Выходной
9 марта 2026 г., 19:36
За окном становилось светлее. Утренний свет медленно просачивался через шторы, делая комнату мягче, теплее.
Соня лениво водила пальцами по волосам Лины, которая лежала на ней, положив голову на плечо. Лина вдруг тихо сказала:
— Давай сыграем в одну игру.
Соня лениво приоткрыла один глаз.
— Я даже боюсь спрашивать.
Лина усмехнулась.
— Ничего криминального. Просто... расскажем самые странные факты о себе по очереди. Что-то такое, что обычно не рассказывают.
Соня несколько секунд смотрела на неё слегка нахмурившись, всё ещё перебирая пальцами её волосы.
— Это очень похоже на одну из тех игр, после которых люди узнают друг о друге слишком много.
Лина усмехнулась.
— Именно. А что, ты боишься?
Соня тихо фыркнула.
— Я пережила кадетку. Думаю, переживу и твою игру.
Лина довольно улыбнулась.
— Тогда я первая.
Она слегка повернулась, устраиваясь удобнее. Теперь они лежали рядом на кровати — Соня на спине, а Лина почти наполовину на ней, уткнувшись щекой в её плечо. Одна её нога лениво перекинулась через бедро Сони.
Соня автоматически обняла её крепче.
Лина на секунду задумалась.
— Странный факт номер один.
Она подняла руку и слегка отодвинула волосы на затылке.
— У меня вот здесь есть маленький шрам.
Соня приподнялась чуть на локте.
— Где?
Лина повернула голову, показывая. Соня аккуратно провела пальцами по её волосам, раздвигая пряди. Через секунду она действительно нащупала тонкую неровную линию на коже.
— Мм... — тихо сказала она. — Правда есть.
Её пальцы осторожно коснулись этого места.
— Откуда?
Лина тихо усмехнулась.
— В детстве в меня прилетели качели.
Соня моргнула.
— Серьезно?
Лина рассмеялась.
— Да. Я была мелкая, бегала по двору, и какой-то мальчик так размахнулся на качелях... — она слегка постучала пальцем по затылку. — И всё. Минус координация, плюс шрам.
Соня тихо хмыкнула.
— Тогда это все объясняет.
Лина подняла голову и посмотрела на неё с улыбкой.
— Я всем так и говорю! Думаю, именно тогда я и стала такой ебнутой.
Соня не выдержала и рассмеялась. Смех получился тихим, но настоящим.
— Отличная теория.
Соня снова провела пальцами по её волосам, задержавшись на затылке чуть дольше.
— Больно было?
Лина пожала плечами.
— Я больше испугалась крови. Она текла вообще везде.
Соня поморщилась.
— Мило.
Лина улыбнулась.
— Теперь твоя очередь.
Соня вздохнула.
— Ладно.
Она немного подумала.
— Странный факт номер один... — сказала она медленно. — В кадетке я однажды почти сломала руку инструктору.
Лина резко подняла голову.
— Что?
Соня усмехнулась.
— Это была случайность, — она на секунду задумалась, вспоминая. — У нас был спарринг. Учебный. Он решил показать, как легко меня можно уложить на лопатки.
Лина уже улыбалась.
— И?
Соня слегка пожала плечами.
— Я была упрямая.
— И?
— И немного агрессивная.
Лина рассмеялась.
— Соня...
— Я не специально, — спокойно продолжила она. — Просто сделала бросок чуть... сильнее, чем нужно.
— И что?
— Он приземлился очень неудачно.
Лина смотрела на неё с восторгом.
— Господи.
Соня спокойно добавила:
— У него был вывих.
— Ты становишься все более опасной.
Соня тихо фыркнула.
— Тебе уж точно бояться нечего. Против маленькой и слишком соблазнительной черноволосой девушки у меня нет приемов.
Лина снова устроилась на её плече, улыбаясь.
— Хорошо. Мой следующий факт, — она задумалась на секунду. — В детстве я до жути боялась собак.
Соня слегка удивлённо посмотрела на неё.
— Правда?
— Да.
— Почему?
Лина пожала плечами.
— Меня однажды покусали. Я была совсем мелкая. Соседская овчарка сорвалась с поводка.
Соня автоматически крепче обняла её.
— Сильно?
— Не особо. Но я тогда решила, что собаки — это демоны.
