Жестокие намерения

Карета Шармбатона гудела, плавно опускаясь к Хогвартсу, где в этом году должен был пройти Турнир Трёх Волшебников. Коридоры были заполнены щебечущими девушками, когда одна светловолосая фигура уверенно прокладывала себе путь сквозь толпу, высоко подняв голову. Под мышкой она крепко сжимала коричневый кожаный дневник. Ученицы расступались перед ней, словно Красное море перед Моисеем. Одни смущённо краснели, украдкой разглядывая вейлу, другие — куда менее деликатно — бросали ревнивые взгляды. Блондинка, казалось, не замечала ни тех, ни других. Она, как обычно без стука, вошла в комнату своей подруги. — Боже мой, — выдохнула она, теряя свой безупречный лоск, и рухнула в свободное кресло. — Что-то случилось, Флёр? — лениво спросила Вероника, устроившись на краю кровати. Тёмные волосы спадали ей на лицо, скрывая насмешливый взгляд. Она сняла с шеи массивный крест, щёлкнула скрытым механизмом и открыла крошечный тайник с белым порошком внутри. Затем спокойно вдохнула дорожку и прикрыла глаза, наслаждаясь эффектом. — Мне надоело спать с этими безмозглыми французскими дебютантками, — проворчала Флёр, поднимаясь и разглядывая картину на стене. — Их уже ничем не удивишь. — А ты разве не дебютантка? — усмехнулась Одетт, не отрываясь от ногтей. — Едва ли, — холодно бросила Флёр. Уголок губ Вероники дёрнулся. — Расслабься. В Хогвартсе будет полно новых жертв. Мы уложим их, как ягнят на заклание. — Я не хочу «жертв». Я хочу вызов, — капризно протянула Флёр. — Гарри Поттер учится в Хогвартсе. Неплохая зарубка на спинке кровати, — заметила Одетт, не отрываясь от ногтей. — Слишком просто, — вздохнула Флёр. — У тебя есть кто-то другой на примете? — скучающе спросила Вероника. На губах Флёр медленно появилась улыбка. — Вообще-то да. Вероника чуть приподняла бровь. — И кто же? — Гермиона Грейнджер, — протянула Флёр, словно пробуя имя на вкус. Вероника сразу подалась вперёд. Разговор наконец-то её заинтересовал. А может, просто пыльца пикси подействовала. — Гермиона Грейнджер? Самая умная ведьма своего возраста? Золотая девочка? — Да. Флёр открыла дневник, достала сложенный выпуск «Ежедневного пророка» и развернула его на нужной странице. — Она написала статью о домовых эльфах. Вероника почти вырвала газету. Одетт тут же наклонилась ближе. — Она симпатичнее, чем я думала, — тихо заметила она. — Ты хороша, но не настолько. Тебе не заполучить Гермиону Грейнджер, — фыркнула Вероника, отбрасывая газету. — И я почти уверена, что она девственница, — добавила Одетт. — Именно поэтому это идеальный вызов, — усмехнулась Флёр, скрестив руки. — Воплощение целомудрия и добродетели. Вероника закатила глаза. — Она тебе не по зубам. Но Флёр уже будто не слушала её. — Представляете, как это повлияет на мою репутацию? Переспать с Гермионой Грейнджер во время Турнира Трёх Волшебников… Это будет моя величайшая победа. — У тебя ничего не выйдет, — сухо бросила Вероника. — Она окажется в моей постели до начала третьего испытания, — спокойно ответила Флёр, щёлкнув подругу по носу. — Слишком самоуверенно. Может, поспорим? Вероника выпрямилась, лукаво улыбаясь. — На что? В глазах Флёр вспыхнул азарт. — Только не снова… — простонала Одетт. — Если ты лишишь её девственности до третьего испытания, я отдам тебе ту блестящую машину, которую ты так любишь. Флёр приподняла бровь. — А если нет? — Тогда я заберу твой драгоценный дневник… и десять тысяч галлеонов. На мгновение Флёр замешкалась. Взгляд невольно опустился на кожаный переплёт, в котором хранилось слишком много личного. Вероника сразу уловила это и довольно усмехнулась. — Что такое? Больше не уверена в себе? Флёр медленно подняла глаза. На губах появилась прежняя улыбка. — Нет. Я просто представила, как хорошо буду смотреться за рулём твоей машины. Вероника довольно оскалилась и протянула руку. — Значит, пари? Флёр крепко сжала её ладонь. — Да. Сделка была заключена.

