Love from the first note (Любовь с первой записки)

Лучи утреннего мягкого солнца пробивались через неплотно закрытые темные шторы, в комнате витала приятная прохлада, которая обвалакивала девушку, лежащую на кровати под мягким одеялом. Звуки города пробивались сквозь стены дома, пробуждая Кайро Свит. Она, с хмурым выражением лица, вытащила голову из-под одеяла и потянулась. Рука инстинктивно коснулась левой стороны кровати, но ничего там не обнаружила. Точнее, никого: место рядом с ней пустовало. Тихо вздохнув, брюнетка поднялась и осмотрелась вокруг, пытаясь найти в своей голове куда должна была уйти СиСи сегодня утром, ведь не помнит, чтоб она ей говорила о своих планах на этот день. Отсутствие тепла рядом было странным, Уокер никогда не уходила, не предупредив её. Сердце предательски застучало, заставляя Кайро подняться с постели и осмотреться в комнате в поисках своей девушки. Мягкий холодный воздух сразу же коснулся теплой кожи девушки, из-за чего тело покрылась мурашками, а ладони легли на смуглые плечи, обнимая себя. Подобные жесты она позволяла себе достаточно редко и только наедине с собой. Было слишком по-детски, это не вписывалось в её строгий образ. — Куда эта идиотка могла пропасть в такую рань?! — пронеслось в голове у брюнетки, пока она доставала какую-то кофту из большого светлого шкафа в углу комнаты, а после накидывая на себя, чтобы спрятаться от прохладного воздуха. Босые ступни приятно соприкасались с теплым полом, а пухлые губы, немного сухие после пробуждения, сжимались в одну тонкую линию, пока их обладательница выходила из комнаты, надеясь, что Уокер просто решила встать пораньше и сейчас готовит завтрак. Голова нервно поворачивалась то влево, то вправо, желая увидеть родную растрёпанную копну светлых отросших волос, но её нигде не было видно. Сердце безумно колотилось в груди, пока Кайро подрагивающими руками наливала себе холодной воды, чтобы успокоиться и разложить хаотичные мысли по полочкам. Пока Свит пила, её взгляд зацепился за неаккуратно сложенную бумажку, явно вырванную наспех из какой-то тетрадки, рядом лежала синяя ручка с погрызенным колпачком. Было несложно понять кому она принадлежала, ведь из них двоих только СиСи грызла ручки во время занятий. Стакан с громким стуком был поставлен на стол, а тонкая рука потянулась к клочку бумаги. На внешней стороне листа был виден кривой почерк, но Кайро сразу разобрала, что там написано. « for my sweet Cairo » После надписи был нарисован подмигивающий смайлик с высунутым языком. Брюнетка сразу же закатила глаза с тихим выдохом на подкол, но на губах растянулась нежная улыбка. Развернув, карие глаза пробежались по тексту: « Доброе утро! Оказалось, что сегодня тренировка с командой, а я забыла про неё :(( Прости, не хотелось тебя будить, ты слишком мило спала :3 Вернусь через пару часов, не скучай! (Очень надеюсь, что ты не придушишь меня, из-за того, что не предупредила) » Девушка прочитала записку несколько раз, казалось, что она скоро рассыпется под её пальцами. Свит прижала её к своей груди и громко засмеялась, закрыв глаза. По телу разливалось приятное тепло, а сердце перестало так громко биться, оставляя после волнения тихую эйфорию. Только СиСи могла вызвать в её непробиваемом образе столько эмоций. Таких детских, таких приятных и теплых. Эти чувства от простой бумажки заполнили её с ног до головы, погружая в поток любви и чего-то очень родного, пахнущего старыми книгами и засушенными цветами. — Как же я обожаю тебя, Уокер. — шёпот Кайро улетел из её уст куда-то в потолок и растворился в этом нежном моменте. Брюнетка, не чувствуя конечностей, проплыла до их спальни и положила записку в свою шкатулку в нижнем ящике шкафа, куда никто никогда не заглядывал. Там лежали все бумажки, которые СиСи когда-либо писала ей. Футболистка передавала их во время уроков в старшей школе, просила перенести через посредников, подкидывала в шкафчик на переменах, и очень редко отдавала лично. Последние случаи можно пересчитать по пальцам, но от этого эти сокровенные моменты между ними казались ещё ярче, ещё интимнее и значимее.

