Цветущий терновник

      Тэхён входит в терминал аэропорта Милана. Сюда он прилетел ради своего друга Ким Намджуна, тот как-то умудрился подцепить итальянку, корейского происхождения, и теперь они женятся. — Она точно нормальная, — интересовался младший Ким, — потому что в противном случае вообще не понятно, как она согласилась стать твоей женой. — Иди… даже не знаю куда тебя послать, универсальный ты мой.       Фырчит по ту сторону Намджун. — Да куда не пошлёшь, я всё равно вернусь.       Смеётся Тэхён и бронирует гостиницу. — Ты свидетель со стороны жениха. — Ага, других-то друзей у тебя нет. — Есть, — Намджун шуршит чем-то, — но Чимин и Юнги, женаты. — А при чём тут это? — Потому что, цитата: «Я семейный человек, бро. Ищи другого человека, которого мафия убирать будет». — Вот же, сиамская вредина. Как Чимин уживается с ним. — Учитывая, что наш Мин Чимин, светит новыми засосами почти каждый день, то видимо отлично так уживается. — Они хоть будут? — Будут, Сокджин с Гуком завтра уже прилетят. Родители уже тут. Церемония будет не слишком пышной, но священник уже забронирован. — Ок, гостиница есть, прилетаю в среду, кто меня встретит? — Если не буду занят, то я сам, в крайнем случае отправлю сиама или Джина. — Тогда жди меня, и я припрусь.       Вот только вопреки ожиданиям встретил его Чимин. — А где остальные?       Тэхён похлопывает Чимина по спине. — Мы с Юнги поругались, а Джин помогает Чорин в выборе платья. — А чего поругались?       Тэхёна платья не интересуют. — Да так, не бери в голову.       Тэхён останавливает Чимина. Пак редко уходит в себя, а значит там не просто бытовая причина. — Чимин, мы дружим со старшей школы. Ваш с Юнги роман развивался на моих глазах. Никогда не поверю, что вы поругались из-за не помытой кружки. — Он… короче он сказал, что Чорин красивая и я бы даже спорить не стал. Ведь глупо отрицать, что она красива. — И? — А потом… короче красивыми оказались не только подружки Чорин, но и два её брата. — И? — Я спросил, что они красивее меня? А он… сказал, да. Вот мы и поругались, потому что обидно, когда твой муж говорит, что ты не самый красивый. — Может он не то имел ввиду? Или вопрос не расслышал? — Если бы так, то он бы сказал об этом, верно?       И тут Тэхёну не чем было крыть. Юнги, конечно, отличался тормознутостью, но не настолько, чтобы не понимать, что и кому он говорит. — Ладно, отгуляем свадьбу, и мы с тобой махнём… Где вы с Юнги не были, но ты бы очень хотел? — О, да много где. Я хотел посетить деревню Санты в Финляндии, Мальта, Новая Зеландия. — Новая Зеландия, отлично. Едем туда. Я, конечно, планировал зависнуть тут на пару месяцев, но чего не сделаешь ради моего братишки. — Ты бросишь свои дела ради меня?       Чимин всё же заводит машину, в которой они сидели всё это время. — Нет ничего важнее моего братика, ты же мне брат? — Ага. — Ну, так какие могут быть дела, когда у тебя проблема. — Спасибо, Тэ.       Загородный дом был красиво украшен к предстоящему торжеству. На крыльце нарезал круги Юнги, а чуть ниже стояли Намджун с Чорин. — Добро пожаловать!       Девушка обнимает Тэхёна. — Ты как всегда ослепительно прекрасна, — Тэхён обнимает девушку, — не будь я геем до мозга костей, то отбил бы тебя у Джуна. — Боюсь такие, как ты не привлекают меня, Тэхёна. — Боже, — Тэхён наигранно хватается за сердце, — моё сердце разбито. — Ты только на свадьбу или как? — Только на свадьбу. Ну может ещё пару дней побуду после. Мы с Чимином договорились поехать в Новую Зеландию. Буду доказывать миру и окружающим, что красивее моего бро никого нет.       