Невеста из детства

Неделя после свадьбы пролетела как один миг. Дворец постепенно возвращался к обычной жизни, но Люси и Ллойд всё ещё чувствовали себя так, будто находятся в сказке. Каждое утро они просыпались в объятиях друг друга. Ллойд неизменно просыпался первым и подолгу смотрел на спящую жену, не решаясь её разбудить. Её золотистые волосы разметались по подушке, ресницы чуть подрагивали во сне, а на губах застыла лёгкая улыбка. — Ты опять на меня смотришь, — прошептала Люси, не открывая глаз. — А ты откуда знаешь? — усмехнулся Ллойд. — Чувствую, — она открыла глаза и посмотрела на него. — Твой взгляд такой тёплый, что его невозможно не заметить. — Тогда привыкай, — поцеловал он её в лоб. — Я буду смотреть на тебя всегда. Они лежали в обнимку, слушая, как за окном щебечут птицы, и не торопились вставать. Теперь у них было время — целая жизнь впереди. --- После свадьбы Люси перевезла свои вещи в комнату Ллойда — теперь их общую спальню. Она с удивлением обнаружила, что Ллойд уже освободил половину шкафа и часть полок в ванной. — Ты всё подготовил? — спросила она, раскладывая свои платья рядом с его одеждой. — Конечно, — ответил он, стоя в дверях и наблюдая за ней. — Я хотел, чтобы тебе было уютно. — Мне уютно, — улыбнулась Люси. — С тобой мне уютно везде. Он подошёл и обнял её сзади, положив подбородок ей на плечо. — Наш дом, — тихо сказал он. — Наш дом, — повторила Люси. --- Через несколько дней после свадьбы Люси решила, что пора заняться обустройством их будущего жилья. Они с Ллойдом обсуждали, где построят дом — недалеко от дворца, но отдельно, чтобы иметь личное пространство. — Я хочу сад, — мечтательно говорила Люси, рисуя на бумаге. — Много цветов. И место для детей. — Детей? — переспросил Ллойд с улыбкой. — Когда-нибудь, — покраснела Люси. — Не сейчас. — Я знаю, — он взял её за руку. — Мы успеем. Всё успеем. Они выбрали место на холме с видом на озеро. Ллойд обещал, что строительство начнётся уже через месяц. — А где мы будем жить, пока строят? — спросила Люси. — Здесь, во дворце, — ответил Ллойд. — Родители не против. Им нравится, что ты рядом. — Мне тоже нравится, — улыбнулась Люси. — Но свой дом... это особенное. — Особенное, — согласился Ллойд. — Наше собственное место. --- Гармадон и Мисако были рады, что молодожёны остаются во дворце до завершения строительства. Мисако каждый день приглашала Люси на чай, и они подолгу разговаривали — о жизни, о любви, о будущем. — Ты стала мне как дочь, — сказала однажды Мисако, накрывая руку Люси своей. — Я так рада, что Ллойд нашёл тебя. — А я рада, что вы меня приняли, — ответила Люси. — Я знаю, что не всем невесткам так везёт. — Ты особенная, — улыбнулась Мисако. — Это сразу видно. Гармадон тоже относился к Люси с теплотой, хотя и не показывал этого так явно. Однажды он подарил ей старинный медальон, который когда-то принадлежал его матери. — Это семейная реликвия, — сказал он. — Передаётся по наследству. Теперь она твоя. — Ваше Величество... — растерялась Люси. — Гармадон, — поправил он. — Мы же семья. — Спасибо, Гармадон, — Люси сжала медальон в руках. — Я буду беречь его. --- Друзья тоже не оставляли молодожёнов без внимания. Кай, Джей, Коул, Зейн, Ния, Скайлер и Пиксель часто заходили к ним в гости, приносили еду, шутили и рассказывали новости. — Вы когда-нибудь устанете друг от друга? — спросил однажды Джей, глядя, как Ллойд и Люси сидят в обнимку на диване. — Никогда, — ответил Ллойд, не отрывая взгляда от Люси. — Никогда, — подтвердила она. — Ой, ну вы даёте, — закатил глаза Джей. — Ладно, мы пошли. Целуйтесь тут без нас. Они ушли, а Ллойд и Люси действительно поцеловались — долго и нежно, как будто в первый раз. --- По вечерам они часто гуляли по саду. Держались за руки, разговаривали, мечтали. Их дерево — то самое, под которым они признались в любви — стало их любимым местом. — Помнишь, как ты сказал мне, что любишь меня с детства? — спросила Люси, сидя у ствола. — Помню, — кивнул Ллойд. — Я тогда так волновался, что думал — язык откажется слушаться. — А я чуть не расплакалась от счастья, — призналась Люси. — Потому что ждала этих слов так долго. — Теперь не придётся ждать, — поцеловал он её в висок. — Я буду говорить это каждый день. — Каждый день? — улыбнулась она. — Каждый день, — подтвердил он. — И каждую ночь. Люси покраснела и уткнулась ему в плечо. — Ллойд! — Что? Я правду говорю. Он обнял её, и они замолчали. Ночной сад жил своей жизнью — светились звёзды, шелестели листья, где-то вдалеке пел соловей. — Я люблю тебя, Люси Гармадон, — прошептал Ллойд. — А я люблю тебя, Ллойд Гармадон, — ответила она. — Навсегда. — Навсегда, — эхом отозвался он. Они возвращались во дворец, когда луна уже поднялась высоко. Ллойд нёс Люси на руках — не потому, что она устала, а потому что ему нравилось её держать. — Ты меня избалуешь, — засмеялась Люси. — Это входит в мои обязанности как мужа, — серьёзно ответил Ллойд. — Какие ещё обязанности? — прищурилась она. — Любить тебя, заботиться о тебе, носить на руках и говорить, какая ты красивая, — перечислил он. — И это далеко не всё. — И это далеко не всё, — повторила Люси, обвивая руками его шею. Он занёс её в комнату, закрыл дверь, и ночь снова стала только их. --- На следующий день Люси писала письмо в Фиору — Эвергрин. Она рассказывала о своей новой жизни, о доме, который они строят, о тёплых отношениях с Гармадоном и Мисако. И конечно, о Ллойде — о том, как он заботлив, как нежен и как сильно она его любит. «...Я никогда не думала, что могу быть такой счастливой, — писала она. — Каждое утро я просыпаюсь и не верю своему счастью. Он рядом. Он мой. Навсегда. Я желаю тебе найти такую же любовь, Эвергрин. Ты заслуживаешь счастья не меньше моего. Целую, твоя Люси». Она запечатала письмо и отправила его с голубем. А вечером, когда Ллойд вернулся с тренировки, она встретила его на пороге с поцелуем. — Это мне? — удивился он. — Это тебе, — улыбнулась Люси. — Каждый день. Каждую ночь. Навсегда. Он улыбнулся и прижал её к себе. — Навсегда, — прошептал он. За окном садилось солнце, и этот день был прекрасным. Как и все предыдущие. Как и все последующие.