Identity Theft

В комнате повисла тяжёлая тишина. Питер уверен: если раньше остальные не слышали бешеного стука его сердца, то теперь точно слышат. Его кожа горела и раскраснелась от внезапного приступа нервозности, а пот прилипал к внутренней стороне костюма, как жвачка. Оставалось только молиться, чтобы материал костюма удерживал запах, и окружающие его не почувствовали, потому что, судя по ощущениям он вспотел так сильно, что мог бы затопить весь комплекс. Все уставились на него, потеряв дар речи. Это ещё больше нервировало Питера, он крепче сжал маску — казалось, сожми он её ещё сильнее, и та разлетится на миллиард волокон. Это, вероятно, разозлило бы мистера Старка ещё сильнее. — Господи, пацан, — первым нарушил тишину Тони. — Я не говорил, что тебе нужно называть полное имя. У Питера отвисла челюсть. — Но вы же…! Тони развернулся, махнув рукой. — Что дальше, сообщишь Наташе номер своей страховки? Все мельком взглянули на Наташу, её лицо стало на тон бледнее, чем минуту назад. Она уже поставила пистолет на предохранитель и засунула его поглубже за пояс, не сводя взгляда с пола. У женщины, которую обычно было трудно понять, сейчас всё было написано на лице неоновыми буквами. Она только что угрожала пистолетом ребёнку. И ей это совсем не нравилось. Сэм же, наоборот, разразился хохотом. — Срань господня! Стив отпустил Питера так внезапно, будто обжёг руки. — Не ругайся, — пробормотал он отстраненно, словно слова вырвались сами собой. Отступление Стива не сталось незамеченным — до этого он командовал в комнате с позиции авторитета. Сейчас его поведение изменилось до неузнаваемости. Он следил за Питером взглядом ястреба, напряжённо нахмурив брови, шок был неприкрытым, как и у всех остальных. Это открытие выбило его из колеи не меньше, чем Наташу. Совсем юный подросток — последний, кого он ожидал увидеть под маской. Сэм согнулся пополам и захлопал себя по коленям, его смех прорезал напряжённую атмосферу. — Чёрт возьми, мы теперь вербуем «Клуб Микки Мауса»? — Уилсон, — угрожающе произнёс Тони. — Нет, нет, это же круто, — настаивал Сэм, отмахиваясь от Тони, явно не понимая намёка. — Давайте тогда ещё дочь Скотта Лэнга позовём — дадим ей костюмчик муравья и назовём «Жало» или ещё как-нибудь по-дурацки. — Сэм… — тихо одёрнул его Стив, с каждой секундой отдаляясь от Питера ещё на шаг. Сэм не обратил внимания на тон, означавший «Не начинай». Он качал головой, не переставая смеяться — его смех становился громче каждый раз, когда он смотрел на Питера. Несмотря на то, что костюм закрывал всё тело от шеи и ниже, Питер внезапно почувствовал себя более голым, чем когда-либо раньше. Он нервно потёр затылок, чувствуя на себе взгляд Вижна и его спутницы — девушки с длинными рыжими волосами ниже талии, что смотрела на него крайне подозрительно. Если и был в жизни момент, когда Питер чувствовал себя музейным экспонатом, то это был именно он. Он на мгновение задумался о том, насколько ужасными будут последствия, если он прыгнет обратно в вентиляцию и внезапно сбежит. Начать новую жизнь в его возрасте ведь не так уж и сложно, правда? В Чайна-тауне есть приют F.E.A.S.T., где он мог бы переждать, бросить школу и начать всё сначала… Кого он обманывал? Ему конец. Из всех способов, которыми Мстители могли узнать его личность, этот был худшим. Питер начал жалеть, что не принял предложение вступить в команду несколько месяцев назад. По крайней мере, тогда в его разоблачении было бы хоть какое-то достоинство. — Тонс… — Роуди стоял рядом с Тони, шепча, чтобы не привлекать внимания. — Что это значит? Питер заметил, что Ванда начала медленно подходить к нему, с любопытством разглядывая его. Её взгляд не отрывался от него ни на секунду. С каждым её шагом Стив делал шаг назад, отдаляясь не только от Питера, но и от всех остальных. — Это… — Тони вытянул руку, словно демонстрируя презентацию. — Человек-паук. Питер выдавил из себя улыбку и неловко помахал рукой. — Нет, нет, нет, — засмеялся Сэм. — Это же буквально «Улица Сезам»! Улыбка Питера мгновенно исчезла. — Прекрати, Сэм, — прошипела Наташа. — Это не смешно. Её тон был тихим и серьёзным, в нём чувствовалось меньше привычной властности. Возможно, именно она наконец достучалась до Сэма, а возможно, напряжение в комнате стало окончательно невыносимым. Его смех быстро стих, оставив после себя лишь тишину. Тони прошёл мимо Питера, ободряюще, но довольно сильно хлопнув его по спине, отчего тот пошатнулся. — Он мой новобранец. Юный гений, обладает необычными способностями, любит лазить по стенам и, судя по всему, по вентиляционным шахтам… Голос Тони начал затихать в ушах Питера, сменяясь мирным, но таинственным