Теория производмтвенного конфликта

Офис корпорации «Небесный мандат» гудел, как встревоженный улей. Впрочем, гудел он уже третью неделю подряд, и причиной тому был вовсе не аврал или приближающаяся сдача годового отчета. Причиной был кабинет № 304, он же переговорная «Божественная», на дверях которой уже второй день висела табличка «Ведутся работы. Не входить. Убьёт». Внутри «Божественной» кипели страсти, способные растопить полярные льды. - Ты вообще читал техзадание, баранья твоя башка?! — голос Му Цина, обычно ледяной и язвительный, сейчас вибрировал на частоте, опасной для стекол. Он стоял, уперев руки в столешницу, и сверлил взглядом оппонента. Фэн Синь, возвышавшийся над ним почти на десять сантиметров, даже не думал уступать. Его кулаки были сжаты, а челюсть напряжена так, что желваки ходили ходуном. - Это ты баран! Я читал! Это в твоей тупой голове не укладывается, что бюджет не резиновый! Ты хочешь вогнать компанию в долги своими золотыми унитазами для отдела кадров? - Это не золотые унитазы, это эргономичные рабочие места, продиктованные новыми стандартами охраны труда, — процедил Му Цин сквозь зубы. — Но откуда тебе, пещерному человеку, это понимать? - Ах ты… Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы в щель мог просунуть голову Се Лянь. Его лучистая улыбка контрастировала с усталым, почти затравленным выражением глаз. - Мальчики, у нас тут совещание в соседнем зале… может, чуть потише? — мягко попросил он. - Лянь, иди к своему Хуа Чэну, не лезь! — рявкнули оба хором, даже не обернувшись. Се Лянь вздохнул, покачал головой и закрыл дверь. В приемной директора, куда он направился, чтобы спрятаться от шума, уже собрался практически весь цвет компании. - Опять? — Лин Вэнь, не отрываясь от планшета, подала ему чашку чая. - Они уже третий час спорят о напольном покрытии, — обреченно сообщил Се Лянь, плюхаясь в кресло. Хуа Чэн, развалившийся на диване в ожидании своего Гэгэ, хмыкнул. - Напольное покрытие — это ново. Позавчера они чуть не подрались из-за цвета корпоративных ручек. - Я поставил на драку, — лениво отозвался Пэй Мин, поправляя идеально сидящий на нем пиджак. — Тысяча. - А я на то, что они просто перегрызут друг другу глотки, и это будет лучший день в моей жизни, — добавила Лин Вэнь, делая пометку в ежедневнике. — Но, судя по звукам, до летального исхода пока далеко. Ши Цинсюань обмахивался веером, в глазах его плясали чертики. - А я жду развязки другого рода, — многозначительно протянул он. Цзюнь У, директор, сидел в своём кресле с идеально ровной спиной и пил успокоительный сбор. Из-за тонкой стены доносились приглушенные, но яростные крики: «Кот драный!» и «Псина шелудивая!». - Лин Вэнь, — голос Цзюнь У был тих, как перед бурей. — Сколько у нас свободных вакансий в филиалах на Дальнем Востоке? - Три, — мгновенно ответила она. - Подготовь приказы о переводе. - Они не согласятся. - Я знаю. — Цзюнь У закрыл глаза и сделал еще глоток. — Тогда, может быть, они уже наконец переспят и успокоятся? Потому что ещё неделя этого цирка, и я либо уволюсь, либо убью их обоих собственноручно. В наступившей тишине было слышно, как за стеной Му Цин взвизгнул что-то особенно обидное, а Фэн Синь зарычал в ответ. --- В переговорной «Божественной» градус накала достиг точки кипения. Спор о напольном покрытии плавно перетек в обсуждение личных качеств