люблю грубо

входная дверь громко хлопает, оповещая своим скрипучим звуком настроение вошедшего. уилл в несвойственной ему манере небрежно скидывает ботинки, грубым движением вешает пальто на крючок и ерошит волосы, зачесывая назад. замирает всем телом, явно напрягаясь и о чем-то думая, от злости сжимая руки и скрипя зубами. ярость. очевидная для майка, который вот уже с минуту наблюдает из-за угла за своим мужем. спрашивать «что случилось» не имеет содержательности. майк знает, что в такие редкие моменты, когда шатен не может удержать свой эмоциональный фон стабильным и не в силах держать исходящие флюиды ненависти, уилер ничего вразумительного услышать не сможет. польется лишь безостановочный поток словоблудства, явно приправленного сверху субъективной оценкой к происходящему. быстро и ясно его пошлют на хуй, долго и терпеливо объяснят на какой именно и в детально расписанной позе. майк посмеется с ролевого обмена, но в реальности воплотить такое не позволит. ведь он знает, насколько уилл любит его член в себе и насколько сильно его клинит, когда в него долбятся совершенно грубо, размашисто и нагло. его мальчик любит жестко, любит, когда без церемоний и приторной нежности, когда быстро, безапелляционно и отчасти по животному. когда от криков сводит горло, а ноги совсем немеют. когда от избытка ощущений забываешь, как дышать. у уилла кинк на такой секс, еще больший на такого майка. который, впрочем, совсем не против утолять свой голод несдержанными криками удовольствия его мужа. майк определенно знает, что делать. без лишних слов он подходит к байерсу, заводит чужие стиснутые руки за спину и сжимает их в кулак. уилл оказывается почти беззащитным, но на лице все также скользит неприкрытая злость и ненависть, наверное, на этот день. майк сглатывает дикий, горящий безумием взгляд и жадно впивается в чужие губы. топит в грубом поцелуе привычные протесты, прикусывает губу до крови и чувствует капитуляцию тела напротив, которое резко обмякает и едва слышимо стонет. уиллу больно от прокушенной губы, уилл ловит кайф. майк впечатывает шатена в стену, сильно вжимается в него своим телом и ощущает, как внизу начинает гореть от жгучего жара. уилл возбуждается с пол-оборота, уилер понимает это по чужой твердости и несдержанности. брюнет подкидывает дрова в пожар и несильно прикладывает голову уилла о стену. каштановые пряди встряхиваются, заглушенный крик вновь топится поцелуем. майк глотает чужие стоны, уилл плавится под напором и просит большего, нагло вторгаясь языком и грубо сминая губы. майк от перетянутой инициативы болезненно корчится и в голове вспыхивает натурально багровое желание наказать. он отпускает сцепленные в собственноручный замок кисти байерса, отходит от него на полшага и требовательно смотрит в расфокусированный взгляд напротив. — на колени. твердой интонацией полосует пространство, и уилл, как самый послушный мальчик, опускается, с предвкушением облизываясь от того, что ему прикажут. полное подчинение, грубость, боль — уилл байерс ловит очевидный дурман, когда все это складывается. а майк его лучшая находка в сложении фетишей. уилл тянет подрагивающие руки к недвусмысленно топорщащейся ширинке, но их тут же обжигает боль от удара. он поднимает взгляд и сталкивается с холодностью во взгляде свыше. провинился? — я разрешал? — уилл сглатывает и опускает голову, молча ожидая развязки. возбуждение лишь нарастает. — зубами. уилл подавляет в себе тихий стон, член болезненно давит, но предвкушение от скорой разрядки подогревает интерес и желание. он тянется ртом к ширинке и одновременно ощущает крепкие пальцы, вцепившиеся в его волосы. они больно оттягивают их назад, но он все равно двигает головой вперед, сильнее создавая натяжение и увеличивая собственную боль. в штанах становится сильно туго. терпение кончается опасно быстро. уилл с характерным лязгом хватает зубами замок молнии и тянет его вниз, ширинка раскрывается и открывает вид на чужое сильное возбуждение. шатен непроизвольно сглатывает слюну и тянет зубами край штанов, чтобы припустить их и упростить себе задачу. майк поддерживает его действия сильным сжатием ореховой копны чуть ли не у основания. уилл не может подавить болезненный выдох. в комнате становится жарко. уилл проводит языком по бугорку, оставляя влажноватый след на трусах, и хватается зубами за их край, стягивая вниз. сначала появляется налитая кровью головка с естественной смазкой, а после, когда трусы стянуты на уровень штанов, он видит весь член целиком. становится очень больно, когда собственное возбуждение давит совершенно немыслимо. парень морщится, но все равно упивается своим состоянием и открывшимся перед ним видом. он облизывает губы и собирает слюну во рту, а после с явным наслаждением проводит языком по головке, слыша сверху тяжелый выдох сквозь