Шаг навстречу

– Чертовы твари! – Да ладно тебе, Кроха, ну упустили момент, с каждым могло случиться. Лорен кое-как примостился на небольшом валуне и принялся закатывать штанину. Анвар присел рядом, перехлестнув ногу ремнем повыше укуса и затянув чуть крепче и жестче, чем того требовала ситуация. Яд василисков распространялся куда медленнее змеиного, так что время было. Выдернув из кармашка на рюкзаке фляжку со спиртом, Анвар прополоскал рот и брызнул на четверной ряд проколов, сочащихся кровью. Лорен зашипел, прикусив губу. Анвар поудобнее перехватил ногу, сдавив так, что вызвал новую порцию шипения и сдавленный стон. Сделал надрез по линии укуса и принялся отсасывать кровь. На языке сразу загорчило. Высосав первую порцию, Анвар сплюнул. Лорен сидел неподвижно, Анвар покосился на него и невольно вздрогнул при виде посеревшего лица. Протянул фляжку. – Ну-ка глотни! Лорен хмыкнул, но фляжку взял. – Пытаешься меня споить, Лучик? – Тебя споишь, как же! – буркнул Анвар, и снова склонился над укусом. Высосать-сплюнуть, высосать-сплюнуть. Не так сложно, хотя... он на время прервался, пытаясь восстановить дыхание. Сильнее сжал ногу рядом с местом укуса только для того, чтобы еще раз услышать хриплый стон, почувствовать в волосах жесткую руку. Кровь становилась жиже, горечь постепенно проходила. Но Анвар продолжал снова и снова прижиматься ртом к холодной коже... Хотя бы так... Лорен Мерсер присоединился к группе на исходе второго месяца после начала Вторжения. Стройный, гибкий и мускулистый, с ярко-голубыми глазами и копной отросших светлых волос – он казался сошедшим на землю ангелом. Впрочем, ангелом весьма кровожадным, как показало время. За прошедшие несколько месяцев группа поредела до них двоих, Лорена и Анвара Шамси. Последний рейд закончился гибелью Салиха и Мариньера. Но хотя бы детей удалось переправить в безопасное место. Вот с детишками, к слову, Лорен ладил лучше всех. Как-то умел их отвлечь, успокоить, да и дети его любили, тянулись к нему. На привалах вечно кучкой сидели вокруг, а Лорен или сказки им рассказывал, или фокусами развлекал. За свою привязанность к детишкам получил от ребят погоняло “Кроха”, впрочем, не обижался. Иногда Анвару казалось, что судьба нарочно свела их, настолько несхожих между собой. Он был куда мягче, спокойнее, не столь кровожаден. Но с детьми у него никогда не ладилось, возможно, дело было в том, что он был единственным и залюбленным сыном своих родителей, довольно эгоистичным. А Лорен был другой совсем. Вечно выгрызавший себе место под солнцем усталый одиночка, выросший в приюте, не знавший ни любви, ни ласки. Для Лорена дети были единственной и непререкаемой святостью, ради защиты и спасения ребенка он мог сунуться даже в пасть к бармаглоту, что однажды и сделал на глазах у команды, отбив у монстра десяток малышей, которых тот не успел сожрать. Закончив отсасывать яд, Анвар плеснул на рану остатки спирта и перебинтовал. Лорен выглядел совсем бледным, его шатало из стороны в сторону. Потому Анвар попросту поднял его на руки и пошел к пещере, ставшей их временным пристанищем. – Да я бы сам дошел, – вяло запротестовал Кроха, потом уставился на физиономию Анвара и криво усмехнулся. – Что, девчонок не хватает? – Никогда их не любил, – проворчал Анвар, взлетая к пещере бегом и осторожно опуская напарника на травяную подстилку, прикрытую старой курткой, оставшейся от Мариньера. Кроха вытянулся, едва слышно застонав не то от боли, не то от облегчения. Анвар поспешно отошел к почти угасшему костру, мысленно кляня себя на все корки. Не хватало еще потерять друга, с которым успел сработаться, из-за своей несдержанности. Когда он вернулся с жестянкой, полной горячего компота из осенних ягод, собранных по дороге, Лорен сидел, прислонившись спиной к стене и смотрел на него со странным