***

Их первая встреча случилась около девяти месяцев назад. Кайро была вынуждена переехать в другой город и, естественно, перевестись в другую школу на последние полгода, но это никак не выбило её из колеи. У неё была единственная подруга - Винни, которая осталась в небольшом тихом городке Теннесси, они иногда созванивались, болтая о своей жизни вдали друг от друга. Свит никогда не рвалась в Лос-Анджелес: там было слишком шумно, слишком ярко для её тихой и скрытной личности. Но появившиеся непредвиденные обстоятельства решили всё за неё. В школе девушка не планировала искать новые знакомства, они были ей ни к чему, приоритетом для неё являлась учеба и саморазвитие. И вот, попав в свое учебное заведение, она оказалась в темной пучине людей с повышенным либидо, интрижек, деления людей на группы изгой-неизгой и всех остальных "прелестей" подростковой школьной жизни. Доставая из своего шкафчика учебник по зарубежной литературе XX века, она впервые увидела её. Она заметила ее буквально краем глаза, но больше не смогла отвести взгляд. Эта девушка стояла в середине коридора, окружённая толпой, скорее всего, состоящей из её подруг. Отросшие светлые волосы волнами спадали ей на лицо, и даже хвостик, сделанный из непослушной чёлки, не помогал ей справиться с этой проблемой. Светлое миловидное лицо с лёгким естественным румянцем на щеках украшала широкая искренняя улыбка, девушка внимательно слушала рассказы своих друзей и поддерживала разговор, активно жестикулируя руками. И самое главное, что первым делом зацепило взгляд Кайро на себе - глубокие голубые глаза. Чудесные глаза цвета бескрайней водной глади. Казалось, что ты оказался в горах на озере, где нет ни единой души, только ты наедине с самим собой. В коридоре внезапно стало так тихо, будто эта незнакомка одним своим присутствием смогла заглушить весь шум внешнего мира, оставив после себя умиротворение и желанный покой. В какой-то момент звуки стали вновь пробираться в сознание брюнетки, и она вздрогнула. Сердце застучало настолько быстро, словно собиралось выпрыгнуть из груди. Что это было? Проморгавшись, Кайро резко захлопнула шкафчик с громким металлическим хлопком, из-за чего люди, стоявшие рядом, сразу же повернулись в её сторону. Свит покраснела, что было несвойственно для неё, и быстрыми шагами ушла в нужную ей аудиторию. За прошедшую пару она смогла узнать, что загадочную девушку зовут СиСи Уокер. Девушка состояла в футбольной команде школы, была в ней капитаном и в будущем планировала попасть в сборную США, училась неплохо, являлась экстравертом и имела достаточно большой круг общения. Так же блондинка была старшей сестрой двух братьев, имела хорошие отношения с родителями, у них есть любимая собака. Было ли странно то, что Кайро нашла столько информации за жалкие два часа? Определённо. Нравился ли ей её интерес к этой девушке? Естественно, нет. Свит не планировала заводить знакомства, ей не нужно было внимание, не нужен лишний груз в виде каких-то странных чувств. Брюнетка чуть ли не вырывала волосы из своей головы, чтобы утихомирить бурлящие, словно в горячем источнике, эмоции. Взяв себя в руки, она была готова продолжить писать конспект и слушать преподавателя, как дверь в класс с громким звуком распахнулась. — Простите за опоздание! — послышался звонкий голос, заполняющий собой каждый уголок аудитории, оставляя после себя тихое эхо. В дверях появилась она. СиСи, чёрт возьми, Уокер в своём чёртовом полосатом свитшоте и шортах. — Мисс Уокер, постарайтесь в будущем не опаздывать. — пробормотала женщина у доски и, развернувшись