдохнул Нил, наблюдая за происходящим с дивана. Эндрю, сидевший рядом, не шевелился, но его пальцы так сильно сжали подлокотник, что костяшки побелели. Он ненавидел ситуации, которые не мог контролировать. Сет подошел к Аарону со спины, медленно, как к раненому зверю. — Так, мелкий, отвали от стены. Слышишь меня? Стенке больно, а нам еще за ремонт платить, — голос Сета звучал непривычно низко и мягко. Элисон уже стояла рядом с влажной салфеткой, которую ей оперативно подкинул Никки. — Аарон, милый, пойдем присядем, — прошептала она, аккуратно касаясь его плеча. — Ты нам очень нужен целый, кто над Кевином издеваться будет? Аарон заторможенно повернул голову. Его взгляд скользнул по Сету. — Пациент нестабилен… — прошептал он. — Да, блять, я нестабилен, это мы все знаем, — Сет осторожно обхватил его за плечи, направляя в сторону дивана. — Давай, переставляй свои копыта. Лисы затаили дыхание. Даже Кевин заткнулся. Элисон шла сбоку, готовая подхватить Аарона, если тот решит упасть. В этот момент они с Сетом выглядели как чертовы родители, которые забирают пьяного сына из участка, — смесь злости, паники и дикой опеки. — Никки, неси аптечку, быстро! — скомандовала Элисон. — Уже лечу! — Никки пронесся мимо, стараясь не шуметь. Когда Аарона усадили, Элисон принялась осторожно стирать кровь с его лба. Сет сел рядом, фактически загородив парня от остальной комнаты, словно защищая его от невидимой угрозы. — Ну и видок, — пробормотал Сет, глядя на спящего (уже нормально) Аарона, который откинул голову на плечо Элисон. — Мелкий придурок. — Закрой рот, Сет, — беззлобно ответила Элисон, поправляя челку Аарона. — Мэтт, выключи это дерьмо на телевизоре. Дэн, принеси плед. Эндрю встал, прошел мимо них к кухне и, задерживаясь на секунду рядом с Сетом, едва слышно бросил: — Спасибо. Сет только фыркнул, хотя в душе у него что-то перевернулось от этого редкого признания. — Ну что, Лисы, — прошептал Никки, вытирая театральную слезу. — Похоже, у нас пополнение в семейной иерархии. Сет, поздравляю, ты теперь батя. — Еще одно слово, Никки, и трепанацию я сделаю тебе. Вживую, — огрызнулся Сет, но руку с плеча Аарона не убрал.

***

На следующее утро гостиная Лисьей норы выглядела как место преступления, которое пытались замаскировать под тихий семейный час. Аарон проснулся от того, что его шея затекла, а во рту пересохло так, будто он сожрал пачку мела. Он попытался пошевелиться, но почувствовал странную тяжесть. Справа, навалившись плечом, сопел Сет. Слева, закинув на него длинную ногу в шелковых штанах, спала Элисон. — Какого хера… — прохрипел Аарон. Его голос подействовал как детонатор. Сет мгновенно открыл глаза и, вместо того чтобы отпихнуть Аарона, как обычно, вцепился ему в плечо. — Э, тормози, мелкий! Голова как? — Сет заглянул ему в лицо с таким беспокойством, будто Аарон только что вышел из комы. — Нормально… — Аарон попытался отстраниться, но тут проснулась Элисон. — Не вертись! — Она прижала ладонь к его лбу, проверяя пластырь. — У тебя вчера был сеанс экзорцизма об стену. Мы чуть не поседели из-за тебя, придурок. Аарон замер. Воспоминания начали всплывать кусками: вкус крови, холод бетона и… голоса. Не крики Тильды которая повторяла «Заткнись, заткнись, заткнись», не грохот двери, когда она уходила за очередной дозой, оставляя его одного с разбитой головой. Нет. Это были другие голоса. Тихие, почти ласковые. Кто-то называл его «милым», кто-то держал за плечи, чтобы он не упал. — Я… я опять ходил во сне? — голос Аарона дрогнул. В детстве это случалось постоянно. Он мог проснуться на кухне или на улице, с синяками и ссадинами. Тильде было абсолютно насрать. Если он бился головой, она просто орала, что он мешает ей ловить приход. Для неё он был не ребенком, а раздражающим шумом. — Ты не просто ходил, ты пытался пробить лбом стену и цитировал учебник по хирургии, — подал голос Нил с кухни, где он уже вовсю гремел кружками. — Эндрю полвечера сидел со взглядом «я убью эту стену». Аарон посмотрел на Эндрю, который стоял у окна с сигаретой. Брат не обернулся, но его напряженные плечи расслабились, как только он услышал голос Аарона. — На, выпей, — Элисон сунула Аарону в руки стакан воды и какую-то таблетку. — И даже не думай сегодня идти на тренировку. Кевин вякнет — я ему клюшку в задницу засуну.Сегодня из общежития ни ногой. Сет, потягиваясь, проворчал: — Реально, Аарон. Если еще раз решишь косплеить дятла, делай это об диван. Мы с Эл не нанимались тебя караулить всю ночь. Но Аарон видел, как Сет украдкой поправил его плед. В груди неприятно кольнуло — это было непривычное, почти пугающее чувство безопасности. В «Лисьей норе» его не просто терпели. О нем заботились. Даже когда он был в неадеквате. — Спасибо, — едва слышно буркнул Аарон, пряча лицо в стакане с водой. — Че? Не слышу! — заржал Сет, явно возвращаясь к своему обычному состоянию придурка. — Пошел нахуй, Сет, — огрызнулся Аарон, и это было самым искренним проявлением любви, на которое он был способен в это утро. Элисон довольно улыбнулась и поцеловала его в макушку, игнорируя его вопли негодования. Лисы были сумасшедшей, поломанной семьей, но они были в миллион раз лучше, чем всё, что было у него раньше.

