Клубника в шоколаде..

Все ведь уже знакомы с таким понятием, как половая (сексуальная) жизнь? Под "половой жизнью" подразумевается – интимные контакты, которые человек ведёт с партнёром(ами), причём не обязательно обязательных, но вполне осознанных и взаимных.

Когда говорят, что человек живёт "активной половой жизнью", это значит, что между ним и его любимым человеком есть постоянные флирты, прикосновения, поцелуи, объятия — и, главное, полноценные сексуальные связи, происходящие с определённой периодичностью: раз в неделю, через день, даже несколько раз в день — зависит от состояния здоровья, уровня энергии, настроения, возраста и, конечно, степени близости. Кто-то называет это "второй молодостью", когда всё вокруг будто светится, сердце колотится от каждого движения, а кожа реагирует на каждый жест мгновенным теплом. Это состояние, когда хочется быть рядом, держать за руку, целовать, гладить, обнимать — буквально раствориться во втором теле. А если добавить немного страсти — так вообще ощущение, будто ты перешёл на другой уровень существования. Но.. Что происходит, когда тебе ещё нет двадцати пяти, а твой любимый человек, которого ты считаешь своей второй половинкой, категорически отказывается даже рассматривать возможность интимной близости? Бан, в принципе никогда не думал, что это его затронет. Он считал, что такие вещи — про тех, кто старше, выгоревших, уставших, у кого уже "всё прошло". Он сам, будуче честным, всегда воспринимал секс как нечто естественное, необязательное для счастья, но одновременно — важную деталь, которая делает отношения живыми и плотскими. Однако теперь, спустя шесть долгих лет отношений с Капитаном — эта проблема стала для него не просто вопросом, а настоящей болью, которая внезапно дала о себе знать. Да, никто не требовал ничего конкретного. Никто не собирался вести войну за права на секс. Просто.. их отношения развивались мягко, размеренно, по-дружески. Объятия, поцелуи, лёгкие прикосновения — всё это было. Но дальше — тишина. Ни одного намёка, ни одной попытки пойти дальше. Словно кто-то закрыл дверь в комнату, где когда-то горело пламя. Теперь, когда Бан начал задумываться: "А когда у нас был последний настоящий секс?" — и перед глазами мелькнул шок. Он не мог вспомнить. Ни дня. Ни часа. Ни даже секунды, когда бы они что-то сделали вместе за последние месяцы. Да что там говорить за месяцы, за годы, блин! Только поцелуи, лёгкие пощипывания щек, парочка острых укусов — и снова тишина. Молчание. Заброшенная папка "Не сегодня", а потом — "не до того". И тут, впервые за годы, он почувствовал себя одиноким внутри. Не потому что кто-то ушёл, а потому что связь, которая должна была быть прочной, стала хрупкой, как стекло. И хотя он понимал, любовь — это не только секс. Тут и забота, и доверие, и общее пространство, и смех, и вечерние прогулки. Продолжая сидеть за кухонным столом, спиной к окну, Бан некоторое время молчал, смотря в одну точку. Мысли крутились вокруг одного:

Почему? Почему после шести лет — такой давней любви — всё свелось к объятиям и ласковым взглядам? Может, Капитан устал? Может, ему не до этого? А может, он просто не знает, как выйти на контакт, как начать, как показать свою потребность?

Через десять минут напряжённого размышления он сделал вывод: надо менять подход. Надо пробовать. Пока что — мягко, аккуратно, с долей романтики. Чтобы не казалось, будто он "подгоняет" ситуацию, а чтобы это выглядело естественно — как продолжение уже существующего процесса. Спустя секунду он открыл браузер и начал читать статьи: "Как вернуть страсть в отношения?", "5 шагов к романтическому вечеру дома", "Что подарить любимому, чтобы он захотел быть ближе?". Оказалось, совсем не обязательно тратить тысячи рублей на дорогие свечи, духи или билеты в Египет. Иногда достаточно маленького, но продуманного действия. Однако, одна из рекомендаций особенно зацепила: " ... можно создать атмосферу, используя приятные запахи, мягкую музыку, красивое оформление стола и, конечно, сладости.Особенно — те, что действуют на подсознание. Конфеты, марципан, шоколад — всё это провоцирует выброс дофамина и серотонина, что создаёт чувство удовольствия и приближения. А ещё лучше — клубника. Она не только ароматна, сочная и красива, но и имеет форму, которую сложно игнорировать. " Да и Капитан, обожает сладкое — даже шоколадные батончики покупает по два сразу. Глаза Бана вдруг засветились, как у семилетней школьницы, что увидела своего краша. Но главное — нужно дождаться самого Капитана; а тот, как назло, всегда возвращался поздно. После работы — домой, поужинал, немного поговорил с зеленоглазым и, — прямо в кровать. Откинув назад свои длинные волосы, он медленно встал, потянулся, как будто хотел вытянуть всю тяжесть этих месяцев. — Нужно всё подготовить.. — пробубнил он себе под нос.