друг друга, затем — в воспоминания о том, как Фэн Синь в прошлом году «случайно» пролил кофе на отчет Му Цина, а Му Цин, в отместку, «по ошибке» удалил папку с документами Фэн Синя. - Ты просто завидуешь, что у меня отдел работает как часы, а у тебя там проходной двор и бардак! — Му Цин ткнул пальцем Фэн Синю в грудь. - Завидую? Тебе? — Фэн Синь перехватил его руку, сжимая запястье. — Да ты даже кофе сварить не можешь, чтобы персонал не травить! У тебя характер хуже, чем у цепной собаки, которую ты мне постоянно приписываешь! - Пусти! — Му Цин дернулся, но хватка Фэн Синя была железной. Их лица оказались слишком близко. Му Цин чувствовал жар, исходящий от тела этого огромного, вечно недовольного мужчины, и это бесило его ещё больше. Или не бесило? Внутри что-то странно ёкнуло, когда он увидел, как расширились зрачки Фэн Синя. - А если не пущу? — голос Фэн Синя вдруг стал ниже, почти угрожающим. — Что ты сделаешь, кошара ты заносчивая? Опять в меня карандашом кинешь? - Я тебе сейчас не карандашом… — прошипел Му Цин и, не ожидая от себя самого, рванулся вперёд, вкладывая в толчок всю злость. Они с грохотом врезались в стену. Фэн Синь, не ожидавший такой прыти, инстинктивно прижал Му Цина к себе, чтобы удержать равновесие. И замер. Му Цин, зажатый между стеной и горячим, как печка, телом Фэн Синя, тоже перестал дышать. - Ты… — выдохнул Фэн Синь, глядя на его губы. - Заткнись, — выдохнул Му Цин. Поцелуй вышел злым, жестким и до крови. Фэн Синь впился в его рот, как будто хотел выпить всю ту ядовитую злость, что копилась годами. Му Цин вцепился ему в волосы, не столько лаская, сколько пытаясь придушить, и одновременно притягивая ближе. Руки Фэн Синя, секунду назад сжимавшие его плечи в попытке утихомирить, теперь грубо ощупывали спину, спускаясь ниже, сминая тонкую ткань рубашки. - Псина… — выдохнул Му Цин в перерыве между поцелуями, когда Фэн Синь принялся кусать его шею. - Молчи, котяра — прорычал тот в ответ, задирая ему рубашку. — Ты хоть представляешь, как меня бесит твой голос? Как ты смотришь? Как выговариваешь слова? - Представляю, ты меня бесишь ровно так же, — Му Цин выгнулся, подставляя шею под его жадные губы, и в то же время лихорадочно расстегивал ремень на брюках Фэн Синя. — Только… заткнись уже и делай что-нибудь. Фэн Синь глухо зарычал. Одним движением он развернул Му Цина лицом к стене и прижался сзади всем телом, давая почувствовать, насколько он возбужден. - Здесь? — хрипло спросил он, хотя ответ был очевиден. - В зале заседаний, идиот, — прошипел Му Цин, ударяясь лбом о прохладную поверхность. — На столе. Но Фэн Синь его не слушал. Его руки уже стаскивали с Му Цина брюки вместе с бельем. Он не был нежным — они оба не заслуживали нежности после трех лет войны. Он был собственническим и нетерпеливым. - Ты даже не представляешь, — прошептал Фэн Синь ему на ухо, покрывая поцелуями загривок, одновременно расстёгивая свои брюки, — как я хотел заткнуть тебя именно так. - Хватит болтать, — Му Цин от возбуждения уже едва стоял на ногах, его била крупная дрожь. Фэн Синь выплюнул слюну себе на ладонь, кое-как смазал свой член и, не предупреждая, толкнулся внутрь. Му Цин вскрикнул, вцепившись ногтями в стену. Было больно, сухо и чертовски правильно. Это было продолжением их драки, самым честным и грубым её финалом. - Чёрт… — выдохнул Фэн Синь, замирая