Всё началось с желания укусить

Получать эстетическое удовольствие от созерцания красоты человеческого тела — это не преступление. Люди в музей ходят для того, чтобы посмотреть на каменные мышцы Давида. Так что нет, совершенно ничего такого в том, чтобы не отводить взгляд от своего хёна, когда тот разгуливает в полуголом виде по квартире. Или замирать на полуслове во время созвона с лучшим другом по видеосвязи, когда этот самый хён заходит на кухню без футболки. Минхо просто делал паузу, чтобы насладиться прекрасным видом. — Привет, Чанни-хён! — ехидно прозвучал из динамика ноутбука голос Джисона. Чан замер и наклонил голову набок. На лице появилось озадаченное выражение, что вкупе с его голым торсом создавало убийственную комбинацию. Почему на кухне внезапно стало так жарко? Какой умник выкрутил термостат на максимум? Минхо чуть отодвинул в сторону ворот своей футболки, надеясь, что это хоть немного поможет остыть. Но всё было напрасно, потому что жар вернулся, когда Чан наклонился, чтобы заглянуть в экран. Минхо шумно сглотнул. Голая грудь старшего почти касалась его спины. — Как ты узнал, что я тут? — удивлённо протянул Чан, помахав рукой в экран. Джисон быстро стрельнул глазами в сторону Минхо, и сразу после подмигнул Чану. — Скажем так, я экстрасенс. Чан радостно рассмеялся, наклоняясь вперёд. Его грудь всё же коснулась спины Минхо. В лёгких подозрительно быстро закончился воздух. — Надеюсь, твои магические способности помогают тебе в выживании в США, — Чан поставил руку на стол, и всё внимание Минхо теперь было приковано к ней, — как твоё обучение по обмену, бро? По ту сторону экрана Хан откинулся назад, громко ругаясь. — Это ад, хён! Худшие три месяца в моей жизни! Я думал, что знаю английский, но зачем они говорят на лекциях так быстро?! Если бы не Феликс, я бы совсем тут помер. Как хорошо, что он тоже поехал! — Ещё бы он не поехал, — промычал себе под нос Минхо. У Феликса и Джисона уже пару месяцев продолжалась забавная игра: «Ха-ха, он очевидно мне нравится, но я боюсь признаться, потому что это может разрушить нашу дружбу, Минхо-хён!» — и это цитата. Потому что они оба сказали это Минхо с разницей в три часа. Поэтому, когда Хан подался на программу обучения по обмену в Америке, Феликс написал заявку на перевод на другую специальность, закрыл академическую разницу по предметам и подал заявку на ту же программу, что и Хан. У него ушло на это ровно две недели. Сила любви иногда поражала Минхо. Ровно до тех пор, пока у него не заканчивались силы на мысленную активность, когда взгляд натыкался на руки Чана. Потому что какое право он вообще имел расхаживать по их кухне с такими руками. Опираться ладонью о столешницу, растопыривая свои длинные пальцы. Напрягая бицепс, который так вкусно выглядел. Во рту скапливалась слюна. Минхо никогда не был в мишленовском ресторане, но если блюда там не выглядят также вкусно, то это пустая трата времени. — …и они ложатся на кровать в обуви, хён! В обуви! Моя бабуля бы избила меня тапком, если бы я хотя бы шаг в уличной обуви сделал дальше прихожей! — продолжал жаловаться на свои злоключения в США Джисон. — За такое мне бы Минхо тоже голову откусил, — согласился Чан, быстро кивая. Откусил? Это вряд ли. Он слишком заботился о своих зубах, чтобы проворачивать такое. Но вот укусить он бы мог. Взгляд Минхо упал на бицепс. Совсем рядом. Ему надо было всего лишь немного повернуть голову, и… — Ай! Минхо?! Минхо сдался. Он больше не видел смысла в том, чтобы держать себя в руках. Зубы впились в мягкую кожу. На языке Минхо почувствовал приятный терпкий привкус чужой кожи. — Ликси! Минхо-хён, окончательно ёбнулся! — закричал Джисон по ту сторону экрана. — Он укусил хёна!.. Да, конечно, я сделал скрин, кто я по-твоему? Минхо надеялся, что ему потом скинут это фото. Он распечатает его, вставит в самую красивую рамку и поставит на тумбочку рядом с кроватью. Чтобы засыпать, глядя на самый счастливый момент в своей жизни. Зубы начали немного