I will

В полумраке уютной квартиры Финна в Ванкувере, за окнами витал густой и влажный январский ночной воздух, но внутри неё царили тепло и смех. Настенные часы показывали, что уже далеко за полночь, наверное, два часа ночи, но Финну и Ноа было все равно. Они занимались этим уже несколько часов, с тех пор, как Ноа появился после смены с той самой радостной улыбкой, напомнив Финну об обещании, данном много лет назад. — Ты обещал научить меня играть на гитаре, помнишь? — Ноа постоянно приставал к нему с этим вопросом, отправляя сообщения по типу «Когда мой урок, учитель?» или игривые подколки во время свиданий. Сегодня, Финн наконец сдался, достав из угла гостиной свою любимую гитару, дерево которой отполировалось годами использования, а струны все еще слегка вибрировали после последнего раза, когда он на ней играл. Они разлеглись на мягком ковре посреди комнаты, окруженные пустыми банками из-под газировки и недоеденной миской попкорна, с которой они вместе ели. Финн сидел, скрестив ноги, поджав их под себя, в удобных серых спортивных штанах и свободной белой рубашке на пуговицах, которая немного великовата на его фигуре. Ноа сидел рядом с ним, наклонившись ближе, в простых черных спортивных штанах и футболке, облегающей грудь. Лампа бросала на них золотистый свет, создавая ощущение уюта и непринужденности, словно они были единственными двумя людьми на свете. Финн начал с основ, его пальцы плавно скользили по ладам, когда он показывал Ноа открытые аккорды. — Хорошо, милый, смотри сюда, это соль мажор. Большой палец здесь, пальцы вот так. Нажимай, но не слишком сильно, иначе будет жужжать. Он провел пальцем по струнам один раз, звук был чистым и ярким, заполняя небольшое пространство. Ноа кивнул, осторожно взяв гитару на колени, его руки были больше и менее опытными, но полными решимости. Его первая попытка была неудачной: струны были приглушены, пара из них неловко зажужжала. — Черт, это звучало, как умирающая кошка, — засмеялся Ноа, его низкий голос звучал с самоиронией. Финн запрокинул голову и захихикал, тем легким, игривым звуком, от которого у Ноа всегда сжималось сердце от нежности. — Эй, не будь так строг к себе! Все ведь с чего-то начинают. Попробуй еще раз, немного ослабь хватку. Ноа поправил струны, и снова начал проводить пальцем по ним, на этот раз лучше, но все ещё не идеально. Финн подвинулся ближе, его колено задело бедро Ноа, когда он протянул руку, чтобы направить пальцы Ноа. — Вот, позволь мне помочь. Мизинец на этой струне, да, идеально. Их руки соприкоснулись, мозолистые кончики пальцев Финна согревали кожу Ноа, и на секунду они просто сидели, встречаясь взглядами, и они обменялись мягкой улыбкой. — У тебя получается, — ободряюще пробормотал Финн. Так продолжалось, казалось, целую вечность: Финн показывал, Ноа пытался, и оба смеялись над ошибками. В какой-то момент Ноа с первого раза взял аккорд ля минор, и Финн закричал от радости, как будто выиграл «Грэмми». — Да! Вот это мой мальчик! Он наклонился и быстро, сладко поцеловал в губы Ноа, которые были на вкус как вишневая газировка, которую они пили. Они также делали перерывы, маленькие домашние моменты, которые делали ночь такой приятной. Финн вскочил, чтобы взять еще закусок на кухне, крикнув через плечо. — Хочешь ещё выпить? Или мне сварить кофе? Мы не будем спать всю ночь. Ноа растянулся на ковре, глядя на него с нежной улыбкой. — Кофе — отличная идея. И кстати, возьми ещё немного печенья, которое ты испек на прошлой неделе, если оно конечно ещё осталось. Финн вернулся с дымящимися кружками, и протянул одну Ноа, прежде чем снова устроиться. Их плечи соприкоснулись. — Вот, держи. Только не пролей на гитару. Они немного попили в приятной тишине, свободная рука Ноа лежала на колене Финна, большой палец лениво поглаживал его круговыми движениями. — Так хорошо, — тихо сказал Ноа. — Только мы вдвоем, никуда