на секунду, давая Му Цину привыкнуть. — Какой же ты… - Двигайся уже, или я сам сяду, — перебил его Му Цин, толкаясь назад. Этого было достаточно. Фэн Синь начал двигаться, сначала резко и глубоко, потом сбиваясь на быстрый, жесткий ритм. Он не выпускал Му Цина из захвата, прижимая к стене, и тот принимал его, кусая губы, чтобы не закричать слишком громко. Комната наполнилась звуками влажных ударов тела о тело, тяжелого дыхания и приглушенных ругательств. - Терпи, кошара, — прохрипел Фэн Синь, одной рукой сжимая его бедро, а другой — волосы на затылке, заставляя прогнуться сильнее. - Не смей мне указывать, пси… Ах! Фэн Синь наклонился, почти ложась ему на спину, и его толчки стали ещё глубже. Му Цин чувствовал, что ещё немного — и он просто взорвется от переизбытка ощущений. Но Фэн Синь вдруг выпрямился, вышел из него и рывком развернул к себе лицом. Глаза Му Цина, затуманенные похотью и болью, блестели. - Нет, так не пойдёт, — заявил Фэн Синь, подхватывая его под ягодицы и приподнимая. — Я хочу видеть твою рожу, когда ты кончишь. Му Цин, не ожидавший такого манёвра, инстинктивно обхватил его ногами за талию и вцепился в плечи. Вес его тела полностью лег на Фэн Синя, и в таком положении тот снова вошел в него, насаживая на себя. - Охренеть… — выдохнул Му Цин, запрокидывая голову. Ощущения были сногсшибательными. Фэн Синь держал его на весу, как пушинку, и трахал с той же неистовой силой, с которой ещё десять минут назад орал на него. Мускулы на его плечах и спине ходили ходуном под пальцами Му Цина. Фэн Синь сделал несколько шагов, не прекращая движения, и с грохотом опрокинул Му Цина на полированную поверхность переговорного стола. Холод дерева обжег спину, контрастируя с жаром, идущим изнутри. Фэн Синь навис над ним, упершись руками по обе стороны от его головы, и продолжил вбиваться в него, глядя прямо в глаза. - Нравится? — спросил он, тяжело дыша. - Да пошёл ты… — простонал Му Цин, выгибаясь навстречу каждому толчку. - Ну уж нет, теперь ты пойдёшь со мной до конца, — усмехнулся Фэн Синь, ускоряя темп. Он двигался в нём сильно и глубоко, и Му Цин, позабыв о гордости, обхватил его ногами, притягивая ближе, разрешая всё. Он царапал его спину, кусал губы в поцелуях, перемежающихся руганью, и с каждым движением чувствовал, как плавится его ледяное высокомерие. - Я… сейчас… — выдохнул Му Цин, впиваясь пальцами в предплечья Фэн Синя. - Со мной, — приказал тот, накрывая его ладонь своей и сжимая пальцы. Последние несколько толчков — и Му Цин кончил, выгнувшись дугой и вскрикнув, сжимаясь вокруг члена Фэн Синя. Это стало спусковым крючком и для него. Фэн Синь со стоном уткнулся лицом в изгиб его шеи, изливаясь глубоко внутрь. Несколько минут они лежали неподвижно, пытаясь отдышаться. Фэн Синь всё ещё был в нём, прижимая к столу своим тяжёлым телом. Му Цин смотрел в потолок и чувствовал, как по спине стекает пот. - Слезь с меня, — прохрипел он, но в голосе не было обычной язвительности. Фэн Синь приподнялся на локтях, заглянул ему в лицо и вдруг усмехнулся. Не зло, а как-то… довольно. - Ну что, котик, всё ещё хочешь переписывать бюджет? Му Цин попытался пнуть его, но сил не было. - Заткнись, пёс. Фэн Синь медленно вышел из него, помогая сесть. Му Цин поморщился, ощутив, как по ноге стекает сперма. - Чёрт, — только и сказал он, глядя на беспорядок на столе. Фэн