Соня тихо усмехнулась.
— Я реально их боялась лет десять, — Лина слегка повернула голову. — А сейчас наоборот.
— В смысле?
— Я хочу собаку.
— Какую?
Лина без колебаний ответила:
— Шпица. Или мопса. Я пока не решила.
Соня на секунду замерла, потом рассмеялась.
— Конечно.
— Что значит «конечно»?
— Просто я почему-то именно это и представляла.
Лина фыркнула.
— Они милые.
— И громкие. А мопсы еще и вонючки храпящие.
— Ну слушай. Лучше завести несколько мопсов, чем... например одного мужика.
Соня вдруг рассмеялась. Эта фраза показалась ей настолько смешной именно из уст Лины, что она просто не выдержала.
— А ты точно когда-либо была натуралкой?
Лина в ответ только усмехнулась, закатив глаза и прижалась к Соне сильнее.
— Ладно. Тогда мой факт, — продолжила Соня. — Я люблю собак.
— Это не странно.
— Ну я просто решила ответить тебе, — она провела пальцами по её руке. — Я даже пару лет помогала одному приюту.
Лина подняла голову.
— Серьёзно?
Соня кивнула.
— Иногда ездила туда по выходным. Гуляла с ними, помогала с кормом.
Лина смотрела на неё несколько секунд.
— Ты разрушаешь мой нафантазированный в голове образ холодной и опасной Сони.
Соня усмехнулась.
— Я могу снова сломать кому-нибудь руку, если тебе станет спокойнее.
Даже есть человек на примете... имя начинается на «К» — мелькнула мысль в голове у Сони, но она тут же отмахнулась от нее.
Лина тихо рассмеялась и снова уткнулась носом в её плечо.
— Нет. Так мне нравится больше.
Еще какое-то время она продолжали делиться какими-то дурацкими фактами из детства, историями, страхами. Соня медленно водила пальцами по её волосам. Комната становилась всё светлее.
И в какой-то момент Соня тихо сказала:
— Ещё один странный факт.
Лина лениво подняла взгляд.
— Давай.
Соня несколько секунд молчала, будто решая, стоит ли говорить что-то настолько честное. Потом сказала:
— Я очень часто разговариваю сама с собой во время дождя.
Лина моргнула.
— Что?
Соня тихо усмехнулась.
— Звучит странно, да?
— Немного.
Пауза.
Соня смотрела куда-то в сторону, на свет, который уже просачивался через шторы.
Её пальцы всё ещё лежали в волосах Лины.
— Когда я была совсем маленькая... — тихо сказала она. — У меня умер отец. Утонул.
Лина слегка напряглась, но ничего не сказала.
Соня продолжила спокойно, без драматизма:
— Я тогда была слишком маленькая, чтобы нормально это понять. Но это оставило определенный след в моей жизни.
Она на секунду задумалась.
— Однажды во время дождя я вдруг подумала... что, может быть, когда идет дождь, это знак, что именно в этот момент он рядом.
Она кивнула в сторону окна.
— И что он может услышать меня где-то сверху.
Лина тихо смотрела на неё.
Соня слегка пожала плечами.
— Детская фантазия, — отмахнулась она. — Но почему-то она так и осталась.
Её голос стал чуть мягче.
— И иногда... когда идёт дождь... я просто начинаю рассказывать ему, как у меня дела, — она тихо усмехнулась. — Как будто он всё ещё может услышать.
В комнате повисла мягкая тишина.
Лина медленно поднялась чуть выше и аккуратно обняла Соню за шею. Потом тихо поцеловала её в уголок губ.
— Это не странно, — тихо сказала она.
Соня посмотрела на неё. Лина мягко провела пальцами по её щеке.
— Это... очень трогательно.
Соня несколько секунд молчала, а потом тихо усмехнулась.
— Отлично. Теперь ты знаешь, что я немного сумасшедшая.
Лина улыбнулась.
— Нет.
Она снова легла рядом, уткнувшись лбом в её подбородок.
— Просто теперь я понимаю тебя ещё немного лучше.
И Соня неожиданно почувствовала, как где-то внутри стало ещё теплее. Как будто этот странный разговор сделал их ещё ближе.
