Рецепт искренности

Вечерний Токио пульсировал за панорамным стеклом бара «Kitsune». Наруто в идеально отглаженной белой рубашке с закатанными по локоть рукавами сосредоточенно капал что-то из темного флакона в высокий бокал. — Саске, ты вовремя! — Наруто просиял, увидев вошедшего клиента. — У меня тут заказ от руководства: протестировать «Слезы Кьюби». Афродизиак нового поколения для VIP-карты. Саске, чье лицо обычно напоминало посмертную маску великого императора, скептически приподнял бровь, усаживаясь на высокий стул. — Узумаки, ты бармен, а не фармацевт. Твои «инновации» обычно заканчиваются тем, что у Кибы чешутся уши от аллергии. — Обижаешь! — Наруто пододвинул бокал, в котором переливалась жидкость цвета предзакатного неба. — Это чисто на травах. Попробуй. Если скажешь «фу», я признаю, что ты победил в нашем споре. Наруто смотрел, как Саске уверенно обхватывает пальцами тонкую ножку бокала. Внутри у блондина всё сжалось. Он знал Саске со средней школы — вечный соперник, лучший друг, человек, ради которого Наруто научился различать сотни оттенков холодного молчания. Наруто любил его. Глухо, отчаянно и уже почти безнадежно. Все эти годы он ловил редкие взгляды и случайные касания, пытаясь найти в них хоть каплю того же пожара, что горел в нем самом. Но Учиха был скалой. Неприступной, ледяной и идеальной. «Сегодня всё закончится, Саске-тэме», — подумал Наруто, сглатывая комок в горле. Он не лгал про состав. Это был мощнейший катализатор. Но у него было одно свойство, о котором Наруто умолчал: коктейль не вызывал похоть из ниоткуда. Он брал крошечную искру симпатии, которая уже была в человеке, и раздувал из неё неконтролируемое пламя. Если Саске видел в нем только друга — он просто почувствует легкий жар, встанет и уйдет искать ту, кто действительно занимал его мысли. И тогда Наруто наконец сможет поставить точку. Сожжет свои чувства и научится жить дальше. — Ну же, Саске. Или ты боишься, что твой хваленый самоконтроль треснет от стакана ягодного сока? — Наруто задиристо ухмыльнулся, хотя его ладони под стойкой вспотели. Саске коротко взглянул на него — этот взгляд всегда заставлял Наруто чувствовать себя одновременно самым важным и самым ничтожным человеком в мире. — Ты слишком много болтаешь, Узумаки. Саске сделал глоток. Затем второй. Наруто замер, считая секунды. Сердце колотилось в ребра так, что, казалось, его было слышно на весь зал. Он смотрел на Саске, ожидая… чего? Отторжения? Ухода? Но Саске не ушел. Он поставил бокал и медленно перевел взгляд на Наруто. И в этом взгляде лед не просто треснул — он взорвался, обнажая такую первобытную, темную жажду, что у Наруто подкосились ноги. «Значит… я?» — пронеслась в голове ошалевшая мысль. — «Всё это время… это был я?» Прошло всего две минуты, как Саске вдруг понял, что интерьер бара стал подозрительно уютным. А Наруто, который раньше просто раздражал своей болтовней, вдруг стал… слишком красивым, хотя, он всегда был красивым. Саске слышал, как бьется его сердце, и, что самое страшное, не мог отвести взгляда от того, как Наруто облизывает губу, записывая что-то в блокнот. — Саске-тэме, ты чего замолчал? — Наруто наклонился ближе, обдавая его ароматом мяты и дорогого виски.— Ого… У тебя зрачки на весь глаз. Работает! Внизу живота у Саске завязался тугой узел. Эффект был лавинообразным. Травы усилили то, что он годами прятал под слоем дизайнерских пиджаков — жгучее, иррациональное влечение к этому невыносимому блондину. Саске понял: если он не уйдет сейчас, он схватит Наруто прямо через стойку на глазах у изумленной публики. — Наруто. Мы уходим. К тебе, — голос Саске прозвучал на октаву ниже. — Э-э? У меня смена до трех ночи, — Наруто растерянно моргнул. Саске обернулся к другому бармену, скучающему в конце стойки. Суйгецу учился вместе с Саске и Наруто в старшей школе. И сейчас он явно наслаждался зрелищем «плывущего» Учихи. — Ходзуки. Подмени его. Сейчас же, — процедил Саске, вцепляясь пальцами в край столешницы так, что побелели костяшки. — О-о-о, — Суйгецу расплылся в акульей ухмылке. — Подменить Узумаки в пятницу вечером? Это тяжелый труд, Учиха. — Сколько? — Саске уже доставал платиновую карту. — Я заберу его долю за всю сегодняшнюю смену. Плюс чаевые. А не только за те часы, что я его подменяю. Саске почти швырнул карту в коллегу Наруто: — Забирай всё. Просто подмени его. Поездка