спиной к учащимся, продолжила что-то писать. Её спина была сгорблена, казалось, что она буквально несла на себе вес несносных школьников. Что СиСи понадобилось на парах по зарубежной литературе? Она не выглядит, как человек, который увлекается чтением, а уж тем более тем, кому в будущем понадобится этот предмет, если смотреть на приоритеты девушки. Во время размышлений Свит, блондинка уже успела пройти до своего места, которое было на несколько парт ближе к учителю, чем её. Теперь Кайро могла наблюдать за ней со спины, не боясь быть замеченной. Её внимание теперь было полностью сосредоточено на СиСи Уокер, мысли улетучились вообще в другую сторону от зарубежной литературы, но брюнетке было абсолютно плевать. Казалось, что за пару прошедших десятков минут она смогла рассмотреть каждую родинку на ее шее, каждую ворсинку на ее свитшоте, каждый светлый волос, вылезший из небрежной причёски. СиСи время от времени слушала девушку, которая то и дело наклонялась к ее уху и тихо говорила, сдержанно хихикая. Рука нервно теребила подол юбки под партой, а губы были поджаты от нервозности: было очень странно, что Кайро интересуется кем-либо, ещё и в учебном заведении. Спустя какое-то время пара была окончена, несколько часов эмоционального напряжения слишком вымотали девушку, но сейчас у неё было несколько минут для перерыва. Ей необходима перезагрузка, дабы отрезвить мозг. Мысли были хаотично перемешаны, больше напоминая кашу, чем аккуратные полки с информацией. Ноги на машинально повели Кайро в коридор, направляя к заветному автомату с кофе. В нем он был отвратительный: до крайности разбавленный, воды в нем было больше, чем самого кофе, слишком приторный от количества сахара, а цвет был светло коричневым с быстро опадающей пенкой. Свит, привыкшая к горячему выдержанному напитку с приятным послевкусием из домашней кофемашины, поморщилась и отставила его в сторону. Раздражение от происходящего накрывало девушку с головой, словно волна цунами, сбивая все остальные мысли на своем пути. Сев обратно на своё место, брюнетка заметила, что Уокер куда-то исчезла, а её соседка, вероятно, переписывалась с кем-то через свой телефон. — Хотя бы это не будет отвлекать, уже хорошо. — мысленно выдохнув, Кайро отпила воды из бутылки, успокаивая себя, и посмотрела на свои записи. К середине конспекта её записи превратились в мягкие волнистые линии, что невозможно было разобрать написанное, а к концу там были каракули, словно она расписала ручку. Пальцы нервно отстукивали неизвестный никому ритм по светлому дереву стола, как именно в этот момент рядом кто-то уселся. Тряхнув головой, Свит повернула голову и замерла. Сердцебиение резко ускорилось, начиная ударяться о ребра, грудная клетка интенсивно вздымалась и брюнетка думала, что земля ушла у нее из-под ног. Рядом с ней села СиСи, шумно скинув свой рюкзак, обвешанный разными значками и брелоками, на пол под парту. Её лицо было розоватым на щеках, дыхание сбито, а в руках она держала два шоколадно-зерновых батончика в яркой упаковке. Кашлянув, она улыбнулась и посмотрела на Свит одной из своих нежных улыбок, которые Кайро уже успела изучить. Они просто сидели и смотрели друг на друга, ничего не говоря. Губы брюнетки приоткрылись в немом шоке, а СиСи продолжала улыбаться. В это момент казалось, что между ними проскользнула искра - яркая, до невозможности ослепляющая. Сердце затрепетало, в душе проснулось что-то давно забытое, но слишком теплое и приятное, окутывающее с ног до головы. Никто не пытался нарушить эту тишину, время словно застыло, как в толще льда. Первой