выражением. Анвар ругнулся про себя. – На вот, попей, – грубовато сказал он, перелив отвар в кружку, стоявшую рядом с постелью, – тебе сейчас надо побольше пить, чтобы яд выгнать. – Не удержу, – пробормотал Лорен, – руки плохо слушаются. Анвар взял кружку, почти утонувшую в его огромной лапе, поднес к губам, стараясь не пялиться. Лорен пил медленно, мелкими глотками, глядя на него из-за кружки своими непостижимыми глазами. – Что ты там говорил о нелюбви к девчонкам? – вкрадчиво произнес он, допив все до капли. Анвар опустил глаза, надеясь, что за бородой не видно, как горят его щеки. – Я... слушай, я не хочу никак портить наши отношения, Кроха, – ответил он, избегая смотреть на лицо Лорена, – просто... ну... девчонки это не мое. Но это не значит... Тонкие пальцы сжали бороду, заставив его поднять голову. Лорен смотрел на него с таким выражением, что Анвар чуть не бросился вон из пещеры. В следующий миг мягкие губы коснулись его губ, заставив замереть на месте. – Ну ты и придурок, – безмятежно произнес Кроха, отстраняясь, – а я-то тебя, идиота, боялся спугнуть, думал, ты не по этим делам. Он поцеловал снова, властно, уверенно. Анвар ответил, запустив пальцы в мягкие шелковистые волосы, лаская языком язык. – Ногу... сожми, – пробормотал Лорен, на мгновение позаимствовав свой язык обратно, – сильнее... аххх...да... Анвар стиснул пальцами раненую ногу и Лорен застонал, обнимая его за шею. – Любишь боль? – охрипшим от волнения голосом произнес Анвар. Лорен кивнул, тяжело дыша, уткнувшись лбом в его лоб. – А ты любишь ее... дарить? Анвар не ответил, только провел по ноге, сжимая пальцы, сдавливая, вызывая к жизни новый вздох. Небо над пещерой еще только стало сереть, когда Анвар проснулся. Лорен мирно посапывал ему в подмышку, перекинув руку через грудь. Вид у него был встрепанный и вполне довольный. Анвар осторожно высвободился из объятий и вышел, быстро оглядев окрестности и удостоверившись, что крупных тварей не видно. Небольшое чистое, как слеза, озерцо в низине манило. Анвар спустился, содрав с себя задубевшее от грязи и пота тряпье и нырнул в холодную воду. Остатки сна испарились, словно ветром сдуло. Он сделал несколько мощных гребков, когда услышал негромкий голос. – Лучик! Анвар развернулся и поплыл к берегу. Лорен сидел на большом плоском камне у самой воды, с улыбкой глядя на него. – Уже соскучился? – подначил Анвар, выходя из воды. – Ну, не так чтобы очень, – хмыкнул Лорен, – просто стало как-то одиноко. – Хочешь искупаться? – Не помешало бы, но вода холодная, – Кроха поежился, – да и как-то... ты бы тоже оделся. Анвар поспешно влез в штаны и вслушался в застывшую тишину. Слишком тихо, птицы не поют, нигде ничего не шуршит. Тревога кольнула сердце. Он надел майку и куртку и поднял Лорена на руки. – Похоже, это входит у тебя в привычку, – пошутил Лорен, обнимая его за шею. Они успели вовремя подняться в пещеру, когда деревья в центре пролеска закачались и земля вспучилась. – Ох ты ж... – прошептал Лорен, зачарованно глядя на две здоровенные лапы, похожие на лопаты, усеянные понизу шипами, вынырнувшие из земли, – такой здоровенный еще не попадался. – Такого никакой бомбой не возьмешь, – Анвар подгреб свой ручной пулемет и вставил ленту, – там броня, видишь? – Оставь, – Лорен сжал его плечо, – на камни он не полезет. Подождем, пока уйдет. Он потянул Анвара, разворачивая лицом к себе. – А сейчас ты тоже не хочешь вернуться в город? Талия под ладонью была тонкой, как у девушки, но силы, исходящей от Лорена, хватило бы на десяток Анваров. – Ну... я пойду туда, куда пойдешь ты, – Анвар вздохнул, – если ты захочешь, конечно. Тот лагерь с детишками... думаю, может, им нужны бойцы для защиты. – С языка снял, – хмыкнул Лорен, устраиваясь на подстилке, – а пока мы тут ждем... осмотри-ка еще раз мою ногу, Лучик.