truly a love story for the ages

      Они много раз обсуждали это раньше.       — Я принимаю противозачаточные, — говорит Вэй Ин, когда они впервые занимаются сексом. — Мне всего двадцать пять, и пока я не хочу детей. И уверен, что ты тоже не хочешь их в ближайшее время.       Лань Чжань спокойно соглашается.       — Конечно. У меня тоже нет таких планов. По крайней мере, пока мы не будем готовы сделать этот шаг вместе.       — Да и к тому же, мы встречаемся всего-то месяц, — добавляет Вэй Ин. — Понятно, что мы знакомы гораздо дольше, но все же… давай не будем торопиться? После свадьбы у нас обязательно будут дети.       Он знает, что Лани — традиционалисты. Внебрачный ребенок будет совсем не на радость им, и Лань Чжань наверняка думает так же.       — Дети после свадьбы, — говорит Лань Чжань, кивая. — И я все равно буду пользоваться презервативами, даже если ты будешь пить противозачаточные. Просто чтобы обезопаситься.       — Отлично, — весело отвечает Вэй Ин. — Никогда не знаешь наверняка.       — Конечно, — говорит Лань Чжань с легким намеком на улыбку. Он очень любяще заключает Вэй Ина в свои объятия и целует его в волосы. — Мы прекрасно друг друга понимаем. Ничего не делается без согласия другого.       Вэй Ин мычит, наслаждаясь его вниманием.       — Совсем ничего.

———

      Но проходят месяцы, и Вэй Ин начинает понимать, что он встречается с Лань Чжанем — Лань Ванцзи, вторым наследником империи Лань, — и что его мужчину хотят все подряд, а толпы дам (и мужчин!) отчаянно пытаются привлечь его внимание.       Конечно, Лань Чжань был популярен еще в школе, но в основном это были восхищение и пылкое поклонение издалека, а не очереди, которые выстраивались перед ним на всех мероприятиях.       Вэй Ин знает, что ему даже переживать не стоит. Со школы Вэй Ин был единственным человеком, с которым Лань Чжань общался и до сих пор это неизменно. Вэй Ин — центр вселенной Лань Чжаня. Он знает это. Он много раз слышал это от самого Лань Чжаня; тот повторял это в самых разных ситуациях (как в постели, так и вне!).       Но неуверенность в себе — настоящая сука. Когда Хуайсан рассказывает ему, что дядя Цижэнь устраивает Сичэнь-гэ брак по расчету, Вэй Ин осознает, что мир так устроен и Лани, столь могущественные и богатые, обязаны заключать политические браки, а Вэй Ин… не самая лучшая кандидатура, по мнению дяди Цижэня, для его любимого племянника.       Он мучается страхом, что Лань Чжань может оставить его.       В тот же вечер он возвращается домой и выкидывает все противозачаточные. Он всегда переживал, отчаянно старался пить их вовремя, но теперь он выбрасывает их без малейшего сожаления. Он садится за компьютер, набрасывается на добавки с фолиевой кислотой — цзецзе пила их кучами, когда пыталась забеременеть, и это помогло — и заказывает тридцать упаковок только потому, что это будет полезно для ребенка. Для будущего ребенка. Ребенка, который обязательно войдет в их жизнь. Потому что Вэй Ин забеременеет от Лань Чжаня, даже если это будет последнее, что он сделает.       Он прекрасно помнит, что они говорили об этом, но ни один способ контрацепции ведь не давал стопроцентной гарантии. Случайности неизбежны. Случайности случаются. И если бедный Вэй Ин случайно забеременеет из-за неправильного приема таблеток, Лань Чжань не сможет отказаться от него и ребенка. Он — Лань и без сомнения возьмет ответственность.       Лани — традиционалисты, и они не будут рады внебрачному ребенку. Вэй Ин знает это. Даже дядя Цижэнь будет активно настаивать на браке.       И Вэй Ин воспользуется этим в собственных интересах.

