stay with me

- Так и будешь молчать? - Дмитриев сказал это чересчур резко, чего сам от себя не ожидал. Вероятность того, что Кай его обсмеёт и съебется маловероятна, но не равна нулю. Злиться на свои мысли довольно несправедливо, но с этим Сережа ничего поделать не мог.  - Нет, просто… - Дима не находил слов. Все они казались лишними - он все равно не сможет описать, то что видит перед собой.  Ицков мог только смотреть на то, как бирюзовые пряди подсвечивают бледное от недосыпа лицо, и как они идеально вписываются в сегодняшний образ. Черная зипка адидас, чересчур облегающая, и такие же штаны от баленсы. Он и не замечал, что Дмитриев такой худой. Честно, не хватает только очков и дымящейся сигареты в зубах для пафоса, и это спокойно можно ставить на обложку какого-нибудь Vogue.  - Что, совсем все плохо? - Сережа выдавил из себя смешок, который прозвучал скорее натянуто и горько. Выглядеть жалким перед Каем хотелось в последнюю очередь. Ну и на кой чёрт он покрасился в такой цвет? - Нет, нет, - Дима наконец отвлекся от разглядывания Сережи - ты очень красивый. Это вылетело раньше, чем он успел подумать. Осознание ударило в ту же секунду, и глаза испуганно забегали по сторонам, иногда цепляясь за лицо Дмитриева, которое выражало непонимание. - Я в смысле… волосы красивые, тебе идет, - Ицков чувствовал, как сбиваются мысли, лишая возможности связать банальное предложение. Блять, что он несет. Он только что сказал, что Сережа красивый. Прямо в лоб. Нет, бесспорно, это была правда. Каждый мог подтвердить внешнюю привлекательность Дмитриева, а любого, кто говорит обратное Дима положил бы спать, но самому признаться об этом вслух… это другое.   - Реально? - в глазах промелькнула почти детская надежда. Он всматривался в лицо напротив, пытаясь разглядеть хоть малейший признак лжи или насмешки, но его не было. Наоборот, он смотрел как-то удивленно и восторженно одновременно, и сомнения сами начинали уходить.   - Да…  - Дмитриев лишь тихо выдохнул на этот ответ.  - По твоей реакции думал, что все хуево, - Сережа смущенно улыбнулся и запустил руку в копну ярких волос. Ицков все бы отдал, чтобы сделать также. Взгляд метался по лицу, задерживаясь на то голубой макушке, то на таких же лазурных глазах, которые в сумерках казались особенно глубокими. И что странно, его совершенно не волновало, что он неприлично долго разглядывает Сережу, который под таким тяжелым напором уже стушевался. Если бы он правда понял, о чем Дима думает на самом деле, то оборвал бы с ним всё связи в это же мгновение.  Ицкову скинули геопозицию и он уже вел их к месту назначения. В воздухе повисла непонятно откуда взявшаяся неловкость, и чтобы разбавить это молчание, Дима пересилил себя и все же заговорил.   - А ты чего так внезапно решил покраситься? - вопрос прозвучал обыденно, но ему и правда был интересен мотив всего этого. Сережа вроде и без голубых волос выделялся.  - Хз, хотел нового чего-то, - Майс пожал плечами в ответ. Ицков едва заметно повернул голову вбок. Огромных усилий стоило не смотреть на рядом идущего парня, ведь оторваться от Сережи было невозможно. - Вот поэкспериментировал, как видишь.   - Нууу, могу сказать, что очень удачно, - Сережа ничего не ответил, только повернулся лицом к Диме и мило улыбнулся, сверкая глазами. Ицков в ответ растянул уголки губ. Без спасибо было видно, что ему приятно это слышать.  Обстановка заметно смягчилась, так что в конце пути уже слышались смешки. Они зашли в открытый настеж подъезд, который вонял смесью табака и травы, и поднялись на нужный этаж. Райончик тут что надо, конечно. Хотя на большее он не надеелся.  Входная дверь, как ни странно, тоже была открыта, и громкие голоса встречали их с порога. Ребята быстро разделись и залетели в комнату, как родные, попутно пожимая руки всем присутствующим.  По квартире было видно, что съемная. Она больше походила на притон, чем на место проживания. Так и оказалось. Знакомый Кулика арендовал ее на неделю для курительного марафона, в котором они по удаче приняли участие.  