***

— Не понимаю, из-за чего весь этот ажиотаж, — проворчала Гермиона, пытаясь протиснуться сквозь толпу на мосту. Казалось, весь Хогвартс решил собраться здесь, чтобы посмотреть на прибытие Шармбатона и Дурмстранга. — Крам! Я вижу Крама! — восторженно заорал Рон, каким-то чудом пробившись к самому краю. Гермиона закатила глаза и крепче прижала книгу к груди, когда вдруг услышала голос Гарри: — Где? — Только не ты, Гарри… — простонала она, заметив рядом с рыжей макушкой знакомую растрёпанную шевелюру. Казалось бы, после победы над Тёмным Лордом можно было хоть немного повзрослеть… Но нет — в семнадцать они стали ещё более несносными. С трудом выбравшись из толпы, Гермиона поспешила в библиотеку за «лёгким чтивом». К ужину она уже успела пожалеть, что вообще выходила из комнаты. Рон без остановки рассказывал ей про статистику Виктора Крама, умудряясь одновременно жевать между фразами. Гермиона тяжело вздохнула. Турнир в её последний год обучения — вот уж «везение». Дамблдор прочистил горло, и Большой зал мгновенно стих. Все замерли в ожидании объявления о гостях, которым предстояло провести этот год в Хогвартсе. Двери распахнулись. Внутрь плавно вошли ученицы Шармбатона в голубых мантиях. Они двигались почти синхронно, с отточенной грацией. Одна из них даже закружилась и сделала реверанс рядом с директрисой. По залу прокатился восхищённый шёпот. Гермиона опустила взгляд в книгу, стараясь не обращать внимания на то, как половина зала откровенно пускает слюни. Но через несколько секунд она почувствовала на себе взгляд. Настойчивый. Почти осязаемый. Она попыталась игнорировать это чувство, но оно не исчезло. Тяжело вздохнув, Гермиона всё же подняла голову. На неё смотрели сразу три пары глаз. Обычные голубые, тёмно-зелёные… и самого светлого голубого оттенка, который ей доводилось видеть. К подобному вниманию она давно привыкла — особенно после победы над Волан-де-Мортом и внезапного «скачка» взросления на шестом курсе. Но лёгкий румянец всё же проступил на щеках, когда она поняла, насколько красивы эти трое. Особенно блондинка. Чей взгляд был самым пристальным. — Эти девчонки на нас пялятся, дружище! — ухмыльнулся Рон, толкнув Гарри локтем. Гарри обернулся и тут же покраснел. — Они смотрят только потому, что думают, будто ты избранный, — сухо заметила Гермиона. — Но я и есть избранный, — пробормотал Гарри. Книга тут же опустилась ему на голову. — Ай… прости, — он поморщился, потирая затылок. — Не переживай, Миона. Их трое. По одной на каждого, — Рон игриво подвигал бровями. — Я вообще не об этом думала, Рональд! Она швырнула в него кусочек курицы. Рон невозмутимо поймал его и съел. — Иногда вы просто невыносимы. Тем временем девушки Шармбатона заняли места за столом Когтеврана. Почти сразу двери снова распахнулись. В зал с шумом вошли ученики Дурмстранга — огонь, трости, акробатические трюки. Впереди шагал Виктор Крам. Зал взорвался аплодисментами. И снова это чувство. На этот раз тёмные глаза Виктора буквально впились в неё. — Ты видишь, как он на неё смотрит? — прошептал Рон Гарри. — По-моему, ты ему нравишься, Мион. — Они здесь меньше пяти минут, а ты уже строишь теории, кто кому нравится, — устало ответила Гермиона. — Ты ведёшь