Трон из пепла и золота

Кабинет Люциуса Малфоя, который Том Реддл бесцеремонно приватизировал, тонул в ароматах дорогого табака, старой кожи и едва уловимом запахе озона, который всегда сопровождал сильную магию. Реддл сидел в глубоком кресле, скрестив длинные ноги, и вертел в пальцах пустой бокал из тончайшего хрусталя. Его взгляд был прикован к Гарри, который с вызывающим видом разглядывал корешки книг на полках, словно выбирал, какой из запрещенных фолиантов он сожжет первым. — Итак, — нарушил тишину Реддл, и его голос прозвучал как низкий рокот далекого грома. — Вы принесли мне планы Ордена Феникса. Вы принесли мне ключи к их финансам. Вы даже принесли мне голову Грюма — метафорически, разумеется, предоставив графики его патрулей. Но чего вы хотите взамен, мои юные перебежчики? Власть? Бессмертие? Или просто место в первом ряду, когда я буду сжигать Хогвартс? Гермиона, которая до этого момента что-то сосредоточенно записывала в своем блокноте (который теперь был обтянут кожей дракона, а не розовым пластиком), подняла глаза. В их глубине больше не было теплоты — только холодный, расчетливый блеск. — Нам не нужны ваши подачки, лорд Реддл, — отчеканила она. — Нам нужно равноправие. Мы не станем «Пожирателями Смерти». Мы не будем целовать подол вашей мантии и ползать на коленях. Мы — ваши союзники. Идеологические партнеры. Реддл тихо рассмеялся. Это был опасный звук, от которого у любого другого мага подкосились бы ноги. — Союзники? Маленькая грязнокровка и мальчишка, который должен был стать моим проклятием, претендуют на партнерство с Наследником Слизерина? — Мальчишка, — Гарри резко обернулся, его зеленые глаза вспыхнули недобрым, изумрудным светом, — это тот, кто несет в себе твой крестраж, Том. Мы связаны сильнее, чем ты думаешь. И если я решу, что Дамблдор был прав в своей жестокости, я просто направлю свою магию внутрь себя. Ты хочешь снова стать тенью в лесах Албании? Или ты хочешь иметь рядом того, кто понимает твою тьму лучше, чем все эти дрожащие марионетки в масках? В комнате мгновенно похолодало. Иней пополз по краям хрустального графина. Том Реддл медленно поднялся, и Гарри почувствовал, как воздух вокруг него становится густым, как патока. Том подошел вплотную. Он был выше, массивнее, и от него исходила такая волна первобытной мощи, что у Гарри перехватило дыхание. Реддл протянул руку и коснулся шрама на лбу Поттера. Гарри не вскрикнул, хотя боль была острой, как лезвие ножа. Напротив, он подался вперед, ловя это ощущение. — Твоя магия... она изменилась, Гарри, — прошептал Реддл. — Она пахнет не жертвой, а местью. Это восхитительно. — Значит, договорились? — Гермиона вклинилась между ними, бесцеремонно разрушая интимность момента. Она выложила на стол свиток из черного пергамента. — Контракт на крови. Никаких «Непреложных обет», которые выжигают мозг. Магический договор: мы помогаем вам уничтожить старый режим, вы гарантируете нам полную автономию и реформу Министерства согласно моим чертежам. — Твоим чертежам? — Том перевел взгляд на Грейнджер. — Ты уже перестроила мир в своей голове? — Я перестроила его еще на третьем курсе, когда поняла, что магическое сообщество застряло в средневековье, — отрезала она. — Драко поможет мне с финансовой частью. Он, кстати, гораздо способнее, когда на него не орет отец. В этот момент дверь приоткрылась, и в щель заглянул Люциус Малфой. Его лицо было бледнее обычного. — Милорд... извините за беспокойство... там Беллатриса требует аудиенции, она утверждает, что Поттер в доме — это кощунство и... — Люциус, — перебил его Реддл, не