Некоторое время они просто лежали молча. Лина всё ещё обнимала Соню за шею, её пальцы лениво перебирали короткие пряди у основания её затылка. Соня автоматически продолжала водить пальцами по её волосам — медленно, почти механически, как будто это было самым естественным движением на свете.
Лина тихо выдохнула, уткнувшись носом в шею Сони.
— Как же вкусно ты пахнешь, — пробормотала она сонным голосом.
Соня тихо усмехнулась.
— Я пахну почти так же, как твои свечи — не удивительно, что тебе нравится.
— Нет, — Лина слегка покачала головой. — Это мои свечи пахнут, как ты.
Она чуть сильнее прижалась к ней, проводя губами по её плечу — не поцелуй, а почти сонное прикосновение.
Соня почувствовала, как от этого простого движения по коже пробежали лёгкие мурашки.
— Ты вообще собираешься спать? — тихо спросила она.
Лина немного приподняла голову и посмотрела на неё. Глаза у неё уже были полузакрытые.
— Я уже чувствую, как меня убаюкивает то, как ты трогаешь мои волосы, — сонно сказала она.
Соня чуть улыбнулась.
— Я и не собиралась останавливаться.
После этого Лина окончательно устроилась у неё на груди, закинув ногу на её бедро. Рука Сони автоматически легла ей на спину, пальцы медленно скользнули под край тонкого топа.
Лина тихо выдохнула — уже совсем расслабленно.
— Мне так хорошо с тобой, — пробормотала она.
— Это взаимно.
Через пару минут дыхание Лины стало ровнее. Соня ещё какое-то время лежала, глядя в потолок. Её пальцы медленно гладили Лину по спине, иногда возвращаясь к волосам. Тепло её тела, спокойное дыхание, мягкий свет за окном — всё это неожиданно подействовало сильнее любого снотворного. И в какой-то момент Соня сама не заметила, как закрыла глаза.
Когда она проснулась, в комнате было уже совсем светло. Соня открыла глаза медленно, по привычке — как всегда просыпалась перед рабочей сменой.
На секунду она даже не сразу поняла, где находится. Потом почувствовала — тепло, чужое дыхание у своей ключицы, нога все еще была перекинута через её бедро.
Соня опустила взгляд. Лина всё ещё спала, свернувшись на ней почти полностью. Её волосы растрепались, одна тёмная прядь лежала поперёк щеки. Лицо было абсолютно спокойным, чуть сонным.
Соня посмотрела на часы на телефоне.
12:57.
— Успеваю, — тихо пробормотала она.
Она осторожно потянулась за телефоном на тумбочке, стараясь не разбудить Лину.
Экран загорелся.
Новое сообщение.
От Игоря Николаевича.
Соня открыла его.
Соня, можешь сегодня устроить себе выходной.
Извини, что так внезапно и без предупреждения.
Я решил, что нам нужно в срочном порядке выводить нового бармена, а у вас с Кирой как раз давно не было выходных — меня это очень тревожит, не хотелось бы, чтобы ваша работоспособность страдала, сама понимаешь.
Сегодня Кира стажирует новенькую, так что можешь отдыхать. День всё равно не самый людный.
Завтра будешь стажировать ты.
Кстати, у неё очень хороший опыт работы — думаю, такими темпами через неделю уже сможет полноценно выходить в смену. Надеюсь, четвертого бармена найдем такого же опытного, чтоб наконец собрать полный штат.
Соня несколько секунд просто смотрела на экран, а потом медленно выдохнула.
Облегчение пришло сразу по нескольким причинам.
Во-первых — ей не нужно сегодня видеть Киру.
После вчерашней ссоры это было... очень кстати.
Во-вторых — она проснулась у Лины.
И у неё выходной. Кажется, первый за месяц. Это не может не ощущаться приятно.
И в-третьих... Соня невольно усмехнулась.
Если Григорьева действительно так быстро втянется, значит совсем скоро будет работать с ними на равных — эта мысль неожиданно согрела, но не большей той, в которой Лина.
Соня заблокировала телефон и аккуратно положила его обратно на тумбочку.
После этого она снова опустила взгляд на Лину. Та всё ещё спала, совсем близко — ее дыхание мягко касалось кожи Сони, губы были слегка приоткрыты, ресницы отбрасывали лёгкую тень на щёки.
Соня осторожно убрала прядь волос с её лица. Лина чуть нахмурилась во сне и ещё сильнее прижалась к ней.