гулом. Ванда подошла к нему вплотную, и его сердце бешено заколотилось, словно барабан в груди. Волосы на затылке встали дыбом, подсказывая, что что-то не так — совсем не так. Но он не мог пошевелиться. Её пальцы зависли у его груди, двигаясь резкими, почти танцующими движениями. Алое сияние, закрутившееся вокруг них, гипнотизировало. Питер смотрел на него, не в силах отвести взгляд. Это было нечто за гранью всего, что он видел раньше — алая энергия, струящаяся вокруг неё, словно тлеющие искры над пламенем. Затем, словно по щелчку выключателя, мир вокруг него вернулся в нормальное состояние. — Воу, воу, воу! — крикнул Тони, оттаскивая её от него — буквально отшвыривая назад. — Ты что сделала? Питер моргнул и тряхнул головой, а когда дымка не рассеялась, сделал это ещё раз, после чего с нарастающим замешательством перевёл взгляд с Тони на Ванду. — <Малыш> невиновен, — просто ответила Ванда. — Ничего себе! — Питер вскинул брови и ткнул пальцем себе в лоб. — Она что, только что прочитала мои мысли? Что бы ни произошло, это, похоже, не потрясло остальных так же сильно, как его. Конечно, мистер Старк выглядел так, будто готов разнести всё здание даже без репульсоров Железного Человека, но в остальном команда не выказала ни тени шока. По крайней мере, по поводу действий Ванды. Но вот разоблачение личности Человека-паука… Питер понимал, что об этом забудут ещё не скоро. — Ванда, — Вижн шагнул вперёд, медленно приближаясь к ней. — Ты не можешь… — Я чувствую себя осквернённым, — пискнул Питер. — Он говорит правду. Он просто пытался помочь, — Ванда отступила от него, опустив руки. Когда она заговорила снова, её взгляд поочерёдно остановился на Стиве и Тони. — Он ничего не крал. — Да, я как раз к этому и вёл, Максимофф! — раздраженно выдохнул Тони, потирая глаза сжатыми кулаками. — Я думал, мы уже прошли фазу нападений на разум. Питер огляделся, заметив, что никто, кажется, не был обеспокоен произошедшим. Все оставались спокойными, как будто «фаза нападений на разум» была для них обычным делом. Преследовать недо-фокусника со сверхспособностями, раскрыть себя Мстителям, позволить какой-то волшебной женщине из Соковии прочитать свои мысли… день складывался гораздо хуже, чем он себе представлял. — Думаю, нам лучше уйти, Ванда, — посоветовал Вижн, осторожно протягивая ей руку. Он терпеливо ждал её ответа, не убирая ладони. На мгновение Ванда замерла, впившись взглядом в Питера. Он нервно отвёл глаза и принялся изучать потолок, пересчитывая плитки одну за другой. Что угодно, лишь бы избежать взглядов, буквально прожигающих в нём дыру. Наконец, после долгой паузы, она взяла его за руку. — Хорошо, Виж. Ванда направилась к выходу вслед за Вижном. Питер заметил взгляд, который она бросила на него, прежде чем выйти. И последовавшую за ним улыбку. Странно, но в ней не было ничего пугающего. Питер на своём веку повидал достаточно жутких улыбок — у Тумса, вот у него была жуткая улыбка. Нет, её казалась… искренней. Доброй. Словно она увидела что-то в его голове. Что-то, что заставило её посочувствовать ему. Он хотел спросить об этом, но не успел. — Итак, если Дора не крала твою технику… — начал спрашивать Сэм. — То, кто это сделал? Питер резко повернулся к команде и неловко поднял руку. — Эм, если позволите… — он откашлялся, надеясь избавиться от писка, который почти прорезался в голосе. — Это был Мистерио. Роуди нахмурил брови. — Мистери… кто? Все снова смотрели на него, но теперь выражения их лиц изменились. Шок и недоверие сменились полным замешательством — даже лицо Тони из состояния, граничащего с приступом ярости, перешло в нечто похожее на недоумение. — Эм, ну… это… я его так называю. Мистерио, — Питер не осознавал, насколько глупо это звучит, пока не произнес это перед группой взрослых людей. — Как… «Загадка» по-испански, но не… не знаю, он говорил со мной по-испански, и это было очень странно, и я пытался… — Пацан, — перебил Тони, щёлкнув пальцами. — Суть. Ближе к делу. — Точно, точно, — кивнул Питер. — Он был здесь. Я проследил за ним из Куинса. Он добирался по Гудзону и у него был этот… туман. Очень странный туман, который он использует — из-за него мой костюм перестаёт работать, происходит что-то вроде… технологического отключения. Он должен был забрать шлем, мистер Старк, это единственное логичное объяснение. Тони сдержал вздох, потирая висок до покраснения кожи. Роуди лишь пожал плечами, глядя на Тони — он явно был готов умыть руки в этой ситуации. Наташа же, напротив, тихо хмыкнула, обдумывая его слова. — Тот парень с Таймс-сквер… — размышляла она вслух. — Каков его мотив для кражи такой технологии? Стив, который до этого