—
18 февраля 2026 г., 16:30
— Иди отсюда вон. — Райна потянулась к ручке, чтобы наконец уже закрыть злополучную дверь, хлопнув перед носом опьянелого коменданта, но мужская рука резко дёрнула её обратно.
— Вот, — проницательно машет пальцем перед лицом, — недружелюбно. Ни в малейшей степени.
Злость начинает скворчать раскалённым маслом на сковороде. — Да пиздуй отсюда, кому сказала.
Война за дверь не прекращается. Ночное обострение. Ван Хейс напирает внутрь с бутылкой горячительного и чем-то неизведанным в пакете. Отгоняет Рейн как муху и протискивается сквозь зажим девичьим плечом, с бурчанием о порче продуктов, в конце концов влезая в крошечное пространство ровно как к себе домой. — Да, тесновато.
— Тебя не приглашали. — раздражённо шлёпнула гостя по спине так, что комендант, не состоящий в ладах с координацией, впечатался в шкаф.
— Ооо, у нас уже начались игры с доминированием.
— Заткнись. Жаль, что нос себе не разбил. — Сев на кровать, девушка закинула ногу на ногу. — Герой-любовник.
Ван Хейс прицокивает, нагло заваливаясь на чужую постель. — Я с добрыми намерениями, между прочим. — речь вялая, но всё ещё достаточно чистая. Маленькое икание лишь подтверждает шлейф алкоголя.
— У тебя что, записная книжка баб закончилась? Или все внезапно поумнели и решили тебя отшить? — Рейн аккуратно уткнула ботинок в таз коменданта, пытаясь плавно столкнуть того с кровати.
— Я попрошу, — Ксандр хлопает девичью ногу, хватая за щиколотку, кладя себе на колени. — Побудь хорошей девочкой. Вряд ли в твой клоповник часто гости приходят.
Равно втянув в лёгкие воздух, Райна толкает плечо Ван Хейса свободной ступнёй. — Ну так и вали в свой вылизанный гадюшник.
Такой непрошеный гость хуже тараканов. Невзирая на скрип зубов, из-за чего всё же впустила?
— Да хорош, блять. Угомонись. — Ван Хейс рывком за лодыжку принуждает Рейн откинуться спиной на постель. — Опять ругаться хочешь?
Девушка скептически фыркает, но чем дольше всматривается в усталое лицо Ксандра, тем быстрее холодеет её пыл. — Ладно, — неохотно буркнув, приподнимается, опуская ноги на пол. — Ты принёс что-то?
Кривая ухмылка разбавляет угрюмость лика, исчерченного тенями под глазами, подталкивая червяка Рейн к новым теориям заговора. Когда она в последний раз видела его таким? Райна не может даже припомнить, сколько времени прошло с прошлого раза. Подобные моменты случаются крайне редко, равняясь падающим звёздам на небосводе, коий девушка вечно игнорирует, если выдаётся возможность. Наполненные чем-то искренним, неприправленные обыденной бравадой с обеих сторон. Ей ведь тоже нелегко. В первый раз столкновения их персон Ван Хейс казался совершенно другим человеком. Не тем, кто явился свету позже.
Хотя, возможно, Ксандр всегда являлся первобытным говнюком, просто она не замечала этого и ошибочно полагала, что на характер не влияет состояние танца на границе смерти. В любом случае выгода кокетливо виляла бёдрами для обоих — жаловаться не на что.
Честно говоря, Райна порой, в самых откровенных и пугающих фантазиях, тосковала по тому самому дню. Воображая то, какие бы могли выстроиться взаимоотношения между двумя оставленными миром мучениками, если бы всё не вылилось в нынешний момент.
Время от времени девушка боялась Ксандра. И, пожалуй, фоново ненавидела всегда. Однако в определённые мгновения помутнения разума, по неведомой причине, злоба скатывалась на нет. Выключала свет алой лампочки, мигающей тревогой.
Вполне возможно, паршивое сознание остро вкидывало картинки воспоминаний, как ядерные вспышки о том несчастном, представшем перед ней Ван Хейсе из бункера. Беззащитном и умирающем, покинутом собственным отрядом, братьями по оружию, на верную смерть. Все дороги ведут к этому ушлёпку — что за ирония судьбы?
Мало кто способен выжить после столкновения с настолько высокоранговым титаном. И то, что Ксандр не тронулся умом полностью, наивно можно было бы наречь чудом. Или нет. Она никогда особо сильно не думала. Тем не менее сама ведь осталась в относительно здравом уме. С такой жизнью недалеко мозгами потечь. А вот Ксандру повезло меньше. Рейн прекрасно замечала биполярные заскоки и к чёрту расшатанные нервы. Факт не умаляет того, насколько комендант говнюк. Просто раскрывает вопрос на очередном кирпичике-фундаменте его личности, сокрытой от посторонних глаз яркими стикерами со знаками «?».
Эмоциональные качели сводят с ума, подвергая изощрённым пыткам. Лёд и пламя хлыстают по лицу пощёчинами.
Глядя на то, как Ксандр демонстрирует бутылку с вином, Рейн продолжает изучать лицо непрошенного захватчика территории, поглощает всё, что только можно считать по этому виду. Даже по помятому участку на его футболке и слегка покрасневшим глазам. Вряд ли он плакал, но, вероятно, принимал какие-нибудь стимуляторы или что-либо ещё. Рейн осекается, отворачивая голову, притворно считая, что ей наплевать.