себя как первокурсник. Рон уже открыл рот для ответа, но его перебил голос Дамблдора. Директор начал объяснять правила Турнира и представил Кубок Огня. Весь зал замер, когда синие языки пламени взлетали в воздух. Гермиона невольно заметила, как та самая блондинка из Шармбатона тихо смеётся во время речи директора. Какая наглость. Всё любопытство к ней тут же испарилось. Слишком уж самодовольной та казалась. — Я точно брошу своё имя, — ухмыльнулся Рон. — А вы? — Да, — с такой же ухмылкой ответил Гарри. — Ни за что, — отрезала Гермиона. — Мне хватило приключений с Волан-де-Мортом. Но, похоже, вы двое без опасности и года прожить не можете. Она уже собиралась вернуться к еде, когда рядом раздался мягкий голос: — Простите, можно взять буйабес? Гермиона подняла голову. Перед ней стояла та самая блондинка. Вблизи она оказалась ещё красивее. И это почему-то раздражало ещё сильнее. Длинные серебристые волосы спадали почти до талии. Идеально ровная осанка. Слишком уверенный взгляд. Формально она обращалась ко всем, но смотрела только на Гермиону. И от этого взгляда становилось неуютно. Словно девушка пыталась рассмотреть её насквозь. Гермиона первой отвела глаза, спрятавшись за книгой. — Конечно, — отозвался Гарри, подвигая блюдо. — Вы уже поели? — спросила она, всё ещё глядя на Гермиону. — Да… — выдохнул Рон. — Было очень вкусно. Флёр медленно взяла суп, словно ожидая реакции. Но, не получив её, резко развернулась и вернулась к своему столу. Подруги уже смеялись над её неудачей. — Отличное начало, — прыснула Одетт. — Да уж, — усмехнулась Вероника. — Она прямо у тебя с ладони ела. — Заткнитесь, — буркнула Флёр, лениво помешивая суп. Фотографии в газетах совершенно не передавали, насколько Гермиона была хороша. Тёплая кожа. Густые каштановые волосы. Золотые искры в глазах… — Ты же не всерьёз собралась охотиться на Гермиону Грейнджер? — насмешливо спросила Габриэль. Флёр раздражённо посмотрела на младшую сестру. — Не твоё дело. — Ты позоришь семью. Бабушка будет в ярости, если узнает, что ты положила глаз на Золотую девочку. — Если расскажешь — убью, — процедила Флёр, пнув её под столом. — Она всё равно на тебя не поведётся, — фыркнула Габриэль. — Она помогла победить Волан-де-Морта и самая умная ведьма своего возраста. Ты ей не ровня. Вероника и Одетт тихо рассмеялись. Флёр выглядела так, будто у неё вот-вот повалит пар из ушей. — Я — наследница клана Делакур, — выпрямилась она. — У меня есть богатство, шарм и красота. Я могу получить кого угодно. — Кого угодно, кроме Гермионы Грейнджер, — усмехнулась Габриэль. — Её не впечатлят ни твои деньги, ни внешность. Она не из тех, на кого ты обычно ведёшься. Флёр уже готова была перелезть через стол, но Вероника вовремя схватила её за руку. — Тише, Флёр. Не стоит убивать её на глазах у Гермионы. Ты и так произвела не лучшее впечатление. Флёр вспыхнула ещё сильнее, но остановилась, заметив, как Гермиона с друзьями уже направляется к выходу. Она жадно проводила её взглядом, пытаясь разглядеть хоть что-то под свободной мантией. Но толпа быстро перекрыла обзор. — Пошли уже. Сегодня я всё равно ничего не добьюсь, — проворчала Флёр, поднимаясь из-за стола. И вместе с подругами направилась к выходу.

