И гаснет свет

      Маша проснулась от едкого чувства страха, скрутившего внутренности и ударившего в затылок. Ей снилось что-то страшное, огромное и рогатое, тянущее к ней свои костлявые лапы, а следом и чьи-то больные укусы, будто рвали на куски. В доме раздался телефонный звонок. Отец, ещё сонный и запинающийся о косяки и углы, ринулся к телефону. «Тихонов. Слушаю… Погоди, Себастьян, не тараторь!.. Что?!» Голос отца пропитался тревогой. Маша почти слышала, как падает и разбивается отцовское сердце о деревянный пол.       Он быстро одевался, когда Маша выглянула в коридор.       — Папочка?       — Иди спать, Маш. Двери никому не открывать. И прошу тебя, не ходи ты никуда с этим Яном! — почти прокричал он, а потом не удержался — точно стержень внутри сломался, сел на табурет, схватившись за голову.       — Не пойду я никуда. Папа, кто пропал?! Ну же!       Тихонов молчал, глубоко дыша. Маша схватила отца за плечи. Сердце чуяло беду, тянущуюся в их дом и пускающую корни.       — Пап… Папа, — она сглотнула вставший в горле комок. — Мама пропала?!       — Мы её найдем, — Тихонов поднялся, но неуверенно. — Мы её найдём. Будь на стрёме. Как что-то найдём, скажу.       — Будь осторожен, пап.       — Из дома ни ногой!       Отец исчез в темноте подъезда. Там снова перегорела лампочка. Будто сажа жизнь выключила в этом мире яркий свет.       

***

      Пять дней. Он не видел Кристину лишь пять дней. Он оставил её, позволил глупой обиде затмить всё светлое, что она зажгла в нём. Адлер сказал коротко и ясно — Кристина пропала. Свет в её доме горел не переставая. Дом же оказался пуст. Ни следа девушки. А вещи все на месте, словно на пять минут вышла.       Поиски поблизости леса дали только крах надежд.       Объявление на школьной доске висело как какая-то насмешка. В милицейском участке Костя не мог смотреть в его сторону. Будто Кристина с укором глядела на него с белого листа: «Ты оставил меня, ты ушёл! Я пропала, Костя! Меня больше нет!»       Он почти не спал. До поздней ночи рыскал по лесу, как дикий волк, выискивая, крича. Проклиная чёртовы сосны и ели, проклиная снег и ямы.       Спустя дней шесть с начала поисков Тихонов вышел на поляну. Она была просторная, красивая, как с картинки в каком-нибудь учебнике по литературе. Только всю красоту портило огромное алое пятно на снегу. Не чувствуя земли под ногами Константин ринулся к нему, увязая в сугробах. Не удержав равновесия, упал.       Алое пятно под ладонями оказалось кровью. Кровь залила половину поляны, а где-то в стороне валялись, обрагренные и припорошенные снегом очки в круглой оправе. Чёрные очки, через которые на него то с грустью, то со злобой, то с весельем смотрели ясные как летнее небо глаза.       Костя схватил эти очки, оглядел лес вокруг, в неверии задыхаясь. На одном из суков висела вязанная шапка. Чуть поодаль лежали лоскуты, пропитавшиеся кровью и снегом.       Кристина… Это было всё, что осталось от улыбчивой учительницы. Очки, да обрывки одежды. Кто её терзал? Как она сюда попала? Зачем?       «Мама пропала?!» — Машкин голос теперь резал сердце. Тихонов упал в снег, дрожа всем телом. Не уберёг. Снова.       Себастьян нашёл его спустя минут двадцать. Тихонов ошалело глядел в небо, не отзываясь. Адлер оглядел поляну с сожалением и ужасом. Ему искренне было жаль несостоявшуюся Берестницу. Но больше было жаль друга, который ушёл в глубь себя, а на всё попытки Адлера привести его в чувство, только сильнее сжал очки Кристины в руке и прошептал:       — Себа, что ж я Машке-то скажу?..       Гроб Беловой хоронили пустым. Закопали рядом с почившей на её пороге Шаран. Сова… Когда-то в юности Костя читал, что в Индии совы являются символом смерти. Была ли та совушка рядом с Шарой предупреждением для Кристины? Маша не глядела в сторону гроба, когда тот опускали в землю. Она не верила. Не хотела верить. Лишь с тревогой смотрела на отца, держа его крепко за руку, словно боялась, что он сиганёт в яму следом за Кристиной.       Только дома Костя лёг на диван и глядя на потолок сказал дочке:       — Прости меня, Машенька… Я дурак виноватый. Не ушёл бы, уберёг бы. Самой сказал разбираться… Куда же ей…       Маша, всхлипывая только легла рядом с отцом, обнимая.       В светильнике рядом с диваном перегорела лампочка. Последний источник света в квартире Тихоновых погас, погружая её во мрак.