не торопимся. Финн улыбнулся, прислонив голову к плечу Ноа. — Да. Я всегда хотел этого. Ты прирожденный музыкант, знаешь? С течением времени Финн решил усложнить уровень для Ноа. — Хорошо, теперь давай попробуем какую-нибудь простую песенку. Что-нибудь лёгкое для исполнения. Но Ноа покачал головой, его глаза заблестели. — Нет, научи меня чему-нибудь особенному. Хочу твою любимую. Финн слегка покраснел, теребя колки. — Хорошо, как насчёт «I Will» группы The Beatles? Играется не слишком сложно, и, ну, она всегда напоминает мне о тебе. Текст песни, понимаешь? «Кто знает, как долго я тебя люблю...» Его голос затих, он немного смутился, но лицо Ноа смягчилось, и он быстро обнял Финна. — Ах, милый. Да, давай сыграем эту. Финн продемонстрировал первым, перебирая пальцами нежную мелодию, мягкие, романтические ноты, которые разносились по комнате, словно шепот. — Видишь? Большой палец для баса, затем указательный и средний для верхних струн. Шаблон вот такой: вниз, вверх, вниз… Ноа внимательно наблюдал, затем взял гитару обратно. Первая попытка. Он сразу начал неуклюже, пальцы запутались, ритм сбился. — Черт, это сложнее, чем кажется, — пробормотал он, но Финн лишь тихонько рассмеялся. — Все в порядке! Не торопись. По одной ноте за раз. Вторая попытка. Лучше, мелодия начала вырисовываться, но он запутался на бридже, аккорд прозвучал неправильно. — Почти! Ты был так близко, — подбодрил Финн, положив руку на руку Ноа и ободряюще сжимая ее. С третьей попытки Ноа глубоко вздохнул, сосредоточился и справился на отлично. Его пальцы двигались с удивительной плавностью. Простая песня о любви звучала чисто и проникновенно, каждый щипок идеально резонировал. Последняя нота повисла в воздухе, и глаза Финна расширились, на лице расплылась широкая улыбка. — О боже, Ноа! Это было идеально! У тебя получилось с третьей попытки, я так горжусь тобой! — Он восторженно захлопал в ладоши, затем наклонился, чтобы снова поцеловать Ноа, на этот раз немного дольше, нежно и тепло. Ноа на секунду отложил гитару, с улыбкой притянув Финна к себе на колени. — Правда? Думаешь, я заслужил награду? — Финн засмеялся раскинув ноги, чтобы удобно усеться на Ноа, и обнял его за шею, устраиваясь поудобнее. — Определенно. Что ты задумал? Его тон был игривым, непринужденным, но в глазах загорелся огонек, домашний уют слегка сменился чем-то более страстным. Руки Ноа скользнули к талии Финна, удерживая его там. Боже, как же ему нравилось, как тонкая и идеальная талия Финна ощущалась в его объятиях, словно он был создан для этого. — Это хорошее начало, — пробормотал Ноа, приподнимая голову, чтобы поцеловать Финна в губы, на этот раз нежно и легко, их носы соприкоснулись. Они так и проводили некоторое время, нежно целуясь. Финн хихикал, прижимаясь губами к губам Ноа, когда руки Ноа щекотали его бока. — Прекрати, щекотно! — протестовал Финн сквозь смех, но не отстранился. Вместо этого он прижался ближе, осыпая челюсть Ноа легкими поцелуями. — Ты такой дразнитель, — пошутил Ноа в ответ тихим и ласковым голосом. — Я? Это ты специально все испортил, чтобы меня рассмешить. — Финн усмехнулся, слегка покачивая бедрами на коленях Ноа, оставляя легкие поцелуи. — Может быть. Или, наверное, мне просто нравится видеть твою улыбку. Они так непринужденно и кокетливо перебрасывались ласками, сначала невинно лаская друг друга: пальцы Финна в волосах Ноа, большие пальцы Ноа поглаживали тазовые кости Финна сквозь спортивные штаны. Но поцелуи постепенно становились всё глубже, воздух наполнялся жаром. Ноа становился всё настойчивее, захватывая нижнюю губу Финна и слегка посасывая, вызывая у него тихий вздох. — Ммм, Ноа... — выдохнул Финн, крепче обнимая Ноа за шею. Ноа скользнул губами вниз к шее Финна, осыпая её поцелуями с открытым ртом, высунув язык, чтобы попробовать соленый вкус его кожи. — Ты так хорошо пахнешь... — прошептал Ноа, касаясь