Сказ о епископах и птицах.

Всё было так, как и должно быть. Рождение Процветание Увядание Смерть У Смерти не было и не могло быть тех же близких последователей, как у других епископов. Нариндер проводил свои дни в храме, лишь изредка лично проверяя состояние своих последователей и то, как активно они молятся. Один из них, правда, действительно заболел, как ему и обещал Калламар, впрочем, его это не расстроило. Единственное, что приносило коту чрезвычайное беспокойство и раздражение – его корона. Он не понимал и не мог понять от чего та не открывает свой глаз и не говорит с ним, как с другими. Он спрашивал об этом у птиц, молился об ответе давно умершим Богам и не находил ответа. Он избегал излишне сильно говорить о своей проблеме с семьёй, а если это и происходило, то диалог был кратким и в сущности ни о чëм, ибо никто из близких не знал как ему помочь. Впрочем, к одному он всë таки так и не решался обращаться… До сегодняшнего дня. Нариндер ступил в Шелковую Колыбель и вновь изумился количеству паутины. Она оплетала всё вокруг, цепкая и прекрасная, как и разум самого Шамуры. Вопреки обыкновению он решил не телепортироваться напрямую в храм, а пройтись по владениям старшего своей семьи, любуясь всем тем, что его окружало. По дороге, он увидел группу пауков, которые долго, мучительно и усиленно постигали искусство войны под зоркими глазами Фокалора. Ему это от чего-то показалось смешно: Сколько усилий, сколько страданий, и всё ради чего? Рано или поздно все окажутся в его цепких когтях. А далее не будет ничего. Дойдя до храма Нариндер вновь обдумал своё решение и лишь после вошёл. Внутри, Шамура восседал на подобии трона из паутины, и вновь что то вязал своими цепкими и элегантными пальцами. Он напевал что-то себе под нос, по всей видимости пытаясь занять свой ум, даже во время отдыха: «Паутину я плету, Жертв своих я тут ловлю… Ночью слышны их мольбы… Я – их бог, Они – рабы…» Пару секунду спустя, верхняя группа глаз заметили кота, и после Шамура поднял свою голову, выражая своё внимание, хотя руки его продолжили вязать. -Чем я заслужил такую честь, Нариндер? – спросил он, наклонив голову на бок. -Я желал поговорить с тобой, Шамура. – ответил Нариндер, слегка кланяясь. -Чтож… Я буду лишь рад. – ответили он, и руки его остановились в своём занятии откладывая ткань, после чего он поднялся с насиженного места. – Однако, я считаю, что есть место более подходящее для этого, нежели мой храм. -Как угодно. – кивнул Нариндер подходя к брату, и после небольших раздумий, беря его за руку. Шамура перенёс их в странное место где-то на Грибном гроте. Позади них была пещера из черепа одного из первых богов, а над их головами – усыпанное звëздами небо. Шамура сел на край утëса,и, после пары секунд, Нариндер сел подле него. -Я внимаю твоим словам. – спокойно сказал Шамура, готовясь слушать. Нариндеру понадобилось пару минут, дабы собрать свои мысли в кучу. -Тебе весьма известно, что моя корона так и не раскрыла своего глаза с тех пор, как я впервые надел её на голову. – он сделал паузу. – Я лишь желаю понять, с чем это может быть связано. Ты – епископ мудрости, и твоя корона тоже не сразу открылась тебе, должно быть у тебя есть знания на эту тему. Шамура молчал, смотря на небо, а после его взгляд упал на корону Нариндера. -Хм… – он вновь начад плести что-то из паутины, которая вновь возникла на его пальцах. – Почти всё в этом мире подвержено изменениям… Даже короны. – начал Шамура. – Та, что дала нам их, рассказывала мне о том, что даже короны подвержены изменениям… То, что твоя корона всё ещё не «пробудилась», возможно, лишь вопрос времени -…А что сделал со своей короной ты? – Нариндер наклонил голову в бок и прищурился всеми тремя глазами. -…Изменился. – Шамура сделал