Пока Сережа отошел в уборную, на низком зашарпанном столе перед теликом уже закручивали косяк для нетерпеливого Траутвейна. Ицков поймал себя на мысли, что и сам не против раскурить. Но ему пока никто не предлагал, а самому навязываться как-то… неловко чтоли.   - Бля, хату мне не разъебите только - на что рассчитывал хозяин квартиры, впуская в нее Сашу, Дима в душе не ебал. Оставалось только надеется, что их не вышвырнут на улицу через пару часов, когда Траутвейн выпьет всё, что сможет в себя залить.  - Мне кажется владельцев это не особо ебет, -  и это было чистейшей правдой - в такие квартиры заселялись либо наркоманы, либо школьники под новогодние праздники. - Вон, смотри, - Саша ткнул пальцем в стену покрытую черными следами от потушенных сигарет - Это пиздец, братан, - он уже еле сдерживал рвущийся наружу смех.  Хозяин квартиры, чье имя Ицков так и не узнал, нахмурился, сведя брови к переносице, и смерил Сашу тяжелым, недовольным взглядом.   - Да ладно тебе, - он бесцеремонно хлопнул того по плечу, ничуть не смутившись - не парься, в норме все будет.  Траутвейн подхватил блант со стола и чиркнул зажигалкой, пытаясь прикурить. Дима внимательно следил за каждым его движением, за тем, как сигарета поджигается и тлеет между зубов, как дым с шумным, глубоким вдохом попадаем к нему в легкие и как тот, выдыхая, поворачивается прямо к нему.  - Будешь? - он протянул косяк, почти касаясь Диминых рук. Отказывать невежливо, так ведь? Ицков принял предложение, и вскоре самокрутка потихоньку пошла по всему кругу присутствующих.

***

 - Димас, принеси пивка еще, - заплетавшимся языком просил Саша. Добавки и правда не помешает.   - Сейчас, - коротко отозвался Ицков и метнулся на кухню за новой порцией алкоголя, которая сейчас казалась жизненно необходимой.  Он вошел в проем кухни, где в полумраке виднелся неподвижный силуэт. Нащупал выключатель и щелкнул, вспыхнувший свет мигом показал того, кто сидит за столом.   - О, Катя? Привет, - последнюю кого Дима ожидал тут увидеть, так это ее - ты давно тут?   - Нет, только пришла, - она смотрела чуть исподлобья, и этот взгляд прожигал Диму насквозь, пока тот возился у холодильника, доставая бутылки.   - А чего одна? - спросил он и тут же замялся. Они не были особо близки, поэтому разговор казался натужным и лишним. Лезть с расспросами было неловко, но разбавить тишину казалось само собой разумеющимся. Сейчас она была будто другой, не такой как на квартире - исчезла привычная легкость и развязность, сменившись четкой, почти холодной сдержанностью. Он бы даже сказал, хищностью, но оскорблять женщин не любит. Это можно считать за оскорбление вообще?  - Я не одна, - она улыбнулась в одну сторону и стряхнула пепел с сигареты - с Никитой пришла.   - А, понял, - в дела Никиты не особо хотелось лезть. И видимо к его новой девчонке тоже. Дима уже хотел уйти, как вдруг она его окликнула.  - Погоди, - Ицков без слов взглянул на нее с вопросом - ты ведь с другом пришел? Сережа, да?   - Ну да, - Дима действительно не понимал к чему она это спрашивала. Они вроде всегда вместе.   - Может нас познакомишь? - она жалобно, как может только просящая девушка, посмотрела на него - Мы ведь в одной компании, а я его не знаю даже.  От этих слов Диму пробило на ревность. И на обиду за давнего друга. Хотя с другой стороны… Ему ведь ничего не стоит их познакомить? Просто узнают друг друга. Сереже на таких все равно похуй.   - Ладно, пойдем, - он нехотя поплелся в сторону прокуренной спальни, где Сережа с Траутвейном забивали еще один косяк.   - Спасибо, - она осветила Ицкова своей благодарной улыбкой. Дима надеялся, что она была хотябы искренней. Что-то в этой Кате отталкивало, но он не понимал в полной мере что. Будто за всеми просьбами есть какая-то цель, ту которую он не узнает, даже если сильно постарается.

