Hidden in the Spotlight

Вечер в Бангкоке никогда не наступает резко. Он растекается медленно, как чернила по воде. Небо становится густым, влажным, воздух тяжелым от жары и света вывесок. У входа в здание компании GMMTV толпятся фанаты, машины медленно ползут по улице, охрана устало переговаривается по рации. После читки сценария нового лакорна все выходят шумной группой. Кто-то смеётся, кто-то снимает сторис, а кто-то, слишком устав, буквально выползает из студии. Кин держит папку с материалами подмышкой. Он очень аккуратный, собранный и довольно скромный парень, который рад, что ему, наконец, нашли партнёра. — Сегодняшняя читка прошла неплохо,— говорит он, когда они остаются чуть позади остальных. — Думаю, мы с тобой нашли коннект и зрители должны будут почувствовать химию. Баркод улыбается. Он улыбается так, что невозможно не улыбнуться в ответ. Слишком уж заразительно. — Ну мы же с тобой стараемся, так что всё обязательно выйдет отлично. Кин смотрит внимательнее на Кода, который выглядит так, будто куда-то ужасно торопится — глаза бегают по улице, будто выискивая кого-то или что-то, сам он бесконечно проверяет телефон. — Ты опять спешишь? Баркод уже сотый раз проверяет телефон. Приходит сообщение, от которого на душе теплее становится, а сердце начинает быстрее биться. Всего несколько слов. «Ты закончил? Жду тебя. Я очень соскучился» — Куда на этот раз собираешься? Снова в бар с друзьями? — спрашивает Кин, с лёгким любопытством, — Учти! Напьешься — я тебя забирать не буду! Баркод ухмыльнулся, и, к удивлению даже для самого себя, отвечает честно и легко: — Не угадал, Кин. Сейчас я буду держать путь прямиком к своему парню. Пауза повисает странная, но не тяжёлая. Кин моргает. — Ясно. Ты только смотри там, не забывай, что о ваших отношениях не должен никто знать. А то СМИ и фанаты быстро раздуют эту тему, если заметят вас. Кина ни капли не злили отношения партнёра, потому что все равно они с Баркодом лишь экранные партнёры, а в жизни быстро нашли общий язык и стали близкими друзьями. Кин доверяет Коду, поэтому не начал паниковать, когда узнал, что у того есть парень. Знает, что не подведёт. — Знаю, помню, не переживай на этот счёт. Баркод обнял по-дружески Кина на прощание, тот же сказал передать привет Джеффу, и, сев в такси, направился к своей второй половине. Такси останавливается у огромного торгового центра с подсвеченной вывеской. Люди выходят с пакетами, смеются, делают фото на фоне гирлянд. Никто не смотрит вверх, на тёмные окна двенадцатого этажа. Лифт поднимается медленно. Музыка внутри раздражающе весёлая. Баркод нажимает кнопку, и в отражении зеркала видит своё лицо — уставшее, но спокойное. Двери открываются в пустой коридор. Полутемно. Офисные помещения, стеклянные двери, на одной из них — маленькая табличка без названия. Свет внутри уже горит. Студия Джеффа не похожа на студию из клипов. Никаких ярких баннеров, никакого глянца. Большие панорамные окна выходят на город. Ночью Бангкок лежит под ними как россыпь огней. На стенах — плакаты известных личностей, картины, лампы теплых оттенков, придающие уютную атмосферу. В углу — синтезатор, несколько гитар на стойке. Диван, немного потертый, но уютный. На стекле окна иногда остаются разводы от дождя. Джефф Сатур сидит за столом, склонившись над ноутбуком. Он не поднимает головы сразу. — Ты так долго добирался, — говорит он тихо. — Прости, читка затянулась, — отвечает Баркод, уже снимая кроссовки. Он подходит ближе, и вот тут исчезают все роли. Нет артиста GMMTV. Нет «нового экранного партнёра». Есть просто Код, который устал. — Ты уже поужинал? — спрашивает он. — Конечно нет, я тебя ждал. Без тебя еда невкусная. — Джефф. — Что? — Ты невозможный. Но в голосе нет упрёка. Одно лишь тепло и любовь. Баркод садится рядом, плечом к плечу. На секунду они молчат. Просто дышат в одном ритме. Снаружи шумит город, внутри — тихо. — Как он? — спрашивает Джефф, глядя в потолок. — Кто? — Кин. — Пойдёт. Он хороший, добрый, внимательный. Куда не нужно не лезет, где нужно — помогает. — Хорошо. Тон его кажется спокойным, но пальцы уже находят ладонь Баркода. Сжимают чуть крепче, чем нужно. Баркод поворачивается к нему, с беспокойством всматриваясь в лицо