———

      Вэй Ин — светский лев. Он всегда был таким. На каждой вечеринке он опирается на руку Лань Чжаня, разодетый в пух и прах, мило смеется, будто совсем не замечает окружающей его роскоши. Но Лань Чжаню от этого больно. Вэй Ин так прекрасен, что ему больно.       Поначалу он был рад. Он был рад, когда признался Вэй Ину во время романтической прогулки под звездами, больше не в силах позволить своей любви к мальчику кипеть внутри и сжигать его заживо. Он был рад, когда Вэй Ин ответил взаимностью, что ему всегда нравился Лань Чжань, что он больше всего на свете хочет быть с ним. Больше всего он обрадовался, когда Вэй Ин встал на цыпочки и запечатлел на его лице нежнейший поцелуй, а Лань Чжань обнял его за талию. Большего Лань Чжаню и не надо было. Этого он желал всю жизнь.       Он был вне себя от радости, когда три месяца спустя Вэй Ин согласился переехать к нему и жить с ним постоянно, навсегда.       Но, как всегда, его одолевает неуверенность. Мысли берут верх. Когда Вэй Ин сворачивается калачиком в его объятиях и засыпает поздно ночью, Лань Чжань перебирает пальцами его мягкие шелковистые волосы и боится, что однажды это может закончиться. Навсегда. Что Вэй Ин однажды проснется, посмотрит на него и переменит свое мнение. Потому что у многих людей так происходит. Они непостоянны, они нерешительны, они постоянно меняют мнение. Вэй Ин был единственной постоянностью в его жизни, на кого он всегда мог положиться, но что, если? Что, если им не суждено быть вместе?       Лань Чжань не верит в то, что им не суждено быть вместе. Лань Чжань сделает так, чтобы Вэй Ин всегда был с ним.       Он кладет руку на плоский живот Вэй Ина и чувствует, как тот слегка приподнимается всякий раз, когда его маленький возлюбленный тихо сопит во сне. Он чувствует, как сжимается его сердце лишь при мысли о том, что он может увеличиться с зарождением плода. Его ребенка.       Он прекрасно помнит, что они говорили об этом, и что Вэй Ин пока не готов. Мы вместе всего двадцать пять дней, сказал Вэй Ин. Этого пока недостаточно.       — Ложь, — хотел возразить Лань Чжань, когда Вэй Ин впервые затронул эту тему. Ложь, потому что у меня есть средства, у меня есть терпение, и я всегда буду готов позаботиться о детях, которых ты родишь. Я способен, Вэй Ин. Или, возможно, ты не будешь замечать это, пока… я не покажу это?       И когда ему в голову приходит дьявольская мысль заменить все противозачаточные Вэй Ина на сахарные таблетки, он не сопротивляется ей. Он выкладывается по полной. Он достает все флаконы из шкафчика, вытряхивает все пилюли и снова наполняет до краев непритязательными, похожими на вид таблетками белого цвета. Он очень старался найти таблетки такого же размера. Он знает, что его усилия окупятся.       Он достает все коробки с презервативами и протыкает каждую упаковку острой булавкой, готовя их к следующему сексу.       Вэй Ин не откажет, как только узнает, что беремен. Вэй Ин слишком чистосердечен, чрезмерно добр и склонен к материнству — Лань Чжань видел, как Вэй Ин общается с Цзинь Лином, — и Вэй Ин наверняка оставит ребенка, которого Лань Чжань ему подарит. И когда это произойдет, все, что нужно будет сделать Лань Чжаню, — это вмешаться и взять на себя ответственность. Все, что нужно будет сделать Лань Чжаню, — это признать ребенка своим и занять место в качестве законного мужа Вэй Ина… и все будет хорошо.       Вэй Ин всегда будет принадлежать ему.       Краем глаза он замечает на столе упаковку мармелада. Он задается вопросом, когда это Вэй Ин начал любить конфеты.

