***
Стоя у окна и наслаждаясь отваром и столь красивым закатом Айвен решил сделать перерыв меж починкой их крыши. Древесина, что лет так 30 была искисшей от дождей держалась на божьем слове дабы не успеть. Лоргон наблюдал закат с крыши держа молот и доски в руках, крыла ждать долго себя не заставила и под весом старшего чей вес добавился от груза в руках обломалась и тот казалось с грохотом должен был упасть на деревянный пол, что то насколько он твёрдый и прочный должен был напоминать ещё неделю, а то и больше, но этого не случилось. Айвен, только что допивший свой отвар двигался к камину дабы поставить деревянную посуду на её законное место, неожил что на него свалится его заместитель. Благо реакции, Айвен схватил зама на руки от чего оба покрылись багровыми пятнами на лице. Тишина была напряжённой и ноющей но её прерывать не хотел никто но что всё же прервали. — Ты там чего такого делал что решил гравитацию проверить? — с неким смешком и улыбкой произнёс красноглазый. — Да так.. на закат засмотрелся. — рука старшего лягла на подбородок старшего заставляя его всё больше сомневаться в своих действиях. Айвен не заставил ждать его долго зная то как он тяжело решается на вроде и осознанные поступки. Сухие губы капитана прикоснулись к мягким и бархатным губам заместителя. Лоргону казалось что тот сейчас растает от общения и чувств что сейчас брали контроль над ним. Их поцелуй перерастал с более страстный что из языки сплетались в едином танце, время что с каждой секундой продвигалось вперёд казалось остановило свой ход. Всё замерло кроме двух душ, что только сейчас обрели покой за столь долгий период. Их поцелуй прервал громкий и звонкий голосок что уже разносился по дороге вниз к первому этажу где было несколько человек находившихся зайти в их комнату. Зегель что пары секунд назад стоял в дверном проходе уже летел по лестнице вниз кричал слова дабы их услышал каждый из ордена. — Они поцеловались! — Эти слова повторялись и казалось что никогда не прекратятся но за это он получит позже а сейчас было не до этого. «Достаточно было открыть друг другу глаза на правду что была у них под ногами...»†