зрительный контакт прервала Уокер, заправив прядку волос за ухо, но та вновь скатилась ей на лицо. Светловолосая развернулась к парте и, спешно достав тетрадь, начала что-то писать на листочке. Кайро молчала, не понимая, что происходит, но продолжала завороженно наблюдать за действиями девушки рядом. Через несколько секунд перед ней лежал вырванный листок с надписью « Привет ». СиСи в это время смотрела на неё, пока Свит непонимающе смотрела на бумагу. Смуглая рука, подрагивая, коснулась листа и мягко провела пальцами по бумаге. Футболистка подала ей свою ручку. Яркую, зелёного цвета, с поломанным кончиком, где были видны следы от зубов. Брюнетка протянула руку и взяла ее за другой конец. Они не коснулись друг друга, но Кайро чувствовала исходящее от СиСи тепло, чувствовала аромат ее духов, заполняющий лёгкие и заставляющий пьянеть, словно от алкоголя. Уокер слегка качнула головой в сторону листа, намекая, чтобы девушка что-то написала. Свит развернулась к парте и, на секунду задумавшись, написала тоже самое, что и светловолосая. Пододвинув бумажку к девушке, она ждала продолжения. Это всё было так глупо, так смешно: две осознанные девушки сидят на расстоянии вытянутой руки друг от друга и передают бумажки, вместо того, чтобы говорить, но Кайро до безумия это нравилось. СиСи коснулась кончиком ручки своих губ, пока думала, а после начала активно что-то писать. Через несколько секунд перед брюнеткой снова лежал лист. « Я СиСи Уокер, но, кажется, что ты это и так знаешь, да? :) » Глаза Кайро расширились от прочитанного. Откуда она знает, что та нашла информацию про нее? Свит поджала губы и почувствовала, как по её щекам разливается незаметный румянец. Стало трудно дышать, рубашка казалось слишком тесной, слишком плотной. Нехотя, она написала ответ, прикрыв лицо ладонью, чтоб не было видно ее лица. « Откуда ты знаешь? » Уокер ухмыльнулась и достаточно быстро написала несколько строчек: « Видела тебя в коридоре, ты ведь новенькая? Мои подруги быстро нашли твой профиль в инсте, а потом мы заметили, что ты просматривала мой аккаунт :) » Брюнетка покраснела ещё больше, стыд за содеянное накрыл её с головой. Она не стала писать ответ, а просто отодвинула лист обратно, не желая продолжать диалог. Уокер нахмурилась и тут же стала писать ещё что-то. « Прости, прости! Не хотела тебя смущать, в этом ведь нет ничего постыдного. Я хотела познакомиться с тобой поближе » Данная фраза была изрисованы вокруг разными сердечками и котиками, скорее всего, чтобы задобрить Свит. Она прочитала и не смогла сдержать улыбки, незаметно кивнув. Все её желания по поводу "не заводить знакомств в школе" были окончательно провалены из-за одной очень милой футболистки. Кайро просто не могла отказать. — Ты же Кайро, да? — тихий голос Уокер нарушил тишину. Они и не заметили, как началась лекция, как преподавательница начала свою монотонную речь. — Да. — брюнетка не узнала своего голоса. Он был хриплый, будто после долгого, четырнадцати часового сна. СиСи протянула девушке один из батончиков, с которыми пришла и открыла свой, начиная поедать его, получая быстрые углеводы. Брюнетка приняла его и сделала тоже самое, что и её новая... подруга? На самом деле она никогда не увлекалась сладкими продуктами, в особенности батончиками, но этот был таким вкусным, таким хрустящим, что раздражение от ужасного кофе сошло на нет. Светловолосая, смотря на это, хихикнула, вспоминая, что решила пока что не говорить Кайро про то, что видела, как та пялилась на неё во время прошлых занятий. Когда-нибудь потом она обязательно расскажет...