в такси стала для Саске пыткой. Наруто сидел рядом, пытаясь «профессионально» вести дневник наблюдений: — Так, испытуемый проявляет агрессивную щедрость и тяжелое дыхание… Саске, тебе, правда, плохо? Саске молча перехватил руку Наруто, переплетая их пальцы, и сжал так сильно, что тот вскрикнул. — Заткнись, Наруто. Просто заткнись, пока я не сделал это прямо здесь. В квартиру Наруто они ворвались, едва дождавшись, пока дверь откроется. Щелчок замка стал стартовым пистолетом. Саске впечатал Наруто в саму дверь. — Этот твой коктейль… — прорычал Саске, запуская руку в светлые волосы и заставляя Наруто запрокинуть голову. — Я засужу тебя… после того, как вытрясу из тебя душу. — Значит… эксперимент удался? — выдохнул Наруто, его руки уже лихорадочно расстегивали пуговицы на пиджаке Саске, мечась от его плеч к талии. Саске не ответил. Он накрыл губы Наруто в поцелуе, который был больше похож на объявление войны. Саске прижимал Наруто к двери его квартиры, и в голове у него стоял гул, похожий на шум турбин самолета. Коктейль? Да, проклятый напиток работал, но Саске, будучи честным с самим собой хотя бы в этот момент, понимал: алкоголь и травы не создали этот голод. Они лишь выбили дверь в подвал, где он годами запирал своего внутреннего зверя. «Идиот. Какой же ты идиот, Узумаки», — билась в висках яростная мысль. Саске смотрел в эти расфокусированные голубые глаза и ненавидел себя за то, как сильно он хотел в них утонуть. Все эти годы — их общие обеды, глупые споры, случайные встречи — были для Саске минным полем. Он выстроил между ними стену из сарказма и холодности не потому, что Наруто был ему безразличен. Напротив. Наруто был слишком… ярким. Слишком живым. Рядом с ним Саске чувствовал, как его контролируемая, распланированная жизнь трещит по швам. Он помнил каждый раз, когда хотел коснуться его. Помнил, как в школе задерживал взгляд на его улыбке чуть дольше допустимого. Как злился, когда Наруто флиртовал с кем-то другим. Но признаться? Признаться значило проиграть. Значит стать уязвимым. Учихи не сдаются первыми. Они ждут, когда их возьмут в плен. «Ты думал, я вижу в тебе только друга?» — Саске почти рычал про себя, чувствуя руки Наруто на своей талии. — «Если бы ты знал, сколько раз я представлял, как ты наконец отбросишь свою неловкость и просто заберешь то, что и так принадлежит тебе…» Его пугало то, с какой легкостью он отдал Суйгецу карту. Ему было плевать на деньги. В тот момент, когда действие афродизиака смешалось с запахом кожи Наруто, в мире Саске осталась только одна, сжигающая всё внутри потребность — чтобы Наруто наконец уложил его на кровать и все сомнения исчезнут. Он чувствовал, как Наруто под ним дрожит, и это доставляло почти болезненное удовольствие. Саске понимал: завтра будет неловко. Завтра он будет проклинать Узумаки за этот эксперимент. Но сейчас, когда Наруто властно прижимался к нему, диктуя свои условия, Саске впервые в жизни позволил себе быть не «ледяным принцем», а тем, кто готов подчиниться этой стихии — урагану внутри Наруто. Узумаки почувствовал этот момент — момент, когда Саске перестал сопротивляться и буквально обмяк в его руках, признавая его лидерство. Блондин, тяжело дыша, подтолкнул его вглубь комнаты. Саске пятился, не сводя с него темного, затуманенного взгляда, пока его колени не встретились с краем матраса. В спальне было темно, если не считать косого луча от уличного фонаря, прорезавшего комнату пополам. Когда Саске коснулся спиной матраса, он не выглядел беззащитным. Напротив, в его взгляде читался вызов. Даже сейчас, когда его зрачки были расширены от возбуждения, а дыхание сбито, он смотрел на Наруто так, словно это он позволял всему происходить. Наруто навис над ним, но не спешил. Он чувствовал, как у самого дрожат руки. Это был Саске. Не просто клиент, не просто соперник. Это был его мир. — Ты всё еще можешь сказать «стоп», Саске, — тихо произнес Наруто, и в его голосе не было дерзости, только глухая честность. — Травы травами, но я не хочу, чтобы ты ненавидел меня утром. Саске в ответ лишь коротко и зло усмехнулся. Он сам потянулся вверх, перехватывая затылок Наруто и рывком притягивая его к себе, впиваясь в его губы коротким, почти болезненным поцелуем. — Меньше слов, Узумаки. Просто… закончи то, что начал. Наруто выдохнул, и это был выдох облегчения. Его пальцы легли на узел галстука