оборачиваясь. — Скажи Белле, что если она еще раз повысит голос в радиусе мили от моих гостей, я позволю мисс Грейнджер испытать на ней её новое проклятие «Кровавой икоты». Люциус сглотнул, бросил испуганный взгляд на Гермиону и исчез. — Итак, контракт, — Том взял со стола серебряный кинжал. Он полоснул себя по ладони, не дрогнув ни одним мускулом. — Кто первый? Гарри шагнул вперед, забирая кинжал. Его рука коснулась руки Тома, и в этот момент по дому прошла вибрация. Люстры в главном зале жалобно звякнули. Магия двух сильнейших существ Британии начала резонировать, создавая кокон, отрезающий их от остального мира. Когда контракт был подписан тремя кровями, пергамент вспыхнул черным пламенем и растворился, оставив на запястьях каждого едва заметную золотую нить, которая тут же впиталась в кожу. — Теперь, когда формальности улажены, — Том снова уселся в кресло, на этот раз его поза была более расслабленной, почти ленивой. — Поттер, останься. Мисс Грейнджер, Малфой покажет вам библиотеку. Думаю, вы найдете там много... вдохновляющего. Гермиона кивнула, бросив на Гарри многозначительный взгляд («Не сожги тут всё»), и вышла. Гарри остался стоять посреди комнаты. Том Реддл долго молчал, разглядывая его. — Ты выглядишь бледным, Гарри. И твоя магия ведет себя странно. Она не просто сильная, она... тяжелая. Как будто ты несешь в себе два ядра вместо одного. Гарри почувствовал странный спазм внизу живота. Легкая тошнота, которую он списывал на стресс и недосып, внезапно усилилась. — Наверное, это от твоей компании, Реддл. Слишком много пафоса на квадратный метр. Том сузил глаза. Он поднялся и подошел к Гарри, на этот раз не угрожающе, а с каким-то странным, почти научным любопытством. Он положил руку на живот Гарри, прямо над пряжкой ремня. Гарри замер. Ему хотелось оттолкнуть его, но одновременно с этим по телу разлилось тепло, такое глубокое и правильное, что он невольно выдохнул. — Что ты делаешь? — хрипло спросил он. — Магия не лжет, Гарри, — голос Тома стал опасно тихим. Его ладонь под тканью рубашки ощущалась раскаленной. — Твоё ядро не просто расширяется. Оно делится. Это древняя, почти забытая магия созидания. Она возникает только тогда, когда два полярных начала сталкиваются с такой силой, что создают новую жизнь, чтобы сбалансировать хаос. Гарри почувствовал, как мир вокруг него начинает вращаться. — Жизнь? О чем ты... — Ты беременен, Гарри, — Том улыбнулся, и на этот раз в его улыбке было нечто такое, от чего Поттеру захотелось сбежать в Запретный лес. — И, судя по вектору силы, это не просто ребенок. Это наш с тобой наследник. Плод того самого «Анизотропного резонанса», о котором так любит писать твоя подруга. Гарри на мгновение онемел. Он посмотрел на свою руку, где всё еще горел след от контракта. — Ты... ты шутишь. Это чертов черный юмор, да? Ты просто хочешь вывести меня из равновесия. — Я никогда не шучу о власти, Гарри. А это существо внутри тебя — будущий властелин этого мира. Гарри почувствовал, как ноги становятся ватными. Он схватился за край стола. — Гермиона... она меня убьет, — прошептал он. — Она скажет, что это не входило в наш стратегический план. Реддл негромко рассмеялся, притягивая Гарри к себе за талию. — К черту планы Грейнджер. У нас теперь есть свои. И первое, что мы сделаем — это найдем тебе нормального домовика, который будет готовить тебе драконью печень. Тебе нужно питаться за двоих Темных Лордов. В этот момент Гарри понял, что его жизнь как «Героя» официально закончена. И, честно говоря, глядя в горящие глаза Тома Реддла, он не слишком об этом жалел.