Намджун и Чорин одновременно оборачиваются на замершего Юнги. Все прекрасно знали, что Тэхён становится киборгом убийцей, когда дело касается Чимина. — Отличный план, — Чорин пытается разрядить обстановку, — пошли в дом.       Тэхён хватает Чимина за руку и уходит в дом следом за молодожёнами. Оставляя Юнги одного на крыльце. — Ты бы не горячился.       Намджун сидит на стуле в комнате Тэхёна. — А я и не горячился, — Тэхён достаёт вещи, — я просто везу своего самого близкого друга, брата на отдых. — Чимин же рассказал, что тут случилось? — Конечно, разве ты забыл, что мы со старшей школы дружим. — Однако, Юнги его муж. У них своя семья и мы не должны вмешиваться, понимаешь? — А ты хоть раз говорил Чорин, что она не красивая? — Тэхён складывает руки на груди, — или, что кто-то красивее, чем она? — Никогда, моя Рини, самая красивая в мире. — Нужно ещё что-то говорить?       Намджун уже собирался ответить, но тут послышался сначала звон разбитой посуды, а потом грозный выдох Чимина: — Иди к тем, кого ты красивее посчитал Мин Юнги.       Судя по звукам на втором этаже, шло выяснение отношений. Тэхён уже хотел выйти, но его остановил Намджун. — Я понимаю, что ты переживаешь, но пусть они сами разберутся. Клянусь, если до церемонии они не помирятся, то я лично куплю вам билеты. — Намджун… — Тэ, я сильнее, не заставляй меня применять силу.       Тэхён показывает язык. Оба прислушиваются к ссоре. Правда спустя пятнадцать минут послышался совершенно другой стон. Намджун усмехается и выпускает Тэхёна из спальни: — Я ж говорил, большие, сами разберутся. — Что совершенно не значит, что Мин не получит по физиономии, за то, что обидел моего Мини. — После свадьбы, делай, что хочешь, — Намджун поднимает руки, — а то замазывать вам синяки я не буду, а фотографии ваши побитые лица испортят. Так что будь другом. — Ничего не могу обещать.       На первом эта же уже было не слышно вздохов Чимина и рычания Юнги. Тэхён расположился за обеденным столом и наблюдал за суетой на кухне. — Тэ, — Джин выглядывает из кухни, — принеси мне кимчи из подвала. — Твоя мама готовила?       Тэхён откладывает телефон. — Нет, на это раз мы с Гуком вместе приготовили. Чимин сказал — что вкусно. — Ну, если Чимин сказал.       Вечер. За ужином собрались все гости. Чимин сидел рядом с Юнги. Последний выбирал самые лучшие кусочки и клал их Чимину в тарелку. — Спасибо.       Чимин смущённо прятал глаза. Правда спрятать алые метки на шее и ключицах ему всё равно не удавалось. Тэхён лишь хмыкал и бросал злые взгляды на Мина. Юнги понимал всю суть претензии, что читалась во взгляде Тэхёна, но он исправил свою ошибку.       Тэхён всё же сдержал слово и до свадьбы Мина не трогал. Правда это не означало, что он вообще отказался от этой мысли.       День свадьбы начался с неожиданности. Сначала куда-то пропали Мины, а потом и Чонгук испарился. Намджун старался не подавать виду, но паника в его глазах выдавала просто с головой. Когда до церемонии остался час начала паниковать и невеста. — Где они, Тэхён?       Чорин шипела, как змея. — Да мне то откуда знать?       Тэхён правда сам уже десяток раз набирал каждого из друзей. — Если в течении десяти минут они не появятся, я прибью сначала тебя, а потом и их, как найдутся.       Тэхён уже хотел огрызнуться, но тут услышал облегчённо-раздражённый голос Намджуна: — Чёрт бы вас побрал!!! Где вы шлялись?!!!       