Ночной Бродяга

Водитель грузовика с ужасом уставился на болтавшуюся дверь, затем перевел взгляд на оборотня, растянувшегося на сиденье рядом с ним. Никита угрожающе зашипел на него, оскалив острые клыки. Его узкие кошачьи зрачки расширились, превратившись в два бездонных черных провала. — Нет! — тонким голосом пискнул водитель. — Не трогай меня! — Девушка в твоем фургоне?! — Нет, в заднем! Там, где едет профессор и его дочь! — Прегради ему дорогу! — прорычал Никита. Перепуганный шофер ударил по тормозам, грузовик резко замедлил ход и завилял на скользкой дороге. Секунду спустя с ним поравнялся трейлер Штерна. Его гигантский корпус заслонил свет встававшего над горами солнца. Две кабины оказались вплотную друг к другу, и в паре метров от себя Никита увидел профессора Штерна. Старик злобно расхохотался и направил ружье прямо на него. Парень тут же пригнулся и босой ногой вдавил педаль тормоза в пол. Грузовик резко сбавил ход и завилял на дороге. Грохнул выстрел. Пуля разнесла лобовое стекло, но ни Никита, ни водитель рядом с ним не пострадали. — За что?! — испуганно взвизгнул шофер. — Я же свой! Я же за вас! Владимир Штерн злобно что-то выкрикнул, но его слова потонули в реве двигателей. Трейлер тоже снизил скорость и вскоре оказался позади маленького грузовика, а затем на полной скорости врезался в него и с громким скрежетом потащил за собой по трассе. Грузовик развернуло на гололеде и швырнуло к краю обрыва. Шофер с истошным воплем вцепился в руль и, давя на тормоз, попытался остановить стремительное приближение к пропасти. Фургон Владимира Штерна слегка отстал, а затем с новой силой толкнул их сзади. Грузовик опять начало мотать из стороны в сторону. Штерн ударил вновь, и трейлер зацепился за грузовик. Два грузных монстра подлетели к краю обрыва, проломили ограждение, зависли на какое-то мгновение над пропастью, а затем ухнули вниз. С оглушительным грохотом они покатились вниз по каменистому склону, переворачиваясь и разваливаясь на части. Глубина обрыва оказалась относительно небольшой, около десяти метров, но этого хватило, чтобы оба грузовика превратились в груду искореженного металла. Когда падение закончилось, Никита, истекая кровью, выбрался из смятой кабины. При последнем перевороте он сильно ударился грудью о приборную панель и сейчас едва дышал. Он мельком взглянул на потерявшего сознание шофера и пополз по заснеженному склону к другому грузовику. Тот лежал на порядок ниже, метрах в пятнадцати от них. Его кузов был сплюснут в лепешку и прорван в нескольких местах. На камнях горело вытекающее топливо, клубы удушливого черного дыма постепенно расползались по округе. Из рваной дыры в фургоне вдруг показалась Ксения. Она наверняка была в шоке, но, по крайней мере, цела. Никита хотел позвать ее, но из его горла вырвался лишь тихий хрип. Ему все никак не удавалось отдышаться. Девушка выползла из грузовика и, покачиваясь, поднялась на ноги. Он протянул к ней когтистую руку и снова захрипел. Поняв, что она его не видит и не слышит, Никита бессильно застонал. Ксения выпрямилась и испуганно огляделась по сторонам, потом попыталась сделать шаг и едва не упала, поскользнувшись на обледеневших камнях. Вдруг чей-то темный силуэт мелькнул рядом с перевернутым грузовиком Штерна. Никита увидел точную копию Ксении. Только эта была с длинными, развевающимися на ветру волосами, с хищным выражением лица и с голодным блеском в глазах. Инга Штерн, выбравшись из разбитой кабины, дикой кошкой метнулась к ослабевшей девушке. С торжествующим воплем она кинулась на Ксению, вцепилась в ее волосы, запрокинула ей голову и впилась в шею зубами. Ксю испуганно вскрикнула, но ее голос заглушило громкое мяуканье дикой кошки. В следующий момент обеих окутало черным дымом от горящего грузовика. — Нет! — прохрипел Никита. — Нет… Он скатился по склону и из последних сил пополз к Ксении. Дыхание потихоньку восстанавливалось, но он не видел ее, не видел ничего вокруг. Слезы, мешаясь с кровью, застилали глаза. Когда он был уже рядом, до него донесся счастливый смех Инги Штерн. — Вот и все! — прокричала она. — Я приняла свое лекарство! Теперь мне гораздо лучше! — Инга! — послышался раздосадованный голос профессора. — Как… Как ты могла?! Что ты наделала, глупышка?! Она ведь уже не дышит… «Не дышит!» — отпечаталось в мозгу Никиты. — Она была нужна мне, чтобы вылечить тебя! — Я не больна! — истошно взвизгнула Инга. — Сколько можно повторять?! — Ладно-ладно, — успокаивающе сказал Штерн. — Сделанного не воротишь. Только не волнуйся! А теперь давай убираться отсюда… Сейчас прибудет полиция. Да и оборотень где-то неподалеку… Никита пополз к ним, шипя и царапая снежный наст когтями, не обращая внимания на боль и пронизывающий холод. Когда он приблизился, Штерна и его сумасшедшей дочери уже и след простыл. На окровавленном снегу лежала Ксения. Ее глаза были закрыты. Но Штерн ошибся. Она дышала. Слабо, но дышала… Сзади Никиты уже стоял Гордей и что-то говорил, но тот его не слышал, крепко прижимая к себе девушку. Глаза Никиты Легостаева были панически расширены, зрачки метались. Он понимал, что даже если вызвать скорую, они не успеют. Парня вернуло в реальность чьё-то мягкое прикосновение к его плечу. — Можно? Никита замер и обернулся. Прямо на него смотрела точная копия его Ксении. Но Инга ушла, да и она была в другой одежде… Неужели это… — Позволь мне помочь, — тихо произнесла девушка. — У нас мало времени. Рядом с ними встал Гордей, аккуратно отодвигая Никиту от девушки, но это удалось лишь на незначительное расстояние. Никита не ослаблял хватки, продолжая крепко удерживать Воропаеву. Третий клон с усталостью вздохнула и присела рядом с Никитой и Ксенией. Она приложила ладонь к телу девушки. Никита расширил глаза от удивления — раны начали затягиваться. Через пару-тройку минут клон отстиралась, и встав, покачнулась, её тут же придержал Гордей за локоть. — Она проспит пару часов, с ней будет всё хорошо. Никита сглотнул горький комок в горле и крепче прижал к себе Ксению так, что её голова легла ему на грудь. Сердце юного оборотня билось так, будто неровило выпрыгнуть из груди. В нем было слишком много чувств. Радость за то, что Ксения жива, растеряность от того, что сделала незнакомка, страх, непонимание, благодарность и многие другие. Но сейчас для Никиты в приоритете было лишь одно. Ксения жива. Большего ему не нужно.Его не беспокоили враги и прочие незначительные обстоятельства. Приоритетом являлось лишь благополучие этой девушки, возможность слышать её сердцебиение и смех, видеть её улыбку, обмениваться шутливыми репликами, ощущать её объятия и прикосновения. Это было единственным желанием Никиты Легостаева. Однако его внимание привлек еще один аспект. Молодой человек поднял взгляд на свою утомленную спасительницу: — Кто ты? — Татьяна Пожарская. — слабо улыбнулась девушка. — Кстати, твоя сестра так-же в полном порядке, можешь не переживать. Никита смотрел на третьего клона Инги во все глаза. Марина? Боже, да у него куча вопросов к этой девушке! Но тут голос подал Гордей, который уже бросал взгляды в сторону своей машины. — Ребят, нам бы следовало убраться. Никита утвердительно кивнул, крепче прижимая к себе Ксению, дыхание которой теперь было ровным. В этот момент оборотень испытывал глубокое желание плакать и крепко обнимать её, ощущая её жизненную силу и убеждаясь в её благополучии. Однако текущая ситуация требовала иного. Гордей был прав — необходимо было незамедлительно покинуть это место. Никита поднялся, легко удерживая Воропаеву на руках, и вся троица быстрым шагом направилась к автомобилю Гордея. — У меня к тебе вопросы. — Никита покосился на Татьяну, на что та только мягко вздохнула. — Я понимаю. Никита тяжело вздохнул, укладывая Ксению в автомобиль. В глазах защипало, но он взял себя в руки. Она жива. И это главное. — Думаю, пришло время начать рассказывать, — мрачно усмехнулся Никита, чем вызвал аналогичную усмешку у Татьяны. — Настырный…