старался держаться на расстоянии и молчал большую часть разговора, внезапно шагнул вперёд. — Тони… — в комнате воцарилась короткая пауза. Он смотрел прямо на Тони, когда говорил. — Нам нужно поговорить. Наедине. Это не было просьбой — Тони это знал. Чёрт возьми, это знали все присутствующие. Это было указание. Приказ. Питер решил, что пол выглядит куда привлекательнее любого из присутствующих, и нервно переступил с ноги на ногу. Сейчас, как никогда, он жалел, что укус паука не наделил его способностью становиться невидимым. Тони и Стив переглянулись. Со стороны казалось, будто они ведут разговор одними лишь взглядами. И если за Тони стояла гордыня и дерзкая уверенность, способная заполнить собой всё пространство, то поведение Стива говорило о его лидерских качествах. Невысказанное требование: «Я прошу вежливо, но мне не нужен твой ответ». В конце концов Тони сдался. Следуя за Стивом к выходу, он обернулся к Питеру. — По коридору направо, пятая дверь — код 131964. Ждите меня там, — Тони предостерегающе ткнул в него пальцем. — Ничего не трогай. Питер отрывисто кивнул. Через мгновение оба скрылись в коридоре. Роуди ушёл вместе с ними, но свернул в противоположную сторону и завёл разговор с охранником — слов отсюда было не разобрать. И тогда Питер болезненно осознал, что остался наедине с двумя Мстителями, которые смотрели на него так, словно он какая-то аномалия. Он не знал, кто нервирует его больше: Сэм — учитывая, что в их последнюю встречу он замотал Сокола в кокон из паутины. Или Наташа, которая, вероятно, знала 564 способа убить его прежде, чем он успеет моргнуть. Питер указал на дверь. — Мне бы… э-э… послушаться его… ну, вы знаете, пойти и… да. Стиснув маску в руках, он попытался выйти из мастерской. Оба Мстителя стояли перед дверью, не двигаясь. Наташа всё же немного отступила, но Сэм не шелохнулся ни на дюйм. Питер протиснулся между ними, бормоча: — Извините… просто нужно пройти… извините… почти всё, — в тот момент красно-синий спандекс коснулся Наташи, а плечо задело Сэма. Это был, определённо, самый неловкий момент в его жизни, включая тот случай в шестом классе, когда с него стащили штаны в столовой. Как только выдалась возможность, он сорвался с места и помчался по коридору. Сэм высунул голову из двери, сложив ладони рупором у рта. — Смотри, а то под домашний арест посадят! — крикнул он. Наташа посмотрела на него с отвращением. Он повернулся к ней и пожал плечами. — Что? Наташа громко фыркнула и покачала головой, выходя из мастерской; она направилась в противоположную сторону от той, куда убегал Питер. Сэм не отставал, бормоча себе под нос, пока следовал за ней: — Мне не хватает Бартона. У того хотя бы чувство юмора есть.

***

Дверь в конференц-зал закрылась со отчётливым щелчком. Люминесцентные лампы над головой включились автоматически, одна за другой, пока вся комната не оказалась залита светом. Стулья вокруг стола для совещаний пустовали, углы оставались нетронутыми; здесь было тихо и уединённо, весь хаос снаружи остался за дверью. Стив выждал мгновение, прежде чем отвернуться от двери, задержав руку на ручке чуть дольше, чем требовалось. — Тони… — вырвалось у него на одном дыхании. Это был такой вздох, который, не уходи Тони в этот момент прочь, мог бы просто сбить его с ног. — Знаешь, — Тони небрежно махнул рукой в ​​воздухе, идя вглубь зала спиной к Стиву. — Это довольно печальный день, когда у тебя система безопасности стоимостью в миллиарды долларов, и ничто из этого не мешает недо-фокуснику вломиться и украсть твои вещи. Его напускное безразличие ни к чему не привело. Никакой реакции, даже смешка или цоканья языком. Развернувшись, Тони вскинул бровь, глядя в ответ на следящие за ним голубые глаза. Если бы он не знал Стива так хорошо, он бы решил, что это выражение — та самая печать бремени, которую он видел много месяцев назад. Тот же груз на плечах, от которого, как клялся Тони, они уже избавились. — Что? — он не столько спросил, сколько потребовал, и в голосе звучало плохо скрываемое раздражение. — Хочешь прочитать мне лекцию об ответственности? Об опасностях моих технологий? Хочешь начать всё это — снова? Слово «это» не нуждалось в пояснениях. То, как Стив низко опустил голову и покачал ею, было лучшим тому подтверждением. Он так и стоял — как долго, Тони не знал. Повисшая тишина разрезала воздух так, что следующий вдох давался тяжело, а следующий — ещё тяжелее, сухой и застоявшийся. Напряжение было ощутимым; они отравили пустые углы комнаты трением своей затянувшейся враждебности. Она никогда не исчезала насовсем, просто была запрятана туда, где никто из них не мог её увидеть. Когда Стив поднял