Служебный роман исключен

      Легкие Судаль истошно ныли, но она не обращала на это внимание. Если она остановится хотя бы на секунду, тревожные мысли победят в этой гонке за ее разум, а Судаль так не любит проигрывать. Электронные смарт часы на левом запястье раздражительно пищали, напоминая ей о том, что уровень адреналина в ее крови зашкаливает. Пот ручьем струился по ее спине и лбу, но Судаль продолжала бежать. Зимнее солнце только-только заявляло свои права, однако небо уже было покрыто черными тучами. Пробегая по давно уже изученному частному парку ее жилого комплекса, Судаль изо всех сил старалась выбить из себя агрессию, скопившуюся за последние два дня. После ее «удачного» разговора с директором Мином и этим кретином, а-ля режиссером, Судаль все не могла поверить в то, что ей действительно придется работать с ним. Как вообще не убить его в процессе съемок Сон Судаль не представляла. От одного вида его показного добродушия и готовности к сотрудничеству хотелось взять что-то тяжелое и огреть его по голове. Судаль агрессивно вытерла лоб рукавом ее спортивного худи и продолжила бег. Возможно, но не точно, это успокоит ее. Она просто не могла себе позволить потерять самообладание и сегодня. Ким-кретин должен будет подойти к ее кабинету (как по-джентельменски с его стороны), чтобы они обсудили первые «чертежи», так сказать, клипов. Как и говорил директор Мин, времени у них практически нет. Согласно подсчетам Судаль, у них осталось ровно три дня, чтобы определиться со сценарием музыкальных видео, в противном случае — пиши пропало. Им также необходимо обговорить количество стаффа на съемочной площадке, график работы, ведь на ней, к сожалению, все еще висит эта дурацкая группа только дебютировавших подростков, приблизительный бюджет и, о боги, звукорежиссера. Судаль надеется на все на свете, что у этого идиота хотя бы имеется слаженная команда сотрудников, потому что с этим у нее, очевидно, большие проблемы. Да и вообще, у Судаль в последние месяцы только и есть, что проблемы. Ее мать почему-то решила, что может себе позволить звонить ей прямо на работе, потому что «соскучилась» по дочурке. Ее босс почему-то решил, что она, по всей видимости, недостаточно компетентна, чтобы самой снять эти чертовы клипы для этого чертового Чон Чонгука. Ее сорежиссер просто ходячий мудак с огромным красным флагом над головой. Ее уже бывший парень для перепихонов с огромным скандалом (ничтожество) испарился из ее жизни, потому что Судаль просто спросила его не забыл ли он где находится ее клитор. А что в этом такого? С какой стати она должна получать удовольствие от механической долбежки? Как только мужчина переставал доставлять ей удовольствие, думая, что она занимается с ним сексом исключительно из-за того, что он ей нравится, Судаль без зазрения совести заменяла его на другого, более подходящего кандидата. Вы не подумайте, их было не так уж и много, ведь она — человек своей личной зоны комфорта. Если Сон Судаль что-то устраивало, она никогда в жизни не променяла бы это на случайный выброс кратковременного дофамина. Просто этот парень слишком многое стал на себя брать: думает, раз она спит только с ним, то они встречаются?; думает, раз у нее нет сил заводить нескольких мужчин, то это значит, что он один-единственный для нее в этом мире?; думает, что может ревновать ее и обижаться, когда она не берет с него трубки? (а вот нехрен звонить когда она на работе!). Судаль изначально проводит черту со всеми своими пассиями — «Мы не встречаемся», и по началу все как всегда идет по ее плану. Возражений не возникает ни с одной стороны пока не наступает называемый ею «кризис полугода», когда парни думают, что завоевали ее сердце. При всем уважении, Сон Судаль не крепость, чтобы ее могли завоевать. И она уж точно не будет водить за нос мужчин, с которыми она четко дала понять, что у них просто