***

Сидя на полу, брюнетка аккуратно сложила всё в ровную стопку и закрыла крышку, спрятав темную шкатулку обратно в нижний ящик шкафа. Выдохнув, она провела ладонью по своим волосам, растрепывая их, на губах играла мягкая улыбка наслаждения и в ту же секунду в ней будто произошел взрыв. В голове появилась безумная идея - посвятить стих СиСи. Раньше Кайро довольно часто баловалась написанием небольших четверостиший о том, о сём, что сильно помогает ей сейчас выполнять творческие задания во время учёбы, но она никогда не посвящала их кому-то. Быстро встав, она села за стол, одновременно вытаскивая залежавшийся личный дневник со дна шуфлядки. Открыв чистый разворот, Свит почувствовала ароматный запах, исходящий от бумаги. Когда-то она пролила на него кофе. Ассоциации рождались стремительно и цеплялись друг за друга. Одно слово тянет за собой несколько образов, собираясь в единое целое. В голове витают обрывки фраз, все их совместные моменты, которые Кайро так бережно хранит в своем сердце. Ощущался бешеный гул в висках, но его перекрывало чувство крыльев за спиной. Брюнетка пыталась через слова передать всю свою любовь к СиСи, рассказать о том, как та влияет на нее, какие чувства испытывает девушка при общении с ней. Старалась передать каждый миг, каждую эмоцию и деталь этих девяти месяцев. Иногда слова не складывались, казалось, что текст слишком сухой, приходилось черкаться ручкой по написанному. Хотелось найти слова, понятные только им двоим, описывающие всё происходящее. Она смотрит, мысленно читая текст, пробуя на вкус. Свит не знает, как будет презентовать свое творчество Уокер. Громко выразительно прочитает или тихо подсунет во время ужина? Отдаст во время прогулки или не станет показывать вообще? Стихотворение собиралось, словно лего. Не всегда каждая деталь ровно вставала на свое место, нужно было тщательно подбирать, чтобы получилось нечто настолько интимное, настолько личное, чтоб сознание могло вернуться в тот самый день. В день их знакомства. Так прошло несколько часов. Кайро совсем забыла, что не успела сделать абсолютно ничего, даже банальную рутину. Процесс вперемешку с вдохновением настолько затянули её, что мысли про человеческие потребности отошли на второй план. Откинулись на спинку стула, Свит почувствовала, как гудела её голова, как руки болели от активной деятельности, как желудок активно заявлял о пустоте, но зато строчки были написаны и сложены в один единый текст. Конечно, это нужно было ещё редактировать, проверить размер и рифму, но у неё не было сил. Пока что. Ей срочно нужно было в душ, смыть с себя остатки ночи и очистить голову от ненужных мыслей.