Синь, уже поправлявший штаны, оглядел место преступления и хмыкнул. - У Лин Вэнь есть пропуск в хозяйственный отдел. Сгоняй, возьми тряпку. - Сам сгоняй. - Я пошёл в туалет за бумажными полотенцами, — неожиданно мирно предложил Фэн Синь. — А ты пока приведи себя в порядок. И заодно подумай, как мы будем это… ну, работать теперь. Му Цин фыркнул, но согласно кивнул. Когда Фэн Синь скрылся за дверью, он устало провел рукой по лицу. На губах запеклась кровь от разбитой губы. «Ну и что это было?» — подумал он. Ответа не было, но внутри разливалось странное, пугающее спокойствие. --- Через полчаса дверь переговорной открылась. Му Цин и Фэн Синь вышли с абсолютно невозмутимыми лицами. Если не считать разбитой губы у одного и царапин на шее у другого, они выглядели так, будто провели продуктивное совещание. - Бюджет согласован? — деловито спросила Лин Вэнь, пробегая мимо с документами. - Да, — одновременно ответили они и, переглянувшись, разошлись в разные стороны. В приемной директора повисла тишина. Все уставились друг на друга. - Это… они убили друг друга и теперь разговаривают голосами инопланетян? — неуверенно предположил Пэй Мин. - Не может быть, — прошептал Се Лянь. — Они согласились? Из кабинета Цзюнь У донёсся глубокий, полный облегчения выдох. Директор впервые за три недели откинулся на спинку кресла и позволил себе улыбнуться. - Лин Вэнь, приказы о переводе можно отменить. В углу комнаты Ши Цинсюань с довольной улыбкой развернул веер, за которым прятал телефон. На экране светилось уведомление о переводе кругленькой суммы. Он повернулся к остолбеневшему Пэй Мину и игриво подмигнул. - Мой генерал, вы, кажется, мне должны. Пэй Мин схватился за сердце. - Но… откуда? Когда? Как ты это подстроил! - Терпение и наблюдательность, дорогой друг, — пропел Ши Цинсюань. — Я поставил на то, что это случится сегодня, и как видишь не прогадал. Хуа Чэн хмыкнул и, подойдя к Се Ляню, положил руку ему на плечо. - Пойдём, гэгэ. Кажется, буря утихла, и теперь здесь будет слишком скучно. Се Лянь, улыбаясь, позволил увести себя из этого бедлама. А в коридоре, возле кулера, случайно (или нет?) столкнулись Му Цин, нёсший бумажные полотенца в переговорную, и Фэн Синь, возвращавшийся с ними же. - Ты зачем ещё одни взял? — нахмурился Му Цин. - Тебя долго ждать, — буркнул Фэн Синь. — Подумал, мало ли. Они снова замерли друг напротив друга. На этот раз в воздухе висело не напряжение, а нечто другое. Неловкое, но не враждебное. - Вечером… — начал Фэн Синь, но Му Цин его перебил. - Проект надо сдать к пятнице. - Я помню. - Тогда… зайдёшь ко мне? Обсудим оставшиеся правки, — голос Му Цина звучал ровно, но уши предательски горели. Фэн Синь с трудом сдержал ухмылку. - Обсудим. Обязательно. Он развернулся и пошёл в свой кабинет, чувствуя спиной взгляд Му Цина. В голове крутилась только одна мысль: «Ну что, котик, похоже, война только начинается. Но теперь по моим правилам». В кабинете у Цзюнь У воцарилась благословенная тишина. Директор допил успокоительный чай и взялся, наконец, за бумаги. Лин Вэнь стучала по клавиатуре. Пэй Мин подсчитывал финансовые потери. А Ши Цинсюань довольно пересчитывал выигрыш, размышляя, на что потратить деньги: на новые фокусы или на шампанское для всей команды, ведь, кажется, в их офисе наконец-то запахло не только войной, но и самой настоящей, долгожданной любовью.