Саске. Он развязывал его медленно, почти ритуально. Когда пиджак и галстук были отброшены, Наруто принялся за пуговицы рубашки. Саске не лежал неподвижно — он помогал, резкими, нетерпеливыми движениями освобождая плечи от ткани. Его бледная кожа в полумраке казалась фарфоровой, но жар, исходящий от неё, был почти ощутимым. Когда Саске остался без рубашки, он не стал ждать. Его руки, всё еще сильные и уверенные, легли на грудь Наруто, толкая его. — Теперь ты. Хватит на меня пялиться. Наруто коротко рассмеялся — в этом смехе было и веселье, и предвкушение. Он выпрямился, стягивая с себя жилетку и рубашку. Его тело было жилистым, горячим и настоящим. Саске пристально наблюдал за каждым его движением, и Наруто видел, как по горлу Учихи прошел судорожный глоток. В этом взгляде не было беззащитности — в нем было признание. Саске признавал, что хочет этого. Хочет его. Наруто избавился от остатков одежды и снова опустился на кровать, накрывая тело Саске своим. Теперь, когда между ними не осталось преград, Саске наконец закрыл глаза, с силой вцепляясь пальцами в предплечья Наруто. Воздух в спальне казался густым, пропитанным ароматом мяты и виски, что впитались в одежду и волосы Наруто. Он дотянулся до тумбочки, и тихий щелчок открывающегося тюбика со смазкой прозвучал в тишине комнаты неожиданно громко. Саске напрягся, его тело под Наруто стало жестким, как натянутая струна. Он резко отвернул голову в сторону, утыкаясь лицом в подушку, чтобы скрыть вспыхнувший румянец, но Наруто не дал ему закрыться. Он мягко, но настойчиво коснулся его подбородка, заставляя снова смотреть на себя. — Смотри на меня, Саске. Не прячься, — прошептал Наруто. Его голос был необычайно серьезным, лишенным привычного ребячества. Он выдавил пару капель смазки на напряжённый член Учихи и начал водить рукой вверх-вниз по стволу, медленно, почти благоговейно. Через пару мгновений такой ласки, он нанес прохладный гель на пальцы. Когда он впервые коснулся бедер Саске, тот непроизвольно вздрогнул. Кожа Учихи была горячей, почти обжигающей. Наруто действовал с предельной осторожностью, его пальцы медленно, сантиметр за сантиметром, исследовали территорию, подготавливая Саске к тому, что должно было последовать. Саске закусил губу, сдерживая рвущийся наружу стон. Его пальцы судорожно вцепились в простыни, комкая ткань. Каждый новый жест Наруто — тягучий, вкрадчивый и невероятно нежный — выбивал из него остатки самообладания. Гордый Учиха сейчас был похож на оголенный провод под напряжением. — Расслабься… — выдохнул Наруто ему в губы, накрывая своим телом, стараясь согреть и успокоить. — Я не причиню тебе боли. Только не тебе. Наруто двигался неспешно, давая Саске привыкнуть, принять присутствие его пальцев внутри своего личного пространства. Он следил за каждым изменением в его дыхании, за каждым движением ресниц. Когда Саске наконец перестал сопротивляться и его бедра чуть разошлись, впуская пальцы еще глубже, блондин почувствовал, как сердце в груди делает кувырок. Саске вдруг подался навстречу, прерывисто выдыхая в шею Наруто: — Хватит… осторожничать, идиот. Я… я уже давно готов. В этом признании, сорванном с губ вопреки гордости, было столько откровенности, что Наруто на мгновение замер. Он понял: дело не только в коктейле. Саске действительно ждал этого. Жаждал его. Наруто коснулся лбом лба Саске, их дыхание окончательно смешалось в одно. Он вынул пальцы и медленно заменил их членом, заполняя Саске медленно, сантиметр за сантиметром, чтобы не причинить любимому ни капли боли. И Саске не почувствовал боль. Это Наруто понял по тому, как он подался бёдрами навстречу, насаживаясь до конца на его член. — Б-быстрее, Наруто! Прошу! — скулил Саске от наслаждения, чувствуя в себе горячий член любимого. Наруто без промедления принялся выполнять его просьбу. Он подхватил быстрый и жадный темп, с каждым толчком выбивая воздух из его лёгких. Минут двадцать они горели в руках друг друга, и когда Наруто почувствовал что они оба на грани, он сел на колени и подтянул Саске к себе чтобы тот уселся сверху. Учиха вцепился пальцами в его плечи и зарылся лицом в его шею чтобы не стонать слишком громко. Наруто сделал последний рывок и мгновение спустя оба кончили одновременно, с протяжным сладким стоном эйфории. Тишина медленно опустилась на спальню. Слышно было только их тяжелое, постепенно