секс. Она уже не маленькая девочка, и уж точно не студентка, чтобы витать в облаках и строить выдуманные сюжеты о вечной любви с одним мужчиной, детишках, большом частном доме и двух кошках. Сон Судаль тридцать два, и все, о чем она может думать, пока находится на давно уже вошедшей в привычку пробежке — работа. Не так много вещей радовали ее в этой жизни, но все-таки кое-что имелось: идеальный клип, соответствующая оплата ее труда, спорт, высокие каблуки (в мужском лице тоже принимаются), ну и конечно же секс. Как вы думаете, что из этого списка ей сейчас доступно? Правильно, ничего кроме спорта. Именно поэтому Судаль ускоряет бег, несмотря на то, что ноги уже почти отказывают, но не замечает, как наступает на небольшой камень на тропе для бега. — Черт! — громко взвыла девушка и остановилась, ухватившись рукой за пятку — Вот же сука! — Сука! — послышался радостный голос позади нее, и Судаль резко обернулась. Позади нее стояла пожилая женщина с ребенком около трех-четырех лет и грозно смотрела на нее. Очевидно, мальчишка решил понабраться словарного запаса. — Кошмар, ну и молодежь пошла — нарочито громко осудила ее старушка и потянула внука в сторону ее подъезда. «Прекрасно, мы еще и соседи» — тяжело вздохнула про себя Судаль, да извиниться не успела — их и след простыл. — Вот же… — ругнулась девушка и, плюхнувшись на холодных асфальт, сняла легкий, предназначенный для бега, кроссовок. «Только этого мне не хватало». Рана на пятке медленно окрасила белый носок Сон Судаль в красный цвет. Теперь придется выбросить носки. День однозначно начался как никогда ужасно. Пока Судаль растирала место ушиба и морщилась от боли, ее телефон резко прервал тишину вокруг нее. — Ну что опять?! — крикнула в трубку она, когда увидела, что ей звонит ассистентка Ан. Судаль толком и не помнила как ее зовут, так что скажите спасибо, что она вообще записала номер сотрудницы. — Режиссер Сон — боязно начала девушка — Тут такое дело… — Быстрее! — Да-да, простите, госпожа Сон — невнятно промямлила она — Звукорежиссер Пак хотел бы с Вами поговорить до начала рабочего дня. Что мне ем… — В мой кабинет, 9:30 — перебила ее Судаль — Хорошо, как ска… — отбой. Она отключилась, не дослушав ассистентку. Поверьте ей сейчас не до этого. Судаль прикусила губу и оттянула край носка в сторону. Чертов камень глубоко вошел в кожу ноги, и самой достать его, очевидно, не выйдет. Ну что ж, следующая остановка — травмпункт.

***

      В тир-лист ненавистных Сон Судаль эпизодов жизни точно можно было отнести моменты, когда все шло совершенно не по ее плану. Ее воспаленный тотальным контролем мозг просто не переносил, когда все то, что было ею задумано ранее, отклоняло траекторию. Как вы успели догадаться, больница не совсем то, где она желала находиться с самого раннего утра. И замена привычных каблуков на удобные, но так редко надеваемые, лоферы тоже. Судаль нервно постукивает красными ногтями по столу своего офиса. Где этот придурок?! Сам изъявил желание поговорить и сам же опаздывает?! Ее лицо медленно, но верно стало краснеть от агрессии, поэтому она быстро достала из сумки помаду винного цвета и стала подкрашивать губы. Не спрашивайте зачем, это ее успокаивает. Маленькое зеркальце в ее руках чуть ли не падает на пол, когда такой сокровенный для нее процесс прервался громким стуком в ее дверь. — Войдите — безэмоционально сказала режиссер, и он действительно вошел. Так вот как выглядит ее горе-сотрудник. Массивная мужская фигура сжалась в три погибели при виде ее пронизывающего взгляда, руки покоились в карманах простых черных джинс, а ноги, похоже, танцевали бачату, переминаясь с одного края на другой. — Режиссер Сон, добро… — Ближе к делу — прервала его девушка. Как же она ненавидела эти долгие прелюдии. Единственно место, где они приветствуются Сон Судаль — это постель, но никак не ее офис. — Я бы хотел обсудить