———

      Сегодня та самая ночь. Вэй Ин всю неделю с нетерпением проверял календарь фертильности, используя приложение-трекер, и удостоверился, что сегодня — лучшее время для зачатия. Он уже как две недели не пьет противозачаточные, но еще немного поработать над стратегией не помешает. Ему нужна дополнительная помощь. Ему срочно нужно забеременеть. Нужно заманить одного милого, красивого мужчину в брак и оставить его там навсегда, чтобы никто и никогда не отнял его у Вэй Ина.       Вэй Ин все спланировал. Соблазнительная рубашка из красного шелка? Есть. Кружевное прозрачное нижнее белье? Есть. Длинные волосы, тщательно расчесанные и соблазнительно спадающие на шею? Есть. Нет ни единого шанса, чтобы Лань Чжань, взглянув на него, не набросится на него. Вэй Ин прекрасно осознает свою привлекательность, и от этого ему хуже — осознание того, что он, по сути, идеален, и все же ему приходится тащить Лань Чжаня в брак.       Быстро поев, он выждал около получаса, прежде чем нетерпеливо забраться на диван к Лань Чжаню на колени и притираясь шелковой рубашкой к своему… будущему мужу.       — Лань Чжань, — скулит Вэй Ин, потому что на нем и так одежды минимальное количество, и стыда в нем больше нет. — Мне нужно, чтобы ты меня трахнул.       — Хм, — с улыбкой произносит Лань Чжань. Его глаза блестят, когда он скользит руками вверх, чтобы ощупать обнаженные бедра Вэй Ина, прямо под чрезвычайно короткой рубашкой. — Оделся прямо-таки по случаю.       — По случаю секса? Да, — нетерпеливо отвечает Вэй Ин. Он упирается коленом в промежность Лань Чжаня и чувствует, как она твердеет. Он доволен вызванной реакцией. — Ты ничего не сказал. И меня это расстраивает.       — Я собирался позже выразить тебе свою признательность действием, — произносит Лань Чжань. Его рука быстро скользит по спине Вэй Ина и грубо касается округлой, полной ягодицы. — Вэй Ин сегодня необычайно возбужден. Должно быть, сегодня один из тех… благодатных дней.       Хм. Он знает.       — Ты следишь за графиком? — Вэй Ин громко смеется, надеясь, что это скроет его нервозность. — А я и не думал.       Вэй Ин две недели ежедневно проверял трекер.       Он настолько поглощен страхом раскрытия, что не замечает мимолетной паники, отразившейся на лице Лань Чжаня.       — Просто удачная догадка, — говорит Лань Чжань, поджимая губы.       — Конечно, — Вэй Ин снова смеется, желая сменить тему. — В любом случае, это неважно. Я пью противозачаточные, помнишь?       Лань Чжань спокойно отвечает, на этот раз без намека на беспокойство.       — Помню.       Его руки опускаются к талии и крепко обхватывают Вэй Ина. Он легко поднимает Вэй Ина со своих колен и уносит его с дивана. Вэй Ин смеется, когда Лань Чжань так легко его поднимает, и медленно относит в их спальню, где Лань Чжань осторожно опускает его на кровать, следя за тем, чтобы Вэй Ин аккуратно лег на подушку.       Лань Чжань всегда был джентльменом. Он станет идеальным отцом. Вэй Ин так сильно хочет родить ему…       Когда Лань Чжань наклоняется и целует его, Вэй Ин обвивает руками его шею, вдыхая каждую частичку запаха своего альфы. Он пахнет невероятно хорошо, потрясающе, мужественно. Он будет отлично заботиться о Вэй Ине. Вэй Ин даже не сомневается.       У них всегда все происходит в спешке. Они целуются в общей сложности около минуты, прежде чем Лань Чжань отрывается от него и опускает голову между бедер Вэй Ина, стягивая зубами кружевные трусики до середины бедра. Вэй Ин раздвигает ноги шире, действуя чисто инстинктивно, приподнимая бедра, чтобы Лань Чжаню было легче добраться до его дырочки, которая уже намокла от возбуждения.       Лань Чжань наклоняет голову, и его горячий язык проникает внутрь, и губы Вэй Ина распахивается в самом громком стоне.       — Черт, папочка…       У них божественный секс. Он готов трахаться с ним вечно.       