Массаж

✦•······················•✦•······················•✦ Очередная ссора. Какая эта уже по счёту? Сотая? Тысячная? Какой она ни была , всё остаётся по-старому: двое взрослых мужчин в очередной раз пытаются выяснить отношения, точнее, их отсутствие, из-за чего они вновь спят в одной кровати, но по разные стороны. - Селеса… *Нежным прозвищем позвал Чарльз своего любовника.* Может, хватит дуться? - М? *Не понимая, о чём идёт речь, не поворачиваясь к лису, мужчина навострил ушки.* Ты о чём? - О нашей ссоре. *Уже более строго ответил фотограф.* - А, ты об этом… *Мужчина прижался к подушке, держась за ту одной рукой, не желая сейчас завязывать какой-либо диалог.* Тогда не хочешь извиниться за своё поведение? - Почему это я должен извиняться? - Вот и я не знаю. Разве подобные ссоры — не часть нашей обыденной жизни? *После этих слов он замер, ведь почувствовал, как тяжёлое мужское тело чуть надавило на него сверху, прижимая к простыням.* - Ты… Действительно хочешь оставить нашу «обыденную жизнь» такой?.. *С ноткой грусти в голосе проговорил лис совсем робко, будто переступая через себя, прекрасно зная ответ на свой вопрос, который не мог не ранить его сердце из раза в раз.* - Чарльз… Мы не будем вместе. Мы же давно договорились быть любовниками. Сколько раз мне повторять?*Мужчина наконец развернулся к собеседнику, кладя голову на его предплечье.* Да и потом, ты уже взрослый мужчина, пора тебе перестать бегать за мной, как лисёнок. - Как я могу не бегать за таким сокровищем? *Он медленно наклонился и поцеловал выраженную худую скулу бизнесмена.* Ты не представляешь, как сильно я хочу быть рядом с тобой… - И всё же. *Он оставался беспристрастным.* Ты знаешь, что мой ответ никогда не изменится. - Я знаю… Ты знаешь, я его принимаю, но… Просто тяжело… *Лис наконец лёг обратно на кровать, и к нему сразу приласкался волк, прижимаясь спиной к груди любовника.* Они переплели свои пальцы, держась за руки, но тут Селестин нахмурился, потирая кожу чужой руки. - У тебя не кожа, а наждачка. - Сегодня была съёмка на улице, я не мог работать в перчатках. - Нгх… *Он медленно приподнялся, а после достал из прикроватной тумбочки свой крем для рук с алоэ и стал по-хозяйски сминать чужую руку, размазывая по ладоням крем.* - Хм) *Улыбнулся расслабившийся лис.* Спасибо, милый. - Угу… *Не отреагировал волк и, быстро закончив с процедурами, забросил тюбик обратно в ящичек и улёгся, но уже лицом к чужой груди. Фотограф прижал мужчину ближе к себе и стал аккуратно, словно боясь нарушить приближающийся сон, гладить его по шелковым кудрям, за которыми волк так ухаживал и которые всегда пахли нежным цветочным ароматом. Опустив свою руку чуть ниже, Чарльз надавил сильнее обычного на основание шеи, из-за чего мужчина дёрнулся и болезненно простонал. - Больно? *Спросил обеспокоенно лис, навострив свои ушки.* - Да… Ты же знаешь, какая у меня работа… *Ссылаясь на сидячий образ деятельности, промямлил он.* - Тогда позволь сделать тебе массаж. *Нежно продолжил лис, целуя мягкую щёку возлюбленного.* - Угу, спасибо… *Лениво ответил мужчина, поворачиваясь на живот и одной рукой убирая с шеи светлые кудри.* Чарльз достал из его же тумбочки заколку-крабик и закрепил чужие волосы, давая их владельцу принять более раскрепощённую и расслабленную позу, после чего достал масло для массажа и, вылив немного на руки, начал растирать, дабы согреть то. Наконец Селестин чувствует такие приятные и необходимые ему прикосновения. Сильные руки давят на мышцы сначала совсем нежно, подготавливая кожу, а уже после фотограф надавливает всё сильнее, пока не начинает сминать ту в своих руках и надавливать на шею и плечи, получая в ответ блаженные и болезненные стоны, после которых начинает деликатней массировать определённые точки. Он проводит полосы своими руками от середины лопаток к плечам, а после вдоль шеи, будто вычерчивая края позвонков. Опускается ниже, под лопатки, из-за чего тело под ним совсем расслабляется и блаженно стонет, когда мужчина дарит ему такие приятные прикосновения, пожалуй, для него это