***

Лисы старались не шуметь, что для этой компании было сродни подвигу. Аарон сидел на диване, чувствуя себя максимально неловко. Он привык быть «нормальным близнецом», колючим медиком, который шлет всех нахер. А тут — Сет под боком, Элисон по-хозяйски поправляет на нем плед, а остальные смотрят так, будто он хрустальная ваза, которую вчера знатно приложили об бетон. — Так, — Сет встал и громко хрустнул суставами. — Кто тронет мелкого или начнет орать про экси — получит в табло. Ваймаку я позвонил, сказал, что у нас тут ЧП локального масштаба. — Какое еще ЧП, Сет? — прошипел Аарон, пытаясь сползти с дивана. — У меня просто голова болит, отъебитесь. — Сидеть, блять! — Элисон припечатала его взглядом, от которого даже у Кевина подкашивались ноги. — Ты вчера кровью истекал, пока Сет тебя за шкирку от стены оттаскивал. Сейчас будем завтракать. На кухне творился сюрреализм. Никки с энтузиазмом маньяка жарил блинчики, стараясь не греметь сковородкой. Мэтт молча притащил из спальни еще одну подушку и подложил Аарону под спину, игнорируя его яростное шипение. — На, ешь, — Кевин поставил перед Аароном тарелку с овсянкой и какими-то ягодами. — Там дохера углеводов и глюкозы. Мозгу нужно восстанавливаться после… ну, ударов. — Кевин, завали ебало со своей диетой, — Сет бесцеремонно отодвинул кашу и поставил перед Аароном огромный сэндвич с беконом. — Мужику нужно мясо, а не этот силос. Ешь, Аарон, а то выглядишь как дохлая вобла. Аарон посмотрел на сэндвич, потом на Лисов. Дэн тихо переговаривалась с Рене, обсуждая, какие таблетки лучше от головной боли. Нил сидел на подоконнике и внимательно наблюдал за реакцией Аарона, переводя взгляд на Эндрю. Эндрю же был воплощением ледяного спокойствия. Он стоял у столешницы, методично добавляя сахар в кофе. Пять ложек. Шесть. Семь. — Если он еще раз встанет ночью, — тихо произнес Эндрю, и в комнате сразу стало тихо, — я привяжу его к кровати. Или к Сету. — Эй! — возмутился Сет. — Я не против, конечно, но Эл будет ревновать. — Переживу, — бросила Элисон, присаживаясь на подлокотник кресла Аарона и начиная аккуратно переклеивать ему пластырь. — Главное, чтобы этот придурок перестал использовать свою голову как таран. Аарон замер, когда холодные пальцы Элисон коснулись его кожи. В голове вспыхнула картинка из прошлого: маленькая комната, вонь перегара и Тильда, которая орет на него за то, что он разбил вазу, когда бродил во сне. Она никогда не спрашивала, болит ли у него голова. Она просто била его в ответ, чтобы «выбить эту дурь». А сейчас… Сет грубовато, но заботливо пододвигал ему кружку с крепким чаем. Рене протянула ему чистую футболку вместо той, что была в пятнах крови. — Ты как, Аари? — тихо спросил Никки, заглядывая ему в глаза. — Голова не кружится? — Круж… — Аарон осекся и выругался. — Да нормально всё, отъебитесь вы уже. Вы ведете себя так, будто я при смерти. — Мы ведем себя так, потому что ты — часть этой ебучей команды, — отрезал Сет, усаживаясь напротив. — И если ты решишь сдохнуть таким тупым способом, мы тебя из-под земли достанем и еще раз убьем. Понял? Аарон уткнулся носом в кружку, чувствуя, как уши предательски краснеют. Это было слишком много внимания, слишком много заботы, к которой он не привык. Но, черт возьми, это было чертовски приятно. — Понял, — буркнул он. — Спасибо… мамочка и папочка. — Ой, всё, иди нахер! — Сет довольно заржал, а Элисон легонько щелкнула Аарона по носу.

