Арсений и Дон

Антон Шастун — босс мафии, которого боятся многие. Под его властью несколько крупных компаний в городе. Сейчас в его кабинете сидел подчинённый, Александр Шульгин, которого босс недавно отмазал от суда. Сабмиссив Александра сидел на коленях, внизу в холле, где ему приказал оставаться Шульгин. На его руках виднелись отметины от наручников. Он всю жизнь мечтал о хорошем доминанте, но вскоре понял, что ему этого не дано. В 16 лет его поймали для продажи на аукцион, на котором его выкупил Шульгин за немалую сумму. ~~~~~ — Шлюха, почему ты спишь на диване? Кто тебе разрешал? — кричал господин сабмиссива. — Простите, хозяин, было холодно...— начал было оправдываться Попов, как его грубо прервали. — А меня это не ебёт! Твоё место на полу рядом со мной! Всегда, даже ночью! Если я куда-то иду, то ты? — Иду с Вами, даже если мне это не нравится.— грустно вздохнув, произнёс брюнет — Правильно. А теперь принеси мне хлыст и к стене. — Хозяин, пожалуйста... Не надо, умоляю Вас, пощадите...— чуть ли не плача произнёс Арсений. На нём и так почти не было живого места, а хозяин пожелал его выпороть. — Нет. Живо выполнять! После этого дня Арсений сломался окончательно. ~~~~~ — Шульгин! Ты опять нарушил правила. Почему я опять должен вытаскивать из передряги?— ругался Шастун на своего подчинённого. — Извините, Антон Андреевич... — Одними извинениями не отделаешься. Подписывай.— Шастун протянул Александру документ. — Антон Андреевич... Это же... Документ о передаче сабмиссива... Я же его не за дёшево купил! Не буду я за бесплатно его отдавать! — А то я не знаю, Шульгин. Подписывай, иначе я больше тебя покрывать не буду. Александр взял ручку и поставил свою подпись. Антон ухмыльнулся. Ему давно приглянулся Попов. На светских вечерах, Арсений ходил рядом с Шульгиным и всегда выглядел великолепно, пока как-то раз у него не смазался тональник и не стало видно синяки на нём. Тогда Антон решил, что должен забрать Попова себе и заботиться о нём. — А теперь идём. Я знаю, что Арсений тоже тут. Ты его всегда с собой берёшь. Они вышли. Антон нёс в руке договор. А озлобленный Шульгин нёс остатки своей гордости. Они подошли к Попову. Тот сразу выпрямился, увидев сразу двух доминантов. Он знал, что если поприветствует их неправильно, то дома хозяин накажет его по всей жестокости. — Он Ваш, Антон Андреевич.— схватив Арсения за волосы, от чего нижний всхлипнул от боли, он кинул сабмиссива к ногам босса. — А теперь пошёл вон, Шульгин. Об остальном сообщу позже.— Александр в ярости вышел из здания и захлопнул за собой дверь так, что содрогнулись здание. — Вставай, Арсений. — попросил Антон, и Попов тут же выполнил просьбу.— Идём.— Антон направился в свой кабинет, а Арсений за ним. По пути Антон написал Сергею, своему помощнику и другу. Шаст: Принеси чай и булочку какую-нибудь. Серый: Окей, босс. В течение пяти минут всё будет у Вас на столе. Антон с Арсением зашли в кабинет. Шастун сел за рабочий стол, а Попов сел перед ним на колени. — Арсений, сядь на стул, пожалуйста. У нас с тобой не сессия, поэтому, будь добр, сядь на стул. В глазах Попова мелькнул испуг, но он исполнил просьбу. Антон, заметив замешательство, подошёл к Арсению и присел напротив. От этого действия Арсений выручил глаза. Он думал, что доминанты не опускаются на колени перед сабмиссивами, тем более такими, как он. — Эй, всё хорошо?— обеспокоенно спросил Шастун, на что Арсений кивнул.— Ты можешь говорить. Я не кусаюсь. Точнее кусаюсь, но не в таких обстоятельствах. Тебе страшно? Почему? — Кто Вы? — Тебе Шульгин ничего не рассказывал? — Нет... — Я Антон Шастун, мне 24 и я продолжил дело отца. Пост главы мафии. — Почему Вы разрешили мне сесть на стул? — А тебе разве Шульгин запрещал?— удивился Дон. — Я мог находится только на полу... — Урод...— Возмутившись таким ходом вещей, высказался Шастун. — Извините, эм... Как к Вам обращаться? — Тише... Я не про тебя, а про твоего бывшего доминанта. Антон. Для тебя я - просто Антон. Вдруг, в дверь постучались и открыли её. Арсений чуть вздрогнул. В кабинет вошёл Сергей, поставил заказ босса на стол и вышел. — Кто это был? — Это Серёжа Матвиенко. Моя правая рука. Одного возраста с тобой. — Зайчик... — Что? — Его папу не Борис случайно звали? — Да, вы знакомы? — В садике с ним были в одной группе: я - гриб, а он - зайчик. И когда кто-то баловался, он всегда говорил: "Я скажу об этом папе и он скажет другу. И придёт за Вами дядя Андрей." — Серьёзно? Вас Серёжа моим папой пугал?— Антон посмеялся над комичностью ситуации.— Пей чай. Вернёмся к вопросу о твоём положении? — Да... — Странный вопрос, почему, ты сидишь на стуле. Это твоё ПРАВО сидеть где ты захочешь, если это не в рамках сессии. На сессии же сабмиссив выполняет то, что ему приказывает доминант. Но! У доминанта тоже руки связаны. Чем? Твоими табу. Он не может делать то, что у тебя в жёлтой или красной зоне. — Спасибо... — Всё, успокоился?— нежно спросил Шастун. — Да. Спасибо Антон... ~~Прошло три года, во время которых Арсений посещал психолога, а Антон дарил ему заботу и любовь~~ — Арсюш, любимый мой... Как дела? — Антош! Всё хорошо, но без тебя скучно... Я... Я игрался немного... Пальчиками и игрушкой.— смущённо признался Попов. — Ты по попе захотел?— спросил Шастун, внимательно смотря на сабмиссива. В глазах того сверкнул похотливый огонёк. Антон потянул на себя Арсения. Их тела соприкоснулись сквозь одежду. Антон был в костюме двойке, а Арсений в Антоновой футболке. Он наклонился и, обняв Арсения, поцеловал его. — Знаешь чего я ещё хочу, Мой Дон?— Шастун отрицательно покачал головой.— Я хочу встать перед тобой на колени, чтобы ты приказывал мне, а я беспрекословно тебя слушался, исполнял всё, что пожелаешь, любой твой приказ... Ты бы мог меня выпороть, оставив на моей попе красные следы... Мммм... Или я бы мог снять с тебя брюки и отсосать тебе, хочешь? — Идём... Тебя ждёт приятная ночь... ~~~~~ — Антооон....— стонал Арсений подставляясь под шлепки... Мысленно он уже досчитал до сорока. Несколько ударов спустя, Шастун положил ремень на диван и начал отлаживать алые ягодицы сабмиссива.— Блядский Боже... Антон... Это было прекрасно. Только... Поцелуй меня... Пожалуйста, Мой Дон. Антон прикоснулся к его губам и они слились в странном поцелуе, через который старались полностью выразить свои чувства друг к другу. — Я люблю тебя, мой Дон, который научил меня любить и показал мне, что значит быть любимым... — И я тебя люблю, Арсюш. Мой самый искренний и любимый. Вновь слившись в поцелуе, Антон обнял Арсения и вскоре они погрузились в Царство Морфея.