Внекласное чтение

В комнате было тихо. Слишком тихо для того, кто должен был читать Тургенева. Лаура Альбертовна бесшумно открыла дверь и замерла на пороге. Картина, представшая её глазам, была до неприличия банальна: Мария, её примерная отличница, с идеальными блондинистыми волосами, развалилась в кресле, уткнувшись в телефон. Книга с закладкой сиротливо лежала на столе. — Мария, — голос женщины, низкий и спокойный, разрезал тишину, как лезвие. Девушка вздрогнула, подняла испуганные карие глаза. Телефон выскользнул из пальцев, но Лаура оказалась быстрее. Она пересекла комнату в три широких шага — её рост 175 позволял ей нависать над миниатюрной блондинкой, как хищнице. Тонкие, но сильные пальцы сомкнулись на запястье Марии, заставляя разжать руку. — Я же просила тебя читать, — прошептала Лаура, не сводя с неё ледяных голубых глаз. — Чем ты тут занимаешься? Она поднесла трофей к лицу, проводя пальцем по экрану. Маша сидела тихо, боясь вздохнуть. Она знала этот взгляд. Лаура открыла последнее приложение... На экране был пульт. Ползунки скорости, кнопки включения. Ярко-розовая иконка не оставляла простора для фантазий. — Оу... — выдохнула Лаура, и в этом выдохе смешались удивление и тёмное, вязкое удовольствие. Медленная, опасная улыбка тронула её губы. — Вот оно что. А ты, оказывается, шалунья. Маша густо покраснела, пятна пошли по шее и ключицам. — Лаура Альбертовна, я не… это не то, что вы думаете… — Не надо лгать. — Голос женщины стал жёстче. — Ты меня ослушалась. И я нашла тебя за этим. Значит, будешь наказана. Лаура не выпускала телефон. Она подошла вплотную, так что Маша почувствовала терпкий запах её духов и жар, исходящий от тела учительницы. Свободной рукой женщина властно взяла её за подбородок, заставляя поднять голову. — Ты ведь знаешь, кто я такая? — прошептала Лаура, почти касаясь губами уха девушки. — Знаешь, что у меня есть? Маша часто задышала, её оленьи глаза расширились от страха и предвкушения. — Я смотрела на тебя весь год. Как ты кусаешь губы на уроке. Как краснеешь, когда я к тебе подхожу. — Лаура отпустила телефон, но не девушку. Её рука скользнула вниз, с силой сжав ягодицу Маши через тонкую ткань школьных брюк. Звонкий шлепок разнёсся по комнате, заставив Марию вскрикнуть и податься вперёд, прямо в объятия учительницы. — Тихо, — приказала Лаура и впилась поцелуем в её губы. Поцелуй был глубоким, жадным, доминантным. Она кусала нижнюю губу Маши, пока та не застонала, а затем её рот двинулся дальше: по острому подбородку, вниз по нежной шее. Она нашла пульсирующую жилку и сильно прикусила кожу, сразу же засасывая её, оставляя багровый след — метку. — Это чтобы помнила, — выдохнула Лаура, расстёгивая пуговицы на блузке Маши. Дрожащими руками Мария помогала ей, уже не думая о сопротивлении. Когда блузка упала на пол, Лаура жадно оглядела маленькую грудь девушки в кружевном бюстгальтере. Одним резким движением она сдёрнула чашечку вниз, обнажая затвердевший сосок. — Красивая, — прошептала Лаура и тут же наклонилась, беря сосок в рот. Она играла с ним: сначала нежно водила языком, заставляя Машу выгибаться, а затем принималась слегка покусывать, сжимая зубами чувствительную вершинку, пока девушка не начинала скулить. Одновременно её пальцы больно и сладко щипали второй сосок, крутили его. — Лаура... Альбертовна... — задыхалась Маша. — Молчи. Ты ещё ничего не заслужила, — оборвала её женщина, усиливая