побаливать от напряжения, так что Минхо немного их разжал, чтобы передохнуть. Чан в этот момент попытался выдернуть руку из хватки Минхо. Но кто сказал, что ему кто-то это разрешал? Новый укус был встречен тихим стоном, слетевшим с губ Чана. — Ликси! Сынмо должен мне денег! Чанни-хён покраснел, когда Минхо-хён укусил его во второй раз!.. Конечно, я это смотрю, Ликс! Бесплатный материал для шантажа! — Ой, связь прерывается, — прохрипел голос Чана над ухом, а следом недовольный визг Джисона был прерван хлопком крышки ноутбука. В кухне повисла тишина, которую прерывали тяжелые вдохи Чана над ухом. — Мин? Мама учила Минхо не говорить с набитым ртом, так что он ничего не ответил. — Может… прекратишь меня кусать? — осторожно предложил Чан. Очень разумно. Минхо каждый раз поражался, как его хён сохранял самообладание в любой ситуации. Ему стоит курсы вести. Минхо разжал зубы. Рука быстро исчезла из зоны досягаемости, а Чан отошёл от Минхо на два шага. На тех местах, где Минхо кусал Чана были видны яркие следы от укусов. Довольная улыбка сама собой расцвела на его лице Минхо. Наверное так себя чувствуют люди, когда исполняются их заветные мечты. — Иногда я задаюсь вопросом, что творится в твоей голове, но потом я просто сдаюсь, — рассмеялся Чан, массируя то место, где в него впивались зубы Минхо. — Я думал приготовить панкейки… Голос Чана слился для Минхо в приятную мелодию. Он слышал звук голоса своего старшего, но не мог разобрать ни слова. Сегодня во рту у него не было ни капли алкоголя. Но голова кружилась от взгляда на два красных следа на руке хёна. Он не мог ни о чём думать, пока они были в поле зрения. Наваждение спало, только когда Чан повернулся спиной к Минхо, смешивая тесто для панкейков. Нет ничего такого в том, чтобы наслаждаться видом красивой широкой мужской спины. Люди платят огромные деньги, чтобы смотреть на такие спины в стриптиз-клубах. Но Минхо повезло. Он снял квартиру вместе с Чаном в прошлом году и с тех пор его жизнь преобразилась. Он стал меньше ходить в клубы. Раньше он искал там парней, с которыми мог бы провести ночь и разойтись, но с тех пор, как он начал засыпать через стенку от своего лучшего друга, ему это стало не интересно. Потому что, кому нужен секс, если можно смотреть аниме на диване вдвоём с одним из своих лучших друзей? Секс вообще очень переоценён. Последние разы были совершенно отвратительными. Всё, о чём Минхо мог думать, когда был в постели с теми парнями, это то, как же он хочет домой, чтобы хён радостно его поприветствовал. Взгляд Минхо скользнул с широких плеч на шею Чана. Красная. Минхо поднял взгляд чуть выше, уши тоже красные. Хён должно быть был смущён очередной странной выходкой на этой неделе. Минхо почесал затылок. Да, в последнее время он творил странные вещи. Пару дней назад Чан выбил очередного персонажа из Геншина и прибежал хвастаться очередной пиксельной картинкой на своём телефоне в комнату к Минхо. Он так мило улыбался, что Минхо не выдержал и поцеловал его в щёку. А до этого он огрызнулся на парня в зале, который очевидно хотел узнать инстаграмм Чана, чтобы подкатить. И Минхо не смог объяснить тогда Чану, почему он так резко ответил бедному парню. Он даже извинился перед Чаном, делая виноватый вид. Но внутри Минхо ликовал. Он праздновал победу. И может быть он не стал отрицать, что он парень Чана, когда несколько девушек в студенческом кампусе спросили его об этом. Когда Чан узнал об этом, то решил, что Минхо просто не захотел объясняться с малознакомыми девушками. Но дело было не в этом. Окончательно он понял, что дело совсем в другом, когда поднялся со своего стула и подошёл к Чану со спины. Ладони Минхо скользнули по талии, притягивая чужое тело к себе. Чан едва успел среагировать на это прежде, чем Минхо укусил его у основания шеи. Венчик, который старший держал в руках, со звонким лязком упал на кухонную тумбу. Руки Чана схватили край этой же тумбы. Краем глаза Минхо заметил, как побелели костяшки на