с Вами свой уход из команды — нервно и быстро проговорил сотрудник — Прекрасно, ты уволен — Что?! — удивленно переспросил мужчина — Да как…за что?! — Мне не нужен звукорежиссер, который не попадает в темп моей съемки господин… — Судаль задумалась над его фамилией — Пак или как? — Да Вы… — потерял дар речи он — Вы сумасшедшая! — Это я уже слышала — хмыкнула девушка — Если это все, можете быть свободны. У меня, в отличие от Вас, есть над чем работать — Чокнутая сука! — закричал уже бывший сотрудник (слишком много бывших за один месяц) и с громким хлопком двери покинул ее кабинет — Опять доводишь людей до нервного срыва, режиссер Сон? — не пойми откуда материализовался голос Ким Сокджина. «Какой проклятый день» — изнеможенно подумала Судаль, но все же перевела взгляд на него. Этот кретин все такой же. Какой спросите Вы? Сон Судаль ответит вам. Помимо того, что он крайне раздражающий, Ким Сокджин еще и красивый. И она не будет отрицать этот факт просто потому, что он вызывает в ней первобытные порывы агрессии, нет-нет, она не настолько не в себе. Высокий, широкоплечий, с узкой талией, длинными ногами, которые так выгодно подчеркивали классические черные брюки, с длинными предлинными руками и рельефными мышцами рук и предплечий, отчетливо выступающими под тонким свитером молочного цвета, Ким Сокджина можно было перепутать с моделью или очередным актером. Его волосы всегда были уложены так, будто над ними часами трудились стилисты в две руки и, признаться честно, он всегда вкусно пах — свежепостиранная одежда и легкий, ненавязчивый одеколон. Все как и заказывала Сон Судаль. Да вот незадача, они — коллеги, а в такие игры она не играет. Однако, если бы они впервые встретились не в пределах одной компании, то Судаль однозначно бы предложила ему свободные отношения. Такого мужчину, как Ким Сокджин, навряд ли можно убедить жениться на себе, но пару месяцев жаркого романа он точно мог обеспечить. — Прием, земля вызывает режиссера Сон — вывел ее из раздумий голос такого ненавистного коллеги — И Вам доброго утра, режиссер Ким — неохотно ответила девушка — Не очень убедительно, попробуй еще раз — Вы издеваетесь? — прошипела от злости Судаль — И почему Вы говорите со мной на «ты», режиссер Ким — Ах вот как ты заговорила после всего, что между нами было? — наигранно удивился мужчина и прикрыл руками грудь — А как же твои руки на моей шее?!       Судаль устало прикрыла глаза. Как же ей надоел этот день, но особенно ее сотрудники, которые без капли стеснения внезапно отлипли от экрана компьютеров и уставились на Сокджина через настежь открытую дверь ее кабинета. «Его вообще кто-нибудь учил закрываться?!». Но не спешите с выводами, Судаль нет никакого дела до того, что о ней подумают рядовые монтажеры. Они, очевидно, напридумывали себе невесть что после таких двусмысленных слов Ким Сокджина, но на это и был его расчет. Он в очередной раз пытался вывести ее из психологического равновесия, да вот только в этот раз у него ничего не выйдет. — Вы пришли сюда обсуждать мои руки на Вашей шее или проект, режиссер Ким? — дерзко спросила у него девушка и выгнула бровь — Как бы сильно мне не хотелось ответить, что первый вариант, все же я пришел не с пустыми руками — парировал ей мужчина и удобно устроился в ближайшем от ее стола кресле. — Госпожа Сон… — пребывая в искреннем шоке, замялась у прохода ассистентка — Я принесла… — Кофе — строго перебила ее Судаль и протянула руку. Молодая девушка тотчас оказалась рядом с начальницей и вложила ей в руку горячий напиток. — Закройте за собой дверь — Конечно, госпожа Сон! — Не обязательно быть такой грубой, режиссер Сон — издевательски протянул Сокджин — Режиссер Ким, я буду обращаться со своими сотрудниками так, как посчитаю нужным — ответила Судаль без капли эмоций — Неудивительно, что работникам у Вас не продержаться и недели — Мы перейдем сегодня к делу или нет? — ее терпение было на исходе — Как скажите, режиссер Сон — ухмыльнулся мужчина, отчего его пухлые губы как будто увеличились в объеме, хотя куда уж больше.       