Ким оборачивается и видит пропавших. — Сюрприз забирали, — Чимин невинно хлопает глазками, — а что? — Вы идиоты, Чим? — рычит Намджун. — А сказать, что уезжаете нельзя? — Бро, какой же это сюрприз если ты знать будешь.       Десневая улыбка Юнги выводит Намджуна из себя. — Скажи спасибо, что времени нет, а то бы я тебе лицо разбил.       Юнги показывает язык и отходит в сторону. Чорин подходит к жениху. — Чорин нуна, помнишь ты говорила, что хочешь собаку.       Чонгук прям светиться. — Допустим.       Чорин с недоверием смотрит на коробку. — Так вот, мы тут посовещались и купили вам в подарок… лабрадора.       Чимин открывает крышку и из коробки доносится скулёж. Чорин заглядывает и расплывается в улыбке. — Прелесть какая.       На них смотрели глаза бусинки. — Спасибо.       Чорин чуть не расплакалась. -Ну, что ты милая, — Намджун аккуратно обнял её, — не плач, а то макияж поправлять придётся и мы…       Оба смотрят на часы и в ужасе бросаются к выходу. — А ещё говорили, что из-за нас опоздают.       Тэхён забирает Чимина, и они всей компанией идут к машинам. Намджун уехал первым, чтобы соблюсти традицию.       Тэхён стоял рядом с Намджуном и в сотый раз поправлял бабочку. — Слушай, — прошептал он Киму на ухо, — зачем вам эта церемония? Вы же уже расписались. — Она не для нас, она для родителей и друзей. — Лично мне было бы достаточно ящик текилы и пару красивых мальчиков на ночь.       Тэхён сдержал смех. — Побойся бога Ким Тэхён, мы в церкви. — Сказал один из главных атеистов в нашей компании. С тобой в этом вопросе только Юнги может конкурировать. — Юнги атеист и гей. — Ты гомофоб?       Тэхёну явно нравится дразнить нервного Намджуна. — Ещё слово и я тебя ударю. — Побойся бога Намджун, ты в церкви.       Неизвестно, как бы долго длилась эта сцена, но тут к ним вышел священник и Тэхён онемел. Перед ним был молодой и чертовски привлекательный мужчина. Даже широкая ряса не могла скрыть подтянутого тела. — Господь всемогущий.       Тэхён даже сделал шаг. — Ты куда?       Одёрнул его Намджун. — Я ангела увидел. — Придурок, он священник. — Значит, скоро перестанет им быть.       Намджун смотрит на Тэ с широко распахнутыми глазами. Ким уже собирается отчитывать, но заиграла музыка и невеста вошла в зал. Всю церемонию Тэхён не сводил с священника взгляд. Боже, да это грех в его чистом виде. И Тэхён не был бы собой, если бы не возжелал испробовать этого греха. Да и не должен такой красивый мужчина быть священником.       Банкет был в разгаре, когда Тэхён нашёл взглядом того самого священника, что разговаривал с Намджуном. Он тут же взял свой бокал и подошёл ближе. — Спасибо вам священник Чон, — говорил Намджун, — церемония была безупречной. — Вам спасибо, что доверились мне. Когда родится ваш ребёнок и вы захотите его крестить, я с радостью приму вас. — Боюсь, крестин вам придётся долго ждать.       Тэхён встаёт рядом с другом. — Отчего же? — Мой друг… он… — У меня нет религии. — Вера в бога от религии не зависит, Намджун. Если вы верите в его промысел, то вы уже верующий.       Тэхён вздёргивает бровь и протягивает руку. — Ким Тэхён, лучший друг жениха. — Чон Хосок.       