Огонь в третьей башне

Был обычный вечер в третьей башне Архимагов.

За окнами Люмислэйд уже сгущались сумерки, а внутри лаборатории Рашада всё ещё горели мягкие магические огни - синие, золотистые, иногда вспыхивающие крошечными искрами частиц. Рашад стоял у длинного стола, склонившись над устройством: тонкие пальцы в кольцах двигались точно, безупречно. Очки чуть сползли на кончик носа, шарф небрежно свисал с одного плеча, открывая линию шеи. Он был полностью погружён - как всегда, когда дело касалось его "частиц". Танели, как всегда, помогал. Он не был магом в полном смысле - его сила лежала в дисциплине, в точности движений, в умении доводить всё до конца. Сегодня он просто стоял рядом: подавал инструменты, иногда помогал в расчетах. Его высокий силуэт (190 см) казался почти неподвижным, но глаза следили за каждым жестом Рашада внимательно, почти жадно. Танели давно заметил это в себе: в присутствии Рашада что-то внутри него происходило. Не потому, что Рашад был мягким - нет, он был острым, как осколок пустынного стекла, - а потому, что в нём была та же одержимость делом. Та же потребность довести всё до совершенства, даже если это стоило бессонных ночей и крови на пальцах. Родственная душа. Не в романтическом смысле (по крайней мере, так Танели говорил себе годами). Просто... понимание без слов.

- Держи вот здесь

Тихо сказал Рашад, не отрывая глаз от прибора.

- Ещё чуть левее. Да, так.

Танели послушно сдвинул руку.

Их пальцы соприкоснулись. Всего на миг, но достаточно, чтобы по коже пробежал лёгкий разряд. Не магия. Просто тепло чужой кожи. Рашад замер. Поднял взгляд и медленно, через стекла очков. В его глазах отражались искры частиц.

- Ты сегодня... ближе, чем обычно.

Произнёс он тихо, почти шёпотом.

В голосе не было насмешки. Только любопытство. И что-то ещё, тёплое. Танели не отвёл глаз.

- Может, потому что ты наконец-то не отталкиваешь меня, когда я рядом.

Рашад тихо выдохнул, почти смешок. Отложил инструмент. Повернулся полностью лицом к Танели. Теперь между ними было всего полшага.

- Я никогда не отталкивал. Просто... не знал, как сказать, что мне нравится, когда ты здесь. Ты смотришь так, будто видишь меня целиком, а не только Архимага третьей башни.

Танели почувствовал, как горло сжалось. Он поднял руку - медленно, давая возможность отстраниться и... коснулся щеки Рашада. Большой палец скользнул по скуле, вниз к подбородку.

- Тогда скажи сейчас.

Рашад поймал его запястье - не сильно, а нежно. Притянул ближе. Их лбы соприкоснулись.

- Я хочу тебя, Танели.

Не как помощника. Не как коллегу. Хочу узнать, какой ты, когда никто не смотрит. Когда можно не держать всё под контролем.

Танели закрыл глаза. Выдохнул дрожаще.

- Тогда покажи.

Рашад поцеловал его - медленно, исследующе. Язык коснулся губ Танели, проникая внутрь с той же точностью, с какой он настраивал свои приборы. Танели ответил - глубже и жаднее, прижимая Рашада к краю стола. Руки скользнули под шарф, под рубашку, чувствуя горячую кожу, лёгкую дрожь. Рашад тихо застонал в поцелуй Звук низкий и возбуждающий. Он отстранился ровно настолько, чтобы прошептать:

- Раздень меня. Медленно. Хочу чувствовать каждый твой палец.

Пуговицы расстёгивались одна за другой. Рубашка соскользнула с плеч Рашада, обнажив мягкую кожу, тонкие линии старых шрамов от неудачных экспериментов. Танели провёл ладонями по груди вниз, к животу - чувствуя, как мышцы напрягаются под прикосновениями. Рашад в ответ стянул высокий ворот формы Танели, обнажая шею, ключицы. Наклонился и поцеловал. Сначала нежно, потом настойчивее, оставляя влажный след языка. Частицы света закружились вокруг них — тёплые, лёгкие, касаясь кожи как тысячи крошечных поцелуев.

- Ложись..)

шепнул Рашад. Указывая на широкий лабораторный диван в углу

(тот самый, на котором он иногда засыпал над книгами).

Танели лёг на спину.

Рашад оседлал его бёдра - медленно, давая почувствовать вес, тепло. Руки скользнули по бокам Танели, вниз, расстёгивая пояс. Когда ладонь обхватила его член - большой, твёрдый и горячий.