взгляд, выражение его лица изменилось. Искаженная смесь печали и разочарования глубоко отпечаталась в морщинках на его коже. — Ой, да ладно тебе, Роджерс, — Тони попытался закатить глаза, но остановился на полпути. Этот взгляд был слишком знаком: точно так же Стив смотрел в тот день в гостиной, когда перед ними всеми лежали документы по Соглашениям. Этот взгляд мгновенно перенес его туда, на много месяцев назад. Время, которое он не хотел переживать заново, подавленный эпизод, который они все пытались оставить в прошлом. Их совместное лидерство в команде представляло собой искорёженный беспорядок, едва державшийся на волоске. Каждый день — как хождение по яичной скорлупе, постоянное лавирование вокруг хрупких — до невозможности хрупких — эмоций, рождённых ими обоими. Перемирие было заключено рукопожатием над камином, где Соглашения сгорели в огне, рассыпаясь искрами над поленьями. Барнс был в безопасности в Ваканде — оправдан. Тони помог спасти их команду, восстановить Мстителей, начать всё заново. Но их дружба так и не была восстановлена по пути. Тони знал, что их очередная ссора — лишь вопрос времени. И он не знал, хватит ли у него терпения справиться с этим сегодня вечером. — Тони… — Стив наконец нарушил тишину, и его вздох слился с именем. — Он же ребёнок. Тони сжал челюсть так, что она хрустнула. — Думаешь я этого не знаю? — резко ответил он. Стив хотел что-то сказать, его губы разомкнулись, но вырвался лишь тихий выдох. Его грудь тяжело вздымалась, а плечи бессильно опустились. — Честно говоря… — Стив медленно отпустил дверную ручку, делая небольшие шаги вглубь конференц-зала навстречу Тони. — Я надеялся, что нет. Видя, как он приближается — с поникшим, мрачным видом — Тони всё-таки закатил глаза, встречая его взгляд своим. — Ой, прекрати строить мину «я не злюсь, я просто разочарован», Роджерс. Стив схватился за спинку стула; сначала он хотел отодвинуть его, но замер, едва коснувшись. Его рука сжала подголовник сильнее, чем, как они оба знали, тот мог выдержать. — Ты знал, что он ребёнок? — спросил Стив. — Когда вербовал его? Ты знал? — Конечно, я знал! — Тони намеренно отошел в противоположную часть зала, низко опустив голову и с силой потирая висок. — И почему, чёрт возьми, тебя это волнует сейчас, когда в наш первоклассный, сверхзащищённый объект только что ворвались?! Его голос сорвался на крик и эхом разнёсся по большому полупустому помещению. Здесь было недостаточно мебели, чтобы заглушить звук. Напротив, он отразился от гладкой поверхности стола для совещаний и срикошетил по углам. Повышение тона никак не подействовало на Стива. — Сколько ему лет? — спросил Стив, и твёрдость в его голосе была едва слышна из-за того, как тихо он говорил. Возможно, именно это показалось Тони снисходительным. А может быть, события ночи дали о себе знать: его вещи украли, Паучок окажется в глубокой заднице, когда Тони до него доберётся — и теперь, ко всему прочему, его ещё и отчитывают как мальчишку. К чёрту их хрупкую дружбу, у Тони действительно, действительно не было на это терпения сегодня. — Боже, Кэп — ему пятнадцать, ясно? Пятнадцать, — Тони резко развернулся к нему, упираясь обеими руками в разделявший их стол для совещаний. — А теперь вытащи эту снисходительную сосульку из своей задницы… — Пятнадцать? — повторил Стив, его челюсть на мгновение отвисла, а глаза стали шире потолочных светильников. — Пятнадцать… Тони, он же… — Наверное, не стоит упоминать, что в Германии ему было четырнадцать, — язвительно вставил Тони, словно зная, что эта дополнительная информация вряд ли сможет разозлить Стива ещё сильнее, чем он уже был. К его удивлению — смогла. — Тони! — выпалил Стив, так сильно сжимая спинку стула, что костяшки побелели. — Зачем? Он же ребёнок, зачем тебе… зачем тебе втягивать кого-то настолько юного в этот бардак? Тони резко поднял голову. — Так вот чем это стало для тебя? — его ладони ещё сильнее вжались в стол. — Бардаком? Стив судорожно вдохнул, не успев вовремя поправить себя. — Потому что если ты так считаешь, — быстро продолжил Тони, — то хотя бы признай, что это хорошо организованный и финансируемый бардак… — Это война, — резко перебил Стив. — Тогда, полагаю, нам нужны все солдаты, которых мы только сможем достать, — парировал Тони. Колебание Стива не осталась незамеченным. Паузы между его ответами, то, как он сжимал челюсть, подбирая каждое слово, — он явно осознавал, насколько хрупким был их союз. Это делало разговор куда тяжелее, чем он должен был быть. Уперев одну руку в бок, Стив встретил взгляд Тони. — Как ты мог… со спокойной совестью завербовать пятнадцатилетнего мальчика? — Стив высоко вскинул