его ладонях. Однако костяшки не так интересовали его, как наливающийся красным след укуса. Минхо чувствовал странное удовлетворение от взгляда на него. И ещё что-то. Странное тёмное чувство внутри, шепчущее, что этого мало. И Минхо был только рад ему повиноваться. Ему нравился вкус кожи на губах. И то, как тело Чана мелко дрожало в его руках после каждого укуса. Тихие стоны, которые старший пытался скрыть, ласкали слух ничуть не хуже его голоса. Красными цветами на коже Чана расцветали следы от зубов Минхо. Пока его зубы оставляли очередной след у основания шеи, руки скользили по голому торсу, очерчивая пальцами каждый кубик пресса. Когда Минхо прижался губами к середине шеи Чана, намериваясь оставить след и там, Чан прерывисто выдохнул и схватил ладонью его правое запястье. — Ли Минхо, — сказал он, нервно сглотнув, — я считаю до трёх. Если ты не отлипнешь от меня за это время, пеняй на себя. Один. Сердце в груди Минхо на секунду замерло, а потом заколотилось в два раза быстрее. Он не знал, что случится после того, как Чан дойдёт до конца счёта, но Минхо совершенно точно не собирался от него отстранятся. Он впился зубами ещё сильнее в его кожу, прежде чем отпустить и губами припасть к основанию шеи. — Два, — рвано выдохнул Чан. Минхо провёл языком по всей длине шеи старшего. Приятный вкус остался у Минхо на языке. Он надеялся, что этого хватит ему, чтобы насытиться. Возможно так он сможет продержаться, после того, как счёт закончится. В качестве финального аккорда Минхо решил зажать красную мочку уха между зубов. Маленькое кольцо серёжки скользнуло ему в рот. Он успел всего лишь пару раз лизнуть, прежде чем Чан простонал заветное: — Три. Разжав зубы, Минхо провёл языком по краю ушной раковины. Оно было горячим, и это только распаляло желание терзать его между зубов. Но судьба была жестока к Минхо. Потому что Чан досчитал до трёх. Даже больше — он подождал ещё несколько секунд, давая Минхо какой-то мифический шанс. Но счёт подошёл к концу, как и терпение Чана. Сильные руки оторвали ладони Минхо от тела. С губ Минхо сорвался недовольный стон. Он был коротким. Чан развернулся лицом к Минхо. В его глазах Минхо не увидел ничего кроме двух чёрных дыр, затягивающих внутрь всё живое. Они настолько поглотили внимание Минхо, что он не заметил, как быстро они приблизились. И как губы Чана накрыли его. Внезапно всё в этом мире стало правильным. Каждое странное решение Минхо, каждый долгий взгляд Чана, каждая неловкая пауза между ними. Каждое нежное прикосновение. Этот поцелуй объяснял всё. Он был смыслом всего. И всё, что Минхо мог это поддаться горящему внутри огню, пылко отвечая на поцелуй. Его губы ловили каждое движение чужих губ. Поцелуй не был нежным. Он был похож на дикий танец страсти, которой, наконец, дали волю. Чан укусил его за нижнюю губу, и Минхо почувствовал, как она лопается под давлением чужих зубов. Жар внизу живота стал почти невыносимым. Минхо прижался бёдрами к Чану, надеясь, что прикосновение к его прекрасному телу поможет успокоить это чувство. Но вместо этого, Минхо застонал лишь громче в губы Чана. Он тёрся о бедро старшего и стонал в его губы. Мало. Ему было так мало поцелуев. Он так хотел… Минхо не мог сформулировать, что именно, но каждая клеточка его тела стремилась к получению желаемого. Руки Минхо скользнули на шею Чана, сцепляясь за ней. Он жался к нему так близко, как только мог, покрывая щёки и скулы мелкими поцелуями. И продолжил это делать, когда Чан, подхватил его на руки. Ноги обняли бёдра старшего так будто делали это уже тысячи раз. Минхо продолжал покрывать поцелуями каждый миллиметр кожи Чана, до которого только мог дотянуться, пока его не уронили на кровать. Чуть приподнявшись на локтях, Минхо успел окинуть комнату взглядом. Это была не его комната. Фиолетовая подсветка тянущаяся по периметру потолка, фигурки с персонажами из Геншина и чёрные простыни — это не эстетика Минхо. Но в целом Минхо было плевать, где он лежит. Лишь бы под