Хочу тебе нравиться

Школьные будни уже на десятый год учебы достаточно надоели. В заведении ничего нового: устаревшее расписание, которое должны были поменять после первого полугодия, уставшие от вечно таскающихся школьников раздевалки, зашарпанные диванчики и лавочки. Место это не приносило совсем никакого чувства спокойствия или безопасности. Вовсе не "второй дом", как об учреждении зачастую говорили преподаватели. Лишь перейдя в старшую школу, Шабанов начал посещать ежедневные уроки хоть с каким-то желанием. Причиной являлось не стремление к учёбе, даже не общение с друзьями, а лишь один мальчик из класса. Его звали Коля. *** О Николае Максим знал ещё со средних классов. Блондин перешёл в школу к русоволосому после пятого, поэтому облик его хорошо запомнился в детской черепушке Макса. Первые годы мальчики не обращали друг на друга внимания, ведь учились в параллели. Контактов не было до конца девятого класса. Лишь тогда Ромадов случайно столкнулся с ним в коридоре, чуть не сбив с ног. На этой встрече оба сильно смутились, а младший и вовсе не смог даже извиниться за то, что доставил неудобства блондину. Они не общались и сейчас, однако, Максюша хотел бы стать ближе к парнише, ведь чувствовал к нему нечто тёплое. Он понял, что это, скорее всего симпатия. Она появилась во время летних отработок в середине июня. Тогда на школьной территории вся параллель ребят, переходящих в десятый класс, несмотря на наличие экзаменов, были обязаны провести неделю ухода за растениями. Видеть Колю вне занятий и в свободной форме было непривычно. После никому не нужной прополки земли и полива растений, Максим старался как можно скорее собрать все свои вещи и исчезнуть из вида кудрявого. Почему-то, когда Шабанов замечал на себе взгляд Ромадова, или вовсе сам с ним пересекался, его щёки заливались ярким цветом. В горле сразу вставал ком, а парниша терял сосредоточенность на чём-либо. Приходя после такого развлечения домой, Макс, сразу после водных процедур, уходил в свою комнату. На всякий случай запирался, а затем доставал свой блокнот и карандаши. Его руки творили самостоятельно, линию за линией вырисовывая уже привычный силуэт. Конечно, рисовал он никого иного, как Колю. На мысли о влюбленности в парня Максим поймал себя лишь через несколько недель. Он всё не мог понять, откуда в его душе вечерами появлялось такое странное чувство. Оно обострялось ближе к полночи, и именно тогда часто появлялось вдохновение. Рисовал Макс цветы, безликие образы влюблённых и становилось легче. Осознание пришло лишь в один дождливый день, когда Шабанов случайно наткнулся на фотографии Николая в ленте социальной сети. Сердце забилось чаще, в животе стало щекотно, а щёки приобрели розоватый оттенок. Прям как тогда, во время работ на участке. То лето прошло лучше, чем предыдущие, ведь чувство любви всё смягчало. Впервые за всю свою жизнь Максим скучал по человеку так сильно. Он не знал, какой Коля настоящий, но очень хотел бы увидеть его без маски классного мальчика, который всегда идеальный, причём для всех и каждого. Очень повезло, что на аккаунте у Ромадова не было фотографий с какими-то девушками или парнями. Со своей ревностью Макс точно не смог бы справиться сам. На первое сентября Шабанов пришёл, лишь желая увидеть среди будущих соклассников или хотя бы в параллели лишь одного – кудрявого симпатичного юношу с именем Николай. Его счастью не было предела, когда он заметил, что в первых рядах стоит Коля, да ещё и в зоне, где стоял класс самого Максима. Это значило одно – Ромадов оказался его новым одноклассником. «Он не перевелся! Я так рад, боже... Смогу смотреть на него столько, сколько захочу!» – скромная улыбка на лица не передавала всех эмоций, но и окружающим было не обязательно знать истинные чувства парнишки. Во время мероприятия внимание Макса было зафиксировано лишь на одной кудрявой макушке. Он даже не понял, почему все начали расходиться и толпиться у входа в само здание школы. Пришло время идти на классный час. Впереди было знакомство с новым коллективом, возможность ко всем привыкнуть и запомнить, с кем придётся провести два последних года в одном классе. В новом кабинете, Максим занял место на последней парте у