брови. — Мальчика. — Потому что у нас не было другого способа до тебя достучаться, Роджерс! — рявкнул Тони, с силой ударив рукой по столу. Эхо удара едва перекрыло его собственный крик, болезненно вырвавшийся из горла. — Ты был ослеплен Барнсом, готов был сделать что угодно и потерять всё ради него. Нам нужно было что-то… Мне нужно было что-то, чтобы получить преимущество, чтобы заставить тебя понять: ты безжалостно жертвуешь всем ради одного чёртового человека! Мне нужен был кто-то со способностями, кто уложил бы тебя на лопатки, чтобы ты это осознал! Стив отвёл взгляд и ничего не ответил. Это было именно то, что больше всего бесило Тони в Стиве Роджерсе, и одновременно то, чем он восхищался сильнее всего. Этот человек никогда не поддавался гневу. Всегда само спокойствие. Он не отреагировал на вспышку Тони, но и не проигнорировал её. Стив медленно и тихо выдвинул стул, за который держался, кожа на костяшках всё ещё была натянула от напряжения. Он сел, наклонившись вперёд, упёрся локтями в колени и положил подбородок на сцепленные в замок руки. Взгляд был устремлен куда-то в пол, где ничто, кроме собственных мыслей, не отвлекало его внимания. Долгое время он молчал. И Тони не торопил его. — Я мог убить его там… — голос Стива был хриплым, когда он заговорил. — Он мог погибнуть в Германии. Если бы Тони мотнул головой ещё сильнее, она могла бы просто слететь с плеч. — Я бы не допустил этого, — настаивал он, и в его голосе прорезалась та же хрипота. Стив опустил руки и выпрямился на стуле, натянутый как струна. — Не всё в твоей власти, Тони, — Стив указал рукой на дверь. — Сегодняшняя ночь — лучшее тому доказательство. Тони стиснул зубы. — То, что я делаю со своим новобранцем, не твоё дело. — Теперь моё, — быстро парировал Стив, качнув головой. — С кем-то настолько юным… ты не можешь просто так разбрасываться человеческой жизнью. — Я не разбрасываюсь ей, я делаю её лучше! — вспыльчивость Тони взяла верх: слова звучали резко и чётко, а кожа на лице покраснела. — Отправляя его на задание, где его могут ранить или того хуже? — Стив высоко поднял бровь. — Ты же знаешь, насколько опасна эта работа. Если он умрет… — Как думаешь, чей это костюм, Роджерс? Это мои технологии. Я бы не отправил его туда без защитного снаряжения — я бы никого из вас не отправил туда без защиты! — Тони твёрдо указал на него пальцем. — Просто вспомни, откуда взялся твой щит. — Так вот в чём дело? — Стив нахмурился, крепко скрестив руки на груди. — Он что, какой-то эксперимент Stark Industries, вышедший из-под контроля? — Стив… Боже, нет, он… — Тони фыркнул, отходя от стола и проводя ладонью по лицу. — Поэтому ты чувствуешь за него ответственность?» — продолжал Стив, пока Тони отдалялся. — Это ты виноват в том, что с ним случилось?.. — Нет, Роджерс! — Тони резко развернулся, вытянув руку и решительно указав на дверь. — К твоему сведению, он занимался этим задолго до того, как я вмешался! Без защиты, вообще без какой-либо защиты! Если бы не я, его бы уже давно по дороге размазало! — Ему всего пятнадцать! — наконец выкрикнул Стив, и его голос прогремел по всей комнате и достиг Тони с полной силой, несмотря на то что они стояли далеко друг от друга. Тони закатил глаза. — Избавь меня от этого! — Он же ребёнок! Внезапно Стив резко вскочил со своего места; стул с такой скоростью и силой покатился по комнате, что с оглушительным грохотом врезался в стену. Тони невольно повернул голову вслед за ним, наблюдая, как стул оставляет небольшую вмятину на гипсокартоне. Стив даже не взглянул в ту сторону. — Дай ему хоть все гаджеты мира, и это не отменит того факта, что он всё ещё ребёнок! — подчеркнул Стив, делая длинные, быстрые шаги в сторону Тони. Он больше не позволял расстоянию разделять их. — Конечно, он пришёл сюда сегодня — он просто не понимал, что делает! Он слишком юн! — Нет, — Тони быстро повернулся к Стиву, качая головой ещё до того, как встретиться с ним взглядом. — Ты не имеешь права так говорить. Ты не знаешь Питера. В каждом слове, вылетавшем из его рта, чувствовалась твёрдость — чисто старковская манера речи, властная и бескомпромиссная. По выражению на лице Стива было видно, что на него это не произвел никакого впечатления. — Я начинаю сомневаться, что знаю тебя, — признался Стив почти шёпотом. Тони пожалел, что вообще это услышал. Развернувшись на каблуках, он болезненно вцепился в затылок, дёргая себя за волосы и бормоча себе под нос проклятия. — Господи. Я не могу… — Тони снова обернулся, его плечи поникли от смирения. — Я не могу проходить через это с тобой снова, Роджерс. — Тот факт, что ты втянул такого мальчишку в эту работу, — Стив не унимался, даже когда