***

Ночь в комнате монстров превратилась в гребаный цирк. Никто не ушел к себе. Лисы натащили матрасов, подушек и одеял, забив пространство так, что пройти к туалету стало невыполнимым квестом. Эндрю сидел на своей кровати, куря в открытое окно и не сводя глаз с брата. Сет и Элисон оккупировали кресла, как самопровозглашенная охрана. Остальные Лисы расположились на полу. — Блять, он опять встал, — прошептал Никки около двух часов ночи. Аарон медленно поднялся, одеяло сползло с его плеч. Его глаза были широко открыты, но в них отражалась только пустота. Он сделал шаг, пошатнулся, и Сет мгновенно оказался рядом, придерживая его за локоть. — Так, профессор, куда путь держим? — тихо спросил Сет. Аарон не ответил. Он повернул голову к Мэтту, который замер на полу, и произнес совершенно отчетливым, ледяным голосом: — «При подозрении на разрыв селезенки необходима немедленная лапаротомия. Санируйте брюшную полость, живо, дебилы…» — Кого санировать? — пискнул Никки. — Мэтт, у тебя селезенка на месте? — Заткнись, Никки! — шикнула Элисон. Она подошла к Аарону и осторожно набросила ему на плечи кофту. — Аарон, милый, операция окончена. Пациент стабилен. Иди приляг. — Нет, — Аарон нахмурился, его пальцы начали судорожно перебирать край футболки, будто он завязывал швы. — «Анастомоз… нужно проверить герметичность анастомоза. Если будет утечка, начнется перитонит. Вы понимаете, что он сдохнет через четыре часа?» — Пиздец, он нас всех за идиотов-интернов держит даже во сне, — проворчал Кевин, потирая заспанные глаза. — Слышь, медик, анастомоз в порядке, я лично проверял. Иди дрыхни. Весь остаток ночи Аарон не умолкал. Он бродил по комнате короткими перебежками, бормоча латинские названия костей, дозировки адреналина и способы фиксации открытых переломов. Каждый раз, когда он подходил слишком близко к мебели или стенам, Сет или Элисон аккуратно корректировали его маршрут. — Сюда не ходи, там скальпели грязные, — врал Сет, мягко разворачивая Аарона от угла тумбочки. — Умница, — шептала Элисон, когда Аарон послушно менял направление. Рене сидела в углу, перебирая бусины на браслете и тихо напевая что-то успокаивающее, пока Дэн и Мэтт соорудили из подушек «безопасную зону», чтобы Аарон не споткнулся. — Это блять сюр какой-то, — прошептал Нил, глядя, как Аарон пытается «прощупать пульс» у дверной ручки. — Он всегда такой… активный? — У Тильды он просто выключался, когда падал от истощения или когда она его вырубала, — глухо отозвался Эндрю, и от его голоса по комнате прошел холодок. — Здесь он чувствует, что его никто не ударит. Вот его и прет. Только когда небо за окном начало светлеть, медицинская лекция подошла к концу. Аарон начал спотыкаться уже по-настоящему, его бормотание превратилось в нечленораздельное сопение. — Всё, ресурс кончился, — констатировал Сет, подхватывая Аарона под мышки, когда тот начал заваливаться назад. Он на удивление легко, почти нежно, уложил парня на кровать. Элисон тут же накрыла его тремя слоями одеял, а Эндрю, наконец, отошел от окна и сел в ногах у брата, охраняя его сон. — Спи, гребаный гений, — выдохнул Сет, вытирая пот со лба. — Я за эту ночь узнал о строении прямой кишки больше, чем хотел бы знать за всю жизнь. Лисы начали вырубаться прямо там, где сидели. Уставшие, злые от недосыпа, матерящиеся сквозь зубы, но странно довольные. Когда через пару часов Аарон приоткрыл глаза и увидел всю команду, спящую вповалку в его комнате, он только натянул одеяло до самого носа и прошептал: — Идиоты… Но на его лице, впервые за долгое время, не было ни капли злости.