Соня тихо улыбнулась.
— Доброе утро, — едва слышно пробормотала она.
Её пальцы медленно скользнули по тёмным волосам — привычным движением.
На этот раз никто никуда не спешил.
И это было чертовски приятно.
Лина проснулась не сразу — сначала она почувствовала тепло, чужое дыхание у своей шеи, движение пальцев в волосах.
Потом она почувствовала губы. Соня едва заметно коснулась её виска, потом щеки, потом медленно — почти робко — уголка губ. Как будто проверяя, проснулась ли она.
Лина тихо выдохнула. Глаза всё ещё были закрыты, но на губах появилась сонная улыбка.
— Ты решила разбудить меня самым приятным способом на свете, — пробормотала она хриплым утренним голосом.
Соня тихо рассмеялась.
— Я надеялась, что не потревожу твой сон.
Лина медленно открыла глаза. Несколько секунд она просто смотрела на неё — сонная, тёплая, растрёпанная. Потом протянула руку и коснулась её щеки.
— Я готова просыпаться так каждый день.
Соня чуть улыбнулась.
В следующую секунду Лина притянула её к себе и поцеловала — уже не лениво, как ночью, а глубже.
Соня сразу ответила. Её руки скользнули по талии Лины, притягивая ближе. Поцелуй быстро стал горячее, насыщеннее — как будто между ними вдруг вспыхнула искра, которую обе чувствовали одинаково.
Лина тихо выдохнула ей в губы.
— Доброе утро... — прошептала она.
— Очень доброе, — ответила Соня.
Лина неожиданно села на неё сверху, перекинув ногу через её бедро. Соня тихо усмехнулась, но тут же обняла её за талию, притягивая ещё ближе. Её ладони медленно скользнули вверх — по бокам, по спине, по ключицам.
Лина чуть запрокинула голову, когда губы Сони коснулись её шеи.
— Это нечестно, — выдохнула она.
— Почему?
— Потому что... — Лина на секунду закрыла глаза, когда пальцы Сони прошлись по её бёдрам, — я только проснулась, а ты уже делаешь со мной такие вещи.
Соня тихо усмехнулась ей в шею.
— Ты сама села сверху.
— Это была ошибка, — прошептала Лина.
Но она явно не собиралась отстраняться.
Её пальцы скользнули в волосы Сони, она снова наклонилась и поцеловала её — медленно, жадно, как будто за ночь успела соскучиться.
Соня вдруг перевернула их — теперь Лина оказалась под ней.
Лина тихо рассмеялась, когда её спина коснулась мягкой постели.
— Вот так честнее, — сказала Соня.
Она снова поцеловала её — сначала губы, потом щёку, потом медленно спустилась к шее. Лина провела ладонями по её спине, притягивая ближе.
Комната была наполнена мягким утренним светом, и всё вокруг казалось удивительно спокойным — будто мир на несколько часов оставил их наедине.
Поцелуи становились всё медленнее, глубже.
Соня не торопилась. Она как будто изучала Лину заново — губами, руками, дыханием.
Лина лежала под ней, чуть запрокинув голову. Её пальцы всё ещё были в волосах Сони, иногда чуть сжимались, когда прикосновения становились особенно острыми.
Соня провела ладонями по её бокам, медленно, почти лениво. Большие пальцы мягко скользнули по талии, потом по бёдрам.
Лина тихо втянула воздух.
— Соня... — выдохнула она.
Соня на секунду подняла на неё взгляд.
В её глазах было то самое спокойное, уверенное внимание, от которого у Лины каждый раз сбивалось дыхание.
— Мм? — тихо отозвалась она.
Лина попыталась что-то сказать, но слова так и не нашлись. Она только слегка покачала головой.
Соня чуть усмехнулась — мягко, почти нежно.
— Так и думала.
Её пальцы скользнули к поясу шорт. Она не делала резких движений — наоборот, всё происходило медленно, почти неторопливо, как будто каждое действие было частью какого-то тихого, понятного только им ритуала.
Лина наблюдала за ней, затаив дыхание.
Когда ткань мягко скользнула по её бёдрам, она невольно прикусила губу.
— Ты сейчас на меня так смотришь... — тихо пробормотала Соня.
— Как?