***

Ицков сидел в тускло освещенной гостиной и смеялся с Никитой над его тупыми шутками, хотя они даже не нужны были, чтобы смеяться. Сейчас ему было весело просто потому что. Потому что он в большой компании, его вплотную прижимают чужие тела, которые были самыми близкими и родными, а алкоголь с травой растекались по организму приятной сладкой патокой. Но чего-то не хватало, самого главного, и он не поворачивая головы, ведь шевелиться не хотелось вообще, очертил всю комнату.  Было хорошо до безумия. Хотелось просто расплыться по дивану как таявший снег, слипнутся с ним, впитаться полностью, наблюдая за всем происходящим со стороны. Весь смех раздавался эхом в его голове, или это просто квартира была настолько пустой, что все услышанное становилось громче в три раза. Ицков точно не знал, но был уверен, что тот косяк - явно лишний. Но Дима ведь в завязке, он молодец - не употреблять тяжелую наркоту 3 года это сильно. Однако иногда старая зависимость все же тянула раскурить блант - всего лишь один. В большой компании, среди друзей, со старыми знакомыми - неважно где, главное, что немного. Не так как раньше.  Он смутно помнил то время. Но каждый раз, когда снились кошмары, воспоминания накрывали с головой. Сейчас все изменилось - это больше походило на старую привычку, чем на настоящую потребность в эйфории, которая преследовала раньше. Ведь свой наркотик у него уже был. Другой ему не нужен.  Не обнаружив того, кого он так сильно искал глазами, Дима нашел в себе силы подняться с дивана. Хотелось заразить Сережу такой же радостью, таким же счастьем, которое Ицков чувствовал сейчас на кончиках пальцев.  Он бегал по всей квартире с улыбкой, как умалишенный, пытаясь отыскать парня. И нашел. Как только случайно открыл дверь в спальню.  Дмитриев сидел на краю кровати, раскинув руки по обе стороны от себя, а на нем восседала причина всех будущих загонов и страданий Кая. Она рукой тянулась к его лицу, а другую спускала ниже, ведя по ребрам. По лицу Сережи и не скажешь, что против.  Дима не смог проронить ни слова, просто застыл, стоя у открытой двери. Даже не понял, когда его присутствие успели заметить, но глаза Дмитриева распахнулись в удивлении, а брови вскинулись к самой челке.   - Дима? Ицков быстро развернулся и захлопнул дверь, сделав это слишком громко. За закрытой дверью послышался приглушенный голос Сережи и засуетившаяся Катя.  - Дим, постой… Кай уже не слышал, о чем говорил Дмитриев. Он быстро зашагал к вешалке, рывком сорвал кожаную куртку, и вылетел из квартиры, не понимая в полной мере куда он вообще направляется.  Оказавшись на ночной улице, Ицков прибавил шагу, почти переходя на бег. Холодный воздух не освежал, только обжигал легкие, заставляя их ныть при каждом вдохе. Ноги вели сами, главное подальше от увиденного, подальше от Сережи, но разве бег поможет стереть его из памяти? Телефон завибрировал. Старший затормозил, по инерции доставая его.   9mice, 00:17 «димтчка» Прочитал. От такого прозвища сердце пробило удар, и в горле образовался ком. Но отвечать на это он не собирался даже под дулом пистолета. Экран блокировки не гас. Через пару секунд телефон снова завибрировал и посыпались новые сообщения.  9mice, 00:17 «давай поговорм пожалуцста» «это не то, чем казалось»  Дима сжимал телефон до боли в костяшках. Пф, да да. Какая же это угарная клишёная хуета, которую даже в дешевом кино лет десять не используют, но какая сука правдивая. И как же она передает всю суть происходящего.  kai4angel, 00:18 «да я понял»  «мне ничего объяснять не нужно»  В душе свозила обида, заставляющая чувствовать себя преданным, будто его променяли на лучший вариант, как какую-то вещь. Хотелось разрыдаться, впасть в истерику, если бы хоть одна слеза могла сейчас выпасть с его глаз. Хоть одна. Но нет. Слез не было. Ощущение, что у него забрали всё чем он жил, и при этом вычерпали все его внутренности, как из баночки с мороженным, не покидало. Легкие словно сжали цепями с острыми звеньями, которое так и впивались в клеточку каждого нерва, пульсируя и царапая изнутри. 9mice, 00:18 «дим нет ты не понял» «подойди прошу поговлрим»  Глаза с трудом читали написанный текст. Нет, не потому что он хуево написан, а потому что слезы всё же решили выступить. Дрожащими пальцами набирает ответ. kai4angel, 00:19 «зачем?» Он и правда не понимал причины оправданий. Дима ведь не долбаеб, чтобы отрицать очевидное. Зачем тратить слова, зачем врать, если всё было сказано там в спальне?  