Последующие несколько часов прошли для Судаль как будто в тумане. Наброски сценария Ким Сокджина кардинально отличались от ее, что вызывало споры между ними. Кофе так быстро закончился, потому что каждый раз, когда Судаль хотела послать его или оскорбить, ей приходилось запивать агрессию, и, к сожалению, не алкоголем. Впрочем, ей бы он сейчас не помешал. Понимаете ли, Ким Сокджин — самый настоящий эстет. Каждый кадр, который он показывал Судаль на своем ноутбуке выглядел, как классическая корейская мелодрама. Первая песня, над которой они работали, была о расставании. Естественно, им нужна была картинка, которая не только метафорично передаст всю ее драматическую составляющую, но и вызовет отклик у зрителей. Идея Сокджина заключалась в простоте — черно-белый кадр, Чон Чонгук крупным планом, отыгрыш страданий и активная съемка как раз располагающего тучами неба, сопутствующий картинке текст песни, чтобы люди могли подпевать с первого же прослушивания. Все это, несомненно, имело смысл. Только вот Сон Судаль хотела поиграться на контрасте. Трек относительно спокойный, хоть и трогающий за душу, но ей хотелось добавить в него динамики. Битая посуда, айдол, страдающий в одиночестве на большой, но помятой кровати, пропущенные звонки и слезы от горя. Они так и не сошлись во мнениях, но стоило отметить, что Ким Сокджин раскрылся ей с третьей стороны. Помимо объективного бабника и, чего греха таить, кретина, он оказался серьезным профессионалом. Сокджин действительно слушал ее, когда она поясняла свое видение визуала, но в то же время подбирал такие аргументы в свою пользу, которые заставляли ее поджимать губы от раздражения. Да, она действительно американизировалась. Целевая аудитория, на которую Судаль работала, была преимущественно США, да только вот она в Сеуле. И ей просто необходим тот, кто может помочь ей соответствовать его потребностям. Как бы она не хотела признавать, но Сокджин более опытен в этом вопросе, потому ей пришлось терпеть его личность. Справедливости ради, за все время их ко-воркинга Судаль не заметила ни одной издевки, исходящей от него. Сокджин как будто вновь переключился на очередную личность — более серьезную и сдержанную. Разговоры их были сугубо по делу и беспристрастны, что не могло ее не радовать, ведь это небольшая, но все же передышка. Вопросы по персоналу он обещал уладить, ибо прямо на его глазах она уволила очередного бездарного звукорежиссера. В общем-то, не сказать, что все было идеально, и теперь они лучшие друзья, но все же ненависть друг к другу они решили отодвинуть на второй план. После очередного стакана кофе, Судаль вспомнила о своей зависимости — ей нужно покурить. Ким Сокджин все сидел напротив нее, зарывшись лицом в экран ноутбука, и активно что-то печатал. Она краем глаза осмотрела его половину стола и отметила, что он так и не прикоснулся к своему кофе. «Ну и пожалуйста» — проворчала про себя девушка и, встав с рабочего места, ощутила, как мышцы всего тела протяжно заныли. Нога все еще разрывалась от боли, хоть она и приняла обезболивающее, которое ей прописал врач. К слову, он прописал ей и полный покой, но да ладно, опустим этот момент. Просто Сон Судаль — трудоголик чистой воды. Она не может прожить без работы ни одного дня, потому как маленький дьявол на плече будет упрекать ее в том, что она сильно уж расслабилась. Вы спросите, что же в это время делает ангел. Да вот только ангела нет. Он давным-давно покинул Сон Судаль, оставив ее на попечение темной стороны. - Уже уходишь, режиссер Сон? - не отрываясь от ноутбука, спросил Сокджин - Еще нет - Судаль достала из сумки электронную сигарету и положила в карман - У меня перекур - Ты куришь? - немного удивленно спросил ее мужчина и все же перевел на нее взгляд.       