Yo te quiero

Невыносимый крик раздается по номеру и в ту же секунду стакан, взятый со стола, разбивается об стенку, как и сердце Ильи на прокате. Блондин ломает и разрушает все на своем пути, подобно тайфуну. Он не понимает, как жить дальше. Олимпиада была последней его надеждой, очередной раз доказать, что он король льда, и никто, абсолютно никто не сможет с ним сравнится. Но судьба распоряжается иначе. Его надежды рухнули также, как и все в этом номере. Снова душе раздирающий крик разносится по комнате, Илья скатывается по стенке и зарывается руками в свои пшеничные волосы.  —  I hate, hate, hate! — повторял Малинин.  Он потерялся, он замер в мгновении, он остался там, на разбитом для него льду.  В этот момент в соседнем номере:  — Боже мой, как же он мучается — проговорил Петя Петр Гуменник нейтральный атлет, который тоже проиграл, но он знал, он знал куда он едет, он знал, что все будет против него. Он знал, что уедет не с чем, вернется домой без медали… Но проигрыш Малинина, в его памяти отпечатается навсегда. Он сам не ожидал, что король квадов, окажется ниже, чем сам Петя. Гуменник решил все таки зайти к Илье, ведь боялся что тот, может с собой что то сделать. Нацепив на себя футболку, Петя вышел из номера и тихонько постучался в дверь. После трех стуков ему никто не ответил. Петя напрягся, начал стучать настойчивее. Но сново тишина. Тогда Гуменник решает выбить дверь, чуть усилий и он заходит в комнату. Перед ним картина, будто здесь было цунами. Вещи разбросаны, стаканы побиты, но в комнате никого не было. Он зашел внутрь и заметил, что дверь в ванну была закрыта. Оттуда доносились тихие всхлипы. Петя решил постучать. — Илья, открой пожалуйста— обеспокоенным голосом, сказал Гуменник  — Уходи, уходи, please — чуть срывавшийся от слез голос, донесся из ванны — Нет, Илья, давай поговорим  — Уйди! — уже крича, говорил Малинин После этих слов что то с неприятным лязгом упало об холодный кафель.  Мысли Пети «Нет, нет, только не это», после своих догадок он снова судорожно начал теребить дверь, она оказалась легче, чем входная.   Он залетает в ванну, Илья сидит на краю, оголяя руки, по которым тонкой струйкой бежит алая жидкость. Петя с ошарашенными глазами, тут же подлетает к блондину, хватая полотенце он накрывает место пореза.  — Что же ты делаешь, дурачок— Петя в растерянности не зная что делать, начинает рыскать по шкафам, ища чем можно обработать и замотать рану.  Илья расплывается в какой то идиотской улыбке и смотрит на суетливого соперника, но улыбка тут же сменяется новым приливом слез.  — Потерпи немного— отвернувшись снова к шкафу— нашел Петя аккуратно убирает полотенце и видит полосы, словно лезвие по катку. Только это был совсем не каток и коньки. Гуменник обработал руку Ильи и замотал бережно бинтом.  Илья сидел с оголенным торсом и тупил в одну точку, тихонько всхлипывая.  — Пошли — сказал Петя, выводя его из ванны.  Они сели на кровать.  — Зачем? — начал Илья Петя повернулся на него с вопросительным взглядом — Зачем ты меня спас? Я хотел уйти, от всего, от позора, так было бы легче всем — Ты дурной? Кому блять легче? Тебе что ли? Родителям твоим? Кому?  — Им бы и подавно — ухмыльнулся Малинин  — Закрой свой рот и радуйся, что я во время пришел — чуть разозлившись, ответил атлет — Это конец — закрыв лицо руками, сказал Илья — Какой конец? Куда конец? Илья, послушай меня внимательно, ты — тыкнув ему прямо в грудь — ты лучший, ты король и повелитель льда, ты самый талантливый фигурист, которого я только знал, это чертова Олимпиада ничего не значит, жизнь на этом не заканчивается, угомонись! Вспомни кто ты есть… — хотел продолжить  — Вот именно, кто я? Я был всем, а стал ничем. Я ничтожество, я больше никто — Илья, послушай… — Нет, это ты меня послушай — встал с кровати— Я! Только я! Я должен был стоять на пьедестале— его накрывала новая волна злости — Это была моя медаль! Это чертова золотая медаль она моя! И никто — дернув пальцем перед лицом Гуменника- никто не должен был забрать у меня этого.  — Илья… — Ты, все вы, вы ничтожны передо мной, я король льда, я был им.  — И… — Заткнись, ты зачем сюда приперся, посмотреть на меня, ой да давайте посмотрим на неудачника Илью Малинина, который провалился, окунулся под лед с головой— размахивая в гневе руками, тараторил он  — Yes, I'm a loser, I'm happy with everything. You don't have to comme, I don't need it  — Ilya, I know that you are the best, that you are better than me, that you are higher than me in every sense, I didn't come here to feel sorry for you, I just wanted to talk — проговорил Петя Илья немного опешил от языка Пети, ведь не ожидал услышать Английский Петя это увидел и немного ухмыльнулся — А ты думал что только ты так можешь? Илья ничего не смог возразить, лишь просто сложил руки на грудь.  — Илья, все пройдет, и это тоже, все проходит, у тебя впереди много медалей.  — Но этой не будет никогда — сказав это, он отвел взгляд в сторону — Да, не будет… но… ты все равно останешься лучший для всех, для родителей, для меня… — последние слова он сказал чуть тише Илья снова повернул на него взгляд, только теперь в нем читалось озадаченность и замешательство — Что?  — Что?  — Что ты сказал?  — Когда? — придуривался Петя  — Последние слова  — Какие? — слегка игриво спросил Петя  — Gumennik, don't fool around! — чуть заводившись говорил Илья  Петя немного посмеялся, но повторил  — Да, и для меня ты останешься лучшим — What does it mean? — Илья, я давно ловлю себя на мысли, что ты для меня не просто соперник, ты для меня нечто большее. Когда ты выходишь на лед, мое сердце сжимается, настолько, что иногда в моменте мне кажется, что я умер, когда я вижу тебе на завтраке, когда ты приглаживаешь свои волосы, слушая свою сокомандницу, когда ты просто дышишь, я теряю контроль над собой, я готов закрыть тебя от всего мира… — это признание Петя выпалил на одном дыхании.  Илья смотрел в глубокие карие глаза, полные искренности, но при этом серьезности — Петь, я думал, что у меня у одного так, я думал что я теряю себя, тебя.  Петя немного встрепенулся — То есть  Илья ничего не ответил, он просто сократил между ними расстояние и впился в его бледно- розовые губы. Этот поцелуй был полон нежности и трепета. Малинин обхватил лицо Пети, тот в свою очередь положил свои руки на отточенную талию, медленно поглаживая. Когда воздух начал заканчиваться, они оторвались друг от друга.  — Петь… — Я тоже думаю И в эту же секунду, Гуменник прижал Илью к стене, смотря в его бездонные голубые глаза, которые растекались при виде Петра.  Петя целовал его лицо, нежно, не торопясь. От этих прикосновений Илья просто таял, как пломбир под июльским солнцем.  — Я хочу тебя, грубо, без сожалений, я хочу чтоб ты сделал, все грубо и красиво— начал первый Илья У Гуменника загорелись глаза, после этих слов. Эти фразы звучали из губ Ильи словно сахар. Глаза Пети стали совсем черными, как ночь за окном. Он вцепился в его губы, без жалости, без нежности. Он целовал его требовательно, жадно, будто это их последний поцелуй.  После этого он бросил Илью на кровать и навалился сверху него, оставляя мокрую дорожку из поцелуев. Илья запрокинув голову назад, слегка постанывал. Возбуждение росло по секундно. Малинин хотел уже просто отдаться без остатка, чтобы всю боль, все его слезы, все раны на его светлой, но при этом такой алой душе,  Гуменник смог излечить, но Петя не торопился, он мучал, он ждал, он хотел заставить Илью просить, умолять, сгорать от желания. Чтобы он стонал только его имя. Петя не спеша раздевал, себя, раздевал Илью. Малинину явно не устраивал такой расклад — Петя, пожалуйста  — Что?  В ответ Илья лишь простонал Петя прекратил все ласки и просто прижал его бедра к кровати — Илюша, чего ты хочешь? — ухмыляясь, спрашивал Петя — Не останавливайся, пожалуйста — Чего конкретно ты хочешь?  — Тебя, хочу тебя, пожалуйста, только не останавливайся, умоляю тебя  После этих слов, Петя набросился на Илью, как охотник на свою добычу. Петя оставлял укусы, засосы, тем временем Илья впивался руками в его широкие мужественные плечи. Он исцарапал ему всю спину, он сгорал от желание, сгорал от рук Гуменника. При одном его прикосновении, Илья терял разум, рассудок. После долгих ласк, Петя приступил к делу, он вошел в него грубо, все как приказано, но при этом с искренностью. Илья немного опешил, но продолжал стонать. Дав привыкнуть, Петя начал двигаться быстрее и грубее — Да, yes, Петя, пожалуйста, быстрее Но кто такой Петя чтобы отказывать?  Он начал еще быстрее двигаться, они оба чувствовали подступающую разрядку. Весь номер был наполнен, стонами, шлепками, влажностью тел. Они оба сгорали от удовольствия. Но Петя не хотел все так просто заканчивать. Он перевернул Илью на живот и взяв его за блондинистые кудри начал немного оттягивать и входить снова. Малинин застонал еще сильнее. Петя оттянул чуть пожестче — Петя, быстрее, еще грубее Петя перебрал свою руку на его шею, слегка придушивая, но аккуратно. Илья задыхался, стонал, извивался под Петром, делал все, лишь бы он не ушел, лишь бы он не оставил его, как брошенного котенка, на мокрой улице.  Еще несколько мгновений и разрядка наступает незамедлительно. В этот момент для них перестало существовать всё, время, Олимпиада, номер, Милан. Были только они, Илья и Петр, два противника, два фигуриста, два любящих человека…  Петя с нежностью прижал к себе Илью — Петя, мы, я  — Тише, Илюш, ничего не говори, давай потом поговорим, а сейчас иди ко мне— он прижал еще больше к себе Илью, запуская свои руки в его волосы. Сейчас после всего этого, Илья был похож на пушистого котенка, которого нужно оберегать от всего мира. Петя знал точно, что он никуда и никогда от него не уйдет. Ведь он его, только его.  — Yo te quiero — единственное, что смог сказать Илья — Y yo, tú — сказал Петя Они оба закрыли глаза и каждый думал о своем, но одно оно знали точно, они связаны, их сердца связаны… навсегда