9mice, 00:19 «потому что это хуйня все» «она сама залезла я ее еле скинул блять»  kai4angel, 00:20 «не пизди»  9mice, 00:21 «подойди пожалуйста»  «я теья жду внизу»  Верить Сереже не хотелось, но Ицкову приходится вестись. Кай разворачивается и идет прямиком к подъезду, где в тусклом свете уличного фонаря его уже дожидался Дмитриев.  - У тебя нога трясется, нервяк чтоли? - начал сразу с агрессивного, не давая и шанса Сереже раскрыть рот. Сейчас абсолютно похуй, какой истеричкой он кажется со стороны. Единственное чего он не хотел, так это покорно слушать глупые оправдания Майса.   - А тебя ебет сильно? - по привычке огрызнулся Дмитриев. Слова вылетают на автомате, прежде чем он успел сообразить, что вообще-то вышел извиняться. Хотя сейчас это больше похоже на забив, чем на спокойное примирение.  Ицков показательно громко цыкнул. Это была последняя капля его терпения.  - Да пошел ты нахуй, - почти выплевывая слова и чувствуя как все внутри обрывается, он развернулся и пошел от него быстрым шагом - чтоб я еще раз пришел блять.  - Дим, стой - Сережа догнал и схватил за руку, развернув на себя. Он держал так крепко, что запястье начинало ныть.  - Прости.   - Отпусти меня, -  голос Димы надломился. Он уже не мог сдерживать вырывающихся от обиды слез и резко дернулся, пытаясь освободить руку, но Дмитриев мгновенно перехватил обе, цепляясь с большей силой, так что вырваться было невозможно.   - Не отпущу, пока не выслушаешь, - его голос заметно дрожал, хотя в хватке не было и доли слабины. Кай уже не видел смысла сопротивляться, все силы просто испарились, оставив лишь звенящую пустоту в голове. Он обмяк, позволяя рукам бессильно висеть в чужих, и отвел взгляд, не желая видеть Сережино лицо и его взволнованные глаза. - Дим, ничего не было, честно.  - Мне похуй, - но голос все равно предавал.   - По твоему поведению не скажешь, - тихо отозвался Дмитриев. Где-то внутри Сереже льстила такая реакция Ицкова. Но показывать он этого не собирался ни в коем разе. Кай еще больше разозлиться и съебёт.  - Я клянусь, мне она нахуй не сдалась, - его тон стал заметно мягче. Сережа всем своим видом, каждым движением пытался показать настолько Дима ему важен. Хотелось развеять даже мысль о ком-то другом. - Ты серьезно думаешь, что это я к ней полез? Я ее впервые вижу, блять.  Эти слова успокоили Ицкова. Гнев и обида отступали, сменяясь уже изматывающей задумчивостью. В словах Дмитриева и правда был смыл - они впервые виделись, да и Сережа вряд ли бы полез первый, учитывая это. Мысль о том, что он действительно не хотел, что его не предавали намеренно, принесла мимолетное облегчение.   - Иди сюда, - младший не стал ждать разрешения и притянул Диму ближе к себе, заключив в тесные объятия. Тот в ответ лишь рвано, со всхлипом выдохнул, чувствуя как остатки сопротивления покидают окончательно. Он устало уронил голову на плечо, даже стоять сейчас казалось непосильной ношей - но он держался, потому что его держал Дмитриев.  Сережа сжимал крепко, будто боялся отпустить, увеличить расстояние хоть на миллиметр, с жадностью впитывая каждый нервный выдох Ицкова, пока имеет на это право. Он понимал - если сцепит руки чуть сильнее, на теле Димы обязательно останутся синяки. Почему-то эта мысль совершенно не смущала, только выводила его прижимать чужое тело к себе с большим напором.  Объятия затянулись, становясь до неприличия долгими. В этой вязкой, едва ощутимой тишине никто не спешил разрывать контакт. Дима окончательно расслабился, сцепив руки на спине, и навалился практически всем своим весом - ноги уже давно не слушались, подкашиваясь, но он старательно держался. Выпитый алкоголь всё еще не хотел отпускать. Дмитриев в ответ легко поглаживал его по плечу, пару раз порывался запустить руку в черные пряди, но тут же замирал, не решаясь позволить себе такую дерзость. Боялся спугнуть этот момент. До ужаса не хотелось расцепляться - Сережа простоял бы так всю ночь, если бы не почувствовал, что хватка на нем слабеет и Дима постепенно отстраняется.   - Пойдем домой? - непривычно громко слышится после долгого молчания.   - Пойдем - глухо отозвался Сережа.