Ее никогда не интересовало что подумают мужчины, когда увидят ее курящей. Во-первых, это никак их не касается, ее здоровье - ее дело; во-вторых, увидеть курящую девушку в штатах можно чаще, чем бездомного котенка на улице, так что она не собиралась менять свои привычки из-за переезда на родину; в-третьих, она - взрослый человек, и прекрасно осознает, какой вред сама же себе и наносит, но вот незадача, более действенного способа успокоить нервишки она еще не нашла. А нервы у нее, как обычно, всегда на пределе. Особенно когда напротив сидит человек, который вызывает волну такой агрессии, что хочется сломать ему нос об стол. Но что еще больше раздражает, так это резкий переход к адекватному общению исключительно в рабочем процессе. Как будто ничего и не было. - А что, законом запрещено? - напряженно спросила девушка - Не помню такой правки в конституции - ответил ей Сокджин, а уголки его губ немного приподнялись - Вернусь через десять минут - Я пойду с тобой - Зачем? - резко спросила Судаль и заметно напряглась - Вы тоже курите? - Нет, но это не мешает мне составить тебе компанию, не так ли? - Режиссер Ким - недовольно протянула девушка - Мне, откровенно говоря, нужно от Вас отдохнуть - Не можете устоять перед моим шармом? - ухмыльнулся мужчина и (как посмел только) подмигнул ей       Судаль нарочито закатила глаза и вышла из кабинета. Шанс того, что он не увяжется за ней был крайне мал, но не равен нулю. Так думала Сон Судаль, когда нажала на кнопку вызова лифта, а после ощутила знакомый парфюм за спиной. "Приставучий придурок!" - сжала зубы она. Молва о том, что Ким Сокджин и Сон Судаль работают над одним проектом пронеслась по всему офису за считанные секунды. Каждый, кому не лень, (а лень тут людям только работать, по всей видимости) уже обсудил это неожиданное сотрудничество и вынес свой приговор: бедный и несчастный Ким Сокджин обязан работать с психованной на всю голову Сон Судаль, и, о боже, как же ему тяжко приходится. Холодная сука, которой ее окрестили в первый же день, просто высосет всю его позитивную энергию, слово дементор, и оставит его такую светлую душу пустой. Ха, да они не знают его истинного облика! Пока они ехали в лифте, у Судаль в голове пронеслись воспоминания о том, как он нагло прижал ее к стене в кабинете гендиректора и требовал отказаться от съемок. Она никогда не забудет тот холод в его глазах, которым он одарил ее с ног до головы, будто бы она недостойна даже прикасаться к этому проекту. Из раздумий ее вывели автоматически открывающиеся двери и холодный воздух. Свобода. Ну почти, если бы не Ким Сокджин за ее спиной. Судаль медленно направилась к краю крыши и, облокотившись на защитные перила, закурила. Ее тело моментально расслабилось тысячекратно. Морозный воздух пробивал носовые пути, заставляя забыть о боли в пятке. Они так и стояли в тишине и смотрели на заснеженные крышы Сеула, пока Судаль курила затяжка за затяжкой. - Мне казалось, что мы поедем на парковку - прервал идиллию мужчина - Зачем? - без интереса просила Судаль - Обычно сотрудники, которые курят, собираются там - Я знаю - в том же тоне ответила девушка - А ты не очень-то и любишь людей, режиссер Сон - Как Вы так точно подметили? - саркастически спросила она и вновь закурила - Давай без твоего сарказма, режиссер Сон - закатил он глаза - Я тоже не рад, что работаю с тобой - Бедный, бедный, режиссер Ким - издевательски протянула Судаль - Вы могли бы избежать этого. Вам всего лишь стоило отказаться от проекта - И предоставить тебе возможность запороть карьеру друга? Нет, спасибо - вторил ей Сокджин - Ни один мой проект не был провальным - она чувствовала, как нагревается от злости лицо. У этого мужчины был просто талант выводить ее из себя. - Этот был бы первым, если бы не я - дерзко отметил он - К тому же, я