паузу. – Моя корона не открывала свой глаз, ибо я излишне долго стоял на месте в своих взысканиях и начинаниях. Знание должно эволюционировать, мудрость должна обретать форму… Это достигается лишь через постоянное… – он раскрыл руки, и между ними оказалась красивая паутина, что идеально отражала лунный свет. – …изменение. Нариндер долгое время молчал, вглядываясь в паутину и в лицо Шамуры. Он никогда не думал об изменениях, и для него это даже показалось странно… От чего он не мог сам дойти до этой мысли? Всё что нужно – поменяться… Поменять устои, заповеди, поменять всё…! Поменять саму природу. -Я понял тебя, Шамура… Твоя мудрость и правда… Вдохновляет. – он поднялся. – Благодарю, мне стало легче. -Я рад. – Шамура кивнул, оставаясь на утëсе и вглядываясь в небо. В это время, в совершенно другой части мира, а именно в Земноводье, Леший и Хекат играли в это время в кости. -Итак… – говорил Леший делая ход. – Играем на пятерых последователей… – повторял он себе это под нос как мантру, будто чтоб не забыть. Рядом с ним стоял Амдузиас, который похоже подсчитывал очки. -Тебе обязательно твердить это так часто? – с ухмылкой спросила Хекат, ставя свой куб и уничтожая куб Лешего. Рядом с ней, в блокнот, Зепар что-то записал. -А! Проклятие…! – выругался червь, отпивая из кружки рядом какую-то смертоносную бадягу. – А мы вам так, батенька… – он преумножил свои очки. -Тьфу, паразит… – недовольно буркнула Хекат, вновь кидая кубик. Битва удачи и кубов продолжалась, силы были равны. Конечно, во время партии не только перекидывались ехидными комментариями, но и просто болтали… примеру, один из разговоров был таким: -Я слышал, что ты Хекат, вдруг решила начать заниматься пением… – начал Леший и Хекат нахмурилась. -Какая глупость. Мне это ни к чему. – холодно ответила жаба, делая свой ход. – Голод и вера моих последователей не будут держаться на «пении». -Ай, какая грозная сегодня… – ответил Леший, лизнув свой палец, якобы укололся об её ответ. – А у меня всё таки есть свидетели. – хихикнул он, делая ответный ход и унитожая куб Хекат. -Дай имена и я убежусь, что они сгинут. -О, да ладно тебе, сестра, хотя бы напой что-нибудь! – продолжил настаивать Леший. – Я же твой «любииименький брат…» – он заморгал глазом, изображая невинность. Хекат лишь хмыкнула. -Только если обыграешь, червь. – с этими словами, она утроила свои очки, обходя Лешего на целую десятку. – А коли обыграю я, пощады не жди. Пару ещё более задушевных диалогов спустя, оставалось всего две пустых клетки с обоих сторон, Леший заполнил свои первыми и обошёл сестру на лишь на один балл. -Ха! – Леший поставил руки в боки. – Слово, как говорится, не воробей… – Он в предвкушении посмотрел на Хекат. -Тьфу. – только и буркнула она, откашливаясь. Она хотя и не хотела этого делать, всё же была существом слова. Пару секунд спустя она начала напевать какую то безсловесную мелодию. Голос её, не смотря на устрашающий характер и внешность, был хорош и приятен на слух, будто квакучая колыбельная. Мелодия эта была столь приятна, что Леший даже забыл поехидничать на эту тему... Правда, кончилась она весьма быстро, Хекат откашлялась: -Доволен? А теперь забирай моих несчастных и сгинь с глаз долой. – скомандовала она и рядом с Лешим появилось пять последователей. Он хихикнул. -Конечно-конечно… Если вдруг вновь захочешь проиграть, зови… – Он телепортировал Амдузиас и новых последователей в чащу. – А поёшь ты славно. – с этими словами и он исчез вслед за ними. Хекат хмыкнула и кивнула Зепару, после чего тот в спешке удалился оставив её наедине с доской. Она нахмурено смотрела на неё, о чём-то размышляя, впрочем никак не могла понять о чëм. Раздражение от поражения она как всегда собиралась возместить на жителях своих земель…