***

СиСи Уокер в привычном темпе шла по солнечным улицам Лос-Анджелеса до дома, иногда шаркая подошвой своих потёртых кроссовок. Усталость от тренировки приятно разливалась по всему телу, мышцы гудели от бега по футбольному полю. Рюкзак за спиной оттягивает левое плечо назад, но эта тяжесть была хорошей, честной. Синяки на коленках постепенно расцветали, приобретая синеватый оттенок. Сегодня она слишком часто падала. Душ в раздевалке был закрыт на ремонт, поэтому у девушки не получилось смыть с себя итоги продуктивной тренировки. Она не стала переодеваться и просто шла, чувствуя, как ткань от голубой формы команды липнет к её телу. Город словно пропускает её сквозь себя: запах мокрого асфальта после поливалки, дети со своими родителями, играющие на площадке, яркие вывески витрин, хотя было довольно солнечно. Гул машин, разговоры прохожих, музыка, исходящая из магазинов не проникали внутрь ее сознания: мысли были заняты анализом своей игры на сегодняшней тренировке, ища недостатки в своих тактиках, чтобы в будущем не допустить подобного. На самом деле с каждым шагом, пройденным по привычному маршруту, в голову стало просачиваться кое-что другое. Вернее, кое-кто. Было стыдно сбегать из нежных объятий своей девушки этим утром, не предупредив заранее, но её буквально вынудили прибежать на поле. Время было около трёх часов, вероятно, Кайро занята чем-то своим. Возможно, она будет злиться на нее, но СиСи придумает, как задобрить её. Заходя в дом, атмосфера резко сменилась. Громкость, жара и яркость сменились на тишину, прохладу и спокойствие. То, что ей было нужно сейчас. Выдохнув, Уокер стянула кроссовки одной ногой о другую в коридоре и поплелась в их спальню. Она не спешила, пытаясь прочувствовать весь пол своей стопой, каждое сокращение мышц от поднятия ноги. Судя по шуму воды, Свит была в ванне, поэтому футболистка не стала ей мешать, заходя в комнату. Скинув рюкзак в угол комнаты, она почувствовала облегчение, её плечи расправились. Распуская влажные от пота волосы, оставляя их спадать вдоль её лица, взгляд голубых глаз уловил лежащий на столе блокнот. Он был слегка потрёпанный, в тёмно-коричневой обложке, открыт на развороте с множеством слов, фраз и зачёркиваний с одной стороны, а с другой был виден аккуратно написанный текст. Она подошла ближе, словно хищник, но боясь заглядывать. А вдруг там что-то личное, о чём ей нельзя было знать? Если Кайро начнет злится, когда узнает? Усталость в эту же секунду отступила, оставив за собой чистейшее любопытство. Оно стало физическим ощущением: лёгкое щекотание под ребрами, тепло в висках и что-то непонятное. Коснувшись плотной бумаги подушечками пальцев, СиСи провела ими вдоль написанного, замечая что записи ещё свежие. Чернила высохли не до конца, оставляя на руках синий след. Футболистка взяла блокнот в руки, ощущая его небольшой вес, запах кофе и небольшой нотки чего-то мятного, принадлежавшей только Кайро. Осмотревшись по сторонам, словно Уокер делает что-то запрещённое, она бегло начала читать:

Уже много лет вспоминаю тот день — день нашей первой встречи с тобой.

Глаза потемнели, разум кружился, внезапно в груди растворился покой.

Я помню тот блеск твоих глаз цвета моря, тот звонкий твой смех, что меня озарил.

Я помню смятение: лицо вмиг зарделось, в сердце отстукивал бешеный ритм.

Наша любовь — как весною цветение, радует с каждым днём всё сильней.

Она — кислород, что вроде незримый, но необходимый для жизни моей.

С тобой я спокойна, с тобой я как дома, с тобой весь мой шторм в голове вдруг затих.

С тобой лишь хочу, навсегда и навечно, чтобы лишь гроб наш союз разделил.

