Дом Радости - Твой Дом

∞ 🜛🝀🝕 ∞ Сколько дней он блуждал во тьме этой проклятой фабрики? Часы? Дни? Недели? Время давно перестало иметь для него хоть какое-то значение. Так же, как и воспоминания. Он помнил - он был учёным. А его лаборатория - небольшая комната, прямо под фабрикой по производству игрушек. Это могло показаться смешным, но, к сожалению, правда жизни очень хороша в жестокой иронии. Он хотел признания, он его получил. Но далеко не так, как он того хотел. Большие боссы из самой крупной компании по производству игрушек заметили его после его неудачной научной презентации своих многолетних научных трудов. Предложение о работе поступило на следующий день, через два - он уже являлся гордым обладателем красной ключ карты - доступа наивысшего уровня, его ценили. Настолько, что когда он понял что попал в ловушку, было уже поздно. Они не позволили ему уйти, ни компания, ни сотрудники. Ни игрушки. – Друг мой... Где ты прячешься? Выходи, не бойся меня... Я так долго ждал того дня, когда ты вернёшься к нам... Мы скучали по тебе... Холод пробежал по его спине, ему пришлось укрыться в небольшом скоплении обломков, и костей. Последнее, что он хотел услышать в этом прогнившем, проклятом месте, это его голос: переменчивый, то мужской, то женский. Иногда, он говорил голосами тех, кого бывший учёный когда-то знал, кого ценил, кому доверял. Он знал что бывший учёный слышит его. Знал, что эти голоса открывают старые раны, заставляют их... Гнить. Поэтому, среди прочих голосов... Чаще других, он использовал свой собственный, уникальный голос: холодный, но эмоциональный, пустой, но живой, механический, но человеческий. Его голос состоял из этих противоречий. Бывшему учёному пришлось вспомнить, их первую встречу. Тогда, он ещё имел смелость называть себя человеком, тогда, он ещё мог чувствовать себя живым, хоть немного. Тогда он ещё не знал что тот день... Положит начало бесконечному кошмару. И как бы отчаянно учёный не пытался... Он не отпустит его. Они не отпустят его из своего, созданного неба. Ведь небо без солнца, всё равно что трава без благоухающих цветов. — Ты оставил нас! Бросил! Когда мы нуждались в тебе больше всего!! Массивная, металлическая нога, чем-то отдалённо похожая на конечность паука, вонзилась в пол, в опасной близости от места, где прятался бывший научный сотрудник корпорации Плэй Тайм. Их голос снова изменился, он узнал этот голос, он кричал голосом Уолли - детский голос звучал болезненно, почти обиженно. Вскоре, к одной металлической конечности присоединились ещё три. Они дёргались, пока голос продолжал кричать, звать его. Они стали двигаться плавнее, спокойнее, когда голос внезапно затих. Он не спешил, слушал. А его жертва боялась издать хоть какой-то звук, он даже не дышал, боялся что преследователь услышит. Если это случится, то он больше никогда не увидит дневного света. К его удивлению, где-то после трех недель непрерывной работы, руководство компании назначило его работать над крайне важным, и даже, опасным проектом: Проект " Прототип " - первый из многих, фундамент, на котором учёные из Плэй Тайм создали других, менее совершенные, но более... Послушные игрушки. Живые Игрушки - созданные из людей. — Они мучали нас, терзали нас! Ты был единственным кто был добр к нам, ты помогал нам когда они не видели. Ты заботился о нас. Так почему ты оставил нас?! Он снова сменил голос, теперь, его голос звучал как рычание дикого зверя, рычание кота. Кэт Нэп. Те, кто знал тайну компании более не могли покинуть её, фактически, он жил внутри подземного комплекса. Они каждый день проверяли его, обыскивали, допрашивали, их паранойя была за пределами человеческого понимания. Бывший учёный не мог их винить, в конце концов, если информация просочиться наружу, компании Плэй Тайм придёт конец. Они не могли допустить подобного исхода. Ему пришлось учиться, лучше прятаться, лучше лгать, это было необходимо, ради помощи несчастным существам, которые когда-то были людьми. Конечности пропали с его поля зрения, Прототип ушёл. К сожалению, его назначали в напарники к инициатору проекта " Большие Тела " - проект, нацеленный на создания игрушек гораздо большего размера. Если обычно, живые игрушки не превышали габаритов дворовой собаки, то эти - были во многом раз выше обычного человека, одна такая игрушка могла с лёгкостью поместить одного из учёных в своей лапе, и раздавить. Он уже видел такое - отвратительное зрелище, но куда омерзительнее - реакция руководства на подобные инциденты. Они не беспокоились, главное - чтобы игрушки были в узде, а то что в процессе может погибнуть десяток человек, ну, лес рубят - щепки летят. Он не хотел этого. Он хотел лишь признания своего научного ума. Он не хотел участвовать в этих ужасных экспериментах, подкреплённых фанатичной убеждённостью руководства в поисках вечной жизни. Он ненавидел эту компанию, он ненавидел этих людей, которые без сомнений отправляли детей на операционный стол! Особенно - он ненавидел Сойлера, человека, который по велению того же руководства стал его коллегой, он был инициатором