Намджун чувствует, что лишний тут и возвращается к супруге. — Что же заставило такого привлекательного мужчину, стать священником? — Жестокость мира, господин Ким. — О да, мир бывает жесток. Мне и некоторым моим друзьям это хорошо известно. — Неужели? — Именно. Видите ли, я человек с нетрадиционной ориентацией. Несколько наших друзей тоже. Уж поверьте, я знаю, как порой жесток мир к таким как мы. — Намджун знает? — Конечно, мы учились вместе. Он в курсе всего, что с нами происходило. Однако ни его, ни его жену не смущает такое положение дел. — Бог учит нас терпимости. — Мг, вот только общество на костре готово сжечь таких как я. — Приходите завтра утром на проповедь, господин Ким. Уверен, вам это пойдёт на пользу. — Как вам?       Хосок стушевался, но всё же ответил: — Как мне.       Тэхён ухмыльнулся и отсалютовав бокалом пошёл искать Чимина, чувствуя, как в спину продолжает упираться взгляд милого священника. — Ты будешь гореть в аду.       Усмехается Юнги, когда Тэхён садится рядом с ними. Они с Чимином наблюдали за разговором со стороны. — Я так сгорю там за свою ориентацию, — Тэхён чокается с Чимином, — одним грехом больше одним меньше. — Он священник. — И что? Член на месте, попка тоже. Остальное легко исправить. — Ты хочешь совратить священника? — Юнги с интересом наблюдает за Хосоком. — Друг мой не верующий, именно это я и планирую сделать. Совратить, переманить, а потом присвоить себе и любить каждый день, на всех поверхностях своей квартиры, а когда я выдохнусь, то позволю ему сделать это же со мной. — Ты псих, Тэхён. — Да, может и так. Пойду спать, а то мне завтра утром на службу нужно.       Юнги смеётся в голос.       Утром Тэхён слушал внимательно, что говорит Хосок. Проповедь была скучной, но вот вид… Боже, он мечтает сорвать эту рясу и разложить Хосока прям на алтаре, показывая всем, что любить свой пол не преступление.       Хосок видел и чувствовал взгляд Кима, и он пробуждал в священнике не те желания. Желания, что давным-давно были закопаны. Желания, что считались недопустимыми, желания, которые привели его сюда, чтобы очиститься. Но сейчас этот взгляд, этот чертовски привлекательный взгляд, что изучает и почти что раздевает его.       Хосок постарался выкинуть неуместные на проповеди мысли из головы, но это мало чем помогло.       Когда к нему потянулась процессия из причащающихся, то в её конце он увидел Тэхёна.       Тэхён шёл медленно, стараясь не отводить взгляда. Ох, что же будет, когда он получит его себе.       Тэхён становится на колени перед Чоном и поднимает взгляд.       Хосок видит адское пламя, что танцует в карих зрачках, но его не страшит этот огонь, а наоборот манит и обещает покой, которого сам Чон так и не смог получить, став священником.       Тэхён аккуратно прихватывает пальцы Хосока забирая кусочек хлеба и задерживает губы чуть дольше, чем положено. И видит прекрасно, как замирает Хосок и как вспыхнули у священника глаза.       Однако сегодня Ким не намерен продолжать. Он будет действовать постепенно, аккуратно, разогреет до такого состояния, что будет достаточно прикосновения, чтобы у этой сладости снесло крышу. — Ты реально остаёшься?       Чонгук поглаживает Джина по спине. — Конечно, я отсюда не уеду без Хосока. — Ты… влюбился?       Чимин выносит два стакана. — Может и так, но то, что этот ангел замуровал себя в оковы, факт. — С чего ты вообще решил, что он из наших. — Мой радар ещё никогда не подводил. — Ты всё же осторожнее, влюбишься, а мне придётся тебя снова по кусочкам собирать. — Но ведь соберёшь.       Чимин салютует бокалом.       Целую неделю Тэхён ходил на все службы, которые проводил Хосок и каждый раз становился в конец очереди, чтобы позволить себе больше, чем остальные прихожане.       