лучшее, что он мог получить в конце рабочего дня. Закончив с лопатками, Чарльз опускается всё ниже к пояснице, проминая ту и водя большими пальцами от середины к бокам. Уже засыпающего волка прерывают руки фотографа, которые не оставляют попыток снять его бельё. Селестин не спрашивает зачем, он просто берёт и снимает, радуя своей реакцией лиса. Тот садится позади него и поднимает ягодицы мужчины себе на бёдра, заставляя того чуть прогнуться, а после вновь блаженно постанывать, ведь фотограф начал мять его затёкшие ягодичные мышцы. Пальцы фотографа сжимались вокруг его любимого места, большими пальцами разминая верх мышц, остальными проминая внизу. Как бы эротично это ни выглядело со стороны, сейчас никто и не думал о похоти. Оба мужчины и так вернулись сегодня после полуночи, о каком сексе может идти речь? Да и тем более, одно из самых значимых качеств для Селестина в партнёре — умение расслабляться друг с другом без похоти, которой, казалось бы, была наполнена вся его жизнь, но которая уже порядком наскучила, ведь затмевала их интрижку с лисом, за которой ему нравилось следить. И вот, делая последние размашистые и мягкие движения вдоль спины, лис просит бизнесмена перевернуться, и тот послушно соглашается, снимая с волос заколку и открывая фотографу свою пышную грудь. Чарльз садится на него сверху, и Селестин кладёт свои ладони ему на бёдра, согревая, пока лис начинает мять его грудь, зная, что это чувствительная часть тела мужчины. Он сжимает ту, проводит по мягким соскам, большими пальцами проводит между двух грудей и поднимается давящей дорожкой к самым ключицам, а там и шее. Сейчас Чарльз не мог отвести глаз от лица возлюбленного, такого расслабленного и удовлетворённого. Хотелось прямо сейчас взять его за эти прекрасные кудри, без которых он и дня прожить не мог, и страстно поцеловать его, но фотограф знал, что сейчас нельзя, и потому продолжил, сдерживая собственные желания. Чарльз медленно опустился к крепкому прессу мужчины, заранее положив его бёдра на свои, чуть приподнимая чужой таз, и немного задержавшись на косых мышцах, спустился к вниз. Как бы Селестин ни качался и сколько бы протеина ни пил, он всё равно будет казаться лису хрупким, а выглядывающие кости рёбер и таза будут только подтверждать это. Именно эти кости сейчас обводил пальцами фотограф и аккуратно спустился к половым губам мужчины, точнее, к местам между ними и бёдрами. По словам Селестина, там тоже приятно размять затёкшие точки, и потому фотограф, аккуратно надавливая, стал водить пальцами, поднимаясь от губ к середине лобка, чуть выше чем клитор. Мужчина под ним стал тяжелее дышать и постанывать, сводя ноги вокруг чужой талии, желая более сильных нажатий, что не заставили себя долго ждать. На самом деле, хоть оба и хотели, чтобы атмосфера в комнате расслабляла, оба думали о недавнем диалоге. По правде говоря, Селестин не представлял свою жизнь без Чарльза. Хоть он и говорит, что быть любовником — всё, что он хочет от лиса, на самом деле было ложью, потому он продолжит называть лиса глупым мальчишкой, что бегает за ним, когда сам на самом деле сойдёт с ума, если после очередной ссоры не увидит, как этот самый лис мчится к нему со всех ног отбирать его у очередного любовника. Это и была одна из причин, почему Селестин никогда не предлагал Чарльзу расстаться, ну и отказываться от личного спа-салона, что и хвост после душа расчешет, и массаж после тяжелого дня сделает-просто глупо. Возвращаясь в реальность, прошло пара минут. Разминая чужие бёдра, фотограф проводит по ним тёплыми руками и целует мужчину в лобок, ставя точку в сегодняшнем массаже. Он ложится рядом с волком и притягивает к себе. - Чара, ты у меня такой красивый~ *Флиртует бизнесмен.* - Я так понимаю, тебе понравилось? - Очень, спасибо. - Засыпай, Селеса. Вновь они не разрешили свой конфликт. Оба хотели оставить всё в тишине и сделать вид, будто ничего не было. Сколько это продлится? Никто не знает, зато оба мужчины сейчас хотят только одного от друг друга - спать вместе в обнимку в ожидании завтрашнего выходного.