— Подумал, что бренди будет для тебя слишком крепким. Не то чтобы я вообще знаю, что ты пьёшь. — Пожав плечами и едва не упав от запутавшихся ног, Ван Хейс торжественно вручил дар Рейн, в издёвке кивнув головой, словно поклоняясь. — У тебя хоть штопор есть в этой дыре?
— Ещё раз вякнешь что-то про мою квартиру — и я разобью бутылку об твою голову.
Ксандр театрально приложил ладонь к сердцу, усаживаясь рядом. — Детка, ты так-а-а-а-я грубая. Тебе говорил кто-нибудь?
Изогнув брови так, будто он сказал ей нечто настолько бредовое, что заставило бы усомниться в и без того малейшей адекватности оппонента, девушка смотрит вглубь карих глаз. — Это ты мне говоришь? Король мудаков.
— Не-а, — без зазрения совести комендант вгрызается взглядом в силуэт Рейн, пока та скрывается на кухоньке, чуть погодя вынося бокалы. Не стесняется продолжать, когда Райна напрямую хмурится, замечая искромётное хамство во время возвращения.
— Райна, Райна, как же ты не понимаешь, я стараюсь быть с тобой… — Ксандр мычит, закидывает голову назад и смеётся. — Нежным. Во!
— Ясно, ты надрался прям конкретно. — Безразлично скривившись, Рейн лёгким движением открывает вино и разливает по бокалам. Пригубив собственный, отставляет на поверхность. — Тебя я бы не поила. Учти, спать тебе тут не разрешено. Уснёшь — и я выкину на порог. — Тем не менее напиток всё же протягивает.
— Знаешь, от ненависти до любви один шаг, представляешь? Всего шажочек. — Залпом выпив бокал, в то время как Райна потерпела крах в попытке остановить, комендант смеётся в самой раздражительной манере.
— Ты ёбнулся? Ксандр, дебил, я же сказала — не нажираться тут! — Рейн падает на кровать, нависая над Ксандром, когда тот потянул за девичьи плечи. — Если ты блеванёшь, я вытру тобой пол и убью тебя.
Руки непрестанно сжимают плечевые суставы девушки, губы изгибаются в усмешке и едва различимом хихиканье. — Вот такие твои угрозы — пустые. Люблю, когда злишься, золотце. Очень возбуждает. У меня аж твердеет всё.
Равно выдохнув, Рейн не сильно бьёт ладонью Ксандра между ног по чётко намеченному месту. — Возбуждает?
Ван Хейс сдавленно стонет, шикая. — Рейн, какая ж ты сучка. — Дёргает Райну за затылок на себя и сам немного привстаёт. — Кто с тобой возиться будет, если не я, а?
— Старый добрый Ван Хейс, ублюдок. Вот так и знала, что как всегда всё выйдет.
Алкогольное дыхание опаляет шею, почему-то поднимая спящие мурашки обратно в строй. — Иногда так и хочется трахнуть тебя. Схватить за воло…
Рейн прикладывает ладонь ко лбу мужчины, к своему, перебивая. — Засранец, ты на колёсах, да? Совсем поплыл.
— …держать за шею, вытрахивать так, чтобы прекратила огрызаться, как дворовая собака. Хотя твой язык очень заводит. — Речь продолжает литься рекой, протекая наперебой с высказываниями Рейн. — Бесишь меня до ужаса, то ли убить тебя, то ли любить, то ли выебать до потери пульса. Почему меня так ломает?
Смотря на коменданта сверху вниз, слушая нескончаемый поток описания чувств, зудящих желаний, Райна кладёт руку на чужой рот, зажимая. Уши розовеют, пока нутро отмахивается. — Чистосердечное? Можешь повторить, я диктофон достану.
Без особых усилий сбросив чужую конечность, Ксандр перемещает её к собственному сердцу. — Не хочешь переспать со мной? Очень зря, многое теряешь.
Хохотнув, Райна чуть сжимает ткань его футболки, замалчивая колкие импульсы в теле от слов. — Например, психологическую травму?
Бросив нечленораздельный мат, Ксандр закрывает глаза, заходясь в лёгкой дрожи. Кадык слегка ходит от беззвучного смеха. — Например, оргазм.
— Ой, позёр. — Райна, якобы без лишних подтекстов, садится на бёдра коменданта. — В таком состоянии ты никого не возбуждаешь. Разве что тараканов своим пакетом.
— Я бы поспорил. — Рука невзначай распластывается по животу Рейн.
Закатив глаза, девушка снисходительно смотрит на лукавые губы, отгоняя фантомы поцелуев. — Не контрабанда?
Сморщившись, Ксандр выдаёт долгий «уф». — Я похож на идиота?
Рейн наклоняет голову кверху, плечи едва двигаются, рисуя улыбку на хмуром лике. — Тебе честно?
— Ага, ничего приятного не скажешь ты. Что ещё от тебя ждать? — почти обиженно комендант трёт глаза, зевая. — Пара закусок, можешь расслабить задницу.
Рейн в очередной раз пригрозит ему тем, чтобы не спал, Ксандр рядово отшутится. Они притворятся, что между ними нет вражды или симпатии, наденут маски обычных людей, познакомившихся при чудовищных обстоятельствах, и Ван Хейс уснёт, покрываемый отборным матом, но не окажется обещанно вышвырнутым за дверь.
Просто будут вместе в очередной угрюмый вечер, продержавшийся без вторжения титанов.