пульсирующей точки и нежно покусывая. Финн вздрогнул, запрокинув голову назад, чтобы дать Ноа лучший доступ к ней. — Да? Ты так думаешь? — Его голос стал более прерывистым, дразнящий оттенок сменился желанием. Пальцы Ноа нащупали пуговицы на рубашке Финна, медленно расстегивая первую, затем вторую, обнажая сантиметр за сантиметром гладкую, покрасневшую кожу. — Боже, ты прекрасен, — сказал Ноа, его глаза потемнели, когда он отодвинул ткань и наклонился, чтобы поцеловать ключицу Финна, затем ниже, касаясь губами его груди. Финн выгнулся навстречу, издав тихий стон. — Ах, Ноа, это так... — его слова оборвались, когда язык Ноа обвел сосок, нежно посасывая. Финн уже превращался в растрепанного человека: волосы взъерошены, рубашка расстегнута, щеки розовые, губы приоткрыты. Его бедра теперь двигались сильнее, чувствуя стояк Ноа под собой. Внезапно Финн отстранился, озорно ухмыльнувшись, его глаза сверкали, несмотря на возбуждение. Он потянулся за гитарой, которую Ноа отложил в сторону, и осторожно положил ее обратно на колени Ноа между ними. Дерево прижалось к бедрам Финна, пока тот оставался в таком положении. Ноа моргнул, глядя на него, смущенный, но заинтригованный, его руки все еще лежали на талии Финна. — Что ты делаешь? — спросил Ноа хриплым голосом, с глубокими, жаждущими глазами. Финн наклонился ближе, его губы коснулись уха Ноа. — Последняя песня. Ты сыграешь 'I Will' ещё раз, пока я буду скакать на твоем члене. Он сделал паузу, давая себе осмыслить фразу, и его рука скользнула вниз, чтобы обхватить член Ноа сквозь спортивные штаны. — Но каждый раз, когда ты пропускаешь аккорд, я останавливаюсь. Понял? У Ноа перехватило дыхание, его член дернулся под ладонью Финна, он уже был так возбужден, что эта мысль сводила его с ума. — Блять, Финн, ты меня убиваешь, — простонал Ноа, крепко сжимая гитару, побелевшие от напряжения костяшки пальцев у грифа. — Но да, давай сделаем это. Финн не стал терять времени. Он сполз с колен Ноа ровно настолько, чтобы потянуть за пояс его спортивных штанов, стянув их вместе с трусами одним плавным движением. Ноа приподнял бедра, чтобы помочь. Его толстый член выскочил наружу, покрасневший и истекающий соком у кончика. — Посмотри на себя, уже так готов... — поддразнил Финн хриплым голосом, обхватив рукой основание и медленно поглаживая его один, два раза. Ноа прошипел сквозь зубы. — Черт, детка... — но Финн успокоил его поцелуем, прежде чем опуститься на колени между раздвинутыми бедрами Ноа. Он посмотрел на Ноа сквозь ресницы, их взгляды встретились, когда он наклонился вперед, высунув язык и облизав от основания до кончика. — Сначала сделаю тебе хорошо, — пробормотал Финн, затем взял головку члена в рот и нежно пососал. Голова Ноа откинулась на диван, издав тихий стон. — Ох, блять, Финн... — Финн наклоняется глубже, обхватив губами его член. Его язык кружится, обводя каждую вену, слюна скользко покрывала его. Финн ритмично двигал головой, втягивая щеки, влажные чавкающие звуки были непристойны в тихой комнате. — Вот так, боже, твой рот... — задыхаясь, прошептал Ноа, свободной рукой запустив Финна в волосы, не толкая, а слегка направляя. Финн мурлыкал вокруг него, вибрация заставляла Ноа выгибаться. — Ах! — прежде чем резко отстраниться с влажным хлопком, нить слюны соединила их. Довольный, Финн встал, раздеваясь, снимая спортивные штаны и трусы. Его собственный член был твердым и выгибался вверх, кончик блестел от предэякулята. Ноа смотрел, завороженный, сжимая гитару, словно это было единственное, что удерживало его на месте. — Ты пиздец какой горячий, — сказал Ноа напряженным голосом. Финн забрался к нему на колени, снова оседлав его. Гитара все еще была там, как дразнящая преграда. Финн потянулся назад, пальцы были скользкими от рта, он приготовился, задыхаясь. — Ммм, мне нужен ты... — вставив один палец, затем два, медленно двигая им, пока Ноа