натиск. Лаура резко развернула ученицу, уложив её грудью на спинку кресла и заставив прогнуться. Она стянула с неё брюки вместе с бельём, оглаживая ладонями круглые ягодицы, а затем снова шлёпнула — сильнее, оставляя розовый отпечаток. — Красиво. Моя. Опустившись на колени, Лаура раздвинула бёдра Марии. Она чувствовала, как дрожит девушка, как она уже влажная и готовая. Лаура не стала медлить. Она припала ртом к её промежности, с жадностью пробуя на вкус, врываясь языком внутрь. — Ах! — Маша вцепилась в обивку кресла, не в силах стоять на ватных ногах. Язык Лауры был везде: он дразнил клитор, проникал глубоко внутрь, вылизывал её до полного помутнения рассудка. Женщина мычала от удовольствия, вибрацией отдаваясь в чувствительную плоть девушки. Она довела Машу почти до грани, но как только та начала сжиматься, приближаясь к разрядке, Лаура резко отстранилась. — Нет-нет, милая. Кончать ты будешь на мне. Она поднялась, расстегнула свои брюки, и Маша впервые увидела это. То, что делало Лауру не просто женщиной. Мария заворожённо смотрела на внушительный, уже твёрдый член. — Встань на колени. Теперь ты будешь просить прощения за своё непослушание. Маша послушно опустилась на ковёр. Лаура взяла себя в руку, поднося головку к губам девушки. — Открой свой маленьки ротик. Мария повиновалась. Лаура вошла неглубоко, позволяя привыкнуть, но её терпение было небезгранично. Она взяла Машу за волосы, фиксируя голову, и начала двигаться, задавая ритм. Глубже. Ещё глубже. — Расслабь горло, — приказала она хрипло. — Да, вот так. Маша чувствовала солоноватый вкус, слёзы выступили на глазах, но она не смела остановиться. Лаура трахала её в рот грубо, страстно, постанывая от удовольствия. Она чувствовала, как язычок девушки отчаянно пытается доставить ей наслаждение. — Хватит, — выдохнула Лаура, выходя из её рта и поднимая Машу на ноги. — Иди сюда. Она опракинула Марию животом на стол, раздвинув её ноги. Секунда — и Лаура вошла в неё одним мощным, глубоким толчком, во всю длину. Маша вскрикнула, запрокидывая голову. Ощущение наполненности было невероятным. Лаура двигалась резко, жёстко, вбиваясь в податливое тело, при этом рыча от удовольствия. Ей нравилось, как стенки младшей сжимали её член, от этого, она получала ещё большее удовольствие. — Чувствуешь? Это всё твоё. Ты хотела этого, маленькая шалунья. Ты хотела меня. — ударив по упругой ягодицы. Каждый толчок сопровождался шлепками по бёдрам, от которых кожа горела огнём. Лаура наклонялась, кусала плечи Маши, шею, целовала спину,оставляя новые засосы. Их тела сталкивались во влажном ритме. — Я... я сейчас... — выдохнула Маша, сжимаясь вокруг члена учительницы. — Давай, — приказала Лаура, ускоряясь. —Кончи для меня. Кончай со мной. Оргазм накрыл Марию внезапно, мощной волной, заставив её выгнуться дугой и закричать. Лаура последовала за ней через несколько секунд, делая последний глубокий и резкий толчок в неё, выплеснув своё семя прямо в неё,прижимаясь всем телом к её спине. Некоторое время они стояли в тишине, слыша лишь собственное сбитое дыхание. Лаура всё ещё была внутри неё, гладя по влажной спине. — А теперь, — прошептала Лаура ей на ухо, мягко, но с намёком на сталь, — иди умойся, одевайся и садись читать книгу. Я буду следить. Она вышла из неё, поправила одежду и подняла с пола злополучный телефон. Взглянув на экран, она усмехнулась. — А пульт я пока оставлю у себя. Вечером созвонимся.