впервые встречаю такого упрямого человека, режиссер Сон - Не привыкли, что не все женщины этого мира готовы пасть к Вашим ногам, режиссер Ким? - чуть ли не выплюнула слова Судаль и развернулась к нему лицом - Поверь, если бы я захотел, ты бы была очередной такой женщиной - В Ваших влажных мечтах, господин Ким - сжала кулаки девушка - Мне не нужно мечтать, чтобы женский пол сам лип ко мне, госпожа Сон - самовлюбленно покачал он головой - Вы так в себе уверены, режиссер Ким. Поделитесь, это результат травмы головы при родах или просто врожденное нарциссическое расстройство? - Это результат адекватной самооценки, но тебе, как я понимаю, такое и не снилось - злится теперь не только Судаль - Вы смеете говорить что-то про мою самооценку, когда все, что Вы делаете - это самоутверждаетесь за счет преимущественно женского коллектива? - подняла голос она - И это говорит человек, который самоутверждается тем, что унижает других людей на рабочем месте и доводит их до истерик - ехидно фыркнул мужчина - Да потому что в этой компании работают такие же кретины, как и Вы, режиссер Ким! - Ты - редкостная психопатка, режиссер Сон. Тебе кто-то говорил об этом? Контролируешь каждый шаг всех своих сотрудников, напрочь забываешь о человеческом факторе, увольняешь человека после первого рабочего дня просто потому, что он не включал трек в то время, которое ожидал твой больной мозг. Знаешь, тебе бы стоило подлечиться, а не работать с людьми! - вторил ее децибелам Сокджин - Если Вы еще раз оскорбите меня, я напишу на Вас жалобу на имя гендиректора, господин Ким! - пригрозила ему Судаль - Прячешься за спиной Юнги, когда не можешь победить в споре? Правда глаза колит, режиссер Сон? - Никакой правды в Ваших словах не было - злостно прошипела она - И я никогда не проигрываю, понятно Вам, режиссер Ким?! Ни-ког-да! - Очень жаль тебя огорчать, но все всегда бывает в первый раз - парировал Сокджин, поджав губы от злости       Проигнорировав последнюю реплику, Судаль быстро направилась в сторону лифта. Боль в ноге вновь дала о себе знать, но она была настолько зла, что не заметила, как обувь изнутри окрасилась в красный цвет. - Сон Судаль! - прокричал ей вдогонку Сокджин. "Этот кретин только что назвал меня по имени?!" - Вернись сейчас же! Я не закончил!       Ага, она уже спешит и спотыкается, конечно-конечно. Только вот она и вправду спотыкается при выходе на своем этаже. Резкая агония охватила всю ее ногу, когда она наконец оказалась в своем кабинете и сняла злополучную обувь. Ну вот опять придется выбрасывать новую пару носков. Быстро запив обезболивающее водой, Судаль вызвала ассистентку и приказала передать начальству, что она едет в больницу. Кровь тонкой, но крайне интенсивной струей продолжала сочиться из открывшейся раны, так что делать было нечего, кроме как возвращаться в травмпункт. Судаль подавила порыв к слезам и вызвала такси, сейчас она не в состоянии водить машину. Она завтра же пойдет к директору Мину и выставит свой ультиматум: либо она, либо этот Ким-кретин. В начале дня у нее еще теплилась слабая надежда, что возможно у них получится договориться (она уж не говорит о каком-то взаимопонимании), но сейчас все стало на свои места. Небольшая имитация перемирия на несколько часов пустила пыль в ее глаза, и она подумала, что Ким Сокджин на самом деле адекватный. Полный бред! Завтра Сон Судаль сделает все, чтобы получить этот проект единолично, и ей плевать что подумают ее коллеги, плевать, что Ким Сокджин будет в ярости, ведь еще один рабочий день с ним она точно не выдержит. Она никогда не отступала, и этот раз не станет исключением.       И только на пути в травмпункт Судаль поняла насколько устала за эти пару суток. Ким-кретин, словно энергетический вампир, пожирал ее негативные эмоции, оставляя за собой лишь опустошенность. И все-таки что за ужасный и, как не странно, цикличный день.