***

Девять утра. Дверь в комнату Монстров распахнулась с таким грохотом, будто начался штурм. На пороге стоял Ваймак с неизменным стаканом мерзкого кофе и выражением лица человека, который уже заочно ненавидит этот день. — Так, вы, кучка дегенератов! Какого хера никто не явился на… — Ваймак осекся. Картина, представавшая перед его глазами, могла бы довести до инфаркта любого неподготовленного человека. Вся команда «Лисов» была разбросана по комнате в самых невообразимых позах. * Мэтт спал на полу, подложив под голову кроссовок. * Никки свернулся калачиком у порога, обнимая пустую аптечку. * Кевин умудрился вырубиться сидя, прислонившись к шкафу, с учебником по анатомии на коленях. * Нил замер в углу на групе подушек, прижимая к себе сковородку (нахер он ее взял?), даже во сне сохраняя бдительность. Но эпицентр этого безумия был на кровати Аарона. Сам «медик» спал без задних ног, буквально замурованный в одеяла. По правую сторону от него, прямо в одежде, храпел Сет, закинув тяжелую руку на край подушки Аарона. Слева, свернувшись кошкой, посапывала Элисон, чьи безупречные волосы сейчас напоминали воронье гнездо. В ногах кровати, как цепной пес, сидел Эндрю. Его глаза были открыты и сразу впились в Ваймака. — Твою мать… — шепотом выдохнул Ваймак, медленно опуская стакан. — Вы тут что, массовое самоубийство репетировали или групповую терапию для отсталых? — Тише, блять, — прорычал Сет, не открывая глаз, но сжимая кулаки. — Мелкий только заткнулся. — «Мелкий»? — Ваймак поднял бровь, глядя на Аарона, у которого на лбу красовался свежий пластырь с розовыми блестками (явно работа Элисон). — Что произошло? — Ночной обход, тренер, — пробормотал Никки, поднимая лохматую голову с пола. — Аарон решил, что он главный хирург этой дыры. Мы полночи слушали лекции про внутреннее кровотечение и трупное окоченение. Сет чуть не плакал, когда Аарон диагностировал у него деменцию. — Пошел нахуй, Никки! — Сет приподнялся, стараясь не разбудить Аарона. — Я просто следил, чтобы он не разбил себе ебало об косяк. Опять. Элисон лениво потянулась, едва не заехав Сету локтем в глаз. — Тренер, валите отсюда. У нас реабилитационный период. Аарону нужен покой, а нам — по пять литров кофе и памятник за терпение. Ваймак обвел взглядом комнату. Он видел синяки под глазами Эндрю, видел, как Дэн и Рене, обнявшись, спят на втором матрасе, и как Сет, несмотря на свой паршивый характер, неосознанно загораживает Аарона от дверного проема. Ваймак тяжело вздохнул и потер переносицу. — Пиздец. Вы не команда, вы передвижной цирк уродов. Он постоял секунду, глядя на то тощее, бледное подобие спокойствия, которое наконец-то обрел Аарон в окружении этой нелепой охраны. — Тренировка отменяется, — буркнул он, разворачиваясь. — Но если завтра кто-то из вас сдохнет на поле от недосыпа — я лично закопаю вас за стадионом. И Элисон… — Что, тренер? — она приподняла бровь. — Пластырь с блестками? Серьезно? — Идите к черту, тренер. Ему идет. Дверь тихо закрылась. Аарон во сне что-то пробормотал про «пальпацию органов брюшной полости», и Сет, выругавшись под нос, поправил ему подушку. — Спи уже, доктор Хаус хренов, — прошептал он, закрывая глаза.

