Пыльца Шрёдингера.

Утро началось не с кофе, а со звонка Стенли. «Боже, Ксено, почему мне звонит твой муж, а не ты?!?» — подумал Сенку, пока бегал по квартире в поисках штанов, ведь понял, что опоздал на работу. Отвечать на звонок не стал. Всю ночь он пытался как минимум приблизиться к хотя бы черновому варианту придуманного им иммуноглобулина. В теории их должно было быть несколько, но бюджет не позволял совсем ничегошеньки. Главной задачей Ишигами посчитал создать препарат, с помощью которого слизистые перестанут реагировать на пыльцу. Задача оказалась немного сложнее, чем он рассчитывал. Ну то и понятно: вообще-то он не фармаколог, а генетик, но возиться с препаратами ему ой как нравилось. После своей разработки он отдавал идею фармацевтам, которые уже и воплощали её в жизнь. Сенку очень хочет вылечить всех людей в мире, хотя и понимает, что сделать это ему, скорее всего, не удастся. Несколько из его препаратов уже спасали жизни, чем он очень гордится. На входе в больницу его уже ждал Ксено, такой взъерошенный и подозрительно спокойный. Уинфилд зашёл следом за Сенку, потом обогнал его, сказал скомканное «за мной» и привел его в палату для G-цветолюдей с осложнениями. Там стоял Цукаса. Лицо его выражало отчаяние вперемешку с тревогой. Ксено глубоко вздохнул и выдал: «Этот патлатый пиздюк оплодотворил всю палату».

***

Рабочий день Цукасы начинался как обычно. Уборка помещений, уход за пациентами. В одной из палат, на прикроватной тумбочке, согреваясь лучами солнца, стоял пышный букет ромашек. — Кто, блять, придумал притащить в общую палату цветы?!? — прорычал санитар, собираясь не то что выбросить цветы, а запустить их в стратосферу, лишь бы ему не влетело за несоблюдение инструкций. К слову, инструкции он соблюдал нечасто, за что часто получал штрафы и нагоняи. — Извините, этот букетик принесли мои дети... — отозвался чей-то голос. — Дети?!? — от ярости Цукаса сорвал с себя маску. — Вы хотите сказать, что вас, пациента с осложнениями и нестабильным состоянием, навещали родственники? Да знаете, что они могли под... подце... Он жадно вдохнул воздух. ААААПЧХИ!!!! ... И вот он уже в панике бежит к Луне; они вместе решают помыть палату полностью, включая потолок, каждую щель и самих пациентов. На моменте обеззараживания потолка с помощью швабры, вода от которой капала на всех, кто там находился, в палату заглянул Ксено. Смех из ординаторской было слышно за километр. Поржать над будущим «отцом шести цветочков» собралась половина медицинского персонала. Сенку с Ксено, задыхаясь от смеха, первым делом побежали к Гену и Стенли, после они всей компанией рассказали новость всем, кому не лень. Виновник происшествия сидел за столом, потупив взгляд, но уже в маске. Мысленно он уже пять раз поклялся себе всегда соблюдать инструкции. Когда смеяться было невозможно из-за боли в мышцах, генетик решил всё же успокоить переживающего громилу. — Хоть и есть вероятность того, что они забеременели, — начал Сенку, — ещё ничего не ясно. Из-за осложнений беременность будет для них очень рискованной, но и её прерывание может плохо закончиться. Сам факт оплодотворения ещё не зарегистрирован, возможно, ещё ничего не случилось. И, не сдержавшись, добавил: — Тебе в любом случае помогут, если не мы, то пособие для многодетных семей. — БОЖЕ, СЕНКУ, ПОЩАДИ! — захлебнулся в слезах Ген, пытаясь не помереть от смеха.