Чаном. Пока тот копался в своих вещах в поисках смазки и презервативов, Минхо благоразумно стянул с себя футболку, джинсы и нижнее бельё. После чего подложил подушку себе под поясницу и раздвинул ноги. Идиотское выражение на лице Чана было ему лучшей наградой. Он завис на добрых тридцать секунд, облизывая Минхо взглядом. — Хён! — слезливо протянул Минхо. И это окончательно сорвало с Чана не только его домашние шорты, но и тормоза. Он рухнул на Минхо, откидывая смазку и упаковку презервативов куда-то в сторону. Он впился губами в шею Минхо медленно посасывая кожу. Выбивая из Минхо стон за стоном. Чан отстранился от Минхо, садясь на пятки, чтобы взять смазку и вылить довольно большое количество себе на ладонь. Когда Чан снова приблизился к нему его рука скользнула вверх по члену Минхо, пока губы продолжали оставлять засосы на шее. За секунду до того, как достигнуть пика, Чан убрал руку от члена и заглянул Минхо в глаза. — Этого ты добивался? — Да, — всхлипнул Минхо, — я так… так хочу. Так хочу… — Это? — невинно спросил Чан скользя пальцем по краю ануса. Минхо быстро закивал. Он чувствовал, что ещё чуть-чуть и из глаз польются слёзы. Почему Чан не мог просто!.. Внутрь вошёл первый палец. Это не доставило Минхо никакого дискомфорта. Пару часов назад он растягивал себя в ванной, после чего его ждала очень яркая сессия самоудовлетворения с дилдо на присоске. В голове до сих пор были свежи воспоминания о том, как он закусывал собственное предплечие, пока насаживался на игрушку. Чан тоже это заметил быстро введя второй палец, а потом почти сразу третий. — И о чём ты думал, Минни, — сладко протянул Чан методично растягивая Минхо, — пока игрался в душе. О том, как я буду злиться, увидев очередной счёт за воду? Минхо помотал головой из стороны в сторону. Отросшие пряди волос упали ему на лицо, закрывая глаза. Чан нежно провёл другой рукой по волосам, убирая их назад. Минхо бы даже смог счесть это милым. Если бы согнувшиеся внутри три пальца не задели нужную точку. Минхо закричал от внезапной вспышки удовольствия, пронзившей его тело. Спина выгнулась. А голова заметалась из стороны в сторону. — Так, о чём ты думал? Об айдоле? Или может о том парне из клуба, который делает шикарные минеты? Минет был на шесть из десяти, и в основном потому, что у того парня были такие же пухлые губы, как у Чана. Так что закрыв глаза Минхо смог представить, что его член ласкает не случайный парень из клуба, а его любимый хён. Но в качестве конспирации Минхо приврал о качестве того минета во время дружеской попойки. Ему было неловко говорить, что он смог кончить, только представив в голове, что спускает на лицо своего хёна. Это было как минимум неуважительно. Представлять, как он седлает Чана, во время минуток самоудовлетворения в душе, тоже было неуважительно. И Минхо, вероятно, был худшим донсеном в мире. Ведь уже несколько месяцев не мог представлять никого, кроме Чана в своих сексуальных фантазиях. — Я… — Минхо стонал от каждого движения пальцев внутри, — тебя. Только тебя. Ты… хён! Пожалуйста… Благо Чан всегда был очень отзывчивым парнем. Он быстро надел презерватив и, закинув правую ногу Минхо себе на плечо, начал медленно входить. Минхо откинул голову назад, глубоко дыша. Он закрыл глаза, полностью переключаясь на ощущение того, как медленно проталкивается внутрь сначала головка, а затем сантиметр за сантиметром и весь член. Чан был большим мальчиком. Но, честно говоря, у Минхо была большая коллекция дилдо, и тот, который он использовал сегодня в душе, был больше. И всё-таки с Чаном это было в разы приятнее. Кончики пальцев на ногах покалывало от удовольствия, а кожу у колена Чан покрывал мягкими поцелуями. Когда Минхо чуть привык к приятному чувству наполненности, он сам качнулся бёдрами вперёд. Чан всегда был сообразительным, поэтому быстро перехватил инициативу, начав набирать скорость. В животе Минхо сворачивался узел. Чан продолжал быстро входить в него, сладко постанывая, но всё время