Тони прошел мимо него, отчаянно стремясь к выходу. — Того, кто ещё даже школу не окончил… Тони уже потянулся к дверной ручке, когда огрызнулся в ответ: — Да слезь ты уже со своего пьедестала… — Да ХВАТИТ уже, Старк! Его голос прозвучал так громко, что Тони вздрогнул, в шоке дёрнув головой. Стив рванул к нему, его плечи были напряжены до предела. — Мы все здесь взрослые люди… — когда Тони попытался открыть дверь, Стив с силой захлопнул её. — Мы осознаём последствия своих действий и приняли возможность того, что можем там погибнуть. Но он? Он всего лишь ребёнок. Слова эхом разнеслись по комнате, отражаясь от стен подобно грому. Тони сжимал дверную ручку, его шея была болезненно вывернута, пока он смотрел на Стива, не смея даже моргнуть. При всей ярости Стива, выражение его лица не соответствовало гневу в голосе. — Я видел, как много хороших парней погибало в бессмысленных войнах. Мужчин, — подчеркнул Стив, отстраняясь от двери и делая шаг назад. — Если парень погибнет, это будет на твоей совести. Тони отвёл взгляд, уставившись на дверную ручку, которую он всё ещё сжимал, готовясь повернуть. Он не ответил. Он не хотел отвечать. Он не хотел говорить Стиву, что чувствует то же самое — ведь это только подлило бы масла в огонь спора о том, почему он вообще позволяет Питеру во всём этом участвовать. Он не хотел признавать, что порой — а то и почти каждый день — он жалел о том, что втянул мальчишку в их мир супергероев. Его до смерти пугала, сама мысль о худших сценариях, которые могли произойти. Травмы. Смерть. Молчание помогало удерживать этот страх внутри, где с ним не нужно было сталкиваться лицо к лицу. Как и с последствиями признания этого кому-то другому. — Оно того стоит, Тони? — спросил Стив. — Он того стоит? Тони поднял на него взгляд, так и не ответив. Этого молчания Стиву было более чем достаточно. Не проронив больше ни слова, Тони вышел из комнаты, и дверь за ним захлопнулось с громким стуком.

***

Питер крутился. Он крутился, крутился и снова крутился на стуле, наблюдая, как комната проносится перед глазами, словно на американских горках. Не трогать сотни потрясающих гаджетов вокруг оказалось сложнее, чем он ожидал — всё равно, что запустить ребёнка в кондитерскую, а потом подсунуть ему брокколи. Мистер Старк не мог просто запереть его в каком-нибудь чулане, где окружение не так сильно его бы соблазняло — нет, он привёл его сюда, в ещё одну мастерскую в дальнем углу комплекса. Судя по всему, в этой комнате хранилась большая часть прототипов оружия Мстителей. «Укусы Вдовы», разложенные на верстаке, буквально умоляли о внимании, и Питеру требовалась вся его выдержка, чтобы не прикоснуться к ним. Плавно остановив стул, Питер вздохнул. Он признал поражение в попытках попасть домой в ближайшее время. С тех пор как его поймали на базе Мстителей, прошло несколько часов, и после того, как он написал Мэй, что переночует у Неда (а потом позвонил Неду, чтобы тот прикрыл его ложь), ему оставалось только ждать. И ожидание было самой паршивой частью. Как раз в тот момент, когда он начал думать, что о нем совсем забыли, его внимание привлек звук набираемого электронного кода. Раздалось несколько писков, прежде чем доступ в дверь был разрешен, она открылась и на пороге появился… — Мистер Старк, мне очень жаль, я… Тони сверкнул глазами, захлопнув дверь, даже не оборачиваясь. Другой рукой он яростно ткнул пальцем в сторону Питера. — Я же велел тебе держаться подальше, пацан, — прошипел Тони. — Что мне нужно сделать, чтобы достучаться до твоей нелепо-бунтарской подростковой башки? Питер судорожно сглотнул. — Мистер Старк, я… — Мне что, нужно говорить наоборот? — спросил он, проходя мимо Питера. — Если я скажу: «Да, Пит! Вперёд, за тем опасным преступником в аквариуме вместо шлема!», ты тогда будешь держаться подальше от него? Питер встал со стула и повернулся к нему лицом, всё ещё сжимая в руках маску Человека-паука. — Он был… — Ты снова зашёл слишком далеко, — сердито выпалил Тони, прерываясь лишь для того, чтобы глотнуть воздуха. — Это ты хотел патрулировать улицы, ты хотел «не высовываться» и оставаться в своём районе… — Он и был в моём районе, мистер Старк! — Питер попытался прорваться сквозь этот поток слов. — Если бы вы просто меня выслушали… Тони развернулся так быстро, что у Питера закружилась голова. Он практически физически ощущал исходящий от него гнев. Оперевшись бедром о стол, Тони скрестил руки на груди и вскинул брови. Наступила пауза, прежде чем Питер понял намёк. Ему не часто давали возможность объясниться. Почти никогда. — Не то чтобы я его преследовал, — Питер начал медленно, осторожно подходить к Тони. —Я был в