— СиСи, что ты делаешь? — послышался тихий голос за спиной, отрывая светловолосую от прочтения текста во второй или третий раз. Уокер вздрогнула и повернулась, фокусируя взгляд на Кайро, явно только вышедшей из душа. Она была в черной домашней майке на тонких бретелях и серых спортивных штанах, с темных волос, лежащих в хаотичном порядке, падали небольшие капли воды, разбиваясь о пол, одежду или полотенце, которым Свит вытирала их. Взгляд был блаженным и нежным, с любовью осматривая СиСи, будто они не виделись неделю. Как только взор зацепился за вещь в руках светловолосой, брови свелись к переносице, а губы сжались в тонкую линию, как всегда делала брюнетка из-за волнения или недовольства. Руки мгновенно остановились и откинули полотенце на кровать, после чего остались скрещёнными на груди. Уокер молча положила дневник на стол и быстрыми шагами подошла к своей явно недовольной девушке. Вторая же внимательно следила за каждым её движением, продолжая молчать. Теплая рука СиСи заправила влажную прядь волос Кайро за ухо, ладонью прижавшись к смуглой прохладной щеке. Светловолосая улыбнулась той самой улыбкой. Улыбкой, что начинается в уголках глаз, мягкими лучиками, и лишь потом касается губ. И тут Свит поняла, что не может на неё злиться. Их губы встретились легко, почти неуверенно, будто впервые. Коснулись друг друга буквально на секунду, проверяя все в порядке. И тогда он расцвёл по настоящему: губы стали более податливыми, движения - уверенными. Они преодолели расстояние между друг другом, СиСи положила руки на тонкую талию, а Кайро обхватила шею руками, зарываясь пальцами в волосы, притягивая к себе ближе, боясь отпустить. Под одеждой бешено бились сердца, не поспевая за ритмом друг друга. Губы Уокер - сухие, потрескавшиеся - целовали без суеты, наслаждаясь моментом и не понимая, чем заслужила такое счастье. Кайро трепетно сминала родные губы, их касания были нежными и тёплыми, но внутри разгорался пожар. Поцелуй длился столько, сколько им было нужно, они отстранились, но продолжали быть так близко, что чувствовали, как их неровное дыхание смешивалось в небольшом вихре. Лбы соприкасались, глаза закрыты, обе обнимали друг друга, боясь разрушить настолько хрупкий прекрасный момент. Первая заговорила СиСи: — Ты... Ты сама писала тот стих? — голос был хриплым, тихим. — Да, но он ещё не закончен... — прошептала брюнетка, проводя пальцами вдоль сонной артерии Уокер, ощущая кожей ярую пульсацию — Мне нужно было ещё немного времени на редакцию. — Нет, не нужно. Это превосходно, Кайро. — футболистка поцеловала девушку в нос, слегка наклоняясь вперёд и наблюдая, как вторая мило морщится. — Но, СиСи, он ведь ещё не доде... — Уокер не дала ей договорить, приложив палец к мягким губам. — Он готов, и это не обсуждается. Кайро подняла руки в знак капитуляции и улыбнулась. Она не стала с ней спорить, это бесполезно. — Так... Получается, что ты написала мне стих? — с небольшой улыбкой спросила СиСи, смотря куда-то вниз — Зачем? — Утром я сильно волновалась, когда не нашла тебя в постели, — Свит наигранно нахмурилась и стукнула своим кулаком по по плечу Уокер — Но когда нашла записку, мне стало так тепло на душе. Я словно вернулась в тот день, в день нашего знакомства. Футболистка завороженно слушала свою девушку, мягко поглаживая открытые участки кожи на талии. — Я вижу и чувствую тебя такой, СиСи, вижу нас. Я написала тебе не потому что мне было приятно от записки, нет, она просто заставила меня задуматься. — брюнетка тихо выдохнула, не смотря на светловолосую — Задумалась о том, что ты - самая реальная вещь в моей жизни. Все мое творчество: странные рассказы, небольшие стихи - попытка убежать от реальности, поймать ускользающие тени. А ты существуешь. Осязаемо, громко. И мне это до безумия нравится. СиСи казалось, что она перестала дышать. Руки внезапно ослабли, но крепко продолжали держать девушку рядом с собой, не переставая всем своим нутром ловить каждое слово, вылетевшее изо рта Свит. Хотелось поцеловать. Заобнимать