смотрел, завороженный. Наконец, Финн занял нужное положение, головка члена Ноа слегка коснулась его входа. Он опускался дюйм за дюймом, оба стонали от растяжения — О боже, Ноа, он такой большой... — прошептал Финн, крепко зажмурив глаза, когда член достиг дна, сжимаясь вокруг него. Ноа крепче сжал гитару, тяжело дыша. — Черт, ты такой узкий, мне начать играть? Финн кивнул, пока что неподвижно держа бедра. — Играй. Ноа начал перебирать струны пальцами, ноты поначалу звучали неуверенно, мелодия была мягкой. Финн начал двигаться, сначала медленно, слегка приподнимаясь, а затем откидываясь назад, лениво покачивая бедрами. — Вот так? — задыхаясь, спросил Финн, его стоны сначала перерастали в тихие вздохи. — Ах, ммм... Ноа играл размеренно, но когда Финн ускорился, подпрыгивая все выше, удовольствие заставило его пальцы соскользнуть, и какой-то аккорд зажужжал. — Блять... — пробормотал Ноа. Финн мгновенно остановился, крепко сжимая, но неподвижно. — Пропустил один, — поддразнил он, хотя голос его дрожал от желания. — Финн, пожалуйста… — взмолился Ноа, быстро исправляя ошибку. Финн возобновил движения, теперь уже быстрее — Да, о да… — его ягодицы шлепали по бедрам Ноа, стоны становились громче, прерывистые всхлипы переходили в крики. — Ноа! Ах, глубже… Они страстно целовались, языки переплетались, слезы на глазах Финна начали наворачиваться от интенсивности поцелуя. — Это так хорошо, я не могу… — тихо всхлипывал он, слезы текли по его щекам. Ноа намеренно пропустил еще один аккорд, запнувшись лишь для того, чтобы услышать раздраженный стон Финна. — Нет, не останавливайся! — закричал Финн, снова остановившись, дрожа всем телом. — Ты делаешь это специально, — обвинил Финн сквозь слезы, но он ждал, пока Ноа сыграет как надо. Напряжение нарастало, бедра Ноа отчаянно дергались. — Дорогой, мне нужно двигаться... — ноты размывались, когда эхом разносились крики Финна. — Пожалуйста, Ноа! Ах, трахни меня... К последнему припеву Ноа дрожал, пот стекал с него, он намеренно пропускал каждую вторую ноту. — Финн, я больше не могу… С рычанием он отбросил гитару в сторону, она с грохотом упала на пол, струны дико зажужжали. Он притянул Финна ближе, уперев руки ему в бока и прижимая к себе. — Скачи на мне. — потребовал Ноа. Глаза Финна загорелись сквозь слезы, на его лице смешались облегчение и отчаяние, когда он отчаянно закивал. — Да, Ноа, наконец-то... — прошептал он, голос дрожал от желания. Он не колебался, уперевшись руками в плечи Ноа для опоры, ногти впились ровно настолько, чтобы оставить едва заметные следы, и он начал подниматься выше, чем раньше, резко опускаясь обратно с такой силой, что оба ахнули. Комната наполнилась влажным, ритмичным шлёпаньем кожи о кожу. Ягодицы Финна каждый раз глубоко проникали в Ноа, его горячее тело сжималось вокруг него, как тиски. — О боже, Ноа, ты так глубоко, ах! — воскликнул Финн, на мгновение откинув голову назад, обнажив длинную линию шеи, все еще отмеченную поцелуями Ноа. Руки Ноа крепче сжали тонкую талию Финна, большие пальцы впивались в мягкую кожу чуть выше тазобедренных костей, направляя его вверх и вниз, пока он совершал толчки навстречу каждому движению. — Вот так, детка, черт, ты потрясающий. — простонал Ноа хриплым и низким голосом, его взгляд был прикован к месту их соприкосновения, его член снова и снова исчезал внутри Финна. На груди Финна выступил пот, расстегнутая рубашка облегала бока, и Ноа наклонился вперед, чтобы снова взять сосок Финна в рот, сильно сося, пока Финн беспомощно двигался на нем. — Ноа! Да, укуси, ах, пожалуйста! — всхлипывал Финн, слезы текли ручьем, его крики были прекрасной смесью удовольствия и переполняющих эмоций, его тело дрожало от каждого толчка. Они целовались, отчаянно, неряшливо, перервавшись лишь для прерывистых вздохов или стонов. Финн наклонялся, прижимаясь губами к губам Ноа, языки беспорядочно скользили