(буквально) вдыхая снежинки (спасибо)

Ладно, возможно, устраивать снежную битву прямо у дома, где ходят люди, — не самая блестящая идея в жизни Чонгука. Но, если уж быть честным, начал всё не он, а Тэхён, решивший, что будет очень смешно сунуть снежок размером с футбольный мяч Чонгуку за шиворот. Так что, по сути, винить его самого не в чем. Разве что он, может быть, совершенно случайно, положа руку на сердце, и правда случайно, только что запустил снежком прямо в лицо человеку, который вообще не участвовал в полномасштабной войне, разразившейся после коварной Тэхёновой атаки. И, может быть, этот незнакомец сейчас выглядит довольно выбешенным — что, если честно, вполне оправданно. Чонгук бы тоже злился. — Какого хрена, — говорит парень. При ближайшем рассмотрении незнакомец выглядит словно странная смесь раздражения и пугающей милоты. Не то чтобы Чонгука заводит хмурость на чужих губах обычно, но то, как светлые волосы падают парню на карие глаза — там ещё и прядки сейчас мокрые от снега, который Чонгук запустил ему в лицо, — но этот тягучий шоколад заставляет Чонгука хотеть писать неловкие любовные баллады. К сожалению, сам парень восторга от нападения не испытывает. — Эм, — гениально изрекает Чонгук, когда тот начинает пробираться к нему. Ну, пытается — снега столько, что максимум, на что способен любой из них, это буквально продираться сквозь сугробы. Несмотря на борьбу со стихией, сердце Чонгука начинает колотиться быстрее. От страха или предвкушения — он не уверен. — Ох, чёрт меня дери, — выпыхивает Тэхён, встав рядом с Чонгуком. В капюшоне его куртки до сих пор полно снега, да и нелепостью из-за этого в нём так и сквозит. Парень подходит достаточно близко, чтобы при желании заехать Чонгуку по лицу, но, к счастью, пока сдерживается. — Чё у тебя нахрен за проблемы? — Я, э-э… — начинает Чонгук, но чёрт его знает, как продолжить. Вблизи этот парень выглядит ещё милее, что совершенно не помогает нервам Чонгука. Тут и страх быть избитым и то, что он так близко стоит к симпатяжке. Разумеется, поскольку Чонгук — невероятно везучий человек (отель: сарказм пять звёзд со всё включено), парень напротив, похоже, злится ещё больше с его слов. Или, скорее, с их отсутствия. Выражение его лица полностью застывает. — Эм, прости, — выдавливает Чонгук, процентов на девяносто уверенный, что сейчас получит в глаз и будет неделю ходить с фингалом. И пусть внешность обманчива — он правда в спорте, окей? — Чонгук ни разу в жизни не дрался и очень хотел бы сохранить эту статистику. — Я правда не хотел в тебя попасть, клянусь! Я целился в друга, но он сдвинулся, а ты оказался ровно там, где стоял он, и я... я правда не хотел! Мне очень жаль! — тараторит он, надеясь, что поток слов убедит (всё ещё милого, но слегка пугающего) парня не превращать его в грушу для битья. Страх, видимо, написан у Чонгука на лице, потому что выражение парня тут же смягчается. Рядом тихо смеётся Тэхён. Предатель. Хотя, если бы Чонгука действительно попытались атаковать, он бы легко вышел победителем. Он не зря ходит в зал пять раз в неделю. И, несмотря на грозное выражение, парень всё же ниже и меньше его. К полному изумлению Чонгука, тот просто продолжает на него смотреть. Что ещё больше заставляет нервничать, и фильтр «мозг-рот» даёт сбой. — Может, я могу как-то загладить вину? — выпаливает он и получает в ответ пустой взгляд. — Ну, типа… есть способ искупить? Я правда не хотел тебя задеть, и, честно, я лучше высушу твоё пальто, чем получу кулаком в лицо, понимаешь, и... — Сходи со мной за кофе. Чонгука словно обрывают на полуслове. Через секунду смысл доходит. Вроде бы. — Чего? Рядом хихикает Тэхён, но Чонгук не может оторвать взгляда от парня перед собой. Несмотря на всё ещё нейтральное выражение, на его щеках появляются два светло-розовых пятна, явно не от холода. — Я сказал: сходи со мной на кофе. Ты плохо слышишь или что? Слова звучат довольно грубо, но Чонгук не может сдержать широкой улыбки. Он всё ещё нервничает, но внезапно чувствует прилив уверенности: он только что запустил человеку снежком в лицо, а тот всё равно зовёт его на свидание. Где-то здесь точно напрашивается каламбур. — С удовольствием! — отвечает он воодушевлённо. Когда Тэхён снова фыркает от смеха, Чонгук толкает его локтём в бок. Не каждый день милый парень зовёт его на кофе — можно и дать человеку пожить. — Подожди, правда? — глаза парня расширяются, но он быстро берёт себя в руки. — В смысле… круто. Чонгук сияет. — Я Чонгук, кстати. — Юнги, — кивает тот. — Приятно познакомиться, Юнги. Улыбка, кажется, теперь навсегда приклеена к его лицу, особенно когда он замечает, как уголки губ Юнги тоже приподнимаются. — Ну да, я бы сказал то же самое, но, знаешь ли, не очень приятно, когда тебе в лицо швыряют чёртов снег. На этот раз, хоть чувство вины и не исчезает, Чонгук почти уверен, что Юнги шутит. Особенно учитывая настоящую улыбку, озаряющую его лицо. Чонгук, кажется, готов смотреть только на неё всю оставшуюся жизнь. На несколько секунд они просто смотрят друг на друга — кого он обманывает, они не просто смотрят, они буквально тонут во взглядах друг друга. Всё именно так неловко-сладко, как звучит. — Так что насчёт кофе? — наконец говорит Чонгук, потому что кто-то должен что-то сказать. И потому что Тэхён потом и так его засмеёт. — Прямо сейчас? — Глаза Юнги снова слегка расширяются. — Ну да. Если у тебя нет других дел? — Нет, сейчас подойдёт. — Юнги прикусывает губу и наконец отводит взгляд. Чонгук не уверен, рад ли он, что Юнги не видит, насколько он сам смущён, или огорчён. Впрочем, учитывая, что впереди свидание за кофе, он ещё успеет на него насмотреться. — Тогда пошли, — улыбается Чонгук. Повисает неловкая пауза, пока никто не делает первый шаг, и тогда Чонгук решает начать. Он не успевает сделать и шага, как голос Тэхёна его останавливает. — Ты просто меня тут оставишь? Оглянувшись, Чонгук видит друга с выражением полного недоверия на лице. Он явно не ожидал такого поворота. — Да, — коротко отвечает Чонгук, надеясь, что в этом слове достаточно извинений. Хотя никаких планов у них и не было. И не то чтобы Тэхён сам никогда так не делал. — Идёшь? — голос Юнги заставляет его снова обернуться. Медленно они пробираются сквозь снег к тротуару. На щеках Юнги лёгкий румянец, на губах улыбка, и Чонгук никогда ещё не был так счастлив, что чуть не покалечил кого-то снежком. Особенно когда Юнги вдруг смотрит на него в ответ, и его улыбка становится шире. Это лучшее зрелище в жизни Чонгука. (Он знает, что должен был ожидать, что Юнги в какой-то момент нанесет ответный удар, когда после кафе Юнги заслуженно запихивает ему снег за шиворот.)