стиснутые зубы. его мужу нравится, значит уилл будет стараться лучше, как хороший мальчик. байерс очерчивает языком вены, проводит им по уретре, наслаждаясь усилившейся хваткой, и вбирает в себя весь член. он не давится, а расслабляет глотку, потому что знает, что скоро майк потеряет все терпение и начнет вдалбливаться в него без всякой осторожности. а пока уилл насаживается ртом на член, всасывает щеки и старается обильно смачивать все слюной. майк поначалу толкается медленно, растягивая удовольствие, но, когда уилл без спроса обхватывает его бедра и насаживается сильнее своим ртом — он понимает, что его мальчик на пределе. майк поднимает ногу и кладет ступню на чужой член, мягко надавливая, чтобы сначала принести боль, а после, когда тот что-то хрипит с членом во рту, начать неторопливо тереться и подводить уилла к долгожданному удовольствию. а байерс чувствует эту ступню, и понимает, что если скоро его не оттрахают в рот так, как надо, то он точно разозлится по серьезному и все к черту разрушит. майк на ментальном уровне понимает состояние партнера и переходит к так обоим излюбленным действиям. он начинает вдалбливаться в принимающий и готовый к подобному рот, сильнее прижимая к себе каштановую голову и увеличивая частоту поступательных движений, не забывая, конечно, о своем мальчике, сжимая и потирая ногой его член. уилл хрипит, но не давится, привычно расслабляет горло и отдается процессу полностью, теряя весь контроль над происходящим, сосредотачиваясь лишь на горящем ощущении внизу, где так хорошо, но так мало работает его любимый муж. «сдави сильнее!» — хочется прокричать, но рот уже немеет, а слюна вязкой нитью стекает вниз. «боже, я скоро кончу!» — когда майк теряет самообладание и долбится в рот, остервенело, но не безумно и все же немного контролируя действия, не забывая о чужом удовольствии. уилл испытывает слишком много всего сейчас. внизу собирается комок, а слух ласкает тяжелое дыхание и редкие хриплые стоны, когда он напрягает горло и сдавливает чужой горячий член чуть сильнее, чем нужно. уилл на грани, майк ее перешел уже давно. байерс вновь стискивает руками чужие бедра невербально передавая, что скоро кончит, умоляя не останавливаться, а у майка такого и в мыслях не было. он лишь ускоряет и без того бешеный темп и через пару фрикций кончает, неосознанно сильнее давя ногой на член мужа. тот с приглушенным криком обильно кончает следом и хрипит нечто нечленораздельное. отдышавшись, майк сжимает разлохмаченные волосы у основания, оттягивает чужую голову назад и уилл с характерным чавкающим звуком выпускает изо рта член, а уилер, наслаждаясь прикрытым негой красивым лицом, опускается на колени и приподнимает голову шатена, вглядываясь в его глаза сквозь чужую пелену слез. — еще, — единственное, что хрипит уилл и делится своей жадностью в глазах, заразительно передавая свой настрой майку. тот на это заявление криво ухмыляется и подхватывает несопротивляющееся тело мужа, неся в общую спальню. он аккуратно кладет его на постель и, подмечая состояние уилла, благоразумно предлагает немного подождать. уилл закатывает глаза и что-то недовольно ворчит. у того сразу загорается искра в глазах и он, все равно остающийся на своей мысли, решает немного побаловаться, прежде чем перейти к активным действиям. уилл не успевает сделать очередной вдох, как тут же чувствует, что его грубо и сильно перекидывают, так, что теперь он лежит на животе, а его руки вытянуты над головой и снова сцеплены в замок. полная беспомощность. какой же кайф. — ты закатил глаза? — опаляя ухо жаром шепчет майк и больно прикусывает мочку; уилл сдавленно охает и взгляд снова топит возбуждающее томление. — разве ты не знаешь, как мне это не нравится? — майк сползает вниз и быстро стягивает чужие штаны с трусами. байерс чувствует пробегающий по голой коже холодок и член начинает подрагивать от новых ощущений. — разве я не говорил так не делать? — риторический вопрос служит прелюдией перед смачным ударом по заднице. уилл дергается всем телом, запрокидывает голову и отрывисто вскрикивает, ощущая, как горят пять пальцев на месте удара. там теперь точно очевидный след руки, и уилл готов умолять о продолжении. — тот, кто ослушивается, обычно получает наказание, — майк хмыкает и вновь, совершенно не щадя сил, бьет по другой ягодице. байерс громко вскрикивает и все его тело пробивает очередная дрожь. боже, как же больно. майк, пожалуйста, еще. — плохих мальчиков нужно воспитывать. ты согласен, уилл? — и очередной смачный шлепок, оставляющий после себя картину пяти пальцев. уилл стонет в голос, дрожит всем телом и лишь может задушено вытолкнуть из себя: — майк, пожалуйста… — что пожалуйста? — издевательски тянет майк, хотя сам уже чувствует жжение от налившегося вновь возбуждения. уилл поджимает пальцы ног, старается