окна. Он заметил, что Ромадов сидел на предпоследней парте последнего ряда. Скорее всего, эти места оставались бы присвоенными теперь до самого выпуска. Русого устраивало абсолютно всё, ведь обзор на возлюбленного никто даже не перекрывал. Можно было бы любоваться парнем, как и хотел Шабанов, целую вечность. Профиль блондина был чудесным. Жаль, что под рукой у Макса не было карандаша и листика бумаги. *** Десятый класс – штука не лёгкая. На профильных предметах полные завалы, предельное количество уроков в день, а это ещё и без дополнительных занятий с репетиторами, на которые всё равно придётся ходить в следующем году, если будет желание поступить в универ мечты на бюджетной основе. Февральский снег покрыл и без того заметенные дороги тонким пушистым слоем. Максим не выспался, поэтому плёлся до школы медленно, совершенно не боясь опоздать. Он был неспокоен, ведь переживал из-за того, чем занимался всю ночь. На календаре ведь было четырнадцатое. День всех влюблённых. Мучался Макс своим влечением к однокласснику уже полгода. На праздник хотел всё-таки признаться, чего бы это ему ни стоило. Во взаимности парнишка совершенно не был уверен, но не боялся этого. Шанс есть всегда, главное правильно подойти к признанию, так ведь? Сделать обычную бумажную открытку в виде сердечка красного цвета – это скучно. У Шабанова был навык рисования, и именно им он решил воспользоваться. Образ Коли дался ему гораздо легче, ведь изобразить его парень мог уже по памяти, да ещё и очень точно. Свой силуэт нарисовать было сложнее. На это Максим потратил почти полчаса, если не больше, в итоге начав подготавливать обложку к открыточке. Цветной картон красного цвета был использован в качестве оборота. На нём юноша оставил симметричное сердце, внутри написав лишь то, кому и от кого предназначена эта открытка. Развернув материал на сгибе, Макс достал клей и начал аккуратно приклеивать рисуночек с одной стороны. На второй, пустой части, юноша начертил несколько горизонтальных линий. Взял черный линер и с осторожностью начал выводить буковки. "Коленька, с 14 февраля. Говоря откровенно, ты давно мне симпатичен. Я уже более полугода не могу налюбоваться твоей прекрасной внешностью и характером, хотя общались мы и не часто. Когда я смотрю на тебя, моё сердце пылает, а дыхание замирает. Наверное, это даже нечто большее, чем просто симпатия. Я безумно боюсь того, как ты отреагируешь на эту валентинку, но я больше не могу молчать. Коля, я люблю тебя." Большее Максим писать не стал, ведь посчитал, что это уже будет лишним. Закончив с письмом, он глянул на красную помаду. Взял парень её у мамы, специально, чтобы добавить в подарок последние детальки. Спустя несколько мгновений валентинка была украшена двумя яркими поцелуями на стороне подписи Шабанова. Полностью завершил свою работу парень к часу ночи. Бережно её закрыв и перевязав тонкой атласной лентой розового цвета, парень всё сложил в портфель. Очень надеялся, что ничего не помнется и останется в сохранности. По приходу в школу, Макс никак не мог найти Колю. Открытку ещё не доставал, но уже был готов вручить её. Остановившись в коридоре, чтобы проверить, всё ли хорошо с подарком, русоволосый поставил рюкзак на подоконник. Достал картонную поделку, улыбнувшись. Она была целой, что не могло не радовать. Повертев своей макушкой в разные стороны, Максим заметил у одного из кабинетов Ромадова. Выбор был тяжёлым: вручить презент сейчас, либо после занятий. Парень не мог больше оттягивать это событие. Он натерпелся достаточно и уже мечтал поскорее рассказать Николаю свой маленький секретик. Закрыв сумку, Максим взял валентинку в руки и, набравшись смелости, направился к возлюбленному. На удивление, Николай стоял у стены в полном одиночестве. Обычно Макс видел парня в компании других одноклассников, но сейчас их рядом не было. Блондин держал в руках смартфон, а на лице его можно было заметить усталость, смешанную с печалью. – Коль, привет. Руки юноши были спрятаны за спиной. Ладошки потели от волнения и страха. – И тебе привет. Что-то нужно? – он спросил без какой-либо ненависти, интересуясь по-настоящему искренне. – Мне? Нет, я просто заметил, что ты... – парень вздохнул, – ты будто