— Как будто я собираюсь сделать что-то очень опасное.
Лина тихо усмехнулась, хотя голос всё равно немного дрожал.
— Ты и собираешься.
Соня снова наклонилась к ней, оставляя поцелуй на её животе — мягкий, почти невесомый.
Потом ещё один.
И ещё.
Лина закрыла глаза. Её дыхание стало неровным, пальцы в волосах Сони чуть сильнее сжались.
Соня почувствовала это и тихо выдохнула ей в кожу.
— Расслабься, — прошептала она.
Но от этого шёпота Лина только сильнее вздрогнула. В комнате стояла почти полная тишина — только мягкий шелест простыней и их дыхание.
Лина чувствовала, как тепло разливается по телу всё шире, как каждое прикосновение Сони будто запускает волну, которая прокатывается от груди до самых кончиков пальцев.
— Соня... — снова выдохнула она, уже почти жалобно.
Соня на секунду подняла взгляд.
— Я здесь.
Её голос был тихим, спокойным, но в нём чувствовалась уверенность, от которой Лине становилось ещё сложнее держать себя в руках.
Она снова коснулась её губами — мягко, внимательно.
Лина выгнулась чуть сильнее, и тихий звук сорвался с её губ, прежде чем она успела его остановить.
Соня на мгновение замерла, потом тихо усмехнулась.
— Вот теперь ты точно проснулась.
Лина даже не открыла глаза.
— Ты... — она сбилась на вдохе, — ужасная.
— Почему?
— Потому что...
Лина не успела договорить. Соня продолжила — медленно, уверенно, внимательно следя за каждым изменением в её дыхании, за тем, как напрягаются её пальцы, как дрожит голос.
И чем дольше это продолжалось, тем сильнее Лина чувствовала, как внутри нарастает что-то тёплое, яркое, почти ослепительное.
Как будто внутри неё постепенно поднимается волна.
— Соня... — её голос сорвался.
Её пальцы резко сжались в волосах Сони.
Соня тихо прошептала что-то успокаивающее — слова почти растворились в дыхании.
Но Лина уже не могла сосредоточиться на них. Всё внутри неё будто вспыхнуло разом — тепло, напряжение, удовольствие, которое прокатилось по телу мощной, яркой волной.
Она резко вдохнула. Плечи дрогнули, спина чуть выгнулась, и она на секунду крепко зажмурилась, пытаясь удержать это ощущение, которое накрывало её снова и снова.
Потом всё постепенно начало стихать. Лина медленно открыла глаза. Несколько секунд она просто смотрела в потолок, всё ещё пытаясь перевести дыхание.
Потом опустила взгляд. Соня уже снова была рядом — её ладонь мягко лежала на её бедре, пальцы лениво скользили по коже.
Лина тихо рассмеялась — немного устало, но совершенно счастливо.
— Ты... — она покачала головой. — Решила мне устроить незабываемое утро?
Соня приподнялась и поцеловала её — медленно, почти лениво.
— Если уж будить тебя после нескольких часов сна, то только таким образом.
Лина притянула её обратно к себе, всё ещё пытаясь отдышаться.
— Если каждое утро будет таким... — пробормотала она.
Соня улыбнулась у её губ.
— Тогда нам придётся чаще оставаться вместе.
Лина на секунду замолчала, потом тихо сказала:
— Я не против.
И снова поцеловала её. Поцелуй был мягким, тёплым, теперь в нём было больше спокойствия — будто они обе наконец выдохнули.
Лина ещё несколько секунд лежала рядом, глядя на Соню. Её пальцы лениво рисовали какие-то линии на её плече.
Потом она вдруг тихо усмехнулась.
— Получается... — протянула она, — теперь я должна отплатить тебе завтраком?
Соня приподняла бровь.
— Ну... — она слегка ухмыльнулась, — это будет справедливо.
Лина театрально вздохнула.
— Значит, судьба моя предрешена.
Она ещё раз быстро поцеловала Соню — коротко, почти игриво — и выбралась из кровати.
Соня приподнялась на локтях, наблюдая за ней. Лина, растрёпанная, в том самом шелковом комплекте, который она быстро натянула обратно, прошла по комнате, пытаясь собрать волосы в небрежный хвост. Несколько прядей всё равно выбились и падали на лицо.
Соня не могла оторвать от неё взгляд.