***

Прошло еще пару часов, прежде чем Аарон окончательно выплыл из тумана сна. Его сознание возвращалось медленно: сначала он почувствовал тепло слева (Элисон), потом чье-то тяжелое дыхание справа (Сет), и, наконец, осознал, что его ноги плотно прижаты к матрасу чьим-то весом (Эндрю). Аарон приоткрыл один глаз. Первое, что он увидел, — это огромная ладонь Сета, лежащая в нескольких сантиметрах от его лица. На костяшках Сета виднелись свежие ссадины — видимо, пока он «корректировал маршрут» лунатика ночью, стены пострадали больше, чем голова Аарона. — Шевельнешься — придушу, — раздался со стороны изножья кровати хриплый голос Эндрю. Брат даже не открыл глаз, но Аарон чувствовал: Эндрю не спал. Он просто сидел в этой позе «стража ада» всю ночь, готовый в любой момент пресечь очередную попытку Аарона прооперировать шкаф. — Пить хочу, — прохрипел Аарон. Сет рядом моментально дернулся, едва не сбросив Элисон с кровати. — О, очнулся, светило медицины! — Сет сел, потирая затекшую шею и бешено озираясь. — Че, как кукуха? На месте? Стены штурмовать не тянет? Элисон, проснувшаяся от крика Сета, недовольно застонала и запустила в него подушкой. — Заткнись, Гордон. Ты орешь как раненая чайка. Она повернулась к Аарону, и ее взгляд смягчился. Она осторожно коснулась пальцами пластыря на его лбу. — Блестки тебе к лицу, Аари. Придают твоему вечному недовольству некий гламур. Аарон потянулся к зеркалу на тумбочке, увидел в отражении розовый сверкающий пластырь и издал звук, средний между стоном и рычанием. — Вы издеваетесь? Я выгляжу как чертова барби из мультика. — Ты выглядишь как человек, который выжил после встречи с бетонной плитой, — подал голос Нил, который уже успел сгонять на кухню и теперь стоял в дверях с подносом, уставленным кружками. — Радуйся, что Элисон не накрасила тебе ногти, пока ты читал нам лекцию о строении малого таза. Лисы начали медленно «оттаивать». Никки, запутавшись в собственных ногах, выбрался из аптечки и пополз к кофе. Кевин, проснувшись, первым делом проверил, не пропал ли у него пульс (видимо, ночные диагнозы Аарона подействовали на него сильнее всех). — Слушай, Аарон, — Мэтт поднялся с пола, хрустя позвоночником. — Ты ночью говорил, что при разрыве селезенки нужно… как там… санировать полость? Это реально так? Аарон замер со стаканом воды в руках. Он обвел взглядом комнату. Сет, который выглядел так, будто его переехал грузовик, но упорно не уходил к себе. Элисон, которая уже достала косметичку, но продолжала сидеть на краю его кровати. Эндрю, который наконец-то встал и, проходя мимо, едва заметно коснулся плеча брата. Они все были здесь. Ради него. — Да, Мэтт, — Аарон опустил глаза, пряча внезапную влагу в уголках. — Санировать. Но лучше просто не нарывайся на разрыв селезенки. У Лисов и так с мозгами дефицит, еще и органов не хватало лишиться. — О-о-о, — протянул Никки, расплываясь в улыбке. — Наш язвительный Аарон вернулся! Значит, жить будет! — Слышь, — Сет вдруг наклонился к самому уху Аарона, понизив голос так, чтобы не слышали остальные. — Если еще раз начнешь бродить… просто пни меня, понял? Я чутко сплю. Не надо об стену. Стену жалко. Аарон посмотрел на Сета. В глазах того не было насмешки — только та самая странная, угрюмая забота, которую Сет выдавал порциями, как редкое лекарство. — Понял, Сет, — кивнул Аарон. — Спасибо. — Да иди ты, — Сет толкнул его в плечо и потащился к выходу. — Пойду найду еду, а то я от твоей латыни проголодался как собака. Вечером того же дня тренировки действительно не было. Ваймак привез в «Лисью нору» три ящика пиццы и просто уехал, бросив на прощание: «Только не убейте друг друга». Они снова сидели в гостиной. На этот раз никто не включал телевизор. Элисон вытащила настольные игры, и Сет с Кевином уже полчаса орали друг на друга из-за правил «Монополии». Аарон сидел в углу дивана. Его голова всё еще немного гудела, но внутри было непривычно тихо. Те тени из прошлого, те крики Тильды и звуки ударов, которые всегда преследовали его во сне, почему-то отступили.

Их вытеснил голос Сета: «Стенке больно, а нам еще за ремонт платить».

Их вытеснил блестящий розовый пластырь Элисон.

Их вытеснило молчаливое присутствие Эндрю.

Аарон закрыл глаза и впервые за много лет не почувствовал страха перед тем, что он может проснуться где-то не там. Потому что, где бы он ни проснулся в этом доме, его обязательно поймают.