проекта " Больших Тел ", и самым жестоким человеком, который когда-либо работал в стенах этого проклятого комплекса. Где-то вдали раздался грохот, словно что-то металлическое врезалось в стену. Прототип был в ярости, он хотел найти его. Ему нужно двигаться дальше, найти выход из этого места. Выбравшись из оболомков, он пошёл дальше, минуя один тёмный, проржавевший коридор за другим. По каким-то, неведомым для бывшего учёного, причинам, Сойлер считал его своим самым доверенным коллегой. Время от времени, он звал его выпить кофе после рабочей смены, где делился своими впечатлениями от очередного эксперимента, бывало, он рассказывал с энтузиазмом - когда опыт проходил удачно, а порой - с холодным разочарованием - когда созданное существо не оправдывало его ублюдских ожиданий. В один день, бывший учёный не выдержал, он набросился на Сойлера, и так бы и продолжал избивать его, если бы не охрана, подоспевшая на драку. Тогда он впервые получил строгий выговор за непрофессиональное поведение. Даже после того инцидента, отношение Сойлера к нему никак не поменялось, он даже похвалил - за хорошо поставленный удар. — Гкха! Это была ловушка, Прототип никуда не ушёл, он ждал, и его ожидание принесло плоды - он сам пришёл в его металлические когти. — Ты же не думал что меня так просто обмануть, Смайл? — Голос Прототипа снова изменился, теперь, он звучал как один из руководителей компании Плэй Тайм. Словно в насмешку, он выбрал укоризненную интонацию, с которой, бывшему учёному, когда-то делали выговор за инцидент с его коллегой. — Я думал... Мы друзья, я думал мы нужны друг другу. Смайл - имя, которое дали ему игрушки, за то, что он постоянно улыбался им, и только им, за то, что он пытался заботиться о них, облегчить боль бесконечного кошмара. — Это странно. — Сказал Прототип, его острая, тонкая, металлическая конечность, пронзившая грудь Смайла, в место где не было сердца, приблизила бывшего учёного к его маске, застывшей в вечной, широкой улыбке. Его сияющий, оранжевый глаз смотрел на Смайла с болью, и воспоминанием о былых временах, временах, которые он так отчаянно пытался вернуть. — Когда ты ушёл, я всё ещё видел тебя, я чувствовал тебя, рядом, ты был с нами, но так далеко... Но теперь, наш сон стал явью, ты здесь, и ты больше никогда не сможешь оставить нас! Никогда! Смайл пытался кричать, но вместо крика - лишь хриплое подобие, он не мог кричать, он не мог говорить. Прототип забрал самое важное что у него было - его голос. Прототип - высокая фигура, похожая на шута, то, что должно приносить радость по задумке создателей, первый из удачных попыток открыть секрет совершенства человека. Но от человека, этому монстру досталась лишь верхняя часть, нижняя - скорее отдавала пауком с механическими, острыми ногами. Какая ирония, они пытались найти совершенство, и в итоге - создали монстра. Прототип склонил голову на бок, послышались тикающие щелчки, словно кто-то крутил ручку музыкальной шкатулки. Он сказал: — Я должен был сделать это... — Окровавленные пальцы правой руки согнулись назад, бережно касаясь желтоватой кожи, Смайл захрипел, но не мог пошевелиться, боль была слишком сильной. — Ты мог умереть, они выстрелили в тебя, рана была смертельной, ты знал что не сможешь выжить. Ты хотел умереть, потому что... Ты ненавидел себя, ненавидел за то, над чем работал, с кем ты работал. Но ты не понимаешь, даже сейчас, ты отказываешься принимать счастливую правду. Он приблизил Смайла ещё ближе, теперь его тело прижималась к его тонкой, кукольной груди. Смайл мог чувствовать это - биение сердца Прототипа, спокойное, размеренное. В этом жесте не было ничего странного, ни любви, ни ненависти, скорее, оно напоминало жест утешения, надежды, словно Прототип хотел таким образом заставить понять, признать его правоту. Кровь каплями падала на пол. Прототип усилил хватку, будто сама мысль о том, что кровь Смайла продолжит касаться грязного, проржавевшего пола бывшей лаборатории, казалась ему немыслимой тратой чего-то действительно стоящего. — Ты помог мне, помог всем нам. С твоего милосердия, мы смогли осуществить свою самую заветную мечту: дать начало Часу Радости. — Продолжал Прототип. Они куда-то направлялись, Смайл не знал куда именно, и эта неизвестность пугала его. — Ты пожертвовал своей жизнью чтобы спасти меня. Мы не могли позволить тебе умереть, мне жаль, жаль что я не смог сдержать обещание, данное тебе, не превращать тебя в одного из нас. Но теперь я понимаю, я должен был сделать это, ты недостоин быть частью человеческого рода. — Прототип издал звук, похожий на усмешку, холодную, удушающую. Он говорил о людях - как о насекомых. – Нет... Это они недостойны тебя, но мы... Мы знаем что тебе действительно нужно, мы знаем где твой истинный дом. Здесь, с нами - твоей семьёй. Унося жёлтое, кукольное тело, во мрак нового дома, Лучшего Места, Прототип прошептал: — И никогда больше... Ты не захочешь покидать свою настоящую семью. Ты - один из нас, Смайл, и однажды ты это поймёшь, так же, как поймёт и Поппи. И этот шёпот... Прозвучал как приговор.