Джеффа. — Ты опять думаешь слишком много, — не спрашивает, а утверждает. —Не думай много, я тебя прошу. — Я ничего не думаю. — Ты думаешь, — Код скрестил руки на груди и приподняв бровь, смотрел на своего парня. Вот кого Сатур пытается обмануть? —... — в ответ тишина. Джефф сидит, поджимая губы, что окончательно подтверждает слова Баркода. Он тянется ближе. Джефф не сопротивляется. Их лбы касаются друг друга — осторожно, мягко, как бы без слов говоря, что они рядом друг с другом, вместе, и переживать не о чем. — Я сказал ему, что еду к тебе, — вдруг признаётся Баркод. Джефф открывает глаза. — Серьёзно? — Джефф с настороженностью смотрит на парня. Сам же работает в этой сфере и знает, к чему может привести всё, если информация об их отношениях просочится. Баркод не отвечает, а просто молча кивает, мягко улыбаясь. — И? — Ничего. Он просто сказал передать привет. Я же говорил, что он хороший и понимающий. Тишина становится другой. Спокойной. — Мне кажется, нам стало как-то слишком всё равно, кто и что думает, — тихо говорит Джефф. Баркод улыбается и, не давая ему продолжить, целует. Коротко. Почти невесомо. Но этого достаточно, чтобы у Джеффа на секунду сбилось дыхание. — Ты невозможный, — повторяет он уже шёпотом. — Зато твой. Эти слова произносятся легко. Без лишней громкости и сомнений. Как факт. В интернете в это время продолжается истерика и ссоры. Фанаты анализируют новые кадры с пейрингом «БаркодКин», выискивают отсутствие упоминаний Джеффа и Баркода друг у друга, строят теории о «конце эпохи ДжеффКодов». А где-то среди лайков появляется аккаунт с серой аватаркой. Он ставит сердечко под новым постом Джеффа. Через пару минут другой аккаунт, с ником из случайных букв, пишет: «Горжусь». Они лежат на полу студии, переплетя пальцы. Телефон Баркода тихо вибрирует. — Снова пишут? — спрашивает Джефф. — Это приходят уведомления с Твиттера, — говорить Код, открывая ленту, — На этот раз, по их мнению, мы расстались и как экранная пара, и как реальная, и даже как друзья. Навсегда. — Понятно. — Удобно. Нам это даже на руку. Джефф тянет его ближе, обнимает за талию. Ладонь скользит по спине, медленно, успокаивающе. Баркод утыкается носом в его шею. — Мне не нравится, как вас монтируют, — тихо признаётся Джефф. — Это работа. — А это? Он слегка касается его губ снова. Уже не так быстро. Медленно. Осознанно. — Это дом, — отвечает Баркод. Тогда Джефф снова наклоняется к нему. Сначала это почти не поцелуй — лишь мягкое касание губ. Баркод отвечает сразу. Его ладонь скользит по шее Джеффа, пальцы цепляются за ворот футболки. Он углубляет поцелуй, но не резко — медленно, ведь они оба знают, что спешить некуда. Джефф выдыхает ему в губы. Почти незаметный звук, но Баркод чувствует его кожей. В этом выдохе больше эмоций, чем в сотне интервью, которые они давали. Они отстраняются буквально на пару сантиметров, чтобы вдохнуть. — Ты уверен? — шепчет Джефф, лбом касаясь его лба. И вопрос этот вовсе не про поцелуй. Про всё. Баркод отвечает не словами. Он снова тянется к нему. На этот раз мягче, глубже, увереннее. Его пальцы вплетаются в волосы Джеффа, притягивая ближе. Их носы слегка сталкиваются, кто-то тихо усмехается прямо в поцелуе. Ладонь Джеффа ложится на талию Баркода, медленно проводит по спине вверх, останавливается между лопаток. Он притягивает его ближе, и теперь расстояния нет вообще. Тепло тела. Тепло губ. Тихое дыхание. Поцелуй длится дольше, чем они планировали. Он уже не осторожный, а уверенный. В нём есть всё: усталость от чужих слов, ревность, страх, и то спокойствие, которое приходит только рядом с одним человеком. Когда они наконец отрываются друг от друга, Баркод остаётся очень близко. Его лоб всё ещё касается лба Джеффа. — Не ревнуй, — тихо говорит он. — Поздно. Но в голосе нет тревоги. Только мягкость. Баркод улыбается и оставляет ещё один короткий поцелуй — уже лёгкий, почти игривый, в уголок его губ. Мир может считать их кем угодно. Разошедшимися. Холодными. Профессионалами без чувств. Бывшими друзьями. Но каждый вечер всё повторяется. Читки. Репетиции. Камеры. Улыбки. И потом — студия или квартира, уют, любовь и любимый человек рядом. Иногда настоящие отношения просто не для публики. И им этого достаточно.