выравнивающееся дыхание и мерный гул города за окном. Саске всё еще сидел на коленях Наруто, уткнувшись лбом в его плечо. Его пальцы, до этого судорожно сжимавшие кожу блондина, теперь расслабленно покоились на шее. Наруто чувствовал, как бешено колотится чужое сердце. Или это было его собственное? Сейчас было сложно разобрать, где заканчивался один и начинался другой. — Эй, Саске… — тихо позвал Наруто, осторожно поглаживая его по мокрой от пота спине. Голос бармена был хриплым, но в нем слышалась та самая теплая улыбка, которую Саске невольно искал все эти годы. — Как самочувствие, испытуемый? Ещё жив? Саске наконец отстранился. Его лицо, обычно бледное и непроницаемое, сейчас хранило мягкий румянец, а взгляд был непривычно открытым. Он посмотрел на Наруто — без привычного вызова, без яда. — Заткнись, Узумаки, — беззлобно выдохнул он, слабо толкнув Наруто в грудь. — Твой коктейль… редкостная дрянь. Из-за него у меня теперь болит всё тело. — Только из-за коктейля? — Наруто хитро прищурился, притягивая Саске ближе и укладывая его рядом с собой на подушки. Он натянул на них одеяло, создавая маленький кокон, словно защищая от всего мира. — Или всё-таки из-за того, что ты слишком долго притворялся, будто я тебе только друг? Саске замер. Он долго смотрел в потолок, на котором плясали блики от неоновой вывески соседнего отеля. Затем он медленно повернулся на бок, встречаясь с Наруто взглядом. — Коктейль просто убрал лишний шум, — признал он так тихо, что Наруто пришлось затаить дыхание, чтобы расслышать. — Но то, что осталось… это не химия или физика. И ты это знаешь. Наруто почувствовал, как в груди разливается тепло, гораздо более мощное, чем от любого самого дорогого алкоголя. Он протянул руку и аккуратно убрал прилипшую черную прядь со лба Саске. — Знаю, — прошептал он. — И, честно говоря, это лучший результат теста, на который я мог надеяться. Саске ничего не ответил. Он просто придвинулся ближе, закидывая руку на талию Наруто и закрывая глаза. Завтра будет утро, завтра Суйгецу будет требовать свои чаевые, а руководство бара будет ждать отчета о новом напитке. Но сейчас в этой уютной темноте токийской квартиры Наруто понимал: их главная игра в «кошки-мышки» официально окончена. Наруто уже почти провалился в сон, чувствуя приятную тяжесть тела Саске рядом, когда до его уха донесся тихий, подозрительно ровный голос: — Знаешь, Узумаки… — Саске чуть отстранился, опираясь на локоть и глядя на Наруто сверху вниз. В его глазах снова зажегся тот самый проницательный блеск. — Ты ведь мог просто пригласить меня на свидание. Сколько лет ты уже сохнешь по мне? Наруто замер, пару секунд молчал, а потом широко улыбнулся — той самой искренней, обезоруживающей улыбкой. — Долго, видимо, столько же, сколько и ты. Хоть какой-нибудь намёк бы дал! Я боялся получить по роже, между прочем, и испортить нашу дружбу! Саске тяжело вздохнул, снова опускаясь на подушку, но прижался к Наруто еще теснее. — Я не разрешал себе даже смотреть на тебя слишком долго. Так что, возможно, этот коктейль мне помог и пробудил во мне искренность. Не верю, что говорю это, но спасибо. Они пролежали в тишине еще минуту, пока телефон Наруто не пискнул от сообщения. Лениво глянув на экран, он прыснул со смеху. — Что там еще? — проворчал Саске, не открывая глаз. — Суйгецу прислал фото чека из бара, — Наруто повернул к нему экран. На фото был запечатлен стол, заставленный самыми дорогими закусками, и подпись: «Узумаки, передай Учихе, что его карта — это лучшее, что случалось со мной за этот месяц. Я закрыл бар пораньше за счет заведения и пригласил Карин и Джуго на дегустацию элитного виски. Наруто, не торопись завтра на смену, я согласен поработать за тебя еще неделю… если баланс на карте не закончится!» Саске на мгновение замер, а затем медленно выдохнул, уткнувшись лицом в изгиб шеи Наруто. — Черт, врать себе становится очень дорого! Я заблокирую её… завтра. В обед. Или к вечеру. — Не-а, не заблокируешь, — Наруто притянул его к себе, по-хозяйски обнимая. — Тебе будет слишком лень вылезать из этой кровати. А Суйгецу… пусть празднует. Сегодня он единственный, кто остался в плюсе по деньгам, но мы-то получили гораздо больше. Саске ничего не ответил, лишь крепче сжал руки на талии Наруто, признавая, что готов отдать все деньги мира лишь бы вечно лежать вот так в объятиях любимого бармена.