Без названия

Автобус тронулся с места мягко, почти незаметно, будто боялся нарушить тишину этого напряженного утра. За окнами медленно проплывали ровные ряды флагов, натянутых вдоль дороги к олимпийской деревне, они были одинаково яркими и чужими, и от этого всё происходящее казалось немного нереальным, как будто это не жизнь, а длинный сон, в котором каждый шаг уже заранее предрешён.  Внутри автобуса пахло новой тканью сидений, пластиком, смесью чужих духов, кофе и холодного воздуха, который проникал через открывающиеся на остановках двери.  Автобус был полностью заполнен фигуристами, которые ехали на главный старт своей жизни, «олимпиада». Здесь были представитель разных стран, они смеялись, знакомились, делали совместные селфи, будто всю жизнь были знакомы. И только один спортсмен, сидел позади всех в одиночестве.  Илья Малинин, фаворит олимпийских игр, сидел почти в центре. Его невозможно было не заметить, хоть он и сидел возле окна в телефоне.  — Илья, можно фото? — раздался голос справа. Он поднял голову, и его лицо сразу изменилось, стало открытым, живым и лёгким. Он улыбнулся той самой улыбкой, которую уже видели миллионы поклонников.  — Да, конечно. Телефон поднялся. Прозвучал щелчок. — Спасибо огромное! — Удачи тебе! — добавил кто-то сзади. — Спасибо, — тихо ответил он. Но не успел он опустить взгляд, как уже другой голос: — Илья, можно тоже фото? Он не отказал. Он никому не отказывал. Петя сидел у окна, в самом конце автобуса. Место он выбрал сразу, как только вошёл. Не потому что любил сидеть сзади. Просто там было свободно. И там было безопасно. Все равно за его время прибывание в Милане, никто не подошел  чтоб познакомиться или заговорить с ним.  Он положил рюкзак на колени и переплёл пальцы, слегка сжав ткань. Он смотрел в окно, но не видел дороги. Его взгляд был расфокусирован он видел только отражение. Своё. Петя был растерян, он был совершенно один. Без друзей, тренеров, родителей. Один в чужой стране. Петя смотрел на других спортсменов и в глубине души завидовал им. Он тоже хотел смеяться, фотографироваться и желать удачи друг другу. Не то, чтобы он хотел, но иметь знакомства был бы не против. Автобус слегка качнулся на повороте, и вместе с этим движением отражение Ильи на мгновение появилось в стекле, яркое, живое, окружённое людьми. Везде слышался оглушенный смех, чужие голоса. — Ты правда сделаешь четверной аксель? — Уже сделал, — ответил Илья спокойно. Снова смех, Петя отвёл взгляд. Он знал этот голос. Знал каждую его интонацию. Он слышал его на тренировках, на разминках, в раздевалках. Гуменник знал, что Илья будет бороться за олимпийское золото до конца. Он не даст никому отобрать его мечту, к которой он стремился с начала своей карьеры.  Петя смотрел на свои руки, длинные пальцы, чуть покрасневшие костяшки, следы от постоянных тренировок. Эти руки тоже умели делать невозможное. И Петр это докажет. Автобус остановился на светофоре. Красный свет на мгновение окрасил салон в тёплый оттенок. Лица стали мягче, тише. Петя почувствовал, как сердце бьётся чуть быстрее обычного. Он наконец попал на олимпийские игры, именно его выбрала федерация на защиту России. Не семененко, а его, Гуменника. И Петя не подведет, он сделает все возможное, чтобы побороться за медаль. Он был здесь, в Милане и одновременно как будто не был.  Он снова посмотрел в окно. На этот раз он видел не себя. Он видел дорогу вперёд. Длинную и неизвестную.