потереться членом о простыни, но чужие властные руки вжимают его в постель и не дают совершить лишнего движения. — пожалуйста, — на выдохе тихо говорит уилл и, закусывая губу, продолжает, — трахни меня. жестко. майк на эту просьбу обманчиво мягко проводит по красной коже ягодиц, а после в знак одобрения не сильно ударяет еще пару раз. уилл понимает, что вновь на пределе, возбуждение туманит все мысли, хочется лишь одного. и это одно майк дает с большим удовольствием и умением. он заменяет свои руки на наручники и теперь уилл к кровати прицеплен однозначно прочно. брюнет встает с кровати, ненадолго оставляя своего мальчика томиться в ожидании и собственном возбуждении, а после приходит голый и со смазкой в руках. он поднимает вверх рубашку уилла, прикусывает пару позвонков, тут же зализывая языком, и берет в руки смазку, щедро выдавливая на тонкие пальцы. уилл ощущает, как задний проход умело массируют холодные пальцы, и эта острота ощущений будоражит мозг. байерс в нетерпении приподнимается и майк вводит сразу два пальца. чувство заполненности заставляет того вскрикнуть и насадиться сильнее, уилер на такую самовольность больно шлепает по заднице и свободной рукой давит на спину, приказывая не двигаться. уилл зарывается лицом в подушку и дрожит всем телом в ожидании, когда пальцы заменит горячий пульсирующий член. майк не тратит много времени на растяжку, уилл достаточно растянут, чтобы быстро принять в себя три пальца, а когда они с хлюпаньем свободно входят и выходят — вытаскивает их и раздвигает чужие ноги в стороны, размещаясь по центру. он специально давит на позвоночник шатена, чтобы тот не мог двинуться, а сам наседает на него своим телом и издевательски медленно входит. уилл сдавленно стонет в подушку и мысленно умоляет ускориться, но майк сегодня мучает нарочно, чтобы у него все мысли вышибло и ни о чем, что разжигает ярость, у него не было сил думать. он справляется на ура, поставьте ему пятерку за успехи. уилл недоволен, уилл хочет большего, а не медленно скользящего члена внутри. он хочет, чтобы в него вдалбливались быстро, размашисто, глубоко, и чтобы шлепали, сдабривая удовольствие болью. он что, так много просит? майк с наслаждением входит в податливое нутро, фиксирует своими ногами чужие колени и давит своим весом, не забывая при этом слегка царапать спину, оставляя так любимые уиллом полосы красного. но терпения надолго не хватает, особенно, когда уилл в немом протесте сжимает его внутри себя и не дает так просто двигаться в своем темпе. — моему мальчику хочется по-другому? — тянет майк, не забывая все равно двигаться медленно и тяжело дышать, упиваясь жаром тугих стенок. — блять, пожалуйста… — уилл хрипит свою просьбу, ловя кайф от того, как майк специально глубоко входит на его словах. и застывает на месте, пульсируя внутри. — все ради тебя. — шепчет майк и без всяких сомнений наседает всем телом на уилла, начиная вдалбливаться так, как он того хотел. дико, глубоко, быстро, импульсивно и не щадяще. уилл запрокидывает голову и чувствует тяжелое дыхание у самого уха. майк вбивается умело, у шатена вышибает дух. кровать трясется и скрипит, наручники больно стягивают ослабевающие руки, тяжесть и жар чужого тела буквально сводят с ума. майк в него входит размашисто, задевает простату и приносит чистое удовольствие. без всяких рамок и размытых границ, без морали и правил. так, как нравится им обоим. уилл надрывно кричит, не стесняясь собственного голоса и эмоций, уилер прикусывает его ухо и что-то шепчет, заставляя того покрываться мурашками. — так хорошо, — очередной толчок, выбивающий громкий стон, — не останавливайся, — сдавленно выдыхает уилл, наслаждаясь грязным звуком хлюпанья и шлепков тел, — только не останавливайся, — умоляет, чувствуя приближающийся оргазм. член трется о простыни, байерс испытывает боль от прокушенного уха, от натирающих в кровь наручников, от тяжести чужого тела, от бесконтрольной долбежки, и вот прямо сейчас он кончит так, как никогда не кончал. уилл чувствует это безумие, которое охватывает двоих прямо сейчас, чувствует животность, которая руководит, чувствует то, как ему хорошо. — я сейчас… — уилл закусывает губу, прикрывает глаза и действительно забывает о всем на свете, когда его накрывает волной самого сильного оргазма. он кричит, дергается, изо рта текут слюни, а в глазах копится влага. ему безумно хорошо. майку тоже, потому что от криков наслаждения его мальчика, от чувства тугости, когда уилл непроизвольно сжимается, у него клинит мозг, и через пару фрикций практически следом за мужем он кончает. обильно, внутрь любимого тела, со сдержанным стоном. майк слезает с тела уилла, переворачивается на спину и смотрит на покрасневшее, влажное лицо совершенно измотанного, но довольного шатена. — моему мальчику понравилось? — да, майк.