***

На следующий день Гермиона спешила на зельеварение, как обычно уткнувшись носом в книгу и почти не замечая ничего вокруг. Поэтому она не сразу поняла, что в кого-то врезалась. — Простите, — машинально пробормотала она, поднимая взгляд. Перед ней… никого не было. Гермиона нахмурилась и обернулась. Ученики спокойно проходили мимо, занятые своими делами. Никто не выглядел раздражённым. Никто даже не смотрел в её сторону. Странно. Она замерла лишь на секунду, потом покачала головой и пошла дальше. За семь лет в Хогвартсе Гермиона почти никогда не опаздывала — и не собиралась начинать сейчас. Открыв дверь кабинета, Гермиона почувствовала, как сердце неприятно ухнуло вниз. Среди учеников уже сидела та самая несносная блондинка — вместе со своими подругами. А чуть поодаль, мрачно уставившись в стол, расположился Виктор Крам. Прекрасно. Просто прекрасно. Гермиона глубоко вздохнула и попыталась как можно незаметнее проскользнуть к свободному месту. План был прост: занять место для Гарри и избежать необходимости работать в паре либо с Крамом… либо с ней. Но, к её ужасу, Виктор словно почуял её присутствие. Стоило ей сесть, как он уже оказался рядом. — Привет, — неловко улыбнулся он. — П-привет, — ответила Гермиона, чувствуя, как под его пристальным взглядом начинают пылать щёки. Эта сцена не осталась незамеченной. В заднем ряду Флёр заметно напряглась. Когда Гермиона вошла в класс, она уже собиралась пересесть к ней, но Виктор опередил её. Этот проклятый болгарин пусть только попробует тронуть её своими грязными лапами… Флёр скрестила руки, прожигая их взглядом. Вероника и Одетт обменялись взглядами и тихо прыснули со смеху, заметив выражение её лица. Это только сильнее её разозлило. И тут дверь кабинета распахнулась. В класс влетел запыхавшийся Гарри. — Гарри! — с облегчением выдохнула Гермиона. Он улыбнулся в ответ, хотя при виде Крама рядом с ней заметно растерялся. — Прости, Виктор, — мягко сказала Гермиона, поворачиваясь к нему. — Но мы с Гарри уже договорились работать вместе. Лицо Крама тут же вытянулось. — Н-но… — Если у нас будет ещё одно занятие, мы можем стать партнёрами там, — быстро добавила она, почувствовав укол вины. Виктор сразу оживился. — Я был бы рад, Гер-ми-они, — старательно произнёс он. Гермиона уже собиралась поправить его, но вовремя остановилась. Он ведь старался. Флёр довольно усмехнулась, наблюдая, как Гермиона только что сама выставила Крама. Так ему и надо. Но её удовлетворение длилось недолго. Она проследила взглядом, куда направился Виктор, и быстро поняла, что свободных мест в классе почти не осталось. Кроме одного. Вероника и Одетт уже не скрывали смеха, когда Крам тяжело опустился рядом с Флёр. Клянусь, однажды я их прикончу. Тем временем Гарри занял место рядом с Гермионой. Она благодарно улыбнулась ему, доставая учебник и стараясь не обращать внимания на шум позади. — Гермиона, ты уронила. Гарри наклонился и поднял сложенный лист пергамента. Она взглянула на него. — Это не моё. — Он выпал из твоей книги. И здесь написано твоё имя. Гарри перевернул лист, показывая аккуратный почерк. — Странно… — нахмурилась она, разворачивая письмо. Пробежав глазами по первым строкам, она резко замерла. — Что там? — Гарри попытался заглянуть через плечо. Но Гермиона тут же сложила письмо и убрала его в сумку. — Ничего, — быстро ответила она. Затем медленно обернулась. Флёр в заднем ряду внимательно наблюдала за ней, словно пыталась прочитать её мысли. Их взгляды встретились. Флёр слегка приподняла бровь, а затем подмигнула с той самой раздражающе самоуверенной улыбкой. Гермиона тут же отвернулась, крепче сжимая сумку. Первая строка письма будто выжглась в памяти: «Не доверяй Флёр Делакур.»