Книга 1:Чарли Блек

Путь на север лежал через места, которые картографы Волшебной страны давно перестали наносить на карты. Земли Беспамятства начинались там, где заканчивался последний росток сочной травы и начиналась серая, крошащаяся под ногами пыль. Здесь даже само время казалось изношенным, как старая ткань, готовая порваться в любой момент. Чарли Блек шел уже четвертые сутки. Его единственным спутником был ледяной ветер, который не просто обжигал лицо, а будто пытался выдуть из головы все мысли. Этот ветер не имел запаха леса или моря — он пах пустотой. В кармане плаща Чарли сжимал старый амулет. Металл был холодным, но иногда он начинал пульсировать, отзываясь на присутствие магии Арис. Каждое такое мгновение отдавалось в голове Чарли вспышкой боли. Он вспоминал её уроки. Вспоминал, как она учила его, что память — это самая слабая часть человеческого существа.«Забудь то, что тебя ранит, Чарли, и ты станешь непобедимым», — шептала она когда-то. Теперь он понимал: она не лечила его раны, она вырезала части его души. Небо над Землями Беспамятства было цвета застывшего свинца. Ни солнца, ни звезд. Путник здесь легко мог сойти с ума, забыв, куда он идет и как его зовут. Чарли постоянно повторял про себя: «Меня зовут Чарли Блек. Я моряк. Я ищу Арис». Эти слова были его единственным якорем в океане забвения. К вечеру пятого дня на горизонте показались очертания деревни. Это не были уютные домики Жевунов. Это были покосившиеся лачуги из серого камня и костей огромных животных, которых уже не встретишь в живой природе. Деревня стояла на самой кромке Великого Провала — места, где мир просто заканчивался черной бездной. В центре деревни горел костер. Пламя было странного, белого цвета. Оно не давало тепла, но светилось ярко, прорезая серые сумерки. У костра сидела старуха, закутанная в лохмотья, которые когда-то, возможно, были богатым шелком. Её лицо было таким морщинистым, что казалось вырезанным из коры мертвого дерева. Чарли подошел к огню. Его тень, длинная и изломанная, легла на пепел.— Арис? — его голос прозвучал хрипло, как скрип несмазанных петель. — Ты ищешь ту, кто была изгнана из времени? Старуха не вздрогнула. Она медленно подняла веки. Её глаза были абсолютно белыми — без зрачков, без радужки. В них отражалось только холодное белое пламя.— Это имя давно не звучало здесь, — прошамкала она. — Оно стало пеплом еще до того, как ты научился дышать, моряк. Арис… Колдунья-забвение. Она не просто ушла. Она вычеркнула себя из каждой книги, из каждой памяти. Она протянула костлявую руку к костру и подбросила в него горсть серой пыли. Пламя взметнулось вверх.— Ты рискуешь не только жизнью, Чарли Блек, — старуха закрыла глаза, и её голос вдруг стал звучать в самой голове Чарли, перекрывая свист ветра. — Ты рискуешь собой. Чем ближе ты к ней, тем меньше от тебя остается. Ты забудешь вкус воды, ты забудешь цвет глаз своей королевы, ты забудешь боль от своих шрамов. А когда ты найдешь её — останется ли в твоем теле хоть кто-то, кто сможет поднять меч? Чарли сжал амулет так сильно, что острые края впились в ладонь. Боль была ему нужна. Боль доказывала, что он всё еще здесь.— Мне не нужно помнить всё, — отрезал он. — Мне нужно помнить только одну вещь: её нужно остановить. Где она? Старуха указала пальцем в сторону бездны.— Там, где вчера встречается с никогда. В замке, построенном из утраченных секунд. Но помни, Чарли: она ждет тебя. Она всегда знала, что её лучший ученик придет завершить последний урок.