— Что? — Лина заметила это и прищурилась.
— Ничего.
— Я что тебе, музейный экспонат, который можно разглядывать?
— Имею право, — спокойно ответила Соня.
Лина фыркнула, но уголки её губ дрогнули.
— Ладно, разглядывай. Только не жалуйся потом, если я приготовлю тебе что-нибудь странное.
— Ну... ты способна на все.
— Вот и хорошо, что ты так думаешь.
Через несколько минут из кухни донёсся тихий звон посуды и запах кофе.
Соня устроилась удобнее, лениво растянувшись на кровати. Она слышала, как Лина что-то тихо напевает себе под нос. От этого почему-то стало удивительно спокойно.
Через некоторое время Лина вернулась.
В руках у неё был поднос.
— Прошу, — торжественно объявила она, ставя его на кровать. — Лучший завтрак, который ты получишь сегодня.
На подносе стояли две чашки кофе, тосты и омлет, украшенный овощами.
Соня посмотрела на это и тихо усмехнулась.
— Ты серьёзно всё это сделала за десять минут?
— Я талантлива.
— Я заметила.
Лина устроилась рядом, поджав ноги под себя, и протянула Соне чашку.
— Осторожно, горячо.
Соня сделала глоток, потом посмотрела на неё.
— Очень вкусно.
Лина подозрительно прищурилась.
— Ты просто вежливая.
— Нет, правда.
Соня взяла вилку, попробовала омлет и кивнула.
— Ты очень вкусно готовишь.
Лина довольно улыбнулась.
— Значит, я всё-таки отплатила тебе за пробуждение.
— Более чем.
Несколько минут они ели почти молча — спокойно, лениво, иногда переглядываясь.
Потом Лина вдруг вспомнила:
— Кстати... — она посмотрела на Соню поверх чашки, — тебе ко скольки на работу?
Соня чуть улыбнулась.
— Ни ко скольки.
— В смысле?
— У меня сегодня выходной.
Лина на секунду застыла.
— Серьёзно?
— Да.
Её лицо моментально изменилось — удивление быстро сменилось искренней радостью.
— Подожди... — она даже рассмеялась. — То есть ты сегодня весь день свободна?
— Да.
— Совсем?
— Совсем.
Лина откинулась на подушки, глядя на неё так, будто только что услышала лучшую новость за неделю.
— Тогда какие планы?
Соня пожала плечами.
— Ну... — она усмехнулась, — не знаю... есть целый день.
Лина смотрела на неё пару секунд, а потом медленно улыбнулась.
— А это значит...
Она наклонилась ближе.
— ...что ты никуда не уйдёшь.
И снова поцеловала её. Соня тихо рассмеялась ей в губы.
— Будешь держать меня в заложниках?
Лина только довольно хмыкнула и потянулась за своим телефоном, который лежал на тумбочке.
Экран загорелся.
Она машинально посмотрела на дату.
Воскресенье.
И в следующую секунду её лицо резко изменилось.
— Блять.
Соня подняла бровь.
— Что?
Лина медленно опустила телефон.
— У меня сегодня были планы встретиться с друзьями.
— И?
— Я как раз должна была позвать их к себе.
Соня чуть наклонила голову.
— Ну тогда...
Она не успела договорить.
Лина вдруг хитро улыбнулась. Та самая улыбка, которая обычно означала, что в её голове родилась какая-то идея, и не всегда разумная.
— Нет.
— Что нет?
— Ты всё равно никуда не уйдёшь.
Соня тихо рассмеялась.
— Это ещё почему?
Лина придвинулась ближе, положив подбородок ей на плечо.
— Потому что... — она чуть прищурилась, — устроим тебе официальное знакомство с ними.
Соня посмотрела на неё.
— С кем именно?
— С Вилкой, Владой и Максом.
Она пожала плечами.
— Хотя ты их и так знаешь.
Лина внимательно смотрела на её реакцию.
— Ты же не против?
Соня на секунду задумалась, потом усмехнулась.
— Кажется, мне не оставили выбора.
Она притянула Лину за шею и коротко поцеловала.
— Главное, что ты будешь рядом. На остальное мне плевать.
Лина улыбнулась — широко, искренне.
И по тому, как она снова потянулась к Соне, было понятно, что утро для них ещё совсем не закончилось.