***

Никита сидел на кровати и ждал, пока Ксения проснётся. Он поговорил с Татьяной, снова поблагодарил её за спасение девушки, после чего ушёл, забрав Ксению к себе домой, где сегодня никого не было. Оборотень все еще находился под впечатлением от произошедшего. Он не мог до конца осознать случившееся, поэтому постоянно сжимал руку Воропаевой, прислушиваясь к биению ее сердца, что помогало ему обрести спокойствие и расслабиться. Однако уже через несколько минут Никита вновь внимательно прислушивался к состоянию девушки. Никита нежно поглаживал каштановые волосы девушки, внимательно вглядываясь в её бледное лицо. Прошло три часа, и Легостаев уже сменил одежду, теперь он сидел в серой толстовке и тёмных брюках. Ксения, чья одежда была порвана местами, была заботливо укрыта пледом для тепла и комфорта. Оборотень прижался лбом к ладони любимой, когда её пальцы слегка дрогнули. — Никит? Никита поднял голову, а девушка начала громко кашлять, на что ей сразу подали стакан воды. Отпив немного, Ксения снова посмотрела на Легостаева, слабо улыбнувшись. — Мы справились? Никита сел рядом и крепко обнял Воропаеву, будто боясь, что её снова заберут, а Татьяна не успеет спасти… Ксю прижалась к Никите, мягко коснулась ладонью его затылка, после чего прошептала: — Всё будет хорошо. Я рядом, Ночной Бродяга…