Когда Вэй Ин кончает — очень просто, всего за две минуты, потому что он слишком чувствительный в период наибольшей фертильности, — Лань Чжань, наконец, позволяет доставить себе удовольствие. Он поднимается с кровати, лениво протягивает руку к презервативам, которые Вэй Ин уже выложил на комод, и достает один.       Вэй Ин бросает взгляд на презерватив в руке, пряча улыбку. Он заранее сделал в каждом из них небольшие дырки своими же зубками.       — Конечно, куда мы без них, — подтверждает Вэй Ин с невозмутимым видом. — Они очень важны.       — Очень, — кивает Лань Чжань. Он не показывает самодовольства. Он очень осторожно раскатывает его по своему твердому члену, даже устраивает целое шоу, чтобы Вэй Ин увидел, что он в презервативе. — Не хотелось бы, чтобы что-то пошло не так. Только не в момент, когда ты наиболее фертилен. Шансы… очень высоки.       — Да, было бы нехорошо, — говорит Вэй Ин, кивая еще сильнее.       — Очень нехорошо, — повторяет Лань Чжань.       Вэй Ин тянется за подушкой и подкладывает ее под бедра. Лань Чжань приподнимает бровь — Вэй Ин никогда раньше так не делал.       — У меня болит спина, — скулит Вэй Ин, целенаправленно хватаясь руками за талию. — Думаю, что она болит из-за недавней пробежки. Извини, мы можем сегодня ограничиться обычной позой?       В его объяснении нет абсолютно никакого смысла, но Лань Чжань даже глазом не повел.       — Если у Вэй Ина болит спина, то мы просто обязаны подложить подушку, — соглашается Лань Чжань. Он двигает Вэй Ина выше на подушке, широко разводя его ноги и приподнимая зад. — Вэй Ину нужно лежать на спине. Это помогает при з… — и тут он останавливает себя, словно только что осознал, что позволил своим мыслям вырваться наружу. — Поможет облегчить боль.       — Лань Чжань, ты всегда такой заботливый, — радостно говорит Вэй Ин. Он хлопает глазами, глядя на него из-под опущенных век. — Так добр к своей жене, — Вэй Ин делает паузу. Кажется, он тоже поторопился с ответом. — Так добр ко мне.       — Жена, — усмехается Лань Чжань, потому что уловил смысл. — Кажется, Вэй Ин хочет ролевую игру.       — О, конечно, — нервно смеется Вэй Ин. Он рад, что нравится Лань Чжаню любым, поэтому Вэй Ин может немного поманипулировать им.       Он наклоняется к нему и говорит тошнотворно сладким голосом:       — Муж.       — Да, моя жена, — Лань Чжань улыбается в ответ.       Он крепко берет Вэй Ин за обе ноги и закидывает их себе на плечо. Тело Вэй Ина лежало под идеальным углом в сорок пять градусов — чрезвычайно подходящим для зачатия.       Звезды сложились идеально, — думает Лань Чжань.       Когда Лань Чжань глубоко проникает в него, Вэй Ин хнычет, его ноги слабо дрожат. Лань Чжань такой большой, он всегда крепко прижимается к Вэй Ину, всегда растягивает его и входит, будто его размер — совсем ничего. Вэй Ин много раз видел последствия оргазма Лань Чжаня — и он уверен, что даже половины его спермы достаточно, чтобы оплодотворить Вэй Ина всего за один заход. Боже, ему не терпится ощутить его семя внутри себя. Он не может дождаться этого.       Лань Чжань стонет при каждом толчке, удерживая Вэй Ина совершенно неподвижно, даже когда тот начинает извиваться под ним. Ноги Вэй Ина покалывает при каждом сильном толчке, изящные пальчики поджимаются, когда он выдыхает все непристойности, какие только приходят ему в голову. Он просто хочет, чтобы его использовали как омегу, которым он является, использовали как матку, но все это время был вынужден отказывать себе в удовольствии вынашивать жизнь.       — Да, трахни меня, папочка, используй меня, наполни свою маленькую жену, — умоляет Вэй Ин, вкладывая в слова немного больше смысла, чем следовало.       С каждым движением он сжимается вокруг Лань Чжаня, пуская его все глубже.       Удивительно, но Лань Чжань отлично принимает сегодняшние непристойные фразы.       — Вэй Ин, ты забеременеешь, — произносит Лань Чжань, глубоко выдыхая. — Я хочу наполнить тебя своей спермой, убедиться, чтобы ни одна капля не прольется. Убедиться, что ты будешь носить моего ребенка.       — Да, Лань Чжань! — Вэй Ин издает сдавленный крик, его переполняет вожделение.       Он поднимает бедра выше, чтобы член Лань Чжаня максимально проник в него. Вэй Ин невероятно жаден — он хочет забрать себе даже предэякулят, хочет, чтобы он весь тек прямо в него. Он хочет всего, что увеличит шансы на беременность.       — Вэй Ин, ты будешь моей женой, — рычит Лань Чжань на пике своего наслаждения.       Он ведет себя необычно дико, обнажая клыки, когда наклоняет голову, чтобы укусить Вэй Ина за плечо. Он уже столько раз метил Вэй Ина, но сейчас… сейчас все по-другому. Лань Чжань хочет владеть им. Когда Лань Чжань вонзает в него острые зубы, наслаждение распространяется от шеи по всему телу Вэй Ина.       — Да, альфа, — кричит Вэй Ин, соглашаясь. — Я буду твоим всегда.       Услышав это, Лань Чжань входит в него еще жестче, попадая во все нужные места, которые он давно знает как свои пять пальцев. Вэй Ин рыдает, когда кончает во второй раз, выгибая спину и так чудесно сжимая член Лань Чжаня, что это приводит к оргазму Лань Чжаня.       Впервые за все время их совокупления Вэй Ин почувствовал, как теплая сперма заполняет его, и Вэй Ин мгновенно понял, что уловка сработала. При той неистовой скорости, с которой Лань Чжань трахал его — будто хотел, чтобы презерватив порвался еще сильнее, — презерватив, должно быть, окончательно разорвался, потому что Вэй Ин едва ли чувствовал, что вокруг члена Лань Чжаня что-то осталось. Он чувствует только свежую, горячую сперму, наполняющую его.       И, боже, ее так много.       Он невероятно доволен результатом своих усилий, что ему почти хочется плакать. Он наверняка забеременеет. Нет никаких шансов, что этого не случится. Лань Чжань такой молодой, пылкий и мужественный, и он трахает его с такой энергией, что Вэй Ину трудно представить, что его сперма может быть какой-то другой, кроме здоровой.       Идеально. Все шло по плану.       Он украдкой поглядывает на Лань Чжаня и задается вопросом, понимает ли тот, что натворил.       Глаза Лань Чжаня все еще закрыты, его рот слегка приоткрыт, когда он доводит Вэй Ина до последнего оргазма. Его член дергается внутри Вэй Ина, все еще приходя в себя от безумной волны удовольствия. Лань Чжань упрямо не выходит из него, пока вся сперма не попадет в Вэй Ина.       Хорошо. Как раз этого хотел Вэй Ин. Он никогда еще не был так благодарен Лань Чжаню за то, что у того есть склонность к кримпаю.       Бедный, бедный Лань Чжань, совсем не понимающий, что на него навлек Вэй Ин…       Во всяком случае, Вэй Ину придется винить агрессивные сексуальные привычки Лань Чжаня. Как может милый, невинный омега, которым является Вэй Ин, быть виноватым?       Когда Лань Чжань наконец выходит из него, Вэй Ин не хочет опускать ноги слишком рано, вспоминая, что где-то читал, что лучше всего оставаться в таком положении еще пару минут, чтобы сперматозоиды достигли яйцеклетки.       К счастью для него, Лань Чжань предлагает ему прекрасный повод для этого.       — Поскольку у Вэй Ина болит спина, позволь мне помассировать ему ноги, — мягко говорит он, после того как приводит себя в порядок.       Это еще одна неубедительная отговорка, но Вэй Ин даже не замечает этого, слишком счастливый, потом что ему не нужно искать причину.       — Да! — Вэй Ин соглашается, хотя и ежится, когда понимает, что выглядит чересчур взволнованным.       Лань Чжань только терпеливо улыбается и берет ноги Вэй Ина в свои руки.       Массаж позволяет Вэй Ину еще целых пятнадцать минут оставаться в этой проклятой позе.       Ох, Лань Чжань. Такой милый и искренний, ты попадаешь в каждый мой план, — думает Вэй Ин, испытывая жалость к своему чересчур добродетельному парню. И подумать только, что кто-то другой, такой же коварный, как он, мог бы так же заманить тебя в брак…