досмерти, остаться лежать на их общей кровати, слушать дыхание друг друга и просто быть. — Я посвятила его тебе, потому что любовь - не только про нежность. Она про внимание. А ты.. Ты безумно внимательна по отношению ко мне. И, чёрт возьми, если бы ты разбудила меня сегодня, то я бы пошла на твою тренировку, лишь бы смотреть на твою игру. Чувствовать твою любовь - самая лучшая награда за все мои поступки, и я до сих пор не понимаю, чем заслужила её и тебя. Да, это любовный стих, потому что то, что я к тебе чувствую невозможно просто описать словами. Я люблю тебя. Кайро окончательно опустила голову вниз, но светловолосая, перехватила её лицо своими ладонями, поднимая взгляд на себя. Она начинает медленно, касается губами виска, чувствуя, как под кожей пульсирует венка. Потом губы скользят вдоль линии челюсти, оставляя невесомый след. Свит замерла, не в силах пошевелиться и что-то сказать, лишь наслаждалась прикосновениями. СиСи целует уголок глаза, чувствуя трепет длинных ресниц. Она целует уголок губ - почти невесомо - потом поднимается к носу, оставляя на нём несколько поцелуев. Уокер покрывает все лицо брюнетки этим порывом ласки и любви, чувствуя, как у той подкашиваются ноги. — Чёрт, СиСи.... — шепчет Кайро — Что ты со мной делаешь? — Целую тебя — хихикает девушка, буквально на несколько секунд прижимаясь к желанным губам. Отстранившись, она резко прижимает Свит к себе за плечи, обнимая. — Я тоже тебя люблю. Кайро обхватила крепкое тело своей возлюбленной двумя руками, поглаживая место между лопаток. Казалось, что они могли простоять так вечность, в их прохладной темной комнате, где единственным источником света была настольная лампа и гирлянда над кроватью, где никто не мог помешать им быть самими собой. Резко всю тишину комнаты сломало урчание живота брюнетки, из-за чего они резко останились, начиная громко смеяться. Не было стыда или напряжения, это был искренний, радостный смех. — Прости, я не ела с самого утра и даже не знаю сколько сейчас времени. — всё ещё хихикая, пробормотала Свит. — Давай я приготовлю что-нибудь, а ты сходишь в душ? Как я полагаю, душ на поле всё ещё не починили? — От меня настолько плохо пахнет, что ты отправляешь меня мыться? — широко улыбаясь сказала СиСи — Нет, просто забочусь о тебе и твоём здоровье, глупая. Грязь может привести к различным инфекциям в организме. СиСи закатила глаза и подошла к шкафу, вытаскивая оттуда большое полотенце и сменную одежду. — Ты будешь что-нибудь? — спросила брюнетка перед тем, как выйти из комнаты. — Знаешь.. Я бы хотела съесть чего-нибудь сладкого, если ты понимаешь о чём я. — Игривое поднятие бровей и ухмылка говорили сами за себя. — СиСи! — Кайро тут же покраснела и кинула в Уокер подушку, лежащую на стуле, уходя на кухню. И тут СиСи поняла, что это - главная победа, которая имеет значение в её жизни. Не забитый гол или выйгрыш на матче, не рёв трибун или холодный металл кубка в руках. Это всё было, конечно, важно, но до безумия ярко и пусто, словно фейерверк. Её настоящей победой была тишина, эти чувства и прикосновения, дом, который всегда ждёт её в любом состоянии — уставшую или энергичную, радостную или злую — и, естественно, Кайро Свит. Кайро, которая в данный момент готовит им еду на кухне, которая доверила ей то, что обычно не показывает на людях: расслабленность, незащищённость. Здесь не нужно быть Уокер - капитаном команды, лидером и примером. Не нужно быть СиСи - лучезарной, заряжающей всех энергией. Можно просто быть. Можно снять маску, которая уже прилипла к коже и выдохнуть. Свит была живым доказательством того, что её ценят не за трофеи и победы, а за шрам на коленке, за привычку грызть ручку и есть протеиновые батончики. За привычку подкатывать, обниматься в любой момент и громкий смех. Именно этим и была любовь. Не фанфарами, а тишиной. Не идеалом, а правдой. Возможностью быть иногда слабой. Это и был та самая победа, ради которой стоило жить, чтобы в конце прибежать не к финишной ленте, а к ней. К своей любимой Кайро Свит.