грустишь. Что-то случилось? Николай слабо улыбнулся. – Всё нормально. Не люблю просто этот псевдо праздник. Все вечно норовят подшутить, подсунуть ложную валентинку или вовсе пригласить на свидание от чужого имени, – Ромадов поправил кудри, глянув вдаль. Там он заметил трёх девочек, которые были немного его младше. – Ну и как же без этих девчонок с восьмых классов... Они уже два года меня обхаживают и задаривают. А мне от них мерзко... Коля отстранился от стены, направившись в сторону уборной, чтобы избежать разговора с девчонками, и тут реакция Максима сыграла ему на руку. Уже через несколько секунд юноши были в светлой комнатке с серым кафелем, где пахло антисептиком и химией. Один на один, в полной тишине, которую почти сразу прервал Шабанов. – Тебе противно, когда тебе признаются в чувствах? Голос младшего прозвучал тише, чем обычно. Шум в коридорах доносился лишь гулом, поэтому всё равно Николай мог услышать парня. – Мне никогда не признавались по-настоящему. Я без понятия как ощущается любовь или симпатия... – парень поджал губы. Между ними воцарилась атмосфера некой интимности, когда они уселись на подоконник. Сердцебиение обоих участилось по непонятной причине. Именно в этот момент Макс понял, что сейчас самое время действовать. Одной из своих рук парень осторожно накрыл руку старшего, так же не произнося ни звука. Коля был сильно удивлён, поэтому бросил взгляд на их с Максимом ладошки. – Слушай... – сглотнул Шабанов. Он робко протянул открытку Ромадову, голову отпустив вниз. – Это тебе. Я знаю, ты можешь мне не верить, у тебя может быть уйма вопросов, но... Просто прими это, пожалуйста. Увидев в руках русоволосого небольшую, но милейшую записку, Николай потерял дар речи. Слыша слова Макса, блондин почувствовал, что с ним произошло нечто странное. На щеках появился румянец, а глаза приоткрылись шире. Из уважения к парнишке, Коля действительно не стал задавать лишних вопросов. Он сглотнул, а затем перенял из руки Максима в свою валентинку. Её красота просто поразила юношу. Он даже не думал, что парни умеют делать что-то своими руками так аккуратно. Когда открытка показалась в развороте, Макс смутился. Улыбка на лице у старшего стала шире и более искренней. – Это... Мило, – глазами паренёк пробежался по тексту. – Коль, просто читай... Только не вслух. Николай кивнул, внимание переводя на текст. С каждым словом его выражение лица немного сменялось, но не было видно отвращения или разочарования. Максим же готов был в свою очередь провалиться сквозь землю от переживаний и стыда, который появился внезапно. Совсем скоро Коля дошёл до последних строк. Его пальцы сжали сторону открытки, чтобы та случайно не выпала. Резко возникла полная тишина. Даже школьные коридоры перестали гудеть. Младший не осмеливался поднять свой взгляд на любимого, просто держа его руку в своей в ответ. Отпускать первым не хотел, но был готов к тому, что сейчас это прикосновение прервётся. – Макс... Это правда? По голосу было непонятно, разочарован ли Коля, или наоборот счастлив. – Да, правда, – вздох, – я пойму, если это не взаимно, я тебе вовсе не нравлюсь или если я тебе неприятен... – Почему ты... Всё это время просто смотрел? – с усмешкой спросил кудрявый. Щёки Макса вспыхнули. – Я... – парня, кажется, застали врасплох. Он не знал, что можно ответить. – Не знаю, извини... На своей макушке Максим почувствовал лёгкие поглаживания. – Не извиняйся, брось. И, кстати, – Ромадов аккуратно закрыл подарок, глянув на Шабанова, – не знаю, что должен сказать тебе... Но я совсем не чувствую неприязни. Русый поднял глазки. Он поморгал, затаив дыхание, а затем пришёл в шок, когда Коля губами нежно коснулся Максовой щеки. Именно тогда юноша понял, что для налаживания контакта достаточно лишь тёплой искренности и честности. Впервые, находясь в школе, парни почувствовали абсолютное спокойствие и ощутили начало чего-то нового, настоящего и необычайно приятного. Мнᴇ ᴛᴀᴋ нᴇ нᴩᴀʙиᴛᴄя, чᴛᴏ я ᴛᴀᴋ хᴏчу ᴛᴇбᴇ нᴩᴀʙиᴛьᴄя, Тᴀᴋ хᴏчу ᴛᴇбᴇ нᴩᴀʙиᴛьᴄя. Пᴇᴩᴇᴄᴛᴀᴛь ᴛᴇбя ᴄʍущᴀᴛьᴄя и ᴩᴏбᴇᴛь, и ᴛᴇᴩяᴛьᴄя, Пᴩᴏᴄᴛᴏ ʙыᴨᴧᴇᴛᴀᴛь иɜ ᴦᴩуди ᴄʙᴏᴇй ᴋ ᴛᴇбᴇ Кᴩᴀᴄную ниᴛь. Хᴏчᴇᴛᴄя ᴛᴇбя ᴋᴀᴄᴀᴛьᴄя, ᴛᴀᴋ хᴏчᴇᴛᴄя ᴛᴇбя ᴋᴀᴄᴀᴛьᴄя, Нᴏ ᴧучɯᴇ ʙᴄᴇ-ᴛᴀᴋи ᴦᴏʙᴏᴩиᴛь. Дᴀʙᴀй ʙᴄᴇ-ᴛᴀᴋи ᴦᴏʙᴏᴩиᴛь?