———

      Час спустя Лань Чжань застает Вэй Ина за жеванием каких-то сладостей. На самом деле они не такие уж и сладкие, а Вэй Ин никогда не был любителем сладкого.       — Не знал, что Вэй Ин любит сладости, — говорит Лань Чжань.       — Это добавки, — нахально говорит Вэй Ин полуправду. — Полезно для малыша.       У Лань Чжаня покраснели уши.       — Малыша…?       — Для меня, — смеется Вэй Ин. — Малыш — я! Пью их как поливитамины.       — А, — произносит Лань Чжань более угрюмо, чем обычно. — Хорошо, мой малыш.       Вэй Ин гадает, не разочарование ли он видит.

———

      Две недели спустя Вэй Ин приходит к нему с тестом на беременность.       На его глазах блестят слезы, а пухлые щеки покраснели. Его волосы выбились из высокого хвоста. Длинные, пышные пряди Вэй Ина падают ему на лицо, подчеркивая его маленькое лицо и делая его еще более миниатюрным в глазах Лань Чжаня.       Его действия настолько продуманны — и это приятно захватывает его жертву.       Мой милый Вэй Ин, — тут же думает Лань Чжань, быстро заключая своего возлюбленного в крепкие объятия.       Еще красивее, когда плачет из-за меня.       — Лань Чжань, я не знаю, как это случилось, правда, — икает Вэй Ин, выглядя при этом совершенно очаровательно. Он снова и снова трет покрасневшие глаза, делая это с таким горестным видом, что Лань Чжаню приходится схватить его за запястья и отдернуть руки. — Я не знаю, почему противозачаточные не сработали. Но я беремен! Лань Чжань, что мы будем делать? Я знаю, мы говорили об этом…       Идеально. Все шло по плану.       О, его милый Вэй Ин, такой невинный, такой драгоценный, совсем ничего не подозревающий. И подумать только, что ты мог так попасться в чью-то ловушку…       — Мы были осторожны и с презервативом, и с противозачаточными средствами, — начинает Лань Чжань с печальным выражением лица. Ему приходится играть роль растерянного парня, потому что, конечно же, этого не должно было случиться. Они ведь приняли все необходимые меры предосторожности? — Это, конечно, не самая идеальная ситуация.       Вэй Ин еще сильнее завыл в его объятиях, его охватила паника от того, что он услышал — сожаление? — в голосе Лань Чжаня.       — Лань Чжань! Ты же не бросишь меня, правда. Я не справлюсь в одиночку, и мы никак не можем избавиться от ребенка, он наш…       Лань Чжань приходит в ярость, узнав, что Вэй Ин мог даже просто подумать об аборте.       — Нет, Вэй Ин. Я его отец, и я не позволю тебе сделать аборт. Он наш, как ты и сказал. Я люблю тебя, Вэй Ин… я никогда тебя не оставлю.       Вэй Ин шмыгает носом, прогоняя последние слезы, и смотрит на Лань Чжаня кроткими глазами лани, будто не может в это поверить.       — Ты… ты будешь со мной? И… и возьмешь меня замуж?       Лань Чжань с трудом сдерживает улыбку, которая так и норовит расползтись по его лицу. Вэй Ин даже настаивает на свадьбе. Лань Чжаню даже не пришлось самому её предлагать.       Однако он старается сохранить на лице мрачное выражение, оставляя при этом твердую убежденность.       — Да. Мы распишемся. Другого выхода не было. Завтра утром сходим к врачу, а потом скажем дяде и брату. И твоей семье тоже. Я уверен, они захотят узнать, будем ли мы жениться.       — Лань Чжань, — еще громче плачет Вэй Ин. — Я знал, что могу тебе доверять…       Бедный Вэй Ин, — думает Лань Чжань. Он, наверное, чувствует огромное облегчение. Наверное, он очень боялся, что я не справлюсь с этой задачей и брошу его с ребенком из страха.       Лань Чжань наклоняется и успокаивающе целует его в виски, вытирая заплаканные щеки.       Такой красивый — а теперь мать моих детей.       Я буду твоим всегда.       — Вэй Ин, что бы я ни делал, я делаю это для нас, — тихо, почти шепотом, говорит Лань Чжань, хотя и знает, что Вэй Ин не поймет заложенного смысла. Он крепко прижимает Вэй Ина к своей груди, собственнически обнимает его, не собираясь отпускать, с этого момента. Он, наконец, позволяет себе торжествующе улыбнуться, когда понимает, что Вэй Ин не смотрит на него. — Ради нашего будущего. Ради нашей вечности.       Розовые губы Вэй Ина тоже растягиваются в хитрой улыбке, когда его пальцы крепче сжимают Лань Чжаня.       — Я тоже, Лань Чжань… больше, чем ты можешь себе представить.       Конечно, — одновременно думают они. Это сработало.