***

Прошло чуть больше двух часов с тех пор, как Бан наконец-то покинул свою квартиру. Он буквально выбил себя из колеи: заехал в мини-маркет, где выбрал самые сочные ягоды клубники, завершил выбор бананами — и, конечно, виноградом, а ещё — шампанское. Но самым главным стало то, что он нашёл в одном из скромных магазинов конфеты. С мягкой и гладкой глазурью, который напоминал ваниль и.. что-то горьковатое — афродизиак; а потом — аптека. Так что, когда он, наконец, вернулся домой, было уже почти семь вечера. Солнце давно скрылось за крышами, город потянулся к вечернему умиранию. До восьми — ещё есть время, но совсем немного. Поэтому первым делом он принялся за главное — сервировку. Разложил фрукты аккуратно, по диагонали: клубника — на белой тарелке, виноград — в кристаллическом стакане, бананы — на деревянной дощечке, нарезанные ломтиками; а затем — бокалы. Выбрал те, которые были тонкими, с утонченным изгибом, и поставил шампанское в самую середину. Затем — душ. Он долго не решался на него, ведь с утра до вечера был в движении, в метро, в очередях, в пробках, в мыслях о том, как всё будет, как он это представит, как Кэп отреагирует. И вот, наконец, тишина. Только журчание воды, тёплое дыхание пара, и мыльные пузыри. Он долго мыл волосы, теребил кожу головы, стараясь смыть всю усталость, весь страх перед возможным провалом. И только тогда, когда мыльная пена начала рассеиваться, а тело — нагреваться, послышался тихий щелчок входной двери. Капитан вернулся. Раньше, чем ожидалось, но — точно вовремя. Бан замер, услышав шаги. Через секунду — голос: — На кухне. Вытерев лицо, он вышел из ванной — полотенце, как бандана, обмотанное вокруг поясницы, второе — на плечах, чтобы вода не текла по спине. Подходя к кухонному проёму, он остановился, окинув взглядом картину: Кэпчик стоит у окна и что-то ест. Банан? Виноград? Да нет — он клал в рот кусочек клубники. Глаза Бана сразу же поползли вниз — к столу. На тарелке не хватало трёх конфет, и ещё — три ягоды винограда, съеденные. Бан чуть не рассмеялся — Кэп, оказывается, уже начал. — У нас какое-то мероприятие? — спросил тот, не оборачиваясь, продолжая есть. — Не-е. Просто решил тебя порадовать. — Бан улыбнулся, и на его лице появилась та самая искра, которую невозможно было спрятать. — Мм.. Спасибо, — ответил Капитан, поворачиваясь. Его голос был мягким, чуть сдержанным. Подойдя ближе, он тихо, нежно, поцеловал Бана в губы. — Хей, мало.. — пробормотал другой, хватая Кэпа за талию, прижимая к себе, вкладывая в это объятие всю энергию, которая накопилась за день. Он уткнулся лицом в шею, впитывая аромат кожи, одеколона что досихпор был на его воротнике. — Могу дать больше? — Прямо "дать" ? — хмыкнул Бан, чуть хихикнув, делая акцент на втором слове. — Могу и так.. — сказал он, и тут же его руки скользнули по шее, перехватили голову — и в один миг сделался замок из ладоней, приподняв его чуть выше, удерживая, не давая уйти. Последний поцелуй стал глубже. — Конфетки действуют.. — внезапно пронеслось в голове Бана, и он прикрыл глаза, будто получил удар от счастья. Он сжал его, схватив за бёдра, прижимая к себе, словно пытался вобрать его в себя. Кусал губы, сжимал талию, не желая отпускать. Даже дыхание перестало быть обычным — оно стало тяжёлым, хаотичным. Комната стала душной. От жара, от прикосновений, от одного только присутствия. И всё равно — это было хорошо.. Гораздо лучше, чем комфортно.. Это было — как в кино, но правдоподобнее.. Руки начали бродить — по спине, по животу, по бёдрам. То одно, то другое — оставляя следы: лёгкие покусывания, ссадины, шрамы от зубов. Они почти не отрывались друг от друга — только на секунду, чтобы перевести дыхание, чтобы поцеловать ещё глубже, чтобы сказать что-то, но — не в слух. Отпрянув, Бан вдруг резко начал расстёгивать пуговицы на рубашке Кэпа — не аккуратно, а с бешеной скоростью, часто ошибаясь, матерясь себе под нос, шипя, он всё-таки справился. Рубашка упала на пол, и перед ним предстало тело — сильное, выразительное. Бан посмотрел на него — и вдруг резко набросился, пытаясь вернуть, то что утекло. Он начал кусать — ключицу, плечо, шею. Поцеловал сосок, пососал — и отпустил, чтобы посмотреть, как реагирует другой. Тот застонал, дернулся, резко схватил его за запястья. И — снова. Опять. Повторяя. Будто не мог насытиться. Перемещаясь к столу, они опрокинули тарелку с фруктами. Кто-то из них случайно задел.. Раздался звон — стеклянная тарелка упала, разлетелась на осколки. — Блять! — вскрикнул Бан, отскочив, бросаясь собирать. Осколки, кусочки бананов, клубничные остатки — всё валялось на полу. Он наклонился, стараясь не порезаться, держа в руках осколки. Сердце стучало — не от страха, а от того, что всё пошло не так. Но Кэп уже был рядом. — Аккуратно, порежешься. — сказал он, склонившись, помогая убирать. Он вынимал осколки из чужих рук. Потом — в мусорку. Ни одной крошки — не осталось. Когда пол стал чистым, Бан недовольно посмотрел на свои руки — от осколков остались мелкие царапины. — Может, пойдём в спальню? — прошептал он, прижавшись губами к уху Бана., — Чтобы остальную посуду не утилизировать.. Тот кивнул. Без слов.