промазывал, не попадая по нужной точке. Минхо закусил губу от нетерпения. Пока не посмотрел на Чана. Увидев его нахальный взгляд, Минхо сразу понял, что тот специально издевается над ним. Минхо врезал пяткой по спине Чана в отместку. Тот рассмеялся, но быстро исправился, закидывая вторую ногу Минхо себе на другое плечо. Из глаз Минхо брызнули слёзы. Член Чана так приятно растягивал его. Головка каждым толчком задевала нужную точку внутри, разгоняя по телу волны блажества. Он продолжал стонать и бить руками матрас, пока Чан, резкими толчками толкался внутрь. — Я близко, — простонал Минхо протягивая руку к собственному члену. Он провёл рукой по нему два раза и этого оказалось достаточно, чтобы излиться себе на живот. Минхо простонал чувствуя, как Чан продолжает трахать его обмякшее после оргазма тело, и это выносило его на какой-то новый уровень блаженства. Через несколько таких толчков Чан кончил с громким приятным слуху стоном. Минхо смотрел на то, как Чан мягко опускает его ноги на матрас, как стягивает с себя презерватив, как завязывает его, прежде чем опустить на пол возле кровати. Каждое действие Чана казалось Минхо самым интересным шоу на свете. Когда Чан опустился рядом с ним на кровать, Минхо, не теряя ни секунды, прильнул к нему, ловя его губы своими. Руки Чана скользнули Минхо на талию, притягивая его ближе. — Не пойми меня неправильно, — прошептал ему в губы Чан, — мне всё понравилось. Очень понравилось. Рейтинг сто из десяти. Но что это всё значит? Минхо нахмурился. Он не хотел отвечать на глупые вопросы. Он хотел целовать мужчину, лежащего рядом. Он хотел, чтобы его кожа впитала запах чужого тела. Хотел, чтобы он был так близко, что Минхо мог бы в любой момент укусить его за нос. О, он точно хотел укусить его за нос. — Ай! Минхо подумал — Минхо сделал. Он и так слишком долго сомневался в себе. Хотя всего-то надо было поцеловать Чана ещё в первый раз, когда он об этом подумал. — Так, стоп! — ладони Чана схватили Минхо за щёки. — Надо поговорить. — Зачем? — надулся Минхо. — Потому что я пропустил момент, когда кусаться, а после заниматься сексом, стало нормой в наших взаимоотношениях, — закатил глаза Чан. — Тебе же понравилось, — пробурчал в ответ Минхо. Уши Чана покраснели в очередной раз за этот день. Он смущённо закусил губу. — Да, но просто… — Просто что? — дважды моргнул Минхо. — Я не хочу, чтобы это был «просто секс», — выдохнул Чан. Брови Минхо поползли вверх. — Я, — Чан быстро провёл языком по губам, — не могу просто быть другом с привелегиями. Это не для меня. — Чан-а, — обиженно протянул Минхо, — я ни с кем не спал уже несколько месяцев. Потому что каждый раз, когда я пытался пойти на свидание или снять кого-то в клубе, я не переставал думать о тебе. Чан широко распахнул рот от удивления. Такой глупый. Минхо мягко выбрался из хватки своего хёна, придвигая своё лицо ближе к нему. — Джисон постоянно меня стебёт из-за того, что у меня есть к тебе чувства. И как бы я не пытался это отрицать, боясь потерять тебя, сегодня я не выдержал. Чан. Я хочу тебя. Во всех смыслах. По щекам Чана вниз скользнули слёзы. — Ты будешь со мной встречаться? — всхлипнув, спросил Чан. Он спросил это так тихо, так осторожно. Будто сам не верил, что задаёт этот вопрос. — Нет, — покачал головой Минхо, после чего коварно улыбнулся, — это ты будешь встречаться со мной! На секунду в комнате повисла тишина, которую разорвал жалобный крик Минхо. — Чан-а! Хён! Отпусти-отпусти! Когда Чан, прислушавшись к мольбам, перестал кусать Минхо за плечо, он перевернул их подминая Минхо под себя. — Да у меня чуть сердце не остановилось, когда ты нет сказал! Кто так делает?! Минхо потянул Чана на себя, сквозь смех целуя его в губы. Вообще-то Минхо никогда не считал себя эстетом. Он не любил ходить в музей. Да и вкусы у него были простые. Чачжамён из ближайшей забегаловки был для него милее блюд высокой кухни. Но одно он знал точно, теперь у него есть право кусать Чана тогда, когда он захочет.