———

      Десять месяцев спустя, на праздновании дня рождения А-Юаня, Не Хуайсан снова восхищается невероятностью этого.       — Я все еще не могу поверить, что именно у тебя — из всех людей — была такая свадьба!       Вэй Ин держит на руках малыша А-Юаня, его длинные волосы красиво собраны в пучок. У него здоровый румянец на щеках, а небольшой жирок на руках свидетельствуют о том, что он хорошо ел во время беременности. Лани действительно не только хорошо его кормили, но и одевали, заботились и наняли сразу двух нянь, чтобы они помогали ему с А-Юанем в большом особняке Ланей, в котором он теперь живет вместе с остальными членами семьи. (Дядя Цижэнь лично просил — или, скорее, умолял — Вэй Ина переехать к ним; он хотел иметь возможность ежедневно видеться со своим замечательным внуком.)       Вэй Ин никогда не терял сон из-за ребенка. Ни разу. Как и обещал Лань Чжань, Вэй Ину не пришлось страдать. И уж точно не после того, как он родил потенциального наследника.       — Ну… случайности случаются, — небрежно отмахивается Вэй Ин, улыбаясь и игриво тыча пальцем в носик своего ребенка. Вокруг него толпятся люди, чтобы поближе рассмотреть маленького А-Юаня. — Но А-Юань — самая лучшая случайность.       Возможно, Вэй Ин думал только о браке, когда впервые задумался о плане, но он искренне любит Лань Чжаня, и также сильно любит А-Юаня. В конце концов, он — плод их любви, каким бы хитроумным ни было… зачатие.       И теперь А-Юань — лучшее, что когда-либо случалось с ними.       — Да, это была не самая идеальная ситуация для Вэй Ина, — осторожно добавляет Лань Чжань, зная про себя, что для него самого это была самая идеальная ситуация. Он смотрит на Вэй Ина, баюкающего их новорожденного, с самым счастливым и нежным выражением на лице, будто все еще не может поверить в свою удачу. Мои милые Вэй Ин и А-Юань… — Но я бы не хотел, чтобы все было по-другому.       — Как романтично, — вздыхает Не Хуайсан, отчаянно завидуя идеальной паре, стоящей перед ним. — Поистине история любви на века.       Если бы он только знал.