Хосоку становилось всё сложнее сдерживаться. Выстроенная за несколько лет стена разваливалась на глазах. Стоило только посмотреть на стоящего на коленях перед ним Тэхёна, как он захватывал пальцы и слегка проходился языком по самым кончикам.       Уже в тишине своей комнаты Хосок выдыхал, но легче не становилось и когда на седьмой день он проснулся с мокрыми трусами, то стало понятно. Он хочет Тэхёна, хочет настолько, что во сне брал его прямо в своей комнате. Если только сегодня Ким придёт, то он сорвётся. Он присвоит эту греховную красоту себе. — Чёрт, прости Господь, ибо я грешен, ничего не могу с собой поделать. Он искуситель. Запретный плод в райских садах, я слабый, неправильный, но я больше так не могу.       Стоя сейчас и произнося речи, он бегал глазами по залу, но Тэхёна не было видно, сколько бы он не бегал глазами выискивая тёмную макушку, так и не нашёл. Тэхён прекрасно видел, как бегали глаза Хосока. — Ну, вот ты и мой. Сегодня ты не сбежишь от меня.       Он ушёл. Решил столкнуться с Хосоком недалеко от его квартиры. Да, за неделю Тэхён выяснил всё о милом священнике Чон Хосоке. Не без труда, конечно, но смог и теперь оставалось дождаться, когда Чон пойдёт домой.       Хосок впервые покидал церковь с тяжелым сердцем. Тэхён так и не появился. Хоть Хосок и предполагал где тот мог остановиться, но искать его было бы верхом неосторожности. Он брёл узкими улочками не замечая ничего вокруг. Именно поэтому испугался, когда его схватили за руку и затащили в переулок между домами. — Что вам…       Хосок замирает, понимая кто перед ним. — Я пришёл покается, святой отец, — прошептал Тэхён. — Ибо меня влечёт к мужчине. — Господин… — Ты боишься? — Д-да. — Меня? — Нет. — Тогда скажи, — Тэхён склоняется ближе, — что таится в глубине твоей души, покажи мне, что ты спрятал даже от себя. Я же чувствую, что всё что ты показываешь, фальш, стена, которую ты выстроил.       Шёпот у самого уха заставляет рвано выдохнуть, а когда Тэхён подцепляет губами мочку уха, то Хосок срывается на стон. Тэ прижимается всё ближе, прекрасно ощущая стояк Чона. Да именно этого он хотел. Он опускает руки на талию и прижимает Хосока ближе. — Только одно твоё слово. Я остановлюсь и исчезну…       Договорить ему не дали. Хосок притягивает Кима ещё ближе и впивается в губы с требовательным поцелуем. Кажется, сегодня он потеряет сан священника, но ему так плевать.       Они с трудом отрываются друг от друга и Хоби тянет Тэхёна за собой. Быстрее в квартиру, чтобы никто не видел, чтобы кожа к коже.       Именно это и происходит, когда двери квартиры отрезают их от внешнего мира. Тэхён просто рвёт рубашку, слыша, как пуговицы разлетаются по полу. — Мой сладкий.       Руки проворно расправляются с брюками и стягивают их вместе с бельём. — Так и знал, — Тэхён внимательно рассматривает член перед собой, — идеальный.       Ким берёт сразу на половину, слыша самый нуждающийся и развратный стон в своей жизни.       Хосока ломает, он боится открыть глаза, но когда решается, то его просто сносит от развратной картины. Тэхён смотрит ему не просто в глаза, а в душу, прочную душу, и глубже насаживается, стремясь довести до оргазма прямо здесь у входной двери. Тело Хосока становится ватным после первого оргазма. Тэхён подхватывает его. — Где у тебя спальня?       Хосок указывает на дверь и Тэхён уносит туда разморённого Чона. — Сегодня я сделаю тебя свободным.       