патруле и увидел его… — он сделал паузу, понимая, что в голове всё это звучало гораздо убедительнее. — Поэтому… я пошёл за ним. Тони смотрел на него так пристально, что Питеру на мгновение показалось, будто он окончательно сломал этого человека. Выражение лица — каменное, движений — ноль. Только сам Кэп мог бы потягаться с ним в этой неподвижности. Да уж, решил Питер. В голове это и правда звучало намного лучше. — И тебе ни разу не пришло в голову позвонить, ну, не знаю, хоть кому-нибудь?! — к этому моменту Тони уже не стеснялся кричать. Питер видел, что Старк прошел точку кипения задолго до того, как вошел в комнату. Между ним и остальными явно произошло что-то плохое, и осознание того, что он был причиной этого, вызывало у него тошнотворное чувство вины в животе. — …Я звонил Хэппи. Тони тут же сжал переносицу пальцами, и Питер поспешил исправиться. — И… и я пыталась позвонить вам! Но мой телефон отключился, костюм заглючил и… — И теперь у меня пропала технология, и я понятия не имею, где её искать! — Тони прижал пальцы ко лбу так сильно, что было чудом, как его череп не проломился. — Что будет, если этот парень превратит себя в президента Соединённых Штатов? Ты подумал об этом, Паркер? Одно нажатие кнопки — и он может стереть с лица земли целую страну! И это будет моя вина. — Я просто хотел помочь, — голос Питера был тихим, едва слышным. Тони резко вскинул голову, глядя на него, и внезапно — Питер снова оказался на Статен-Айленде. Разочарование и сожаление, промелькнувшие в глазах Тони, были как удар под дых, настолько сильный, что перехватило дыхание. Я хотел быть как вы. — Ну… не вышло, — резко ответил Тони. А нужно быть лучше. Это был не самый лучший его момент. Всё в эту ночь обернулось катастрофой, и он почти ожидал, что его костюм снова конфискуют. Его удивило, что Тони до сих пор этого не сделал, и уж точно не собирался подкидывать ему идеи. Впервые в жизни Питер держал язык за зубами. Тони развернулся — практически крутанулся на месте — и тяжело облокотился на верстак, бормоча под нос несколько «крепких» слов. После короткой паузы Питер снова заговорил. — Знаете… я ведь тоже должен злиться. Как и его сегодняшний план, слова вылетели изо рта Питера прежде, чем он успел их обдумать. Его глаза расширились, когда он увидел, как Тони снова резко обернулся — с такой неописуемой яростью, что Питеру пришлось сделать шаг назад. — Просто я не… я не хотел, чтобы кто-то знал о Человеке-пауке, — попытался он оправдаться, быстро пытаясь взять свои слова назад. — Вы заставил меня снять маску… — Заткнись, пацан! — рявкнул Тони, поджав губы. — Ты сам загнал себя в эту ситуацию в тот момент, когда пробрался на территорию комплекса. С этим не поспоришь. Питер нахмурился, понимая, что не может вернуться в прошлое и всё изменить. Ущерб за эту ночь уже был нанесен; оставалось только двигаться дальше и пытаться всё исправить. Питер надеялся, что они смогут двигаться дальше и всё исправить. — Послушайте, мистер Старк, я знаю, что Мистерио украл Хамелеона, но мы можем его найти! Может быть, если мы… — Мы ничего не будем делать, ты меня слышишь, малявка? — рявкнул Тони. — Потому что мало того, что этот звёздно-полосатый мудак смешал меня с дерьмом, так он ещё и решил, что мы снова откатились к Германии и больше не на одной стороне. И всё потому, что я решил скрыть твою маленькую «тайну личности» от команды. Вдобавок к этому, очень, очень опасная технология теперь в руках твоего летающего злодея с аквариумом на башке. Так что повторяю: мы ничего не делаем! Ты отправляешься домой. Питер замер, перестав крутить и мять маску. Руки бессильно повисли, и лишь поникшие плечи выдавали его состояние. Ему было не привыкать к крикам; на него кричали бесчисленное количество раз многие взрослые. Кто-то был для него важной фигурой, как Мэй, кто-то — случайными учителями, которые не знали всей подоплеки его проблем. Но выговор от Тони Старка — это совсем другое дело. Мистер Старк был тем, на кого он равнялся, тем, на кого он хотел произвести впечатление и чьи ожидания хотел оправдать. Когда он был Человеком-пауком, у него это получалось. В костюме он чувствовал себя выше и сильнее, кем-то, кто может помочь каждому, с любой проблемой. Сейчас Питер чувствовал себя маленьким. И он ненавидел это чувство. — Да, сэр, — пробормотал он, прекрасно понимая, что больше сказать нечего. Даже его язык, вечно склонный к болтовне и бессвязному лепету, не посмел произнести ни слова. Тони подкатил ближайший стул и буквально рухнул на него, яростно потирая виски. Он даже не поднял глаз, когда Питер начал уходить, и не заметил, как тот внезапно остановился на полпути к