Танели шепнул, тихо выдохнув имя:

- Рашад...

- Да, вот так

прошептал тот, двигая рукой - дразняще и неторопливо.

Частицы следовали за движением - лёгкие вибрации, от которых по позвоночнику бежали мурашки.

- Скажи, чего хочешь. Всё скажи.

Танели схватил его за бёдра притягивая ближе.

- Хочу быть внутри тебя. Хочу слышать, как ты стонешь моё имя. Хочу, чтобы ты забыл про все свои формулы хотя бы на эту ночь.

Рашад нежно улыбнулся. Наклонившись, целуя Танели.

Пока пальцы другой руки скользили назад, готовя себя - медленно, с тихими вздохами. Когда он опустился вниз - принимая Танели целиком, - оба замерли на миг, тяжело дыша. Движения были плавными, глубокими. Рашад двигался сверху, контролируя ритм, но позволяя Танели держать его за бёдра, направляя его. Стоны Рашада становились всё громче - надломленные, полные удивления и наслаждения.

- Танели... да... вот так... глубже...

Танели перевернул их — теперь он сверху.

Движения ускорились, но оставались нежными. Танели целует шею Рашада, покусывал мочку уха, нашептовая:

- Ты прекрасен. Ты всегда был... моим.

И вдруг Рашад напрягся всем телом.

Пальцы впились в плечи Танели так, что остались следы от колец. Глаза закрылись, длинные ресницы дрогнули. Рот приоткрылся в беззвучном крике, а потом из горла вырвался низкий, протяжный, надломленный стон - почти всхлипывая:

- Танели…! Я… сейчас…

Внутренние мышцы Рашада резко сжались вокруг Танели, пульсируя в ритме сердцебиения. Тело задрожало крупной, неконтролируемой дрожью - от кончиков пальцев ног до макушки. Горячие, густые струи вырвались между их животами, одна за другой, обжигая кожу. Рашад кончал настолько долго и сильно, будто всё накопленное за годы сдержанности выплёскивалось сейчас. Рашад продолжал дрожать даже после того, как последние капли вытекли. Грудь тяжело вздымалась, по вискам стекали капли пота, губы дрожали. Он смотрел на Танели снизу вверх — взгляд затуманенный, почти удивлённый тому, насколько сильно его накрыло. Танели чувствовал, как Рашад всё ещё дрожит под ним - мелкой, долгой дрожью, которая передавалась от его бёдер к мышцам живота, к груди, к кончикам пальцев, сцепившихся в спину Танели. Внутренние стенки всё ещё пульсировали вокруг него - мягко, но настойчиво, словно тело Рашада не хотело отпускать, продолжало обнимать его даже после того, как оргазм уже ослаб. Он сделал ещё несколько глубоких, медленных толчков - каждый раз входя до самого конца, чувствуя, как головка упирается в самую чувствительную точку внутри, как Рашад тихо всхлипывает от переизбытка ощущений. Дыхание Танели стало рваным, тяжёлым. Он зарылся лицом в изгиб шеи Рашада - туда, где кожа была горячей, влажной от пота, пахла солью, магией и чем-то неуловимо сладким, своим. Губы коснулись пульсирующей жилки на шее - Танели прижался к ней ртом, вдыхая запах, почти кусая, но не до боли, а чтобы оставить ощущение. Из горла вырвался низкий, глухой рык - почти имя:

- Рррра…шаад…

Он прижался к Рашаду всем телом, придавливая его к дивану и... неистово и мощно - кончил, длинными горячими толчками. Каждый спазм сопровождался новым выплеском внутри — густым, обжигающим, таким обильным, что Танели ощущал, как это тепло растекается, заполняя Рашада, смешивается с его собственной влагой. Он дрожал, мышцы напряглись до предела, а потом медленно расслаблялись, пока последние судороги не утихли. Танели всё ещё был внутри — глубоко, неподвижно, чувствуя, как их тела продолжают слабо пульсировать в унисон. Он не сразу смог поднять голову. Просто лежал, уткнувшись в шею Рашада, тяжело дыша, вдыхая его запах, слушая, как бьётся сердце под его губами - быстро, неровно, но постепенно успокаиваясь. Пальцы Танели разжались на бёдрах Рашада - там остались красные следы от сильного сжатия, но Рашад, кажется, это только нравилось.

Рашад тихо, почти беззвучно выдохнул его имя в ответ - ласково, устало, с лёгкой улыбкой в голосе:

- Танели…

И это прозвучало как обещание остаться.