Тэхён избавляется от остатков одежды и накрывает своим телом чужое. Они сплетаются в танце страсти. Хосок не успевает отвечать на хаотичные поцелуи, он только стонет и прижимается ближе, когда длинные и красивые пальцы приступают к растяжке. Его подбрасывает на постели, когда Тэхён попадает по простате. Этот стон срывает последнюю цепь с терпения Кима. Он добирается до своих джинс, достаёт презерватив, рвёт упаковку и раскатывает его по своему члену.       Он медленно погружается в жаркое нутро млея от узости податливых стенок. — Чёрт… как же в тебе хорошо… какой же ты узкий…       Тэхён движется медленно, но с каждым движением входить становится легче и вот уже он втрахивает Хосока в кровать. — Да… да… Тэхён… быстрее…       Оба не выдерживают бешенного ритма, оргазм тягучей волной накрывает обоих. — Тэхён.       Приведя дыхание в норму, Хосок первым нарушает тишину. — Да? — Надеюсь… — Это не ошибка, я никогда так не скажу, — Тэ притягивает его к себе, — Мой лучик солнца.       Тэхён вновь начинает выцеловывать такое родное теперь лицо. Спустя пять минут Тэхён уже оседлал Хосока, давая тому возможность познать все грани, которых Чон лишал себя.       Утром Хосок проснулся от лёгких прикосновений. — Доброе утро.       Прошептал Тэ. — Доброе. — Вставай и иди в душ, а я пока завтрак организую. — Мг.       Стоя в ванной напротив зеркала Хосок, невольно задумался. Что будет дальше? Понятно, только, что Хоби больше не сможет вернуться в церковь. Сегодня ночью Тэхён показал ему слишком многое, чтобы снова загнать себя в клетку, но кто они друг другу? У Тэхёна работа в другой стране, дом, сюда он приехал на свадьбу друга и вскоре уедет, оставив Хосока с разбитым сердцем.       Настроение испортилось, и он покинул ванную с ощущением пустоты в сердце. Тэхён сразу заметил изменения в Хосоке, но сразу не стал заводить разговор. Они позавтракали и когда пили кофе, Ким пошёл в коридор, нашёл свою куртку и достал билет.       Он молча положил его перед Хосоком. — Что это?       Чон внимательно всматривался в билет, а потом резко поднял голову, когда понял, что он на предъявителя. — Ты думал, что я улечу один? — Но… — У тебя есть выбор, рейс сегодня в восемь вечера. Если ты согласен быть со мной, то я буду ждать тебя. Если ты решишь, что твоя клетка тебе дороже, то так тому и быть. Но знай, что я очень тебя люблю.       Тэхён встаёт, оставляет поцелуй на щеке и уходит. Он даёт Хосоку выбор, но сердце будет разбито если Чон выберет не его.       Аэропорт гудел. Чимин в сотый раз пытался приободрить Тэхёна, но каждая минута приближала момент, когда Тэхён упадёт в пропасть. — Я уверен, он придёт.       Шептал Чимин. Тэхён лишь горько вздыхал. — Уважаемые пассажиры, просьба занять места в самолёте до Сеула.       Проговорила девушка. Тэхён вздохнул и, подхватив чемодан, пошёл к стойке. — Мне снова его собирать придётся. — Он сильный, Чимини, справится.       Каждый шаг давался Тэхёну с трудом. И когда он уже собирался войти в коридор, что вёл к самолёту, то услышал такой родной голос. — Тэхён!!!       Он обернулся и увидел бегущего Хосока. На нём были джинсы и футболка, а в руках одна сумка. Чимин даже пропустил его, чтобы Чон мог быстро влететь в объятия Кима. — Я тебя выбираю.       Прошептал Хоби куда-то в шею и почувствовал с каким облегчением выдохнул Ким. Самолёт Милан-Сеул теперь был не клеткой, а билетом в счастливое будущее. А в этом будущем Ким Тэхён будет каждое утро будить нежными поцелуями своё солнце Чон Хосока.