выходу. — Мне… мне правда очень жаль, мистер Старк, — сказал Питер, в ожидании ответа, которого так и не последовало. Он снова повернулся спиной и направляясь к двери. — Парень… Тони ещё не успел договорить, а Питер уже обернулся, и в его глазах заметно вспыхнула искорка надежды. Тони повернул голову в его сторону, но последовавший вздох был совсем не тем, что Питер хотел услышать. — Охрана тебя не выпустит, пока мы находимся в режиме изоляции. Питер нахмурился. И дело было не только в неожиданном ответе; теперь он не понимал, как ему теперь попасть домой. — Куда… куда мне… куда мне идти…? — В твою комнату. Восточное крыло, — просто ответил Тони, разворачиваясь на стуле и указывая направо. — Если заблудишься, иди за красным андроидом. Питер скрыл шок на лице и, что ещё важнее, прикусил язык. Внутри него всё так и вопило: «Это… это был не тест?! У меня здесь есть комната?!» — он неловко вышел из мастерской и пошёл по коридору, с трудом сдерживая улыбку, которую, как ему казалось, он совсем не заслужил. — «Я был здесь столько раз и ни разу не заходил в собственную комнату?! Это так не круто!» Проходя по зданию, Питер понял, что Тони не шутил — весь комплекс был в режиме изоляции. У каждой двери стояли охранники, и каждый из них смотрел на него, как на какого-то странного, незваного монстра. Учитывая всё, через что ему пришлось пройти сегодня, он был даже немного благодарен за то, что путь в восточное крыло — в костюме Человека-паука и с маской в руках — оказался не самым неловким событием за ночь. Хотя, это было близко. Особенно когда ему пришлось остановиться и спросить у охранницы на ресепшене, в какой стороне находятся жилые комнаты Мстителей. Тот факт, что она показалась ему довольно милой, тоже не помогал. К тому моменту, когда Питер добрался до своей комнаты, его ноги уже волочились по полу. Слово «измотан» даже близко не описывало его состояние. Между спонтанной поездкой за город, попыткой поймать Мистерио, пока тот не натворил дел — полный провал, судя по его полосе невезения в последнее время — и тем, что Мстители узнали, кто он такой… Питеру больше всего на свете хотелось свернуться калачиком и уснуть. Понять, какая комната принадлежит ему, было нетрудно: эмблема паука на двери была слишком явной подсказкой. Он медленно толкнул дверь, в нерешительности замирая на пороге. Так продолжалось до тех пор, пока свет не включился автоматически, и он не увидел, что именно находится внутри. — Да ладно… Глаза Питера округлились, челюсть отвисла. На губах наконец-то появилась слабая улыбка. Комната была огромной. Размером, пожалуй, со всю квартиру Мэй, и полностью обустроена специально для него. Это была не просто спальня — здесь всё было персонализировано. В каждом углу нашлось что-то для него. С одной стороны — навороченный компьютер, X-Box и PlayStation. С другой — небольшая личная лаборатория с его паутинными картриджами и макетами шутеров. Чёрт возьми, там даже была целая стена для скалолазания — явная подколка в сторону способностей Питера. Он был потрясён, разглядывая всё вокруг сияющими глазами. Если бы он знал об этом раньше, то определённо вступил бы в команду. На гладком комоде из красного дерева лежали спортивные штаны и аккуратно сложенная футболка. Присмотревшись, Питер понял, что это сменная одежда Тони — футболка с логотипом AC/DC, пахнущая железом и машинным маслом, выдавала владельца с головой. Не найдя ничего более подходящего, Питер нажал на эмблему на груди и скинул костюм, сменив его на более удобную одежду. Он затянул шнурок на штанах, но футболка всё равно висела на нем мешковато — размера на два больше, чем нужно. На первое время сойдёт. Кровать посреди комнаты выглядела невероятно манящей, и он практически рухнул на неё, слегка подпрыгнув на матрасе. Он понимал, что уже поздно — или рано, на часы даже смотреть не хотелось. Питер чувствовал это каждой косточкой — дикая усталость, пробирающая до самого нутра. И боже, какие же здесь были удобные подушки. Питер уткнулся в них головой, мельком отметив, что по ощущениям это похоже на облака. Мягкие, пушистые, невесомые облака. Огромная разница по сравнению с его старой, бугристой односпальной кроватью дома. Закрыв глаза, он глубоко вздохнул и расслабился, готовый забыться сном после этого тяжёлого и выматывающего дня. Завтра принесет что-то новое и лучшее — обязательно должно. Не может же ему вечно так не везти. Даже его жизнь не может быть настолько отстойной. Вот только Питер ворочался с боку на бок, пыхтел и вздыхал, пока в итоге не плюхнулся на спину с преувеличенно тяжёлым стоном. Из всех ночей, когда он не мог уснуть, это должна была быть именно она.