Месть Демиургу

      После пробуждения Глеб лежал в кровати и смотрел в потолок. С этой хренью надо было разобраться. В чатах бет всё шло своим чередом, и спрашивать в лоб, не насылали ли девушки на него кошмары, было глупо. Сегодня он уходил на сутки, поэтому оставалось лишь надеяться, что сны не станут мучать рабочего человека.       Но надежда — очень ненадёжная вещь.       Когда он уже устроился в бытовке на кучах незамерзайки, думая отдохнуть, на улице раздался взрыв. Пожар на заправке равносилен трагедии, поэтому парень вылетел из помещения, как ошпаренный.       Рядом с горящей цистерной стояла рыжая девушка. Она смотрела на пламя не отрываясь.       — Ну а ты кто? — устало спросил Глеб.       — Здравствуй, Демиург.       Девушка развернулась. Её одежду украшали гербы клана Узумаки. Сомнений быть не могло. Химавари Узумаки.       — Ну и какие претензии у тебя? Предыстория есть, судьба нормальная для шиноби. Ты даже флотом руководила!       Они стояли и смотрели на пламя, пожиравшее автомобиль.       — Ты решил, что мальчик лучше?       — Что? — от усталости и недосыпа на удивление уже не хватало сил.       — Почему ты решил, что Арэсу нужен сын, а не дочь? Её ведь звали как меня...       Автор вздохнул:       — Ну убей меня за это, если хочешь. Я уже половину недели умираю каждую ночь самыми разными способами.       — Мне нет смысла тебя убивать. — Девушка помолчала, прислушиваясь к крику железа, умирающего в огне. — Мне нужны ответы. И нормальное упоминание в конце.       — Если я изменю сына на дочь, ты успокоишься?       — Я — да. А вот Тобирама нет.       Глеба снесло волной чистой энергии. Он цеплялся за асфальт, ломая ногти и сдирая кожу. За его спиной возникли Тобирама и Хаширама Сенджу.

***

      — Пиши аккуратнее. Куда опять дел букву «ё»?       Со времён школы над Глебом не стояли над душой такие злобные взрослые. А этот ещё и кунай в стол воткнул, чтобы ускорить процесс работы.       Вот уже вечность он писал анкеты. На каждого убитого или плохо раскрытого персонажа. Флатти, Наруто, Химавари, Юмира, Драко... Причина смерти, желаемая концовка и самое главное...       — Итак, какую предысторию хотел бы ты?       Ямито буквально светился от счастья. Он был допущен с позволения Хаширамы в импровизированный кабинет Хокаге.       — Всё началось много лет назад, в самом обычном доме...       Писать вручную Глебу не нравилось совершенно, но печатать ему не дали. Да ещё и били за каждую орфографическую ошибку.       — ...и вот тогда я могу со спокойной душой погибнуть.       Один краткий сюжет жизни Ямито Учихи занимал пять страниц мелкого убористого текста. А если писать полноценно...       «Я проснусь и запрягу бет с этим возиться», — злобно думал автор, чиркая ручкой по бумаге. Ещё одна анкета отправилась в стопку завершённых.       И если Второй Хокаге не отходил от него ни на шаг, проверяя каждую букву, то Первый бродил где-то в лесу за его спиной и что-то бормотал каждому встречному дереву.       После того как последний персонаж на сегодня высказал своё мнение об умственных способностях Демиурга, автору наконец позволили встать и потащили в сторону леса.       Хаширама сидел и обкладывал ёлку по кругу какими-то белыми клочками.       — Брат, что ты делаешь? — спросил Тобирама.       — Деревья здесь на удивление чахлые, — ответил Первый. — Их надо удобрять.       — А это белое случайно не... — протянул Глеб, присаживаясь рядом и разглядывая клочки.       Тут и там виднелись обрывки предложений. «А потом мне нужна хорошая квартира», «Великий Ямито занёс свой меч». Это были анкеты. Которые они составляли целую вечность.       Ему захотелось плакать.       — Хорошо, понял. — Тобирама взял Глеба за шкирку и снова поволок к столу. Работу надо было начать заново.       — О, вы переписываете всё? А я тут придумал кое-что ещё...       К ним от дома вприпрыжку мчался Ямито.       «Это имя я запомню навсегда», — думал Глеб, снова беря ручку.       В этот раз смерть наступила от переутомления, когда он прятал последний листок в ящик стола, чтобы защитить от участи стать удобрением.