друг относительно друга, ощущая привкус соли от слез Финна и легкую сладость их напитков. — Я так сильно тебя люблю... — прошептал Финн надломленным голосом в губы Ноа во время одного из поцелуев, его ритм на мгновение сбился, когда его хлестнули эмоции. Ноа ответил ему страстным поцелуем, одной рукой обхватив челюсть Финна, а большим пальцем вытирая слезу. — Я тоже тебя люблю, Финн, ты идеален, принимаешь меня вот так... — прошептал он, затем слегка укусил Финна за нижнюю губу, подталкивая его продолжать. Финн ещё больше ускорил темп, теперь он дико подпрыгивал. Его бёдра горели от напряжения, но он был слишком увлечён ощущениями, чтобы обращать на это внимание. Его член покачивался между ними, твёрдый и истекающий соком, касаясь живота Ноа с каждым толчком вниз, размазывая предэякулят по его коже. — Прикоснись ко мне, пожалуйста, Ноа, я так близко... — умолял Финн, его голос был пронзительным стоном, слёзы снова наворачивались на глаза, когда удовольствие достигло невыносимого пика. Ноа тут же выполнил просьбу, обхватив рукой член Финна и поглаживая его в такт их движениям. Уверенные, вращательные движения, от которых Финн выгибался и кричал громче. — Ах! Да, вот так, ох блять, Ноа, я сейчас... Но Ноа ещё не закончил дразнить, он немного замедлил движения, растягивая всё, отчего Финн зарыдал ещё сильнее. — Ещё нет, малыш, хочу, чтобы ты почувствовал каждый сантиметр. — сказал Ноа с лукавой ухмылкой, хотя он сам терял контроль. Его бёдра резко поднимались, вбиваясь в Финна с неумолимой силой, кровать скрипела под ними от интенсивности. Крики Финна переросли в настоящие рыдания, его тело дрожало неконтролируемо, слёзы капали на грудь Ноа, пока он переживал переизбыток возбуждения. — Это слишком, Ноа, пожалуйста, я не могу сдержаться, ах, трахай меня сильнее! — завыл он, его движения стали неровными, небрежными, но полными необузданной потребности. Ноа наконец сдался, бесчувственно толкаясь вверх, его рука быстрее двигалась, большой палец поглаживал чувствительную головку. — Кончи для меня, Финн, не сдерживайся! — приказал он, голос его дрожал, когда его собственный оргазм нарастал, а яички сжимались. Финн кончил первым, его тело напряглось, спина резко выгнулась, когда он кончил с надрывным криком — Ноа! О боже, да, ах! Горячие струи обрызгали руку и живот Ноа, внутренние стенки Финна ритмично сжимались вокруг него, сжимая его до предела. Это ощущение довело Ноа до самого края. Он в последний раз глубоко толкнул бедрами, рыча имя Финна ​​ — Черт, Финн, кончаю! — крикнул он, изливаясь внутри него. Пульсация за пульсацией жара наполняла Финна, их тела сцепились в содрогающемся освобождении. Финн, совершенно обессиленный, рухнул на грудь Ноа, уткнувшись лицом в изгиб его шеи. Слезы все еще текли по его телу, он тяжело дышал. Ноа обнял его, прижимая к себе. Оба были покрыты потом и спермой, их сердца бешено колотились. Долгое время они просто дышали, в комнате царила тишина, нарушаемая лишь слабым, затихающим звоном гитарных струн на полу. Затем Финн слабо хихикнул, приподняв голову лишь настолько, чтобы посмотреть на Ноа. Его глаза были покрасневшими, но сверкающими. — Черт возьми, это было безумие, — сказал он хриплым голосом от плача и стонов. Ноа тоже усмехнулся, откидывая влажные волосы Финна со лба. — Да? Ты в порядке, плакса? — нежно поддразнил он, целуя кончик носа Финна. Финн рассмеялся громче, игриво шлепнув Ноа по груди. — Заткнись! Это твоя вина, что доводил меня до предела целую вечность. Ноа усмехнулся, притянув его к себе для нежного, долгого поцелуя. — Но оно того стоило. В следующий раз, может быть, я выучу песню подлиннее. Финн драматично застонал, но снова хихикнул, прижавшись ближе. — Ты невыносим. Но да, оно того стоило. Они так и остались, обнявшись, обмениваясь ленивыми поцелуями и легкими шутками, а ночь окутывала их совершенным, изнурительным блаженством.